Поцелуй от Малфоя

Их отношения для всех оставались в тайне, никто не знал, что Драко и Гарри давно перестали ненавидеть друг друга и перекидывались грубыми оскорблениями лишь потому, что это вошло в привычку. Они поддерживали видимость злости, чтобы другим спалось спокойнее, и чтобы друзья не задавали лишних вопросов, но так было только на людях. Чаще всего они проводили время в Выручай-комнате. Скрытые стенами, которые знали секретов больше, чем Альбус Дамблдор, Гарри и Драко могли на какое-то время забыть обо всем мире и стать самими собой на несколько часов. Каждый раз приходя в комнату они не знали, какой из приходов станет последним, когда же хоть кто-то догадается и все разрушит. Разрушит их идеальный мир. Драко укрывался от дурных мыслей в объятьях Гарри и только тогда обоим становилось дышать легче. Они крепко держались за руки, безуспешно пытаясь продлить каждую секунду. Наслаждались каждым запахом, прикосновением и чувствами, которые следовали за ними. В каждом объятии: «я тебя никому не отдам», в каждом поцелуе: «ты мой». Они сидели в Выручай-комнате, подпирая плечом друг друга. Малфой читал скучный трактат по зельям, а Поттер пытался внимательно его слушать, но после пятой страницы уже потерял суть и поэтому засыпал. Тихий голос Драко прерывало только тиканье часов,что только ускорило назревающий сон Гарри. – Если ты хочешь спать, я могу уйти и не мешать тебе, - предложил Малфой, на что Поттер, сонно моргая, велел ему помолчать и читать дальше. – При всех моих великолепных возможностях я не могу читать и молчать одновременно. Драко закатил глаза, но реакции на его саркастический тон не последовало. Он кинул взгляд на Гарри, который уже посапывал на его плече. Блондин улыбнулся и, отложив книгу в сторонку, аккуратно лег на диван, увлекая за собой парня. Гарри даже не проснулся, его голова теперь лежала на груди у Драко и он перебирал темный густые волосы. Спать ему совсем не хотелось, поэтому его мысли крутились вокруг их отношений с Поттером. Тяжело держать в себе секреты, особенно секреты с размером Гарри Поттера. Драко не был человеком, готовым открыть всему миру свою личную жизнь, но он не понимал, как он до сих пор не рассказал все друзьям. Хотя больше он не понимал, как они сами не догадались. А подтверждений было с тысячу. Постоянные возвращения после отбоя, задумчивый взгляд, записки, которые он сжигает сразу после прочтения, куча подарков, на которые не скупился Поттер, Драко уже не помнит, когда он в последний раз что-то не переспрашивал, потому что, даже когда Гарри нет рядом, его мысли всегда где-то с ним. Это одновременно злит и пугает. Злит, потому что друзья настолько слепы и пугает, потому что, когда они все поймут их отношения с Гарри прекратятся. И больше не будет этого чувства внутри, чувства, когда ты знаешь, что не один. Гарри больше не будет смотреть на него так, как смотрит сейчас. Драко перестанет чувствовать себя особенным. Все, что останется – это только огромная дыра в груди и тысячи воспоминаний, которые будут причинять только боль. Малфой гонит эти мысли от себя. Гонит мысли об отце и Лорде, о том, что Гарри – будущий спаситель волшебного мира, что возможно они окажутся по разные стороны баррикад, гонит от себя мысли о друзьях и школе, о том, что Гарри – везучий волшебник и Малфой окажется на проигравшей стороне, о том, что его вряд ли помилуют за содействие с Пожирателями и никто так и не узнает о том, кем в жизни Гарри приходился он. Остаются только мысли о зеленоглазом парне, который покорил его сердце. И больше всего Драко боялся, что Гарри не испытывает тех же чувств. Малфой погладил Поттера по голове и еле слышно вздохнул, на него уставилась пара зеленых глаз, в которых все еще можно было заметить остатки сна. – Я тебя разбудил? Прости. Тебе удобно? Гарри ничего не ответил, только помотал головой и подтянулся так, чтобы быть вровень с Драко. Их глаза были устремлены друг на друга и каждый искал в них ответы на собственные вопросы, они застыли так на пару мгновений, пока Поттер не выдержал и не поцеловал Малфоя. Это был поцелуй, забирающий все силы и тут же восстанавливающий их. Поцелуй, где темное смешалось со светлым, так же как волосы на подушке обоих парней или тьма души Драко со светом души Гарри. Они хватались за мантии друг друга, стягивая одежду, лишь бы быть ближе и просто чувствовать. Так чтобы кожа к коже, без пошлости и разврата. Какое-то детское чистое чувство разливалось в груди у обоих, какая-то сумасшедшая необходимость – стать одним целым. Пальцы сплетаются друг с другом, глаза закрываются сами собой и поцелуи становятся легкими, как касание пера и бесконечно нежными. Гарри гладит Драко по щеке и говорит так, как будто слышит все мрачные мысли Драко: – Я никогда не оставлю тебя и никогда это не забуду. Я буду рядом, потому что ты – часть меня. Неужели ты еще не понял? Драко только покивал в знак согласия и медленно прикрыл глаза, погружаясь в объятия своего парня. Гарри Поттер был везучим волшебником. В детстве его мог убить один из самых сильнейших магов, но все, что от этого осталось – шрам на лбу. В последующем не единожды жизнь Поттера подвергалась опасности, но все в конечном образе оставалось на своих местах: Гарри был жив, и никакая магия не была ему страшна. Драко смотрел на этого зеленоглазого парня и думал, что его могла убить любая другая вещь, не связанная с миром магии. Один выстрел из любого оружия, кирпич, прилетевший на голову, обычный сердечный приступ в конце концов. Поттер мог пострадать от чего угодно, но Драко даже не подозревал, что героя магического мира каждый день убивала лишь одна вещь: поцелуй. Поцелуй от Малфоя.