Ты только распаляешь мое желание

- Да послушай же! - до этого момента она старалась не повышать голос, чтобы не показывать, насколько сильно волнуется. Однако беспокойство девушки давно уже выдало беспрерывное хождение из одного угла комнаты в другой. - Послушай меня... - все еще не придумав, что сказать дальше, в который раз повторила она, пленяя изумрудным блеском. Тут же прикусив губу и мысленно отругав себя, темноволосая наконец остановилась, складывая ладони в молительном жесте и прижимая их к груди. - Не нужно ждать меня после занятий, - быстро заговорила она. - Не нужно садиться со мной в столовой, на занятиях не нужно отмечать меня, если я не пришла. Не нужно довозить меня до университета, мне совсем не сложно дойти самой, - Миа через силу улыбнулась, надеясь на действенность своей речи. - И не нужно вступаться за меня перед учителями, если я опоздала. Это навредит твоей репутации, Хиро-кун... И... вообще не нужно за меня волноваться... - запнулась она на секунду, чем сразу же воспользовался молодой человек. - Моя репутация - это не твоя забота, - вставил Хироки, подскакивая со стула и перехватывая тонкие запястья своими большими ладонями. Миа вздрогнула, на минуту теряя способность говорить. Все-таки он очень красивый... А руки его такие теплые, чего совсем не скажешь о Ру.. Стук сердца на мгновение оглушил ее настолько, что другие звуки вообще перестали существовать. Неизменно преследующий ее призрачный образ юноши с равнодушными аквамариновыми глазами и длинными стройными пальцами тут же заставил ее осечься. Ту-дум. Все-таки я очень его боюсь. Уморительно. - Не будь идиотом, Хироки-кун! - резко отрезала она, сбрасывая с себя руки блондина. - Такой как ты никогда, понял, НИ-КОГ-ДА не сможет понравиться мне! Тц, - она гордо вскинула голову и готова была тут же рассмеяться своему актерскому мастерству. Девушка с презрением глянула на паренька, который несколько минут назад жарко признавался ей в любви. Глубоко в душе все же ее это тронуло и заставило задуматься. А что, если есть и другая жизнь? Что, если сейчас есть возможность все изменить, а Миа так бессовестно ей не воспользуется. Девушка мысленно улыбнулась. - Это одна из твоих масок, я знаю, Миа, - грустно проговорил Хироки, припадая губами к холодной щеке. Мне жарко, мне... хочу... его... эти губы такие мягкие... - Хиро-кун, ты мне правда дор... (Это слишком. Даже для тебя.) - Вот это представление! Ха-ха-ха, - сощурив хищные глаза, наблюдающий все это время за "душераздирающей", по его мнению, картиной, в комнату, заливаясь, казалось, самым что ни на есть искренним смехом, вошел он. Муками Руки. Высокий, статный, внушающий одним доверие, другим - страх. Одетый в выглаженные брюки и белую, чуть прозрачную рубашку, он обжигал своей соблазнительностью и притягивал взгляд своей строгостью, которая мешалась с неприкрытым желанием. Театрально хлопая в ладоши, молодой вампир сделал пару кругов, огибая застывшую в тишине пару. Брюнет наконец перестал аплодировать, останавливаясь между прекрасной, по его мнению, девушкой и этим отвратительным и мерзостным, по его же мнению, Хироки. - Не смей его... - первой решилась нарушить тишину Миа, однако щеки ее оказались зажаты ледяной ладонью Муками. - Заткнись, Миа, - улыбнулся Руки самой садистской своей улыбкой. - Я не буду с тобой нежничать, как прошлой ночью. Я немного, кхм, не в настроении, видишь ли. - Тц!? - темные густые брови девушки яростно сдвинулись к переносице. Безумно весело-весело-весело. Как же весело. Оя, эти мысли, что, принадлежат мне? Брюнет раздраженно цокнул, ловя ее наигранно встревоженный взгляд на объекте своей лютой ненависти. Как же бесит его этот напыщенный, самоуверенный и в каком-то смысле бесстрашный, раз не побоялся приблизиться к ней, человечишка. Как же бесит этот его ледяной взгляд, который в мгновение тает, стоит Мие нахмуриться или же улыбнуться. А больше всего бесит (бесит-бесит) то, что Миа постоянно говорит, как они с Руки похожи. (Из-за нашей схожести? Поэтому ты пригласила его поиграть, да?) Руки знал, что этот блондин не настолько глуп, хоть Миа и поставила на нем клеймо полного идиота, раз позволил себе влюбиться в такую девушку, как она. Догадывался Руки и о том, что этот чертов Хироки все давным-давно понял. Понял, что Миа привыкла жить под личиной миллиона масок, обнажая себя настоящую лишь перед самой собой. Хотя это и было поставлено под сомнение. Она играла. Играла по-крупному. Играла беспощадно. Смело и размашисто, не боясь рисковать, ставя на кон все, что имела. Понял он и то, что эта девушка в порочной связи с ужаснейшим монстром. С монстром, который с ней потерял всю свою спесь и старую хватку. И весь его ужас в конце концов сводился к тому, что он, Руки, никогда и ни за что не позволит ей уйти, как бы сильно она того не захотела. А он, Хироки, не простит себе, если хотя бы просто не попытается ее отговорить. Только не силой, нет. Нельзя, нельзя, нельзя. Слишком много ее принуждали... Меня? Принуждали? Ха-ха. Замкнутый круг этот ваш любовный треугольник. - Я слышу твои постыдные мысли, Миа, - брюнет медленно хрустнул шеей, выдыхая большое облако пара, которое тут же растворилось в холодном вечернем воздухе. Такая чистая зима. Будто бы своей белизной разрешает начать жизнь с чистого листа. Такая громкая зима. Любой шорох звоном отскакивает от хрустящего снега. Еще один тяжелый вдох и, кажется, легкие набираются свинцом изнутри. - Так ты значит себя чувствуешь рядом с этим парнем (ублюдком)? - улыбаясь вопросил вампир, отрывая свои глаза от промерзшей земли. Такая жестокая зима. Жизнь будто останавливается. Птицы улетают, деревья лысеют, земля не дает ничему прорасти. - Прости. Ничего не могу с собой поделать, - вздыхает Миа, расстегивая нижние пуговицы утепленного пальто. - Что ты..? - не успевает договорить вампир, как девушка бросает на него свою верхнюю одежду, оставаясь в одном платье. - Ты простынешь, дура. Она хитро хихикает, искоса наблюдая за реакцией своего любимейшего собеседника. - Волнуешься, Руки-кун? - не без интереса вопрошает зеленоглазая. - Нет (да). - Ха-ха-ха! А все-таки тебя так легко прочитать, мой дорогой Руки, - звонко смеется девушка, отчего в воздухе разливается колючее эхо ее голоса. (Хм-м-м. Может быть.) Подходя к ней ближе, он аккуратно помогает девушке продеть онемевшие от холода руки в рукава черно-белого пальто. Так на нее похоже. (Двуличная человеческая девчонка хуже самого извращенного вампира.) Так он думал. - Так ты скажешь ему? - не выдерживая ее многозначительного молчания, произносит молодой человек. Одна. Две. Три. Его руки умело вдевают пуговицы в расшитые блестящими нитями прорези в одежде. Когда же они закончатся. - Хироки? Даже не знаю... - Руки недоверчиво косится на нее снизу вверх. - Ха-ха, Руки, ты, что, угрожаешь мне? - дразнит она мужчину. Скорее зверя. - Ладно-ладно, конечно я ему скажу. Хотя жаль. Это было очень весело. - Извращенка, - наконец расправившись с крупными пуговицам ее пальто, Муками резко перехватывает ее ладони, почти до хруста сжимая их в своих. Его поцелуи воспалено-болезненные и до ужаса жадные, не тлея, долго горят на закусанных до крови ей же самой губах. Девушка улыбается сквозь его по-собственнически жестокие прикосновения, моментально забывая свою последнюю мысль. Или же... Большой палец скользит по ярко горящему экрану снизу-верх, заставляя километры текста, смешанного со скучными картинками и бессмысленным по содержанию видео, то появляться, то исчезать, уплывая за горизонт смартфона. - Хиро-ку-у-н, - внезапно прыгает на его плечи, сжимая мягкую ткань совсем нового кардегана, который ударяет ей в нос запахом магазина. - Привет. Ты и сегодня меня дождался, хоть я и сказала тебе не делать этого. Дурачок сам себя в могилу сведет, - широко улыбается Миа, теребя его за плечо. - Мне расценивать это как угрозу? - ответом была лишь непонятная по смыслу улыбка тонких губ. Кажется, кто-то не в настроении сегодня играть, да, Хиро-чан? Переобувшись и убрав обувь с свой шкафчик, она юркнула в удобные мягкие зимние ботиночки, накинула неизменное черно-белое пальто, обогнула свою шею несколькими кольцами длинного клетчатого шарфа. Повесив сумку через плечо, девушка улыбнулась Хироки, который все это время терпеливо ждал свою спутницу, и протянула ему руку, как бы спрашивая и приглашая: "идем"? Как глупо вот так держаться за руки и идти домой в молчании. Они думали о совершенно разных вещах, мысли их занимали совершенно разные люди. Хироки думал о НЕЙ. А Миа... Миа, сама не понимая почему, ощущая непривычное тепло человеческой руки, руки Хироки, думала как же все-таки здорово, великолепно и смешно, что этот ее милый и отвратительный вампир так ревнив. Она улыбнулась еще шире, представляя сейчас перекошенное от злости лицо Руки. Как жаль, что ты воспринимаешь это на свой счет, Хироки-чан. Жаль, но невероятно-невероятно занятно. Блондин ужасно грустил, читая ее мысли. Грустил, зная о чем, точнее о ком, она думает без устали. Не мог простить себе, что позволяет ей использовать себя. Грустил он еще и потому, что научился понимать и просчитывать ее действия. Он раскрыл карты, обнажая все ее козыри, предугадывая ее следующий ход. Сейчас она опять сходит какой-нибудь из своих мелких карт. Но он-то их всех уже видел. Однако раздается глухой щелчок, стрелка часов на его стороне шахматной доски начинает двигаться, отводя ему немного времени, чтобы подумать. В конце концов кто утверждает правила ее игры? И кто сказал, что она играет картами, а не шахматными фигурами? Ну вот, только Хиро показалось, что он все разгадал, как Миа перевернула это "все" с ног на голову. Несправедливый ребенок, которому люди позволяют играть с собой. И откуда в тебе столько жестокости? Зачем, когда у него столько козырей, ты решаешь начать играть в шахматы? - Ты ведь ему не сказала, да? - еле заметно нахмурившись, скорее утвердил, чем спросил брюнет. Замотанная в одно лишь полотенце, все еще влажная после душа, Миа сейчас выглядела просто до безумия привлекательно. Мокрые кончики чернявых волос липли к обнаженным ключицам, которые так контрастно выделялись на молодом теле, вызывая в юном вампире бурю негодования и возбуждения. Ощупав свои запястья, Миа приложила указательный палец к губам, которые горели сладким розовым от недавнего горячего душа пунцом. - Муками-сенпай, - хитро улыбнулась брюнетка, наклоняя голову и делая небольшую интригующую паузу. - А я... кажется, слышу ваши постыдные мысли. - А? - изогнул бровь брюнет, взглядом следуя за тонким указательным пальцем другой ее руки. - Ах, черт! - как бы расстроился вампир, не сводя своих голубых глаз с вздутой ткани джинсов. - Меня раскрыли. - Хи-хи, - она скользнула пальцем по своим губам, раззадоривая любимейшего оппонента. Миа на носочках пробежала по пушистому ворсу ковра, хватая вампира за руку и толкая его на мягкую поверхность своей кровати. Не говоря ни слова, она быстрым движениями пальцев расстегнула ширинку его узких штанов, стягивая их почти до уровня колен. Сквозь белье, которое идеально облегало взбухшее достоинство, Руки почувствовал горячее и влажное прикосновение чего-то шершавого. - А он еще больше затвердел, - задумчиво проговорила девушка, кажется, совсем не стесняясь своих слов. - Я не могу больше терпеть, сними их. Муками как-то странно улыбнулся, подхватывая девушку за талию и оттягивая на себя, посадил на себя сверху. Кое-как закрепленное полотенце осталось валяться на полу, обнажая скрытые до этого мягкие изгибы и красно-бардовые отметки. - Это..? - Ты вообще-то, - засмеялась Миа, смотря парню прямо в глаза. - Кстати, Руки, - продолжила девушка, слегка надавив кулачками на сильную грудь юноши. - Тогда, в разговоре с Хиро-куном, ты был так серьезен... Игнорируя ее слова, Муками стянул с себя резинку трусов, освобождая наконец свой член от давящей на него не нужной сейчас ткани. - Что я и сама поверила, что мы с тобой уже делали это, - продолжала брюнетка, кажется, даже не замечая действий вампира. - Ты умудрился испортить наш первый ра-а-а-а-а-а-з! - внезапно вскричала Миа, впивая свои коготки в белые широкие плечи парня. Насадив девушку на свой член, Руки внезапно понял, что хочет, чтобы она почувствовала его в себе полностью. Вогнав себя в нее, Муками ощутил какое-то дурманящее моральное наслаждение. Желание навечно утопить ее в наслаждении давно поравнялось с желанием причинить ей адскую боль, однако совсем не желало уступать лидерство. (Прости. Все-таки я садист.) - Ах т...т-ы-ы, - прошипела брюнетка, пытаясь сползти с юноши, однако, как только ей удалось немного приподняться, как Руки силой насадил ее на себя снова, входя еще глубже. - Ты даже не подготовил меня, как следует, Муками-семпаа-а-а... - ее голос растворился в новом потоке ласкающих слух стонов. Наконец Миа сама начала двигаться в такт движениям вампира. Кажется, это безумие, но он был готов делать это с ней снова и снова, и снова, и снова. Пока сам не свалиться без сил и наконец не заснет навсегда, познав в конце концов, что такое настоящая лю... - Тебе ведь это нравится, Миа, - ухмыльнулся Руки, скользя мокрой от пота ладонью по ее животу выше, к груди. Игриво перехватив одной рукой мягкую грудь, другой он жестко сжал женское ребро так, что на секунду Мие показалось, что она больше никогда не сможет дышать. - Я испорчу тебя еще больше, извращу тебя еще сильнее, - тяжело дыша, прохрипел Руки, ускоряя темп еще и еще. Девушка застонала еще громче, вновь удивляясь тому, как это ему всегда удается возбудить ее одними только словами. - Ты бы видела сейчас свое искаженное похотью лицо, - засмеялся Муками, вновь поднимая ее настолько, что пульсирующий ствол члена вышел из нее, а головка осталась внутри. - Заткни-и-ись! - будто в бреду простонала брюнетка, не в силах больше поспевать за темпом, который задавал Муками. Теплота заполнила ее и внутри, и снаружи, недавнее возбуждение заменила внезапно нахлынувшая усталость, и девушка тяжело свалилась на простынь рядом с вспотевшим Руки. Нащупав край одеяла, она попыталась потянуть его на себя, но ее руку перехватила чужая рука. - Ты измотал меня, - жалобно прошептала зеленоглазая, делая еще одну попытку дотянутся до спасительного одеяла. Губы Муками изогнулись в вызывающей насмешке. Внезапно он навалился на брюнетку, припадая губами к набухшему от температуры соску. - Ты, хва-а-а... - она внезапно осеклась, теряя рассудок от горячих прикосновений. - Кажется, в последнее время ты совсем заигралась, - прорычал темноволосый, резким движением разворачивая девушку и кладя ее на живот. - И стала забывать, кто я такой, - смочив пальцы в слюне, он быстро и без предупреждения вогнал палец в анальное отверстие. Мию передернуло. - Я к такому не гот... - он начал массирующее движение, добавляя еще один палец. - Заткнись, Миа, - проговорил брюнет, двигая рукой все быстрее и глубже. - Тебе ведь это нравится, - добавился еще один палец, Миа начала хватать ртом воздух. - Опять решила притворяться? Не волнуйся, я буду с тобой так груб, что у тебя просто не останется сил на эту фальшивую игру, - наконец он растянул ее до достаточных по его мнению, размеров, чтобы попытаться вставить в нее хотя бы головку. Смазав, он приставил ее к анальному отверстию. - Ру...ки... - прохрипела девушка. - Что-что? Просишь меня не церемониться? Я всегда к твоим услугам, - он резким и обрывистым толчком всадил член на половину его длины. - Я очень жесток к своим врагам, Миа. Однако истинную мою жестокость знают единицы. Тебе не повезло оказаться в их числе, - парень медленно двигался, заставляя ее дергаться и стонать от боли после каждой его хоть малейшей попытки зашевелиться в ней. - Я... те... - боль потихоньку начала отступать, однако она все еще с невероятной правдоподобностью чувствовала, как он совсем ее не жалеет. - Молчи, - еле слышно проговорил брюнет, учащая свои движения. Одной рукой он скользнул по гибкой линии ее худощавой спины. Мокрая. Он уткнулся носом в область между лопаток, оставляя там красный засос. Еще быстрее, еще быстрее, еще быстрее и еще глубже. Укус. Он слегка оттянул ее кожу. Толчок, еще толчок, ее легкий стон, в котором уже больше удовольствия нежели страданий. Он мысленно улыбнулся, вновь вдыхая ударяющий в голову запах юности. - И все-таки, тебя очень легко прочитать, - тихо проговорила она, когда садист все-таки решил сделать перерыв. Руки и Миа лежали на белой простыни, укрытые от холода комнаты одеялом. - Так просто, словно я знаю тебя уже тысячу лет... - Я не собираюсь извиняться, - ответил Руки, пододвигая желанное тело ближе и утыкаясь лицом в ложбинку между грудей. - Я не жду извинений, Руки, - перебирая его темные, сильно отросшие волосы, начала девушка. - Ты хотел, чтобы я открылась. Он на момент задержал дыхание, силясь понять, от чего у него вдруг возникли такие звуковые галлюцинации. - Ненавижу чувствовать себя уязвимой... - она вздохнула, слегка оттягивая прядь, заставляя темноволосого зажмуриться. - А любовь, знаешь ли, - это как раз то, что делает людей невероятно слабыми, беззащитными, немощными, субтильными и... - Миа, - перебил ее парень. - В общем, я боюсь всего этого, Руки. Боюсь, что чувства разрушат мою жизнь, что привязанность задушит меня, а разбитое сердце утянет на дно, - заключила Миа, медленно, будто бы в этом жесте был какой-то особый смысл, скрещивая пальцы в замок и вытягивая руки перед собой. Тишина. - Ха-ха-ха! - громко рассмеялся парень, прикладывая руку ко лбу и запрокидывая голову. - Я пропустила момент, когда прозвучала шутка? - недовольно пробурчала девушка. - Это ты так неловко призналась мне в любви, - он быстро навис над ней, едва касаясь кончиком носа ее щеки. - Вовсе не... - начала тараторить брюнетка, пряча взгляд от вездесущих аквамаринов. - Я тоже тебя люблю. Она чуть не задохнулась от шока и удивления, когда он внезапно припал к ее губам в нежном поцелуе. - Тоже... будто бы я так сказала... Спустя несколько минут молчания, она все-таки снова заговорила, хоть ей было очень неловко. - Ты все же умеешь быть нежным, - обиженно сказала она, как бы подлавливая его на этом. - А ты умеешь смущаться, - он снова поцеловал ее, заставляя вновь залиться краской. - Знаешь, я все же извинюсь. - И за что же? - За то, что во мне скорее больше грубого и жестокого. Я садист, Миа. Я люблю чужие страдания. Она улыбнулась. Все-таки как же это хорошо, что его так легко прочесть. (Хотя тебя я, похоже, люблю больше.)