Хогвартс до начала времен

Графство Аргайлшир, граница между Великобританией и Шотландией, 989 год.

Кубок жизни был бы сладок до приторности, если бы не падали в него горькие слезы... (с) Пифагор.

- Айдификабис! Куски скалистой породы дрогнули и словно бы сами собой сложились в ступенчатую мраморную лестницу, обрывающуюся кверху. Волшебники переглянулись. - Такими темпами мы будем возиться еще очень долго, – растерянно развел руками Годрик. – Очень долго. - Возможно, – ответила Кандида, не отрывая глаз от лестницы. – Но другого выхода у нас нет. Волшебница вскинула палочку из тиса и резким взмахом указала ей на лестницу. Та слегка опустилась, ступени стали на дюйм ниже. Придирчиво оглядев результат своих творений, Кандида поднялась на вершину лестницы и оглянулась на друзей. Поняв ее намек, остальные поднялись следом и встали рядом с женщиной. Со столь небольшой высоты им открывалась вся долина. Зеленое пространство, усыпанное сверкающими огоньками ночной росы, простиралось перед ними на многие мили. Каменные утесы окаймляли долину по краю, там, где начиналось озеро. В скалистой породе то и дело встречались мелкие трещины, порой переходящие в глубокие пропасти, взглянув на которые, Годрик задумчиво прищурился. - Нам ведь нужен огромный замок, верно? Чтобы разместить всех учеников? - Да, – кивнула Кандида. – Придется задействовать большую часть долины. Построим укрепления, башни, может, даже пару мостов. Тонкое запястье вновь взметнулось вверх, поднимая палочку. Повинуясь велению волшебницы, макушки утесов вдруг сомкнулись, образуя ровную площадку из полированного гранита. Переглянувшись, четверка волшебников одновременно подняла палочки. Рядом с лестницей выросли высокие каменные стены. Плита за плитой, камень за камнем они поднимались ввысь, достигая шестидесяти футов и устремляясь выше. Наколдовав резные арки, Пенелопа махнула палочкой. В арках тут же возникла полупрозрачная слюда, словно вода, заполнившая отведенное ей пространство. Мраморные перила вытянулись вдоль лестницы, изысканные узоры покрыли поверхность появившихся из воздуха дубовых дверей. Поведя палочкой, Годрик что-то тихо прошептал, и высокие стены первого этажа сомкнулись наверху в сводчатый потолок. В наступившей темноте Салазар развесил в воздухе несколько свечей и вздохнул. - Долго, говоришь? – усмехнулся он, поглядев на Годрика. Тот с усмешкой пожал плечами. - Годрик прав, у нас еще очень много работы, – возразила Кандида, вытащив из сумки нарисованный чертеж здания. Салазар быстро наколдовал стол и четыре кресла, и когда все расселись, волшебница развернула чертеж. – Мало построить замок, нужно подготовить его к использованию. Обустройство комнат и кабинетов займет большую часть времени. - Мне кажется, нам нужно разделиться, – вдруг сказала Пенелопа. – Под нами гранит глубиной не в одну тысячу футов, верно? Давайте так: я и Салазар займемся строительством кухни и подземелий, а ты и Годрик возьмете на себя башни. Такими темпами, – девушка обвела рукой холл, в котором они сидели, – мы закончим работу над этим через несколько дней. Потом можно взяться за спальни и кабинеты, а затем – за виадук и прилежащую территорию. Если все будет в порядке, мы управимся за пару месяцев. - Мне казалось, расчеты по твоей части, – с сарказмом сказал Годрик, покосившись на троюродную сестру. Кандида в ответ скорчила гримасу и засмеялась. - Мы же вместе все это рисовали. В целом Пенелопа права. Разделившись, мы охватим большую территорию, а мелкие детали можно проработать уже всем вместе. На том и порешили. На следующий день два волшебника и две волшебницы приступили к работе. Выстроив площадку под построенным этажом, Пенелопа начала обустраивать цокольный этаж и кухню. Простая кованная железом дверь скрывала за собой вход в прямоугольное помещение с пылающим камином – об отоплении было решено позаботиться сразу, потому в стены встроили множество толстых труб, благодаря которым тепло распространялось по всему замку. Пока Пенелопа возводила стены кухни и колдовала над очагом, Салазар занимался своими подземельями. Прохладный полумрак окутывал его со всех сторон, благо теплый меховой плащ не позволял холоду проникать под кожу. Отполировав мраморные стены до блеска, Салазар поднял палочку, и на стенах тут же загорелись пропитанные смолой факелы. Усмехнувшись своим мыслям, Слизерин повыше поднял палочку и пошел по холодному коридору туда, где начиналась ведущая наверх винтовая лестница. Годрик и Кандида между тем начали возводить башни. Гранитные стены становились все выше и выше, маленькие резные окна сверкали на солнце разноцветными слюдяными стеклышками. Закончив первую башню высокой конусообразной крышей, волшебники тяжело вздохнули и опустили палочки. Первый трудовой день закончился в добавлении постройкам последних штрихов. Годрик и Салазар изредка переругивались, не поделив очередную комнату. Кандида и Пенелопа доводили гладкие стены до совершенства, покрывая их тонким орнаментом старинных иероглифов. Последующие за тем три недели принесли свои плоды. Замок был почти готов. Два огромных здания, соединенных между собой тонкой нитью мраморного виадука, поражали воображение своим великолепием и величием. Высокие башни прорезали небеса острыми пиками крыш, слюдяные окна мерцали в свете солнца и звезд. Главный вход окаймлял внутренний дворик, украшенный витым плющом и скульптурой. Прямо напротив входа располагался Обеденный зал, точь-в-точь такой же, как и кухня – Пенелопа предложила нетрадиционный способ подачи пищи с помощью магии, но какой именно – для остальных волшебников это оставалось секретом. Когда были выстроены восемь этажей, возникла проблема с расположением лестниц. Многие кабинеты находились на одном этаже, но в разных частях замка, и добраться туда было весьма трудно. В очередной раз окинув скептическим взглядом лестницу, устремившуюся к восьмому этажу, волшебники задумались. Простое решение нашла Кандида: по мановению палочки отдельные части лестницы стали вращаться, перемещаясь от одной двери к другой. В двух башнях Основатели решили устроить спальни для учеников. Окинув саркастическим взглядом открывающийся из окна вид, Салазар отказался. Молодой волшебник предпочитал, чтобы его ученики обитали там же, где и он – в подземельях. - Как ты себе это представляешь? – втолковывала ему Кандида. – В конце концов, они и наши ученики тоже. А что они увидят в твоих подземельях? Сырость, мрак и холод. И получится, что мы их на занятиях увидим максимум раза три в полгода, ибо остальное время они проведут в больничном крыле. - Вот не зря я уговорил тебя сделать это помещение, – пробормотал Годрик. – Как чувствовал, что понадобится... - Если Салазар настаивает, давайте сделаем четыре факультета, – предложила Пенелопа. – Каждый из нас будет возглавлять свой и отвечать за своих студентов. Волшебники задумались. - Знаешь, в этом есть доля правды, – после минуты раздумий ответила Кандида. – Все дети склонны к различным способностям. Кому-то нравится прорицание, кому-то зелья... Если распределять их таким образом, мы получим учеников, с которыми всем нам будет легко найти общий язык. - Ты кое о чем забываешь, – вмешался Салазар. – Все дети, которые приедут сюда, понятия не имеют о тех предметах, что ты сейчас назвала. Им незнакомы ни зелья, ни нумерология, ни даже трансфигурация. - Тогда по характерам, – невозмутимо сказала Кандида. – Ведь в конечном итоге все предпочтения зависят от характера человека. – Салазар открыл было рот, но девушка его опередила. – Отличительной чертой моего факультета будет ум. - Я возьму к себе самых смелых, – задумчиво повертев в пальцах волшебную палочку, провозгласил Годрик. - Пожалуй, для меня самое главное – доброта и трудолюбие. – Пенелопа улыбнулась. Кандида кивнула и посмотрела на друга. - Салазар? - Что ж, раз ты меня опередила и всех умных под свое крыло взяла, пусть у меня учатся самые находчивые студенты, – ответил Салазар, змеиные глаза его лукаво блеснули. – Порой хитрость приравнивается к уму. И я хочу, чтобы на моем факультете учились только чистокровные волшебники. Ты знаешь, я не признаю волшебниками тех, у кого родители маглы, – обратился он к Кандиде. – Мне кажется, это неправильно. - Знаю, и всё же они такие же волшебники, как и мы, – вздохнула волшебница. – Будь по-твоему, будешь возглавлять только чистокровных. Но учить придется всех, и учить непредвзято. - На это я согласен, – кивнул Салазар, и Кандида немного успокоилась. - А как мы назовем факультеты? – поинтересовалась Пенелопа. – Нужны какие-то отличительные признаки... - Назвать можно по нашим фамилиям, а признаки... Давайте по цветам, – вдруг предложил Годрик. – Мой красный, Кандида – синий, Салазар – зеленый, а Пенелопа – желтый. - Одни цвета – это как-то скучно, – возразила Пенелопа. Салазар промолчал. – Может, еще выберем гербы? В соответствии с чертами факультетов. Например, мой – доброта, да? Так пусть на полотне будет барсук. - Почему именно барсук? - Когда я была маленькой, мы жили у бабушки в маленькой деревушке. Недалеко от ее дома жили барсуки, я частенько за ними наблюдала, играла с ними. Они очень добрые и совсем неопасные, – пояснила Пенелопа. Годрик хмыкнул. - Барсук так барсук. А у меня пусть будет... - Знаем, лев, – прервал его Салазар. Гриффиндор насупился. – Все и так знают, что он самый храбрый и сильный из животных, не надо продолжать. - Я возьму орла, – сказала Кандида. – Это очень умные птицы, к тому же, у меня с ними тоже связано много воспоминаний. - А ты, Салазар? – Пенелопа повернулась к нему. Мужчина встрепенулся, словно очнувшись от каких-то своих мыслей. - Пусть будет змея, – наконец ответил он. – В нашей семье издавна много змееустов, так что змеи фактически наши талисманы. - Отлично, – подвела итог Кандида. – Значит, получается так: Гриффиндор – алый лев, Пуффендуй – желтый барсук, Когтевран – синий орел, Слизерин – зеленая змея. - Прямо зверинец какой-то получается, – язвительно усмехнулся Годрик. – Вы еще школу «вепрь» назовите. Или «бородавочник». В зале повисла тишина, три пары недоуменных глаз обратились к мужчине, отчего Годрик слегка смутился. - Да ладно вам, я же пошутил... - Кандида, – тихо позвала Пенелопа. – Как будет «вепрь» на магическом языке? - Хогвартс, – помедлив мгновение, откликнулась Кандида. Волшебники изумленно переглянулись. - Друзья, я пошутил, – поднял руки Годрик. - Знаешь, твоя матушка тоже пошутила, когда говорила о создании школы, – съязвил Салазар. – Да и вся эта задумка одна большая шутка. Так что не будем нарушать сложившиеся традиции. - А мне нравится Хогвартс, – с улыбкой сказала Пенелопа. – Есть в нем что-то необычное, магическое... - Мне тоже нравится, – согласилась Кандида. Мужчины мгновение спустя тоже кивнули. – Значит, решили. Осталось только понять, как мы будем проводить распределение студентов по факультетам. Характер человека не так просто узнать, может, будем проводить какие-нибудь испытания? - Они же ничего не умеют! – воскликнула Пенелопа. – Они еще совсем дети, не понимают, что с ними происходит и осознанно колдовать не умеют. Какие испытания они смогут пройти? - А что тогда? - Есть у меня одна идея... – тихо промолвил Годрик. Друзья смерили его удивленными взглядами. Рыжеволосый волшебник же встал из-за стола и вышел на улицу, туда, где стояли привязанные лошади. Спустя пару минут Годрик вернулся, сжимая в руках поношенную остроконечную шляпу из черной бычьей кожи. - И что это за хлам? – вкрадчиво поинтересовался Салазар. - Никакого почтения! – возмутился Гриффиндор. Девушки засмеялись. – Это матушка в одну из сумок положила. Еще от деда осталась. - И зачем она нам сдалась? - Сделаем ее Распределяющей шляпой, – ответил Годрик. – Доверим ей все наши требования к отбору. - А она выдержит такую магию? – с сомнением в голосе спросила Кандида. – Все же она очень ветхая... - Поверь мне, – улыбнулся Годрик. – Ей не страшны ни время, ни могила. - Погодите, как это будет работать? – вмешался Салазар. - Если правильно трансфигурировать ее, она совместит в себе, в своем разуме все наши требования к отбору. Она сможет заглянуть в мысли студента и понять, на какой факультет определить этого ученика. - Толково, – признал Салазар. - Стало быть, все согласны? – полюбопытствовал Годрик. Его друзья кивнули, и волшебник вынул палочку. – Тогда повторяйте за мной. Витам аксепендам! Четыре волшебных палочки нацелились на старую шляпу, их концы заискрились тусклыми огоньками. Но свет погас так же быстро, как и возник. Волшебники в ожидании замерли, не сводя глаз со шляпы. Ее острый кончик внезапно дрогнул, глубокая складка немного выше полей вдруг стала еще глубже, затем приоткрылась, словно огромный кривой рот. Еще две складки, чуть меньше, появились в середине шляпы наподобие глаз. Пенелопа изумленно выдохнула. - Не может быть... - Почему же? – невозмутимо переспросила Шляпа. – Вполне может. Я живу и разговариваю, или Вас это удивляет? - Прекрасно, – ворчливо провозгласил потрясенный Салазар. – В наших рядах пополнение! Мы приобрели еще одного болтуна, Годрика нам было мало... – Шляпа возмущенно втянула воздух и замолчала. - Хватит ворчать, Салазар, – оборвала его Кандида. – Так, проблему распределения мы решили. С факультетами и школой определились. Александр начал распространять информацию о школе чародейства и волшебства, так что люди уже в курсе. Осталось лишь одно. - Что? – настороженно спросил Годрик. Его сестра улыбнулась. - Дата начала учебы. Хогвартсу пора открыть свои двери. Автор очень рассчитывает на отзывы читателей в качестве мотивации для написания продолжения этой работы. Не забывайте, что именно вы, дорогие читатели, и ваши комментарии являются вдохновением для большинства писателей))