Вспышки ярости

[POV Иккинг]       — Ну не красавец ли? — спросил Ричард, любуясь на только что отремонтированный и отполированный мотоцикл модели BMW R7.       — В такую красотку не жалко выложить все силы на обслуживание, — ответил Сэм, стоя справа от Ричарда.       Я же находился напротив друзей, осматривая корпус довольно редкого мотоцикла. Городок Берк хоть и считается небольшим, но любителей мотоциклов и коллекционеров двухколёсных коней здесь предостаточно. А это значит, что для нас всегда найдётся работа. Признаться, меня это очень радует. Видеть такие редкие экземпляры и проводить техническое обслуживание для них — одно удовольствие. Этот приговор, по которому я должен работать полгода без зарплаты, мне всё больше и больше начинает нравиться. Мало того, что я сам могу проверить свой мотоцикл, так ещё и интересные, а, порой, и редкие экземпляры моделей попадаются, как это произошло сейчас.       Вчера и сегодня в школе, к моему удивлению, ничего особого не произошло: ни драк, ни споров, ни конфликтов. Ребята Дагура в мою сторону даже не смотрели, когда мы сталкивались в коридоре. Однако я чувствовал их желание размазать меня об пол. Что ж, пусть попробуют, а пока я на них также не обращаю внимания. Лишь Дагур положительно кивал мне, когда наши взгляды пересекались. Меня всё больше и больше удивлял этот парень. Он действительно умнее своей свиты и я не понимаю, зачем ему держать этих полоумных качков в своём окружении? Сэм рекомендовал мне забить на это и не вмешиваться.       В общем, сегодня пятница — рабочий день. Поэтому после школы мы вчетвером поехали в мастерскую. Я всё больше осознаю, что этот городок непрост и у него есть тайны, которые мне не терпится узнать. Откуда у меня такое любопытство, я понятия не имею. Как бы у меня не появились новые проблемы, ведь по совету новых друзей, лучше мне не лезть не в своё дело и сдерживать своё любопытство.       Прибыв в мастерскую, мы обнаружили, что работы для нас нет, поэтому решили выполнить домашнюю работу. Оказалось, что довольно прикольно делать домашку с друзьями. Так я хотя бы узнал, кто какой предмет знает лучше и наоборот. Так вот, пока мы выполняли задание, приехала машина, перевозившая этот мотоцикл. Нам нужно было провести полный осмотр и устранить неисправности. Сделав всё необходимое, мы подчистили внешние части, после чего он стал выглядеть ещё круче.       — Астрид, может ты скажешь, какого он года? — спросил я, взглянув на блондинку, стоящую около своего стола и наблюдавшую за тем, как мы любуемся мотоциклом. Первые модели BMW R7 были созданы ещё до второй мировой войны, поэтому нам, парням, не терпелось узнать в каком году он сошёл с конвейера. Все бумаги, касательно этого мотоцикла, передали Астрид, а она не захотела нам отвечать, пока мы не доделаем свою работу. Однако, работа закончена и время получить ответ. Ричард и Сэм вместе со мной уставились на девушку в ожидании.       — Наша крошка совсем малышка, — сказала Астрид, подходя к нам.       — То есть? — удивился Сэм. — Год, два?       — Даже месяца нет, — ответила Астрид, остановившись около Ричарда. Затем она посмотрела на Сэм и продолжила: — Собрали вручную на заказ частные механики.       — Мало того, что мотоцикл дороги не видал, так он ещё не с конвейера, — возмутился Сэм. Похоже, он ожидал от мотоцикла большего. Ричард казался спокойным. Расстроенным конечно, но спокойным.       — Зато её сделали руками. Каждая деталь собрана не роботом, а человеком. Прямо как когда только выпустили данную модель, — высказал я, продолжая осматривать байк. Я отдаю должное мастерам, которые работали над созданием данной модели BMW.       — И она стоила немалых денег, — услышал я незнакомый голос за спиной. Обернувшись, я увидел мужчину лет сорока, одетого в дорогой смокинг и держащего в руках трость. Его внешний вид говорил о том, что он из интеллигентной семьи.       — Мистер Фэкстоун, — удивился Ричард нашему гостю. — Какими судьбами в нашу скромную мастерскую?       — И единственную, — добавил интеллигентный человек, посмотрев на Ричарда. — Давно к вам не заходил и вот решил лично приехать за своим мотоциклом. Я смотрю, в вашей команде пополнение, — на последних словах он посмотрел на меня. — Меня зовут Аэрон Фэкстоун, — представился мужчина, подойдя ко мне и протянув руку.       — Я — Иккинг Хэддок и я бы с радостью пожал вашу руку, но мои испачканы, — сказал я, показав ему свои ладони, перепачканные в моторное масло.       — Что ж, приятно познакомиться, — любезно выразился мистер Фэкстоун, убрав протянутую руку. — Позвольте спросить, Стоик Хэддок вам, случайно, не родственник?       — Он мой отец, — удивлённо ответил я. Мало того, что манеры этого человека больше подходят на манеры джентльменов в начале двадцатого века, вдобавок он не местный, судя по фамилии, так ещё он знает моего отца. Странный тип и что-то мне в нём не нравится. По-крайней мере, он меня не бесит, а это главное.       — Надо же, тогда мне в двойне приятно с тобой познакомиться, — обрадовался мужчина. — Я часто пользуюсь услугами компании твоего отца и знаю его как друга. Вот только, мне непонятно, почему ты здесь, а не с ним в Лос-Анджелесе?       — Это долгая история. Мне пришлось уехать сюда, к матери, — ответил я, вспоминая причину отъзда, из-за чего настроение немного упало. — К тому же, мой отец родом отсюда.       — Ого! Буду знать, что он родом из этого прекрасного города, который мне напоминает мою родину, — сказал он, продолжая смотреть на меня и улыбаться. Его улыбка была искренней, но почему-то я хочу найти в нём изъян, что-то мне в нём не нравится. К тому же, мне любопытно, откуда он? — я приехал сюда из Норвегии, — добавил он, скорее всего поняв, что я хочу узнать. Но вот что ему в Норвегии не жилось, из-за чего он сюда переехал?       — Мистер Фэстоун, мотоцикл готов. Можете его забирать, — вмешался Ричард, за что я ему благодарен. Ведь что-то в нём мне не нравилось и меня это беспокоит. Моя интуиция никогда меня не подводит.       — Да, конечно, — сказал он, посмотрев на Ричарда. — Забирайте его.       После его слов в помещение зашли два парня, которые несколько часов назад привезли мотоцикл к нам на осмотр. Мы с мистером Фэстоуном наблюдали, как его работники аккуратно выкатывали мотоцикл из гаража и загружали в пикап, оборудованный специальным багажником.       — Спасибо вам за проделанную работу, ребята, — поблагодарил он, посмотрев на нас и достав белый конверт из внутреннего кармана пиджака, добавил: — это ваше.       — С вами приятно иметь дело, — доброжелательно отозвался Ричард, а Астрид подошла к мужчине и приняла конверт из его рук, не забыв с улыбкой кивнуть ему. Мне это показалось довольно странным, но вмешиваться я не стал. Мне ещё многое неизвестно, чтобы вмешиваться в дела моих коллег и друзей.       — Теперь прошу меня извинить. Дела ждут, поэтому вынужден оставить вас. Всего доброго, — сказал интеллигент и, развернувшись, вышел из помещения.       — Как всегда, он дал нам больше, — сказала Астрид, пересчитав деньги в конверте.       — Значит, скоро наведаемся в клуб, — радостно высказал Сэм, хлопнув ладонями.       — Иккинг, ты чего задумался? — спросил меня Ричард. Я не видел, что он сделал, но слышал как приблизился ко мне, сделав пару шагов. Ребята стояли за моей спиной, а я всё ещё смотрел на открытые ворота нашего гаража. Из моей головы не вылетает чувство, что мистер Фэкстоун подозрительный тип. Хоть его манеры, черты лица и харизма притягивают к нему людей, я всё же заметил что-то странное. Точнее, это заметила моя интуиция и это не даёт мне покоя.       — Иккинг! — громко позвала меня Астрид, вырвав меня из раздумий, в которые я погрузился. Я посмотрел на ребят и поймал на себе удивлённые взгляды.       — Он всегда такой… интеллигентный? — спросил я, уставившись на Ричарда.       — Аэрон Фэкстоун из знатной семейки и родом из Норвегии. Его дядя заправляет нефтяной компанией в этой стране, так что денег у него много. Однако, он не тратит их на клубы и развлечения. Ему больше нравится покупать раритетные мотоциклы для своей коллекции, которую хранит в нашем городке. Можно сказать, он наш постоянный клиент, который не только даёт нам денег сверху, так ещё и позволяет покопаться в редких мотоциклах, — ответил Ричард. Его улыбка дала мне понять, что ничего странного он в нём не заметил, а мне всё не давала покоя моя интуиция.       — Мне он кажется подозрительным, — сказал я начистоту моим друзьям.       — Вначале и нам таким казался. Ведь не каждый день встретишь интеллигента, — высказал Сэм. — Но потом мы привыкли к его манерам.       — Если он богат, то почему не наймёт мастеров, которые будут осматривать его коллекцию? — спросил я, всё ещё пытаясь найти что-то странное в нём.       — Иккинг, мы и есть эти мастера, — ответил Ричард, подойдя ко мне ближе и положив руку на плечо, продолжил: — Он не такой, как все, и ты к нему привыкнешь со временем.       — К тому же, у нас теперь есть дополнительные средства, — радостно заявила Астрид, вновь напомнив мне о деньгах. — Так что повеселимся в ближайшее время.       — Это точно, — обрадовался Сэм.       Силой воли я сумел выкинуть из головы этого интеллигента и вернуться в реальность. Мы продолжили выполнять домашнюю работу, чтобы дома заняться другими делами. После этого подняли вопрос о том, когда поедем в клуб. Признаться, мне было приятно, что мои новые друзья стали уговаривать меня пойти с ними, когда я отказался идти. Нет, я ходил в клубы, но почти всегда всё заканчивалось дракой. Поэтому, чтобы избежать подобного здесь, я решил отказаться, но друзья были настойчивые. Астрид даже обещала подыскать мне девушку, чему наша мужская половина была удивлена. Знала бы она мои проблемы с гневом, то не стала бы обещать этого. В конечном итоге я согласился, ведь по словам мамы Ричарда, я должен жить как остальные и выявлять моменты, которые выводят меня из себя. Что ж, надо рискнуть, надеюсь, этот поход в клуб пройдёт без приключений.       — Ладно, с клубом всё понятно, — сказал я, когда мы определились с датой — поход состоится на следующей неделе, а сейчас я хотел узнать о другом. — Может, теперь вы расскажете мне о семейке Дагура и о Бесстрашных?       С лиц друзей пропала улыбка. Им как будто сказали, что кто-то знакомый умер. От их взгляда по спине пробежали мурашки. Ричард с Сэмом выглядели задумчиво, а Астрид некоторое время смотрела на меня, а потом с сожалением посмотрела на своего парня. Меня это ещё больше заинтересовало и теперь меня точно не остановить.       — Иккинг, послушай… — начал Ричард, но договорить я ему не дал, так как, знал, что он сейчас скажет.       — Ребята, хватит! Мне виднее, что я должен знать, а что — нет. Вы говорили, что теперь я типа под защитой Бесстрашных, чьим лидером является старший брат Дагура, который советовал мне не иметь никаких дел с его братом. Ещё я слышал, что дела семьи Дагура не чисты перед законом и меня это беспокоит, поэтому я хочу узнать о них от вас, а не от кого-либо другого, — высказал я своё мнение по этому вопросу. Ричард громко выдохнул и отпустил глаза, а Сэм с сожалением посмотрел на него. Как бы моё любопытство не довело до крайности, но правду я всё же узнаю.       — Пойдём, Иккинг. Пройдёмся, — сказала Астрид, встав со стула и, пройдя мимо меня, направилась в сторону открытых ворот. — Я ему всё расскажу, — добавила она уже ребятам.       — Буду благодарен, — сказал Ричард вслед Астрид и посмотрел на меня. — Она тебе лучше расскажет, чем я, — последние слова предназначались мне и голос его был весьма печальным.       Я сразу же встал и направился вдогонку за блондинкой. Она вышла на тротуар перед мастерской и медленно зашагала в противоположную сторону от меня. Я быстро нагнал её и заметил, что она с недовольным лицом смотрела на меня. Осуждает... но за что?       — Лучше бы не спрашивал об этом при остальных, — сказала она, устремив свой взор на дорогу.       — Откуда мне было знать, что это тема больная для Ричарда? — попытался я защититься и, похоже, это подействовало, так как Астрид вновь посмотрела на меня уже спокойным взглядом.       — Ладно, рано или поздно мне всё равно пришлось бы тебе рассказать об этом, — ещё один её тяжёлый вдох и выдох. Наконец, я получу ответ на вопрос, который беспокоит меня чуть ли не с самого приезда в этот город. — В общем, Дагура ты знаешь и, поверь, он действительно хороший парень по сравнению с его братом и, тем более, отцом. Его брата зовут Эрет, хотя его настоящее имя Фрэд, но это не важно. Важно, что Эрет возглавляет банду Бесстрашных, и он очень скользкий тип. А вот их отец та ещё персона... По слухам, он возглавляет преступный синдикат на западном побережье. Верить в это или нет, дело каждого, но я лично верю, что у них вся семейка занимается незаконными делами... а самое печальное — они не оставляют следов и поэтому он всё ещё на свободе, — рассказывала мне подруга, пока мы неторопливо прогуливались по тротуару. Я обработал информацию и пришёл к выводу, что город не такой уж тихий и спокойный. Я, конечно, подозревал это, но теперь окончательно убедился. Однако остались ещё вопросы.       — Как зовут их отца? — спросил я.       — Его подлинного имени я не знаю, однако все его зовут Драго, — ответила она, затем посмотрела на меня и добавила: — а семейная фамилия у них Вайнер. Они не местные, но уезжать на родину не собираются. Им тут нравится, вот только остальным людям — нет, но никто этого не говорит в открытую.       — А те, кто говорили, пропали без вести или погибли при странных обстоятельствах, — сделал я заключительный вывод.       — Ты прав, — сказала Астрид, громко выдохнув. — Отцы Ричарда и Сэма были лучшими друзьями и вместе работали в полиции, а история их дружбы началась чуть ли не с самого рождения. К сожалению, мама Сэма умерла, я тебе рассказывала об этом. Так вот, миссис Брэндэн стала воспитывать его, как своего сына. Так что Сэм и Ричард не просто друзья, они ещё и братья, но об этом мало кто знает, так что никому об этом не говори. Теперь перейдём к сути. Отец Ричарда был убит людьми Драго. Не знаю, кто именно это сделал, но это произошло, когда он почти накопал компромат на Вайнеров. Однако ни компромата, ни улик по убийству найдено не было, поэтому Драго Вайнер и его преступная группировка вышли сухими из этой заварухи. Когда это произошло, Ричарду было тринадцать, так что ему трудно говорить о них, так как воспоминания его душат.       — Чёрт, — прошептал я, осознав свою ошибку. — Даже представить себе не могу, какого потерять родного человека.       — Извини, что солгала насчёт отца Ричарда, когда рассказывала о них пару дней назад. Ричард сам просил меня никому ничего не говорить, и на этот случай мы придумали легенду. Но теперь тебе стоит знать правду и быть осторожным, — сказала Астрид. Девушка остановилась и повернулась ко мне.       — Я понимаю. Рассказывать об этом новому знакомому я бы тоже не стал, так что не извиняйся. Это мне надо извиниться перед Ричардом за настойчивость, — сказал я, после чего посмотрел на мастерскую. Мы далеко от неё ушли, и я предложил вернуться. Астрид согласилась, и мы в том же темпе побрели обратно.       По пути мы не проронили ни слова. Вернувшись в мастерскую, Астрид быстрым шагом направилась к своему рабочему столу, а я подошёл к Сэму, который осматривал свой мотоцикл. Как ни странно, Ричарда в помещении не было.       — Сэм, а где Ричард? — спросил я.       — Его Плевака к себе вызвал, — ответил Сэм, посмотрев на меня осуждающим взглядом. — Ну что, удовлетворил своё любопытство?       — Да, — сухо ответил я, отпустив глаза.       — Так вот. О том, что мы с Ричардом братья, постарайся никому не проболтать, да и про то, что его отца убили… ну… ты сам теперь знаешь кто, — попросил Сэм, прекратив осуждающе смотреть на меня.       — Могила, — заявил я, на что он усмехнулся и продолжил осмотр своего байка.       Я подошёл к столу, на котором мы выполняли домашнюю работу, и сел на своё место. Астрид что-то печатала на ноутбуке, а Ричард ещё не вернулся, поэтому у меня было время подумать над тем, что творится вокруг.       Картина вырисовывалась довольно интересная. Конечно, я ещё многого не знаю, но и из того, что мне уже известно, можно сказать, что родной город моего отца довольно таинственный и странный. С виду спокойный, но это лишь маска. Конечно в каждом городе есть свои секреты, тёмные стороны и так далее. Но здесь, в этом тихом городишке, по словам моих друзей происходит что-то из разряда «беги или умри». Может, я опять преувеличиваю, но именно такое мнение складывается у меня об этом городе.       — Иккинг, — позвал Ричард, вытянув меня из раздумий. Я посмотрел на друга, который скрывал историю о своём отце. Но мне об этом рассказали, значит, мне они доверяют. — То что ты узнал о моём отце — правда, и я не хочу, чтобы она всплыла наружу. Может, мы слишком поспешили, рассказав тебе об этом, и у меня есть сомнения. Надеюсь, ты не заставишь меня пожалеть о доверии к тебе.       — Не волнуйся, друг, — сказал я и, встав со стула и положив руку на его плечо, продолжил: — Об этом никто не узнает.       — Рад слышать, — улыбнулся Ричард, и я убрал ладонь с его плеча. — Уж лучше ты от нас узнаешь о причудах этого города, чем от кого-либо другого.       — Так что уясни три правила, — вмешался Сэм, подойдя поближе. — Во-первых, держи своё любопытство под замком. Если уж сильно хочешь что-то узнать, то спрашивай у нас. Во-вторых, не лезь на рожон. Если кто-то к тебе лезет, ответь, но никогда не лезь первым, — он сделал паузу и внимательно посмотрел на меня. Я положительно кивнул и он продолжил: — Ну и в-третьих, цени то что имеешь.       Последнее правило заставило меня задуматься. На протяжении последних лет, когда появилась проблема с вспышками ярости, я разучился ценить то, что имею. Точнее, начал это делать. Ссоры с друзьями, стычки с выпендрёжниками, драки с наглецами... Последние два года моей жизни были насыщены этими событиями и от меня отворачивались даже мои друзья, а мне было пофигу. Я не ценил дружбу. У меня даже с Бернардом были стычки, когда он попадал под мою горячую руку в школе. Однако, он не обижался на меня. Конечно, мы какое-то время не общались в соцсетях, но потом он делал вид, как будто ничего не было. Даже последняя драка с Джексоном и его шестёрками не заставила его отвернуться от меня, как это сделали остальные… как это сделала Оливия.       Черт, опять я вспомнил о ней. Ну почему люди не могут просто взять и удалить часть воспоминаний? Мне бы очень хотелось забыть её, так как каждый раз, когда я вспоминаю о ней, сердце начинает сжиматься. Я признаю свою ошибку в том, что мы расстались. Однако я не виноват, что у меня проблема с яростью, которую я не могу побороть. Но причина всех бед во мне, значит, это моя вина. И мне больно вспоминать то, что я натворил. Джексон не заслуживал такого отношения. Да, он та ещё сволочь, но то, как я с ним обошелся, ни в какие ворота не лезет. Оливия долго мне помогала, долго меня терпела. Но терпение штука не резиновая и тот случай стал последней каплей в наших отношениях.       Как бы я не старался представить себе, что начал жизнь с чистого листа, прошлое часто посещает мою голову. Особенно по ночам. Перед сном волна воспоминаний окутывает меня. Я никому не говорил об этом, даже матери и не уверен, стоит ли об этом рассказывать кому-либо. Так или иначе, чувство вины не покидает меня. И ещё мне не даёт покоя тот факт, что мы с Оливией так и не поговорили по душам. Последний наш разговор прошёл в «обезьяннике» полицейского участка, в которым я просидел десять дней. Тогда я лишь сказал «привет», а дальше… дальше и вспоминать не хочется.       — Иккинг? Всё в порядке? — голос Сэма вывел меня из паутины несчастливых воспоминаний. В ответ я лишь положительно кивнул, сел за стол и, почесав переносицу, попытался вернуться в норму.       — Так, ладно. Давайте уже потихоньку собираться, — заявил Ричард, хлопнув в ладоши.       Спустя двадцать минут мы покинули рабочее место, сели на мотоциклы и разъехались по домам. Вот только я домой не поехал, решил покататься по городу, проветрить мозги, скажем так, а то сегодня воспоминания об Оливии меня сильно беспокоят.       В пределах я не превышал скорости, но стоило мне выехать за его пределы, как я прибавил газу. Скорость, адреналин и чувство свободы. Три наркотика от любых душевных проблем. Дорога была пустой, а главное, в хорошем состоянии и абсолютно прямой, что позволяло набрать большую скорость. Скорее всего, это и была та самая северо-западная дорога, о которой рассказывал Сэм два дня назад. Тем не менее, это прекрасное место, чтобы насладиться тремя наркотиками и забыть о проблемах.       Спустя какое-то время я, насладившись поездкой, стал сбавлять скорость. Остановился у дорожной таблички, на которой было написано «ГЭС “Вороний Мыс” — 24 км». Хм, недалеко есть гидроэлектростанция. Не знал об этом. В прочем, город расположен вблизи гор и холмов. Так что нахождение гидростанции здесь выгодно, если есть река. Помню, мне пришлось готовить реферат на эту тему в восьмом классе, но это другая история.       Я не сводил взора с гор, до которых можно рукой подать. Надо как-нибудь там побывать, да и гидростанцию увидеть собственными глазами. Ладно, об этом потом. Сейчас надо возвращаться, а то тут как-то жутковато становится. Я развернул мотоцикл и поехал обратно с максимальной скоростью. Может, днём здесь и приятно проводить время, но вечером тут довольно страшно даже для меня. Из густого леса веяло таинственностью, от которой мурашки пробегали по коже. Добавить к этому тот факт, что здесь нет ни одной живой души, и это прекрасное место для ужастика. Так что я желал как можно быстрее вернуться в город. Но больше меня удивляло, что мною овладел страх. Любопытно, не так ли? Мои вспышки ярости способны превратить меня в Халка, но при этому я был способен испытывать страх. Значит, жуткая и мрачная обстановка может притупить мою злость. Любопытно. Стоит об этом поговорить с мисс Брэндэн.       Я, наконец, увидел вдали очертания города и немного расслабился. Странно, что за всю поездку я не встретил ни одной машины. Интересно, почему?       Оставив этот вопрос на потом, я заехал в город и взял курс в центр, откуда планировал поехать домой. Сейчас я находился в незнакомом мне районе, и только выехав в центр города я смогу найти дорогу домой. А дорогу в центр найти очень просто. Видишь высокую башню - значит, там городская площадь. Раньше на её месте была расположена крепость, но от неё остались лишь пару строений, включая наблюдательную башню и руины, которые частенько любят изучать археологи-новички для практики. Об этом я прочитал из книги истории этого города. Правда, я ещё не дочитал эту книжку, но это другая история.       Наконец, добравшись до нужного места, я загнал мотоцикл в гараж и поспешил домой. Уроки были сделаны, так что я мог заняться любым делом. В голову ничего не лезло, кроме как поиграть с Бернардом, или, как он любит себя называть, Беззубиком. Но, прежде чем подняться в свою комнату, я решил заглянуть на кухню, где мама что-то готовила на ужин.       — Привет, мам. Как дела? — спросил я, когда зашёл в кухню. Мама перестала резать продукты и посмотрела на меня осуждающим взглядом. Ой-ой, я что-то натворил? Чёрт, может она узнала о драках в первые дни в школе?       — Иккинг, почему ты не позвонил мне и не предупредил, что задержишься с друзьями после работы? — я достал телефон из кармана и посмотрел на часы. Уже за девять, а я даже не заметил этого. — Я звонила Плеваке, он сказал, что вы уехали раньше, так как работы не было. Где ты был всё это время?       — Прости, я… мне надо было побыть одному, — зачем мне обманывать маму? Лучше уж сразу всю правду рассказать. Вот только вспомнив о причине, по которой я хотел побыть один, ко мне вернулось чувство вины и ненависти к себе. Отлично, настроение под вечер испорчено.       — Ты хочешь об этом поговорить? — обеспокоено спросила она, подойдя ко мне поближе. В её глазах читалось желание мне помочь, поддержать, подбодрить, а от осуждения не осталось и следа. Но я не был готов ей об этом рассказать.       — Прости, я не хочу об этом говорить. Пойду-ка я к себе, — не желая больше обсуждать эту тему, я удалился из кухни и направился в свою комнату. Интересно, какого моей маме? Зная, что с её сыном творится неладное, она продолжает меня поддерживать и во всём помогать. Конечно, после развода родителей я редко с ней виделся, но общались мы довольно часто, и она всегда находила слова, чтобы меня поддержать. Она должна первая узнавать о моих проблемах, о мыслях, которые меня мучают, да обо всём, что со мной происходит, она должна знать, чтобы не беспокоиться. Однако, долгая разлука сделала своё дело и теперь мне не так просто взять и раскрыться ей, как я это делал с отцом. Уверен, это пройдёт, иначе быть не может.       В своей комнате я переоделся и подготовил рюкзак к завтрашнему дню. Затем я сел за рабочий стол и включил ноутбук. Пока он запускался, я задумался над тем, как я долго катался на мотоцикле. Интересно, насколько далеко я уехал от города? Ведь я даже счёт времени потерял... Ладно, это на потом. Сейчас стоит немного отвлечься. И только я собрался открыть браузер, как мне кто-то позвонил. На экране телефона высветился знакомый мне номер, который я не сохранял в контактах, так как номер моего друга легко запомнить.       — Ночная фурия на связи, — сказал я, приняв вызов.       — Как же я рад слышать твой голос. Как будто вечность прошла. Знаешь, я скучаю по твоей злой роже, — радостно заявил Бернард. Этот парнишка вечно весёлый, что меня в нём и забавляет.       — А я как соскучился по твой наглой мордашке, — ответил я ему в том же стиле. Удивительно, что все проблемы и беспокойства как рукой сняло.       — Наверное, целыми днями вспоминаешь обо мне? — игривый голос заводного парня давал мне хорошее настроение, чего мне сейчас очень не хватало.       — Да, ты прав. Для полного счастья здесь тебя не хватает, — сказал я, ведь он действительно играет чуть ли не главную роль в моей жизни. Хоть мы и общались только в социальных сетях, я считал его своим братом. Странно, но эта привязанность помогала мне, особенно когда моё настроение опускалось ниже плинтуса.       — Надеюсь, у тебя там всё хорошо. Я звоню тебе с не хорошими вестями, — радостный огонёк в его голосе погас и это меня насторожило.       — Что случилось? — явно произошло что-то важное, иначе он не стал бы звонить на сотовый.       — Ну, суета вокруг твоего приговора начала утихать и на Джексона перестали обращать…       — Мне наплевать на него, — выдал я, перебив друга. — Что с Оливией?       — Она по-прежнему замкнута в себе. За эту неделю она уже успела получить две двойки и пару раз уходила с последнего урока. Я пытался с ней поговорить, но она даже своих подруг не слушает, а со мной уж тем более не будет разговаривать, — ей было сложнее перенести разрыв отношений. Похоже, нам обоим разговор по душам пойдёт на пользу. Но что потом? Я не смогу вернуться в Лос-Анджелес, как бы я этого не хотел. По крайней мере, в ближайшие шесть месяцев, пока не отработаю своё «наказание». Да и захочу ли я возвращаться через полгода? Боюсь, сказать точно я не могу.       — Иккинг, есть ещё кое-что, из-за чего я, собственно, и решил позвонить. Только пообещай сдержаться от гнева, ладно? — интересно, что такого произошло, из-за чего я могу впасть в ярость?       — Я попробую, — не совсем убедительно, но он сам знает, что ожидать от меня большего невозможно.       — Джексон взялся за старое. Он снова не даёт ей прохода, — злость, ярость и гнев медленно стали овладевать мной. Этот парень выводит меня из себя. Он приставал к моей девушке и сейчас пристает к моей бывшей. Мне должно быть всё равно, но я не робот, чтобы просто взять и удалить те чувства, которые я к ней испытываю. Их можно только заменить или со временем они остынут, но забыть о них невозможно.       Кулаки зачесались, снова появилась эта жажда разбить ему морду, отправить его в больницу. Пофиг на суд, если он не знает всей правды, если ему наплевать на то, что я защищал свою девушку. Я должен его поставить на место, я должен защитить её… я должен вернуться и закончить незавершённое дело.       — …Иккинг! Ты меня слышишь! Алло! — голос друга пробивался в моё сознание, окутанное яростью. Не знаю, сколько я тут простоял, размышляя над тем, что собираюсь сделать, но сейчас меня отпустило. Ко мне вернулась ясность мыслей, но желание защитить свою бывшую не пропало. — Иккинг! Чёрт, знал что не надо было ему говорить!       — Я тут, — заявил я холодным голосом. Я знал, что делать и что от меня требуется. — Брат, я постараюсь приехать к завтрашнему дню. Если получится, встретимся в школе. Пофиг на маскировку, мне нужно, чтобы ты остановил меня, когда я перейду черту. Не хочу снова оказаться в суде из-за этого, — моя просьба нарушала наш договор о дружбе, но выбора у меня нет. Без него или с ним, я сделаю это, вот только без него я перейду черту и кто знает, что будет дальше?       — Все узнают, что мы с тобой друзья, но пропустить, как ты поставишь Джексона на место перед всеми... Не, такого я позволить себе не могу. Так уж и быть, братец, я присмотрю за тобой. А если вражеских юнитов будет больше, то помогу. Не зря я уже три года как хожу на бокс. Я с тобой, брат, — немного неожиданно, но приятно. Приятно, что единственный друг из прошлого поддерживает меня, несмотря ни на что. Поэтому я и считаю его своим братом, а не просто другом.       — Спасибо, Беззубик. Спасибо тебе за всё.       — Ой, только не расплачься. А то устроишь потоп в Берке, — вот задира, всегда меня подкалывает, но при этом поднимает настроение.       — Похоже, твой лимит серьёзности исчерпан, — заключил я, зная, что он всегда либо весёлый, либо молчаливый. Серьёзным он бывает крайне редко.       — О да, Фурия ты ночная. Давай, поднимай свой зад и приезжай сюда, я тебя жду. Если не приедешь, я сам с ним разберусь, — последнее он проговорил серьёзно, что заставило меня немного поверить в его намерения. — До завтра.       Как всегда последнее слово остается за ним. Впрочем, неважно. Он меня ждёт и готов помочь, осталось только договориться о переезде на день. Устрою сюрприз всем в школе, поговорю с Оливией и поймаю этого гада с поличным. Надеюсь, Бернарду хватит сил, чтобы меня остановить, а мне хватит сил уговорить маму в том, что мне нужно вернуться. Не хочется делать это за её спиной.       Я обдумывал, как мне рассказать маме о ситуации и убедить её помочь мне. Потом надо будет убедить отца и дело в шляпе. Надеюсь, что билеты в Лос-Анджелес ещё остались. Слишком многое зависит от удачи, но иначе никак. Придется соврать или скрытно покинуть дом и уехать. Вот только я потеряю мамино доверие, а этого я не хочу. Так что буду честен со всеми.       Спустившись на кухню, я облокотился о двери и стал наблюдать за тем, как мама заканчивала приготовление ужина, напевая медленную и спокойную песню. Её голос успокаивал меня и поднимал настроение. Я вновь почувствовал себя маленьким мальчиком, которому поют колыбельную. Странный сегодня денёк. Столько чувств от разных собственных воспоминаний, от истории отца Ричарда и от много другого я успел пережить. И сейчас я чувствую себя в безопасности и покое, а от серьёзности и след простыл. Я не перестаю удивляться быстрой смене моего настроения.       — О, ты тут, а я уже собиралась тебя звать на ужин, — обрадовалась мама, заметив меня.       — Значит, я вовремя, — сказал я, подойдя ко столу. Так, Иккинг, сейчас ли никогда. — Мам, тут такое дело…       — Что случилось? — спросила она, когда я затянул с паузой.       — Мне не даёт покоя тот факт, что я не смог поговорить с Оливией... после того инцидента. Я всё чаще думаю об этом и мне становится хуже.       — Сынок, — со всей нежностью сказала мама и, подойдя ко мне, обняла. Я обнял её в ответ. — Я понимаю, разлука с любимой и недосказанность убивают тебя, — освободив меня из объятий, она взглянула в мои глаза. — Это будет долго тебя мучить, но я уверена, ты справишься с этим.       — Вообще-то я не хочу ждать, когда эта напасть меня отпустит. Мне нужно вернуться в Лос-Анджелес и поговорить с ней.       — Иккинг! Это опасно, ты же знаешь, что будет, если снова выйдешь из себя, — она боится за меня, беспокоится. Лучше ей не знать, что я еду, не только чтобы поставить Джексона на место.       — Мам, я только поговорю с ней по душам и всё. После этого сразу вернусь обратно, — она знает, что мне это нужно, но она боится.       — Хорошо, — нехотя согласилась она после небольшой паузы. Как камень с сердца. Осталось, поговорить с отцом и можно заняться незавершённым делом.