Двойная жизнь

      Страшно подумать, но когда-то веселая Мэри Джейн Уотсон беспамятно влюбилась в своего странного друга. О том, как она страдала, видя, какими глазами он смотрит на Мишель Рейчел, девушку с длинными роскошными черными волосами и темно-синими глазами, которые, как казалось тогда еще школьному репортеру, могут лишь взглянув в глаза человеку узнать о нем все, что нужно, Мэри никогда не рассказывала. Эм Джей знала, что ей — рыжей замарашке, с галочкой на работе в Дейли Бьюгл — ничего не светит. Поэтому, скрипя зубами, «выливая» из глаз литры соленой жидкости, под названием «слезы», и давясь крепким эспрессо, она медленно отдалялась от Питера. А чуть погодя из школы исчезла Рейчел, но Эм Джей чувствовала, что Паркер продолжает с ней общаться. Рыжая не знала как и где, но понимала, что ее уже-бывший-лучший-друг эту девушку не бросит. Таких не бросают.       После в ее жизни появился новый важный человек, который своей доброжелательностью и милым шуткам, заслонил образ Питера перед глазами Уотсон. Все звали его — Человек-Паук, а она с улыбкой именовала его «Паучком». Сначала супергерой возмущался по поводу этого, но после смирился и привык к такому именованию. Эм Джейн нравилось, когда парень неожиданно заявлялся к ней по среди ночи с двумя стаканчиками попкорна и с дисками, на которых были записаны разнообразные новинки кино. Но иногда случалось то, из-за чего девушка еще долго не могла спокойно уснуть. Это происходило крайне редко, но эти моменты рыжая запомнить навсегда…       Когда Паук был не в силах добраться до Триносца ЩИТа и вызвать подкрепление из-за сломанного коммуникатора, что случалось нередко, он приходил к ней. Весь измученный и покалеченный. Мэри, пряча от героя глаза, в которых он бы мог увидеть боль, слезы и волнение, оказывала ему первую помощь. Потом оставляла его отсыпаться, а сама на всех порах неслась искать помощи в ЩИТе. Многие агенты уже привыкли к ее внезапным появлениям, поэтому относились к ней приветливо и часто предлагали какую-либо помощь. Девушка искренне улыбалась, незаметно вытирая слезы и унимая дрожь по всему телу, шла по направлению к лаборатории Доктора Конорса. Тот, завидев подругу Человека-Паука, наспех собирал все, что ему потребуется, брал с собой сокомадников Человека-Арахнида и они неслись в дом к Уотсон. Она всегда с улыбкой говорила с Доком Конорсом, а вот команду Паука предпочитала обходить стороной. Если с Силачом, Тигрицей, Новой и Кулаком она была знакома, не без помощи «дружелюбного соседа», конечно же, то Веном, Плащ, Кинжал, Рино и еще пару человек, имен которых Мэри так и не узнала, вызывали у нее не то что недоверие, а скорее неприязнь. Рыжей нравилась предыдущая команда Паучка, новая же состояла из неравных и иногда неуравновешенный, пример тому — Рино, супергероев. Когда ребята забирали своего еле дышащего друга, Уотсон заваривала себе крепкий несладкий кофе, мелкими глотками поглощая горячий напиток, кривилась от горького вкуса и буравила взглядом стену. Она пила его до тошноты, до головной боли, а прекращала лишь тогда, когда к ней являлся Человек-Паук, в уже новом костюме, но все еще слабый и уставший. Мэри знала, что он еще долго должен валяться в лазарете ЩИТа, знала, что он сбежал, ради того, чтобы навестить ее, но никогда не отчитывала и не ругала, лишь обнимала за шею и предлагала выпить кофе, от которого ей уже тошнило…