Чужой

Есть в тебе что-то, Это как зависимость, Обрушила на меня свой лучший удар, милая. У меня нет причин сомневаться в тебе, Потому что некоторые вещи ранят, И ты — то, что дает мне силы. И я в действительности весь твой.

Неделю спустя       Громко вздохнув, Лиз постучала в комнату своей дочери. Она очень нервничала, ведь всё уже было решено, но Кэролайнн только предстоит об этом узнать. Элизабет потёрла свои ладони и ещё раз вздохнула. Ей было слишком сложно — разбить дочери сердце.       — Другого выхода нет, — прошептала миссис Форбс и приоткрыла дверь комнаты. Кэролайн лежала на кровати, Лиз сразу поняла — дочь крепко спит. Малышка Форбс за эту неделю проспала столько, что смогла бы года два не спать. Элизабет на носочках подошла к кровати и села на её край. — Мне так жаль, милая, но мистер Майклсон... он... согласился взять тебя в жёны, и я думаю, что это настоящая удача для нас.       Зная, что Кэролайн спит и не слышит её, Лиз было легче уведомить дочь, что она скоро выйдет замуж за человека, который лишил её чести. Миссис Форбс глубоко вздохнула и положила продолговатую коробочку, которую передал Никлаус своей невесте, на прикроватную тумбочку. Рука Лиз потянулась к волосам дочери, она хотела обнять её, погладить по голове Кэролайн. Элизабет знала, когда она скажет дочери, что та выходит замуж за Никлауса Майклсона, Кэролайн возненавидит её. Это было для неё больно. Она не могла лишиться своей малышки, но отдав Майклсону дочь — она навсегда её потеряет. Он не даст ей видеться с ней. Никлаус Майклсон — самый завидный холостяк, толстосум, любитель взрывных балов. Таким его все знали, но её девочка узнает его с другой стороны. Потому что по-настоящему он был совсем другим. Холодный и гадкий человек, который убил не одну девушку, чтобы удовлетворить свои животные инстинкты, и Кэролайн ему нужна для того, чтобы удовлетворяла его. И ему будет плевать, если он снова сделает ей смертельно больно, он выкинет её даже не задумываясь.       Лиз опустила голову на сцепленные в замок руки и закрыла глаза. Шесть дней назад Поместье Майклсонов       Робко постучав, Лиз отошла на шаг назад. Она боялась предстоящего разговора. Боялась, что он выбросит её из своего поместья, громко захлопнув свою огромную дверь. Женщина услышала громкий голос, который был незнаком ей. Жена Билла Форбса отошла ещё дальше. Дверь со скрипом открылась, в дверном проёме появилась худая фигура пожилого мужчины. Он кривовато улыбнулся миссис Форбс.       — Вы...       — Миссис Форбс. Мне нужно увидится с мистером Майклсоном. Это ОЧЕНЬ важно.       Она специально сделала акцент на слове "очень", чтобы мужчина понял, что женщина пришла не просто так.       — Проходите, миссис Форбс. Я сейчас уведомлю о вашем приходе мистера Майклсона. Пройдёмте в гостиную, — мужчина указал рукой в сторону и отошёл, Элизабет прошла в дом, дверь закрылась, женщина повернула голову к дворецкому, но того уже там не было. — Я здесь, миссис Форбс, — Лиз последовала за голосом, мужской баритон привёл её в величественную гостиную. — Вульф — моё имя. Присядьте.       Элизабет кивнула и села на диван, Вульф быстро удалился, у женщины было всего пару минут, чтобы повторить свою речь, которую она приготовила для хозяина этого дома.       — Мисс Форбс! Что же Вас привело ко мне?       Никлаус сел в кресло напротив Элизабет. Его очень удивил её приход. Он ведь совсем забыл, что фамилия той девушки, которую он уже почти две недели ищет — Форбс. Он хорошо запомнил её имя, запах, голос, но не фамилию.       — Моя дочь привела меня сюда.       Никлаус прыснул от смеха, неужели она думает, что его можно одурачить? Приблизительно Клаус знал, что сейчас скажет эта женщина. Он проходил это не раз, всегда было одинакова. "Вы переспали с моей дочерью, теперь она ждёт от Вас ребёнка, вы должны женится на ней," - одно и то же и так уже несколько лет.       — И как же имя вашей дочери?       С насмешкой спрашивает он, Лиз набирается смелости и произносит:       — Кэролайн.       Улыбка застывает на лице Майклсона, а потом медленно сползает. Он не знает, что сказать, что придумать, чтобы забрать, выпросить у этой женщины его игрушку, его куколку.       — И?       Решив сначала выслушать её, Никлаус принимает деловую позу и с "высока" смотрит на свою гостью.       — Вы воспользовались ею, и я требую, чтобы вы взяли её в жёны по всем обычаям и законам, иначе я сравняю ваше имя с землёй.       Всё-таки улыбка пробирается на лицо Клауса, когда до его слуха доходят последние слова, а Элизабет вдруг замолкает, удивляясь его нахальству, как она вообще раньше могла восхищаться этим человеком, от которого так и веет презрением ко всем, кроме себя.       — Можно было и без угроз, я согласен, — вот так просто? Без попытки откупиться от её дочери? Лиз качает головой, не веря, что он так быстро согласился, но Никлаус встаёт со своего места, ликуя, что скоро получит Кэролайн, как подарок на Рождество, как какой-то трофей. — Я передам своей невесте подарок к помолвке. Помолвку проводить не будем, кто узнает, что её не было, правда? Я передам вам ещё и кольцо, пусть наденет его. Думаю, через месяц сыграем великолепную свадьбу! Будет прекрасно, но до этого, — ему сложно произнести эти слова, ведь он хочет, чтобы всё было иначе, — мы не должны видеться с Кэролайн, — выплёвывает он, отдаёт две коробочки женщине и снова садится в кресло. Эти украшения он купил давно, ведь ему уже тридцать два, пора женится, на балу, который он устроил, Никлаус должен был выбрать себе невесту, и он выбрал. Кэролайн — лучше всех подойдёт на роль примерной жены. — Пусть Кэролайн готовится стать миссис Майклсон. Это всё?       Лиз ошарашено кивает и встаёт с дивана. На языке застывает отказ отдавать дочь этому человеку, но ведь не за этим она пришла сюда? За этим. Поэтому миссис Форбс прикусывает свой язык и идёт к выходу из поместья. Она слегка поворачивает голову назад и, увидев, что Майклсон следует за ней, вся съёживается.       — До встречи, мистер Майклсон.       — Свадебные приготовления я беру на себя, за неделю до свадьбы пришлю для Кэролайн свадебное платье, вам остаётся только привезти мою невесту в церковь, карету я тоже пришлю, кучер вас доставит туда. До встречи, миссис Форбс. Передавайте Кэролайн мою любовь.       Лиз кивает и выходит на улицу. Она пребывает в глубочайшем шоке. Миссис Форбс начинает осознавать, что сделала огромную ошибку, но другого выхода у неё нет. Только Никлаус Майклсон может спасти её дочь от позора. Конец флэшбэка       — Мне так жаль, моя маленькая девочка.       Миссис Форбс наклоняется к дочке и целует её в макушку.       — Мам?       Элизабет отстраняется от дочери и смотрит ей прямо в глаза. Женщина клянётся, что не отведёт взгляда, когда дочь узнает правду. Лиз не готова увидеть боль в глазах Кэролайн, но она должна.       — Кэролайн, я хочу поговорить с тобой.       Не заподозрив ничего плохого, Кэролайн садится и смотрит на мать. С каждой упущенной секундой раскрытия правды, Лиз становится всё более неуверенной в том, что собирается сделать с дочерью. Она точно знает, что правда убьёт её.       — Ну?       — Я знаю, ты не простишь меня за это, но, — Кэролайн закатывает глаза, ничто не заставит её возненавидеть собственную мать, — через месяц ты выходишь замуж за Никлауса Майклсона, — тараторит Лиз и спешит добавить, когда видит, что дочь хмурит брови, — прости меня.       — Нет, нет, я не хочу выходить за него. Я не хочу даже видеть его! Он сделал мне больно, разве это сложно понять? Он унизил меня!       Миссис Форбс закусывает щёку и наблюдает, как в глазах дочери зарождается страх, отчаяние и бессилие перед судьбой, ведь она знает, что спорить с матерью бесполезно.       — У нас нет другого выхода, милая. Смирись.       — Выход всегда есть! Просто ТЫ не хочешь его искать!       Лиз понимает, что дочь права, но ничего уже нельзя изменить. Никлаус не даст ей разорвать помолвку, он хочет забрать девушку, а значит он заберёт. Хочет этого Кэролайн или нет.       — На тумбочке браслет — подарок Никлауса, ещё кольцо в честь помолвки, чтоб завтра оно было у тебя на руке. Никлаус Майклсон — твой будущий муж, тебе придётся принять это, Кэролайн.       — Я превращу его жизнь в АД! Пусть попрощается со счастливыми деньками, ведь они у него на исходе! Да, ради этого я готова выйти за него.       На одном дыхании шепчет Кэролайн и снова ложиться спать. У неё до сих пор всё болит внутри из-за того, что он так грубо с ней обошелся в охотничьем домике, если бы не Далия, к утру Кэролайн была бы мертва.       И это она никогда не забудет.