Desire

Веки казались тяжелыми — наверное, это первое, что я почувствовала. Приподнимая их, я отметила знакомую обстановку — хоть перед глазами всё расплывалось, я всё же узнала школьный медпункт. Мне доводилось пару раз заходить сюда за таблетками и я просто не могла не узнать белых стен и шкафчиков с лекарствами. А ещё темный силуэт напротив. Прищурив глаза, я присмотрелась. Джеймс. И что он здесь делает? Волосы, как всегда, растрёпаны, в глазах заметна усталость, а на разбитой губе небольшая ранка, которой не было раньше. Он смотрел прямо на меня. — Джеймс? — из горла вырвался неожиданный хрип, и я почувствовала острую боль в районе связок. — Да, — спокойно ответил он и взял меня за руку. Я дрогнула и мысли панически закружились: отвернуться, убрать руку? На последнее у меня совсем не был сил и... желания? Наверное, Бен успел ударить меня и по голове. — Что произошло? — я помнила всё смутно. — Этот придурок напал на тебя, схватил за горло и начал душить, — свободной рукой я коснулась горла, которое всё ещё болело, — а потом... — он замолчал.  Я приподнялась на локтях и посмотрела на него. — А потом?  — Я напал на него, — он пожал плечами. Как будто это какая-то мелочь и ничего особенного не произошло. — Твоя губа... — Всё хорошо, — перебил меня он, — ему в любом случае досталось больше. Он помолчал ещё немного, а потом встал со стула. — Ладно. Я отвезу тебя домой. — Не обязательно, я могу и сама добраться. Мне было очень неловко — он и так сделал слишком много, просто невероятно много, как для Джеймса Кеннета, а ещё тратить на меня своё время... Наверняка, у него какие-нибудь планы. — Я подвезу, — чётко и уверенно — совсем как перед выступлениями — сказал он.  — Но... — Хватит, — тяжело вздохнул он, — неужели так сложно не спорить со мной? Это было сказано с такой усталостью, что сказать что-то против у меня даже язык не повернулся. Джеймс протянул мне руку, и я без колебаний опёрлась на неё. Ходить было тяжеловато — наверное громила-Бен хорошенько приложился по мне, — но, скорее всего, к завтрашнему дню всё пройдёт. Открывая дверь, Джеймс пропустил меня вперёд. Как назло была перемена, ученики толпились в коридоре, и чуть ли не каждый, проходя, смотрел на нас. Ох, завтра же пойдут слухи о нас: то он защитил меня, то подвозит домой — я уже чувствовала, что ничем хорошим это не закончится. Зря я вообще принимала от него помощь — это даже не было типичным для меня. Обычно я всегда одна и всегда сама по себе. Когда мы проходили мимо зеркала на полстены, я посмотрела на себя: чёрные волосы средней длины не лежали так же опрятно, как прежде. Они спутались и сильно растрепались, под глазами появились чёрные круги, а лицо казалось бледнее обычного. И ещё горло. Оно покраснело, оно было просто чертовски красным. Я заметила, что на мне больше не было галстука и снова скользнула взглядом по своему отражению, но мне вдруг стало просто тошно на себя смотреть. — А где мой галстук? — можно ли было назвать его своим? Фактически, он принадлежал Дафне. — У меня в рюкзаке. Я снял его, когда ты была без сознания. Наконец мы вышли из школьного здания на парковку. Солнце заставляло меня щуриться до тех пор, пока я не села в машину с тонироваными стёклами, где лучи больше не могли ко мне подобраться. Внутри салон был... впечатляющим. Хоть я и не разбиралась в машинах, но это точно была не из дешёвых: о цене можно было даже судить по коже, которая обтягивала сиденья.  Целую дорогу мы ехали молча, я лишь иногда говорила направление, а он молча следовал им, поворачивая куда нужно. Пешком я доходила домой за полчаса, а на машине мы доехали всего за десять минут. — Всё, спасибо, — сказала я и подёргала за ручку двери, но та не открывалась. — Ты сказала "спасибо" за то, что я подвёз тебя, но даже не поблагодарила за помощь в школе, — внезапно начал он. — Знаешь, это немного обидно. Разве я не сказала спасибо? А ведь правда, ещё ни разу не сказала.  — Спасибо, — пожала плечами я, — а теперь открой дверь. — Ты серьёзно? Хотя, чего можно было от тебя ждать... — Чего ждать? Что я буду бегать за тобой и говорить всем, что ты мой "герой" и "спаситель"? Вообще-то, это по твоей вине это все случилось! — кажется, я немного перегнула палку, но остановить меня было невозможно. — Я пошла за едой, потому что ТЫ меня заставил! — Так это я виноват? — упс, кажется он взбесился ещё сильней. — Кто виноват, что у тебя руки из задницы растут?! Я тебя защитил, вступился, хотя мог бы остаться там, а ты просто... — его глаза налились кровью и навряд ли от усталости. Это не помешало мне его перебить. — Ох, ну извините, что мистер Совершенство больше не является таковым! — Бо-оже, какая же ты идиотка, если так не по-человечески тупишь... — Это я идиотка? — я села ровно — усталость куда-то пропала, а силы для споров нахлынули новой волной. — Если я идиотка, то ты просто жалкий самодовольный кретин! — Дура! — Идиот! — Тупица! — Недоумок! — Тупая мудацкая женщина! — Мистер Гринберг! — имя школьного математика с лицом аутиста вырвалось совершенно случайно. Джеймс приподнял бровь и удивлённо посмотрел на меня. Господи, как же всё это глупо!  — Выпусти меня! — повысила голос я, но Джеймс только фыркнул. — Сейчас же! — я старалась казаться грозной и твёрдой. Парень даже не пошевельнулся, продолжая улыбаться во всё лицо. — Какой же ты... А-ах, боже, как же ты достал меня! — я мирилась с яростным желанием хорошенько врезать ему, ударить по его нахальному лицу, а потом самой открыть дверь. — Ну давай! — кажется, он понял чего я хочу, хотя, наверное, сложно было это не понять — я ведь сидела, сжав кулаки. — Давай, сделай, что хочешь. Ударить его? — Давай же! — крикнул он. — Сделай это! Хорошенько размахнувшись, я ударила его кулаком в плечо. Он даже не поморщился, хоть я и ударила изо всех сил. Чёртов придурок, это такая демонстрация превосходства? — А теперь моя очередь. Бить меня? Я не успела спросить это вслух. Он резко приблизился, обхватил моё лицо ладонями и поцеловал. Кажется, я не совсем поняла, что происходит. Я даже не поняла, как и что вообще произошло! Это продолжалось совсем недолго, хотя, может, и долго. Навряд ли я ориентировалась во времени в этот момент. Из треснувшей губы Джеймса сочилась кровь, и я ощущала её железный привкус. Наверно, и он её чувствовал, но это его не остановило — он только сильнее сжал руки. Тёплые губы касались моих, я чувствовала запах мелиссы, который почему-то казался привычным, а когда это закончилось, он отодвинулся и взглянул мне в глаза. Странно было видеть его так близко. Странно вообще смотреть на него. И, кажется, его глаза действительно красивые... Дверь щёлкнула, возвращая меня в реальность. На губе Джеймса появились новые алеющие капельки, и я невольно вытерла свой рот тыльной стороной кисти. Потом посмотрела на неё. Мой первый поцелуй. Мой первый поцелуй с Джеймсом Кеннетом. Мой первый кровавый поцелуй с Джеймсом Кеннетом? Не-ет, это не было реальностью, напоминало скорее какой-то сюрреалистический сон, вроде тех, которые снятся, если долго смотреть на картины Дали. Открыв дверь и не сказав ни слова, я вышла из машины и побежала к своему дому. Боже, что со мной?