Аксиома страсти

- Итак, начнем с того, что вы подаете плохой пример младшим! – ХимЧан ходит по камере туда-сюда, объясняя ЧонОпу и ДэХену, что их отношения совершенно неправильные. - И что? Мы, между прочим… - Вообще, это мы им подаем плохой пример, любимый, - спокойно заявляет ЁнДжэ, лежа на своей полке. От такого обращения старший краснеет, а затем и его лучший друг прячет лицо в подушке. - С тобой у меня будет отдельный разговор! – ХимЧан делает акцент на слове "с тобой", и блондин сразу улыбается, а старший отводит глаза. - Я согласен! – ЁнГук неуклюже спускается с верхнего яруса кровати, вставая рядом с новоиспеченной парочкой. - Так, отвалите от них оба! – Зело встает перед ребятами и, сложив руки на груди, внимательно смотрит на новичков. - Они вместе и точка. Если есть претензии, то выдавайте их мне и не смейте их трогать! - Не повышай голос на старших! – тут же поправляет ЁнГук и получает от макне подзатыльник. - А вы не приставайте к ним. Они, в отличие от вас, нормальные! – подключается ЁнДжэ, а ДэХен уже жалеет, что они раскрыли свои отношения. Но когда новенькие только недовольно фыркают, он успокаивается, понимая, что нравоучения закончены. - Так, ладно, продолжим с вами! – Зело с ужасом смотрит на ХимЧана и искренне не понимает, откуда в нем столько терпения, спокойствия и смирения. - Ты прочел книгу, которую я тебе дал? - Да, прочел, но ничего не понял. Это как учебник Гуки: что-то написано, а что - непонятно, - малыш хлопает глазами, невинно улыбаясь, и протягивает Киму книгу с названием: «Происхождение человека, эволюция – ступень Гомосапиенса». - И чем она непонятная? - Всем! Хотя, одно я понял - слово "Гомосапиенс" мне нравится! Оно точно образовано от слова "гомосексуалист"! – воодушевленно вещает младший, а ЧонОп уже откровенно ржет в подушку, видя дергающийся глаз ХимЧана. - Нет, "Гомосапиенс" – это "Человек разумный". Это вообще латинское произношение! – ЁнГук выхватывает у друга книгу и, пролистав пару страниц, хмурится, понимая, что все изображения разрисованы карандашом. - Ну, тогда так неинтересно, - Зело укладывается на кровать, сложив руки на груди. - ХимЧан, у меня к тебе вопрос. А ты часто в церкви бываешь? – ЁнДжэ выглядывает из-за книжки, которую читает. Киму сразу становится интересно, что заинтересовало этого парня, но ему никак не увидеть название. - В церкви? Практически каждый день был, - не понимая, с чего такой интерес, Чан поправляет зеленую челку, которая через пару дней станет белой, правда, об этом ему пока никто не скажет. - Отлично, тогда сегодня ты побываешь в нашей церкви! – мило улыбаясь, Джэ прячет книгу под подушку и, встав, берет полотенце. Раздается сигнал, и все начинают собираться - новенькие понимают, что всех зовут в душ, и на этот раз они решают пойти с ребятами – прошлый раз пропустили, потому что Чан молился и отказался прерывать свое занятие. Когда парней доводят до большой комнаты, которую называют «душем», Банг и Ким встают как вкопанные. Ни одной перегородки: просто много душевых насадок, закрепленных на стене, и два вентиля, которыми регулируют воду. - Простите… - ЁнГук подходит к охраннику, который заводит последних заключенных, - а вы не подскажете, где тут душевые кабины и бассейн? А то мы заблудились, видимо… - Заблудился ты, дорогуша, когда тебя вместо курорта сюда отправили. Пошел бегом мыться, иначе я сейчас отведу в камеру или в качестве наказания в одиночку посажу, - мужчина сразу злится, понимая, что этот парень, скорее всего, издевается над ним. - А я ведь… - ЁнГук хлопает глазами, уставившись на мужчину, но Зело хватает его за руку, и блондин закрывает себе глаза рукой, видя, что младший в одном полотенце. - Давайте бегом, - ЁнДжэ внимательно наблюдает за тем, как ХимЧан пытается прикрыться полотенцем и раздеться, но кто-то шлепает его по попе, и он буквально подскакивает, покрываясь красными пятнами от стыда. - Идемте, - ДэХен и ЧонОп заталкивают обоих ангелочков в зал, и все шестеро направляются к приглянувшимся местам. Когда зал наполняется паром и смехом заключенных, оба блондина совсем теряются, и, дрожащими руками открыв воду, пытаются её регулировать. - Можешь не стараться, перепады температуры тут постоянные, так что советую быстрее мыться… - Зело внимательно осматривает обнаженного ЁнГука и, подойдя в нему, берет из дрожащих рук мочалку, шепча на ушко: - Хочешь, помогу? - Господи, спаси и сохрани мою грешную душу ото всех грехов окаянного черта, что блуждает рядом со мной… - ХимЧан в ужасе шарахается от какого-то парня рядом с ним, который подмигивает ему, а когда у него падает мыло, и ему надо нагнуться за ним, он вообще в ужасе пытается придумать, что ему делать. На помощь приходит ЁнДжэ, который, эротично наклонившись, поднимает мыло и, протянув его старшему, томно шепчет: - Хочешь, спинку потру? - Нет! – ХимЧан буквально взвизгивает и, схватив полотенце, весь мокрый и взъерошенный мчится на выход - правда, он поскальзывается у самого выхода на мыльном полу и летит вперед носом в коридор, в котором все переодевались… Но это ведь не так страшно? - Эй, не смей меня одного оставлять! – ЁнГук подрывается за другом и, получив шлепок по попе от Зело, тоже чуть не падает, но хватается за одного из заключенных, после в ужасе шарахаясь от него, врезается в еще одного парня и, громко извиняясь и кланяясь, выходит из зала, напоследок стукнувшись лбом о лоб ХимЧана, который уже рвался освобождать друга из «ужасных лап» заключенных. - Ну, вот. Можно сказать, они прошли боевое крещение, - мило улыбается ЁнДжэ, спокойно смывая с себя пену. - И не говори - прямо как первый раз в первый класс, - смеется Зело и, выключая воду, берет полотенце, выходит на сухую дорожку, которая обвивает белый скользкий кафель, и спокойно направляется на выход, совершенно не реагируя на некоторые целующиеся парочки. Зайдя в камеру, он снова видит ЁнГука, который строчит новое письмо начальнику тюрьмы, надеясь, что на этот раз в каждой камере появятся душевые кабинки с гидромассажем.