Шаг

      — Извини, а можно узнать...       — Мм?       — Почему мы ходим по полу босиком?       Себастьян лениво пошевелил пальцами ног и вздохнул:       — Я не буду счастлив, если ты отдавишь мне ногу.       Конечно, у такой прихоти была ещё одна причина. Так проще считать шаги партнёра. Первое время, когда ощущаешь неспешные, неширокие танцевальные шаги, это очень помогает.       Соприкасаться телами и руками Себастьян не был намерен, что тоже удивило Джозефа, и он не преминул спросить и об этом.       — Для начала научись считать шаг. Смотри.       Шагнув вперёд с левой ноги и аккуратно коснувшись пальцами лодыжки напарника, он заставил того сделать шаг назад, уступив ему место. Тела их находились достаточно близко, однако руки были нарочно сложены за спиной, чтобы не мешать счёту.       Все это было в новинку для обычно идеально-собранного Джозефа. Он немного неуклюже ходил по полу своей квартиры, пытаясь повторить плавные движения учителя, которого это даже забавляло. Напарник во время работы казался ему грациозным лёгким хищником. Он весь преображался, стоило ему взять в руки пистолет. И сейчас был весь такой...       — Ты что, не умеешь считать? Раз-два-три, Джозеф. На «раз» делаешь шаг и...       — Да-да. Подожди, я... Ай! — Ода запнулся, когда Себастьян сделал очередной шаг навстречу.       — Думай быстрее. Не смотри на ноги.       Оторвав, наконец, взгляд от пола, он посмотрел в лицо старшему детективу, который почему-то оказался слишком близко. Кашлянув, Себастьян легко коснулся коленом чужого бедра.       — Шаг, Джозеф.       Уже второй день Себастьян обходился без бутылки. А всё потому, что иначе с Джозефом работать ещё сложнее. И дело даже не в прямых обязанностях Кастелланоса, а именно во времени, которое они проводят вместе после работы.       Это был пятый день их общего обучения. Себастьян вспоминал всё больше, Джозеф танцевал всё лучше.       У него уже получались некоторые фигуры, однако он нечасто решался взять ведущую роль: Себ слишком высок и плечист для них. Обучение давалось без труда, пусть во время шага он иногда и наступал партнёру на ногу. Это, в общем-то, было нормально. Сносно.       — А зачем ты вообще это затеял? — Всё же решился спросить Себастьян, пока напарник снимал перчатки перед занятием.       — М, ну... Ты же знаешь, скоро у Кидман день рождения.       Выгнув бровь, старший детектив кивнул.       — Я хотел пригласить её куда-нибудь.       Себастьян скрестил руки на груди и наклонил голову.       «И что с этим парнем не так? В мире мало хороших женщин?».       Как будто услышав чужие мысли, Ода поднял взгляд и нахмурился.       — Я знаю, что ты думаешь об этом, Себ. И я бы попросил...       — Не проси. Этого я не пойму. Она более чем не лучший вариант.       — Себастьян.       — Джозеф!       Фыркнув, Джозеф зло нахмурился и встал в позу. Видимо, на этом разговор был закончен.       На тренировке, в очередной раз, Джозеф именовал Себастьяна не иначе как «детектив Кастелланос». Похоже, он действительно обиделся. И Кидман, как назло, будто испарилась. Начальство за неё заступилось. Вроде как, девочка занимается своими делами.       Подняв табельное оружие на уровень глаз, детектив аккуратно потёр курок и, направив дуло на мишень, без колебаний выстрелил. Сняв наушники, он повернулся к стреляющему рядом напарнику. Тот, словно на эмоциях, уже израсходовал всю обойму и так же обернулся под ощущением чужого взгляда.       Себастьян помотал головой и отложил оружие. Его движение снова симметрично повторили, ожидая, видимо, что-то услышать.       — Ты так и не сказал, где увидел меня. — Аккуратно начал старший детектив, и Джозеф тут же поморщился, подходя ближе. Под звуками бесконечных выстрелов едва различимы даже собственные мысли.       — Прости, что?       — Ты говорил, что уже видел, как я танцую. Где это было?       Ода напрягся. Снял наушники, поправил очки и перчатки, уходя в размышления.       — Просто... просто видел. Я даже не помню, Себ, это было давно... Мало ли где такое могло быть.       — Я тебе что, юная дева, чтобы каждый день где ни попадя растанцовывать?       Они направились из тира, даже не полюбовавшись на результаты собственной стрельбы.       В курилке было тихо. К вечеру почти никого не остаётся в участке, и уж тем более не ходит сюда. Джозеф молча наблюдал за тлеющей сигаретой между губ Себастьяна, стараясь набраться смелости для разговора.       — Не сверли во мне дыру, Ода.       — Прости. Я просто... кхм. В общем, я один раз видел, как ты танцуешь с ней. С Майрой.       Кастелланос поднял голову и, слегка слепо прищурившись, кивнул.       Майра любила танцевать по юности. Она всегда очень резво прыгала и выделывала сложные па. И смеялась так звонко...       — Ооо... — Себастьян, словно что-то вспомнив, засмеялся. — Точно. Ты ведь тогда только перешёл к нам из академии. Весь отдел думал, что ты хочешь приударить за ней.       Робко улыбнувшись, Джозеф скрестил руки на груди и пожал плечами.       — Прости, она не в моём вкусе.       — Ну да, ты любишь злобных молоденьких сучек.       — Отвали. — Ткнув Себастьяна ладонью под рёбра, Джозеф довольно улыбнулся, наблюдая за серой струйкой дыма в воздухе. Окурок исчез в урне, и последний выдох никотиновым дымом пришёлся прямо в лицо младшему детективу. Тот смешно сморщил нос и слегка толкнул своим плечом плечо Кастелланоса.       «Может, он не такой уж и мороженный?».       Джозеф с удивлением наблюдал за напарником, которого не тронули слова о пропавшей жене. Обычно он при одном упоминании как минимум смотрел пронзительно-холодно и говорил что-нибудь совершенно неприятное. Но сейчас Себастьян был спокоен, всё так же проводил свои уроки и отпускал колкие шуточки о неуклюжести младшего детектива.       Теперь он позволял держать себя за руку, вторую укладывая на плечо. Танцевать было сложно не только из-за неловкости Джозефа, но и из-за роста. Себастьяну ничего не стоило проделать несколько сложных фигур с недостаточно тяжёлым телом мужчины. Конечно, он не был пушинкой-девочкой, но в старшем детективе ещё остались силы, чтобы перекинуть его через плечо и, насвистывая, унести на другой конец города.       Ода неловко пошутил, что теперь у него есть личное такси на случай, если он напьётся.       Кастелланос искренне попросил его так не делать.