наказание

Обычным летним днём Ай лежал на кровати, тупо смотря в потолок. Солнце пекло с самого утра, и в комнате было душно. Сколько бы парень ни пытался починить кондиционер, каждый раз убеждался — руки его растут не из нужного места. Дверь балкона была открыта нараспашку, но толку-то, если поступает в комнату тёплый воздух. Пройдя в ванную, он решил набрать воды, чтобы охладиться. Оставив кран включенным, он направился на кухню, чтобы отыскать в холодильнике мороженое. Уже с мороженым в руках, он, как ребёнок, развалился в кресле. Ай такой человек, который сидит на шее у родителей, ведь работает он только в круглосуточном магазинчике. Начал работать потому, что мама его доконала. Отец решил купить ему квартиру, чтобы он, так сказать, даже стал ответственнее. Но, видимо, он ещё не научился жить самостоятельно. Болтая ногой, Ай и не заметил, что мороженое на палочке уже закончилось, и осталась только та самая деревяшка. «Хорошо, когда живёшь сам по себе, - подумал он, - делай, что хочешь, спи, когда хочешь, питайся, чем хочешь. А самое то — когда лежишь в душный день, отдыхаешь и ничего не делаешь». Он развалился на диване. Прикрывая глаза, Ай ещё помнил, что нужно выключить кран, но, чёрт, веки уже становились тяжелее и ему так хотелось спать. Ничего ведь не будет, если он немного поспит?... Время близилось к вечеру, Ай ещё спал, а вода из ванной перебралась уже в зал, глубиной по щиколотку. Прежде спавший на кровати парень перевернулся и со шлепком упал в воду, намокая и мгновенно просыпаясь. Смотря по сторонам и видя блестящую от бликов солнца воду, он готов был и сам превратиться в водичку, чтобы утечь из этого помещения. В японских квартирах стены непрочные, как и потолки с полами, и, скорее всего, вода уже здорово затопила нижнюю квартиру. От этого Ай и волновался. Посмотрев на часы, он осознавал, во сколько вернётся Фута со своей загадочной работы, и сколько времени ему оставалось жить. Спустив сначала воду в ванне, он стал с ведром бегать по помещению, стараясь слить всю жидкость туда же. Сердце билось в бешеном ритме, а адреналин поступал в мозг, пробуждая ещё больше страшных мыслей, от которых Ай готов был умереть. Вода была везде! К счастью, в кухню она не пробралась, так как там был небольшой порог с пандусом. За последнее время проживания здесь, что воспоминанием пролетело в голове Ая, он узнал, кем работает Фута. Делать было ему нечего, и он проследил до самой штаб-квартиры, а после, стараясь не попадаться на глаза, чтобы его не убили ненароком, он аккуратно смылся с того места. После этого случая он Футу боится, как призрака, хотя даже призрак будет милее, ведь он не материальный. По коже Ая бегал табун неприятных мурашек, когда тот думал о значении «изнасилую». Он до сих пор понять не мог, да и осознал, что не хочет понимать. В дверь постучали, да так, что казалось, будто она сейчас сломается от такого напора. Ай на трясущихся ногах и в мокрой одежде подошёл к ней, открывая и позволяя «гостью» увидеть беспорядок в комнатах. - Я тебе кран в задницу запихаю, - прорычал Фута, ногой не позволяя Аю закрыть дверь. - Понимаешь, я не особо виноват в этом, - тот с дрожью произносил слова, что как мука сыпались в его голову, и неловко улыбался. - Она и меня затопила... - Сейчас я сотру эту наглую улыбку с твоего лица, - продолжал Фута, совсем не вслушиваясь в слова Ая. - Прошу! Пощади! - отбежав до зала, проговорил Ай. - Я сделаю всё, что ты захочешь, только не надо «пихать кран в мой зад»! - Я пихну туда кое-что другое, - хищно ухмыльнулся Фута, подходя к виновнику торжества. Закинув его на плечо как мешок, он оттащил Ая в спальную комнату. Парень был лёгким, что послужило плюсом, а одинаковая планировка квартир - вторым. Зная, что именно до этого дойдет дело, Фута прихватил с собой наручники, которыми он пристегнул руки Ая к кровати, мало ли, вдруг ускользнёт — у него ведь шило в заднице. Фута ушёл из комнаты, а Ай попытался хоть как-то освободиться, но со стальными наручниками это было невозможно. Ай не хотел, чтобы над его задним проходом издевались, поэтому он всё ещё пытался освободить свои маленькие, даже можно сказать, женские руки. Всё было прекрасно, ведь понял, что ему никак не выбраться, и он стал растягивать наслеждение от спокойного лежбища, но в какой-то момент в комнату вошёл Фута с загадочной сумкой в руках. - Что в ней? - мгновенно спросил Ай, не став заморачиваться. - Сейчас узнаешь, - прикрыв глаза, тот улыбнулся, кидая сумку на кровать. Рядом с этой сумкой приземлился и он, разглядывая беспомощное тело перед собой. Торопить события ему было незачем, поэтому он старался растягивать момент, наблюдая за заинтересованным, но испуганным взглядом Ая. Как крокодил приблизившись к своей добыче, Фута близко наклонился к парню, почти касаясь его губ. А тот не вздрогнул и, как показалось Футе, даже был не против. Вмиг на губах Футы осталась влажная дорожка, которую оставил Ай, пристально следя за реакцией партнёра. Тот ухмыльнулся, припадая к губам парня и затягивая его в довольно чувственный поцелуй. Затем он отстранялся, заставляя Ая следовать за ним, требовать поцелуя и унижаться. - Знаешь как просят поцелуя разгорячённые самочки? - наклонив голову вбок, спросил Фута, облизывая губы. - Н-нет, - заикаясь, проговорил Ай, стыдливо наблюдая за мужчиной, рот которого в ту же секунду расползся в пошлой ухмылке. - Открой рот, - произнёс он, и парень послушно приоткрыл его, - а теперь высунь язык. Дождавшись действия Ая, Фута мгновенно припал ко рту парня, играя с языком и прекрасно ощущая ответные реакции. Спустившись влажными поцелуями вниз по подбородку, он прильнул к шее, оставляя яркий засос на бледной коже. На Айе была лёгкая синяя футболка, что с треском стала разрезаной карманным ножом, от которого парень дёрнулся. - Боишься боли? - задал вопрос Фута, слегка касаясь лезвием кожи Ая. Тот легонько кивнул, дёрнувшись от холодного оружия. - Но это не мешает быть тебе таким. - Перестань болтать, - фыркнул он, но заметив взгляд Футы, улыбнулся и добавил: - Пожалуйста. - Это наказание, - пожал плечами тот, наклоняясь к уху юноши. Дыхание обжигало кожу и пробуждало некое щекочущее чувство. Когда горячий язык коснулся уха, Ай нервно вздрогнул от неожиданности. Холодные пальцы Футы пробежались по ещё тёплой коже живота, отчего Ай дёрнулся, а соски сами собой затвердели. Вскоре пригодилась та самая сумка со странными принадлежностями внутри. Фута аккуратно разложил каждую вещицу перед Айем, наблюдая за реакцией того. - Только не говори, что ты хранишь это всё с того дня, - усмехнулся Ай, и похоже что зря. Отстегнув одну руку, Фута перевернул его на живот. Юноша попытался вывернуться, но получил лишь шлепок по ягодице, который мгновенно остался красным отпечатком. - Будь прилежным, и всё будет аккуратно, - прошептал на ухо Ая Фута. Ай, таким образом, раздвинув ноги, встал на колени, уткнувшись головой в подушку. Фута тем временем, обильно смазав лубрикантом пальцы, стал погружать их в парня. Тот вжался головой в мягкую поверхность, стараясь не издавать каких-либо звуков. Ему было больновато, а всё потому, что последний секс у него был почти три месяца назад. Достаточно расширив его проход, Фута смазал немаленькое дилдо и стал погружать игрушку в анус парня, задевая простату, смотря на моментальную реакцию - Ай, сжав в кулаках покрывало, глухо простонал, тут же утыкаясь лицом в кровать. Так продолжалось очень долго. Фута включил на полную мощность вибратор и, убрав руки, стал ждать, пока Ай не начнёт что-либо делать. Со стороны казалось, что вся эта картина не возбуждает его самого, но стал бы он такое вытворять без пользы для себя. Ай начал рефлекторно двигать бёдрами, но осознав, что ничего не выходит, взглянул на Футу, который пожирал взглядом эту картину. - Если хочешь продолжения — попроси, - Фута снова наклонил голову. Ай парень гордый и глуповатый, поэтому не стал склоняться перед каким-то там якудзой. Этот вибратор никак не заменял член, ибо доставлял минимум удовольствия, лишь увеличивал желание. Прохладные пальцы проскользили по разгорячённой коже спины, отчего Ай выгнулся и приглушённо простонал. Раздражая «выносливость» Ая, Фута стал грубо трахать его вибратором. Ай стонал и выгибался, чувствуя больше наслаждения, чем наказания. Вскоре это закончилось, а дилдо, как уже использованное, было положено на поверхность тумбочки. - Вижу, ты ещё не усвоил урок, - подняв красное лицо Ая, заявил Фута, вглядываясь в глаза, что говорили красноречивее рта. Следующей игрушкой была верёвочка с нанизанными шариками, которую Фута также смазал. Поднеся к проходу парня холодную вещицу, из-за которой тот сжался, Фута, покрывая поцелуями спину жертвенника, ввёл в него один шарик. Ай издал приглушённый стон, поднимая голову, поддаваясь руке, которая, схватив его за волосы, потянула назад. Всаживая в того шарик один за другим, Фута взглянул, как они заполняют Ая. После мужчина потянул за верёвочку, за которой вышли шарики, издавая хлюпающие звуки, и с каждым освободившим его шариком Ай постанывал. Перевернув его тушку на спину, Фута стал разглядывать раскрасневшегося парня. Снова закрепив его руки по углам кровати, он приблизился к лицу Ая, замечая, что тот взглядом молит о пощаде, вернее о том, чтобы начатое довели до конца. Ухмыльнувшись, Фута осознал свою победу и, приподняв лицо паренька, он заставил его открыть ротик, грубо начиная двигаться и входить его в рот. Эти резкие и непрерывные движения заставляли задыхать Ая. Он чувстовал, как предэкулят заполняет его рот, а редкие движения попросту не дают опомниться и выравнять дыхание. Уголки глаз непроизвольно стали наполняться слезами, Ай не замечал этого. Его больше волновало то, что он не может дышать или то, что пальцы Футы больно сжимают его волосы. Когда член был смазан, Фута вставил его в анус Ая, а тот, осознав, что ему вставили живой и пульсирующий член, даже в какой-то мере обрадовался. Аю было неприятно, когда его трахали игрушками, хоть и доставляющими удовольствие. Однако это было только начало - это была всего лишь головка. Грубыми и резкими движениями Фута будто вдалбливался в истощённое тело. Ай громко застонал, отчего Фута стал резкими и глубокими толчками входить-выходить, растягивая пытку. С каждым толчком Ай вздрыгивал всем телом - он уже не был уверен от наслаждения или от боли. Глаза уже болели и слезились из-за того, что Ай сильно жмурился. Он всё равно ничего не видел, поэтому и закрывал глаза, было мутно и расфокусировано. Руки Футы щипали и царапали кожу Ая, оставляя за собой красные следы. Он кусал того в любое место, до какого только дотягивался. Кусал настолько, что после этого оставались глубокие следы, которые после нескольких дней станут синяками. Он, как и обещал, не жалел Ая, словно игрушки были лишь для отвлечения внимания. Настоящий «сюрприз» был он сам, кто бы мог подумать! Фута не входил в тело парня, он вдалбивался в него, не думая о последствиях. Агрегат его, кстати, был не из маленьких, а из таких, каких показывают в фильмах для взрослых. Он был толстым и большим. Больше, чем дилдо, шарики или вибраторы. По крайней мере, так ощущалось Аю. А он только и мог прырывисто выкрикивать стоны и нечленораздельные слова. На каком-то моменте Ай попросту сорвал голос, он даже сам не понял на каком. Он не чувстовал, как кожа его рук впивается в остриё наручников, он не чувствовал, как кусает собственные губы до крови, он не чувствовал, как складной ножичек оставляет порезы на его коже, он мало чувстовал острые укусы-засосы по всему телу, он уже не чувствовал, как большой орган соседа разрывает его кольцо мышц. Или же он чувстовал всё это одним махом. Он чувстовал всё это одновременно, поэтому уже не чувствовал ничего. Чувстовал только острую боль, как будто его раздирают наживую. И он не ошибался. Кончив парню на живот после очередного захода, Фута спустился с кровати, разглядывая влажное помещение. Ай лежал уже почти бессознания, лишь смутно видел, как Фута поднимается с кровати и ходит по комнате. - Надеюсь, ты усвоил урок, - произнёс он. Ай прохрипел что-то в ответ - даже если бы он был в сознании что-то сказать, его осипший голос ему бы не позволил. Веко всё сильнее тяжелело, а глаза закатывались, но Ай старался не поддаваться этому соблазну. - Кстати, в этой квартире ты теперь не сможешь жить, - Фута глотнул воду, которую налил себе на кухне, и вылил остатки на лицо юноши. - Она теперь непригодна для твоего нынешнего образа жизни. Несмотря на прохладную водичку, Аю было невмоготу даже просто функционировать, не то, что говорить. Всё ещё прикованный к постели и нагой, он потихоньку отправился в царство Морфея. Последнее, что он ощутил прежде чем уснуть, — прохладный вечерний ветерок, пробиравшийся из форточки и остужавший раскалённую атмосферу в комнате.