Аксиома страсти

ЁнГук просыпается от того, что чувствует чье-то дыхание на своем лице. Как он определяет, пахнет мятой. Открыв глаза, он подпрыгивает на кровати, потому что перед ним находится улыбающееся лицо розововолосого ребенка. - Что ты делаешь? – нервно бормочет блондин. - Кстати, мы выяснили, сколько вам лет и решили, что ты пока побудешь старшим блондинчиком, а ты, - ДэХен кивает на ХимЧана. – Будешь младшим блондином. - С чего это? – совершенно не понимает Чан и, свесившись со своей койки, встречается глазами с ЁнДжэ - его язычок скользит по губам, и Ким, нервно улыбнувшись, быстро прячется на своей койке. - Потому что я так решил, сладкий мой, - Джэ поднимается со своей кровати и придерживает на бедрах простыню, впрочем, как и Зело. - А я вот решил проверить своего Гуки… - ЧжунХон повязывает на бедрах покрывало и залезает к новенькому на верхний ярус. – ЁнГуки, иди ко мне! - младший раскрывает объятия и тут же заключает в них старшего. Банг в немом ужасе смотрит на ХимЧана, который спрятался от ЁнДжэ под одеялом. Он очень медленно разжимает худые ручки и, нервно сглотнув, убирает их от себя. - Я… Зело, я извиняюсь, но... Как бы вам объяснить… Я знаю, что Гук не очень дружит с красивым лексиконом, поэтому скажу я, - Ким буквально слетает с кровати и, прикрываясь одеялом, мчится к третьей двухъярусной койке. – Так вот… Ты что, спишь обнаженным? – челюсть ХимЧана встречается с полом, когда с ЁнДжэ слетает простыня - нет, он поймал её в последний момент - но проблема в том, что он отчетливо дал понять, что спит даже без нижнего белья. - Ну да, а что? Кого мне стесняться? – Джэ улыбается, а вот ХимЧан по инерции быстро перекрещивается, чем вызывают у Ю улыбку. – Так ты у меня святоша? Какая прелесть… - Так вот, я продолжу, - ХимЧан перебивает ЁнДжэ и тут же выдает: - Извини, что прервал. Итак, я и ЁнГук предпочитаем девушек. Мы являемся гетеросексуалами, и не интересуемся лицами мужского пола для совокупления и удовлетворения физических потребностей. В биологическом смысле мы являемся доминирующими самцами, и нам необходима женская особь, а не мужская. Я надеюсь, что вы меня поняли. В камере наступает минутная тишина, и затем Зело спрашивает: - Джэ, а с кем он сейчас разговаривал? *** - И что это за странное место?.. И чем тут пахнет? – не понимает ЁнГук, когда шестерых ребят заводят в столовую. Зело сразу хватает Банга за руку и ведет к столику: - Чего ты хочешь кушать? Я могу покормить тебя, мой Гуки, - лицо подростка светится от удовольствия, но когда они садятся за стол с подносами, появляются два высоких парня, и ЧжунХон с ЁнДжэ сразу встают, не подпуская к новеньким. - У наших кисок новенькие игрушки? Или они еще не играли с вами? – ЁнГук чувствует ярость, исходящую от двух парней, но его смелость куда-то резко исчезает, когда он видит похабную улыбку. Да и вообще, защищать он привык дам, а парни по аксиоме сами за себя постоят. - Ну, я явно буду развлекаться не с тобой, - ЁнДжэ ухмыляется, и от его оскала двум «гостям» становится не по себе: они нервно кивают и быстро уходят. Садясь за стол, Джэ удивленно смотрит на ХимЧана, который, сложив ладони вместе и закрыв глаза, что-то бормочет. - Что он делает? – Ю удивленно разглядывает Кима, который ни на кого не реагирует. - Молится. ХимЧан - верующий человек. Я обычно только в церковь по воскресеньям хожу, - ЁнГук с гордостью смотрит на друга и, приподняв голову, свысока разглядывает ЁнДжэ. - А… Это теперь так называется. А я думал, он еду заколдовывает, - хохочет Зело и принимается за еду, но замирает с палочками у рта, когда видит, что его Гуки не ест. – Что-то не так? - Как вы это едите? У этой лапши ни вкуса, ни запаха... И где специи, салфетки, которые должны быть за столом? – ЁнГук хлопает глазами, искренне не понимая, почему стол сервирован не по правилам. - Салфетки? Сейчас принесут, Гуки, подожди пару минут, - ЧжунХон тихо посмеивается, а Банг, поверив ему, терпеливо ждет, когда же принесут так нужные ему вещи. ХимЧан с опасением смотрит на лапшу, которую он даже в магазинах-то не видел. Его холодильник всегда заполняла гувернантка, и он всегда питался только полезной пищей, впрочем, как и ЁнГук. - Ну, и где они? – Банг надувает губы, а ЧжунХон чуть не давится от умиления, разглядывая своего красавца. Но Гука привлекает нечто другое, что происходит рядом: ДэХена чуть не облили какой-то дрянью, но ЧонОп, встав, защитил его от нежелательного «знакомства» с какими-то помоями. - Вот, видишь, какие они хорошие друзья и… - Они не друзья, - обрывает Джэ, и новенькие смотрят на него. – Они заключили так называемый союз на помощь друг другу. ЧонОп смотрит за Дэ, а ДэХен смотрит за Опом. Им, главное, чтобы вот таких казусов не было. - А у вас есть такие защитники? – ХимЧан интересуется из благородных намерений, но в ответ получает безразличный взгляд ЁнДжэ, который пугает его. - Нет. У меня и Джэ их нет. И они нам уже не нужны, - в разговор встревает ЧжунХон, за что сразу получает нравоучение от ХимЧана: «Перебивать старших неприлично». - Почему не нужны? Зело, не вози и прекрати причмокивать! Господи, как вы ведете себя за столом, и вообще, где мои салфетки? – возмущается ЁнГук, когда понимает, что его требование как-то слишком долго не исполняют. Охранники говорят заключенным, что обед закончен, и тут Банг начинает громко возмущаться: - Что за сервис у вас тут? Специй на столах нет, салфетки отсутствуют, я уже не говорю о том, что столы не начищены и вообще… - ЁнГук замолкает, когда макне, закрыв ему рот ладонью, мило улыбается всем. - Не обращайте внимания, мой Гуки немного не выспался, - ЧжунХон тащит старшего к толпе, которая движется на выход, и недовольно шипит: - Ты что делаешь? Хочешь, чтобы тебе наказание влепили, и чтобы ты мыл полы? - Какие полы? Тут уборщики должны быть и вообще, почему в камерах не убираются, для этого же есть специально обученные люди, - наивно заявляет Гук, а Зело только хохочет, схватившись за него. - Что ты смеешься? И вообще, так себя вести неприлично! А вот если ты в оперу пойдешь, ты будешь вести себя точно так же? – вызывающе спрашивает Банг. - Пойду в оперу? Детка, если я пойду в оперу, все охуеют после первого же куплета, поверь. - Так, ты чего материшься? Ребенок еще, не дорос, чтобы матом ругаться! И вообще… - Джэ, не смей курить! – ХимЧан подбегает к блондину - растолкав Зело и Гука плечами, он вырывает сигарету из рук младшего и грозит ему пальцем: - У тебя детский подростковый организм! – он активно размахивает руками. – Тебе нельзя курить, иначе потом могут открыться серьезные болезни! - ХимЧан, детка моя, ты что, с осины грохнулся? - Говорят "с дуба упал", - снова поправляет Ким. - Да нет, тут уже осина. Дуб бы тебя не выдержал, - смеясь, Ю шлепает ХимЧана по попе и направляется во дворик, куда их ведут на прогулку. А так называемый младший блондин краснеет, как помидор, и смущенно бормочет мимо проходящим заключенным: - Это мы просто играем, не обращайте внимания… - он совсем теряется, когда некоторые парни посмеиваются, и, разглядывая его, плотоядно облизываются. Достав из заднего кармана достаточно увесистую книгу, на которой написано «Библия», ХимЧан прижимает её к груди и бормочет себе под нос: - Господи, спаси эту грешную душу…