Золушек

Мы вышли из леса и увидели что всех учеников построили в стройку. Мы присоединились к ним. - У нас случилось ужасное... - объявил нам водитель нашего автобуса, - одной девочке стало очень плохо и мы вынуждены ехать поскорей домой. - А де наша учительница? - спросил кто-то из стройки. - Она в автобусе, успокаивает эту девочку. Мы все зашли в автобус и уехали домой. Честно говоря я очень не хотел уезжать, так как там, дома, мне врят ли дадут долго бывать улице, хотя мне плевать на поучения мачехи. Но мы все равно не сможем проводить так много времени рядом, как сдесь, в лагере. Но кто меня об этом будет спрашивать? Тем более эта дура(я узнал ее, ей всегда все с рук сходит, а она этим пользуется, врет и не краснеет и все ей верят, она же - дочь олигарха, бля, который обеспечивает нашу школу) заболела. Типа заболела. Прикидывается. *** - Ну, чудо, неужели это очень важно? Почему тебе нельзя остаться тут, дома, а ехать куда-то? - я умоляющее смотрел на Даниила, а он успокаивающее сжал мою руку. - Это только на 1 неделю, мне надо подписать какие-то папины документы и все, я вернусь, обещаю, коть, - он поцеловал меня в висок. - Но...но... можно мне с тобой полететь? - я, не отрывая взгляда, смотрел в его такие красивые глаза и понимал что тону в них. - Я не хочу тебя отпускать никуда, ни насколько времени, даже на одну неделю, даже на один день. - Нет, котенок...прости, но не получится.... - печаль и грусть были ярко выражена в голосе Дани. - Но почему? - Билетов больше нет, мы купили последние. Мы сидели на ловочке, ели мороженое и незаметно для всех - держались за руки. Когда я узнал что Дане надо куда-то ехать, я очень испугался - а вдруг что-то случиться за эту одну неделю? Я не хотел никак его терять, никуда отпускать, всегда быть рядом. В тот момент, когда он мне сообщил об этом, меня будто пронзала током боль с головы к ног. Но Даниила это не волновало. Казалось ему вообще насрать. Хотя возможно я лишь накручую себя. Но я тогда начал задыхаться. Я чувствовал что потеряю еще и его. *** Все время до аэропорта, я постоянно уговаривал его остаться, но он ни в какую. - Все, коть, мы пошли, - Даня сладко поцеловал меня на прощание. Этот поцелуй, как будто последний, я чувствовал. - Ну, только не надо плакать, мы же будем переписываться? Тем более помни - это всего на одну неделю и в следующий понедельник я уже снова буду с тобой, - он медленно провел рукой по моей щеке и я знал, что это последнее прикосновение. - Пока... я люблю тебя, чудо мое... - едва слышно дрожащим голосом прошептал я. - Конечно твое, коть, - но он все таки услышал эти слова и прокричав мне в ответ, исчез в потоке людей, которые толпились у входа на самолет. А мне казалось что это наша последняя встреча. Я едва держался чтоб не упасть. Доковыляв до скамейки, я сев и громко разрыдался, закрыв руками лицо. Вот почему чувство потери не покидает меня? Это всего лишь на одна неделя. Одна неделя... Я повторял себе эти слова и немного успокоился. *** И вот, я смотрю с окна аэропорта, как летит самолет моего любимого. Я все-таки отпустил его. Боль накрыла меня с головой и мне пришлось снова сесть. Как легко сделать себе больно и как трудно - сделать приятно. Вот что может произойти за неделю? Он ведь разлюбить меня не сможет, так ведь? Ну так....А что если... самолет сломается и упадет и он умрет? - Я то накручивал себя, то успокаивал, пока мне не позвонила мачеха, и не прокричала что б я шел домой. А все это время, от того как я увидел самолет Дани и до того время, как я не уснул дома, по моим щекам полились слезы. Я его очень сильно люблю. Да. Я не сдержал обещание перед самим собой. Снова.