My Sweet Prince

"My sweet prince Мой милый принц, You are the one Ты – единственный"*

Студия погрузилась в тишину. Анна боялась тревожить Луи, а тот опустил лицо на ладони и не издавал ни звука. Камеры продолжали снимать, операторы переглядывались, но никто не нарушал тишину. Все понимали, что Луи нужен небольшой перерыв, и все готовы были его дать, несмотря на то, что это затянет съемку еще на некоторое время. Но парень продолжил, не поднимая головы: - Во что вы меня втянули? Это больно… вспоминать все это, - он поднял голову, его глаза стали красными. - Я даже ни разу не был на его могиле. Думаю, я не заслужил этого. Я бросил его, бросил в самый тяжелый для него момент. И вот, прошел год с его смерти, а я не знаю, что делать. Парень развел руками, будто показывая, как слаб он был. - Луи, вы сказали, что видели его еще раз, после вашего разрыва. Расскажите, как это было? - Конечно, я уже все рассказал, почему бы не закончить эту грустную историю и пойти всем по домам, да? Луи глотнул воды и продолжил. - После того, как он ушел я полностью сконцентрировался на работе и учебе. Я занимался сутками, спал ужасно мало. Никуда, кроме работы и универа не ходил. Я был похож на робота. Какое-то время я еще видел Гарри в журналах, и от этого становилось трудно дышать, хотелось вернуться к нему, терпеть все его загулы, наркотики, я чувствовал, что просто не выживу без него. Но он внезапно исчез, со всех обложек, из всех изданий. Я звонил в его агентство, хотел хотя бы узнать все ли с ним в порядке. Там грубо ответили, что больше с ним не работают и повесили трубку. Я несколько раз звонил его матери, но она не брала трубку. Надо было съездить к ней, но я сдался. И вот, прошло где-то пол года после его исчезновения, и я услышал телефонный звонок. Я читал, и даже не хотел брать трубку Автоответчик был включен, поэтому я просто опустил глаза снова в книгу. - Привет, Луи. Это Гарри. Я звоню, чтобы извиниться. Я прохожу лечение, и мы как-бы должны просить прощение у всех, кому мы делали больно, когда принимали наркотики. Я сказал: "Вот блин, это займет у меня всю оставшуюся жизнь"... Как заколотилось сердце, когда я услышал его голос! Я думал, оно не выдержит и остановиться. Я даже не мог сдвинуться с места, будто прирос к креслу. - Прости меня....Это глупо....Как бы то ни было, я хочу попросить прощения и сказать, что скучаю... - Что он говорил? Зачем позвонил? - Он просил прощения. Вы знаете эти реабилитационные программы? Это одна из их фаз. Я, наконец, узнал, что с ним все хорошо, он в клинике и я... Я был так рад. Я поначалу не брал трубку, не знал, что и сказать ему. Просто слушал его голос. Он начал довольно бодро, шутил, но потом я услышал, что он еле сдерживает слезы и я вскочил с кресла и поднял трубку. - Привет... привет, это я. - Господи, Лу. - Да. - Привет... Теперь я не знаю, что сказать. - Не страшно, я слышал, я все слышал. - Все в порядке? - Да. - Я...Я сейчас не могу говорить, мне нужно идти. Через пару дней меня выпишут, и я позвоню тебе, ладно? - Хорошо. - Хорошо... Это был самый неловкий разговор в моей жизни, я не знал, что сказать, он не знал... Большую часть времени мы молчали в трубку. Гарри то смеялся, то плакал. В итоге, мы договорились созвониться, когда его выпишут. И в моей груди снова зародилась надежда на счастливый конец. - Он позвонил? - Да, мы часто созванивались, разговаривали о погоде, о его маме, и просто ни о чем. Он не предлагал встретиться, и я подумал, может он еще не готов, может он боится сорваться. Поэтому я решил, что просто буду рядом, когда ему нужно. Позже наши разговоры переросли в более личные, и мы снова смогли обсуждать самые тяжелые темы. Он рассказал о лечении, я рассказал о жизни без него, вернее о ее отсутствии. Потом... потом он пропал на пару недель. Ни звонка, ни сообщения. Я позвонил его маме, хотел приехать, но она сказала, что Гарри просто приболел. Просто приболел... СПИД сложно назвать простой простудой, правда ведь? Очень сложно не упомянуть про это в разговоре! - Смерть Гарри оказалась для всех огромной неожиданностью. Пресса узнала об этом только через пару месяцев. - Да, это я проболтался, когда увидел знакомого журналиста. Его мама все держала в секрете, даже от меня. Как я жалею, что не проявил больше настойчивости, она отгородила Гарри ото всех, но... Я мог провести с ним больше времени. Я просто не знал, что происходит на самом деле. Знали только Гарри, его мама и сестра. В итоге, я просто ждал. Когда Гарри позвонил, он сказал, что чувствует себя лучше и очень хочет встретиться. Я ведь не имел ни малейшего понятия, откуда я мог знать, что это будет прощание, наша последняя встреча? Я вел себя как глупый подросток, когда готовился к его приходу, накупил его любимых сладостей, прыгал, пел... Я был счастлив и полон надежд. "Дорогой Луи, это конец моей повести. Последняя страница, последнее фото. Увидеться, чтобы сказать: "Привет". Увидеться, чтобы сказать: "Пока". Увидеться, чтобы заполнить всю пустоту, вдохнуть твой запах, прикоснуться и покрыть поцелуями твое лицо." Не знаю, как я ничего не заподозрил по его внешнему виду. Он совсем исхудал, волосы были коротко-коротко пострижены, глаза потеряли свой блеск. Видимо я настолько сильно соскучился по нему, что не разглядел болезнь. - Гарри! - Это я. - Заходи, заходи. Я открыл дверь, и мне хотелось кинуться ему в объятия, но меня сковал страх и просто пригласил его войти, даже руку не пожал. - Хочешь чаю? Я так нервничал перед встречей с тобой. Кофе? - Нет, я ненадолго. - А почему? Он сказал, что ненадолго и мне захотелось кричать: "Прошу, оставайся навсегда. Никогда больше не уходи от меня". - У меня встреча. - По работе? - Нет. Нет, больше никакой работы. - Я просто думал у нас будет больше времени. - Да, я тоже… Просто не сегодня. - Все в порядке, у нас еще много времени. Мы все наверстаем. - Да, наверное. Но сегодня я просто хотел увидеть твое лицо, мне его не хватало. Я говорил такую чушь, вы бы только слышали. “У нас еще будет время, мы все наверстаем”. Даже не представляю, каково было ему сидеть и слушать мои глупые мечты, зная, что он скоро умрет. Зная, насколько все это невозможно. - Что ты будешь делать? - Хм... Я не знаю, есть кое-какие планы. Думаю, я мог бы учиться, что скажешь? Выучиться чему-нибудь полезному, может даже остепениться, завести детей, знаешь, чем черт не шутит. - Надо же! Ты исправился? Ведь речь идет о женщинах, так? - Мне не нужна жена, чтобы иметь детей. Кроме того, ты всегда был для меня единственным. - Да, я думаю, я это знал. Гарри своим видом не показывал, что для него все кончено, что ему бессмысленно мечтать. Он продолжал говорить о том, чего бы он хотел в будущем. Я наслаждался, слушая как он говорит о женитьбе, о детях. Ни слова о модельном бизнесе, который все разрушил. Я ни о чем не догадался даже когда он отдал мне свои дневники. - Гарри вел дневники? - Да, с самого детства. Он выплескивал на листы все свои надежды, желания, всю свою боль. - Ты не сохранишь это для меня? - Твои сказки? - Ну да, несколько. Плюс всякая ерунда из моей головы. Я не хочу его выбрасывать, но и не хочу, чтобы он был пока у меня. Ты можешь его прочесть, если хочешь. - Нет, я не буду. - Нет, прочти, я хочу этого, ладно? Может, ты найдешь там какой-нибудь смысл. У меня этого никогда не получалось. - Но ведь я тебя еще увижу, правда? - Да, если хочешь. - Да. Я не понял, что так он окончательно прощается, отдавая мне свое сердце на листах. Я до сих пор злюсь на него за то, что он соврал. Я ведь задал ему вопрос, очень простой вопрос – увидимся ли мы снова. И он сказал да. Это гребанное вранье. Я знаю, что вряд ли отпустил бы его, если бы он ответил отрицательно, но я не успел попрощаться. Я хочу сказать ему еще так много. В тот вечер, вместо того, чтобы говорить, какой он прекрасный, как я его люблю, что он весь мир для меня, я мечтал о будущем, строил планы. - Знаешь, я тут подумал, почему бы не снять этим летом домик на пляже. - Правда? - Я правда думаю это еще один шанс для нас. Я бы так хотел, чтобы у нас был еще один шанс. - Да, я бы тоже хотел... Мне нужно идти. - Нет, подожди! Я хочу, чтобы ты остался! Я сидел с огромной улыбкой на лице, чувствуя его рядом, вдыхая его аромат, слушая его дыхание. Я не хотел видеть правду, как он плохо выглядел, как еле сдерживал слезы. Невозможно было поверить, что никакого будущего для нас нет. Для него нет. - Ты был единственным. Единственным, кого я любил. И ты удивительный. Знаете, что он сказал мне на прощание? Его последние слова, которые я услышал? Я был единственным, кого он любил. А я промолчал. Не потому что не чувствовал того же! Нет! Но потому что я думал, у меня еще будет время сказать ему обо всем. Он всегда будет единственным. Мой милый принц. "И люди сказали: "О, он совсем не красивый". И они выгнали его из прекрасного дома, выгнали его на улицу и он ушел и больше никогда не вернулся. А люди скоро снова проголодались и вернулись в прекрасный дом, ища золото, но там никого не было".