De wereld van barsten +27

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Брайт Поппи «Рисунки на крови»

Основные персонажи:
Захария Босх, Тревор МакГи (Блэк)
Пэйринг:
Захария/Тревор
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Ангст, Мистика, Детектив, Психология, Повседневность, Ужасы, ER (Established Relationship)
Предупреждения:
Нецензурная лексика
Размер:
Макси, 196 страниц, 22 части
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
«Потрясающая вещь» от RossomahaaR
«Замечательная работа!» от гспж ентк
Описание:
Первые месяцы в незнакомой стране, на неизвестном континенте. Здесь точно не достанут федералы, всегда можно спокойно купить травки и целоваться взахлеб посреди мостика через очередной узкий, словно вена, канал. Вот только в этом ли счастье? И не может ли статься, что, убегая от неизвестности, вы так и не поняли, что было проклятьем, а что - благом?
И самое главное: как найти свой талант снова, если ты уже пережил его кульминацию?

Посвящение:
Посвящается юности, дороге, севшей батарее лэптопа и бутылке виски.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Помощь с редакциями глав 1-7 - Mir Charime, clockworkhat

Учитывая относительную самостоятельность текста и большое количество упоминаний о прошлом в ретроспективе, произведение можно читать и как ориджинал при наличии желания. Но не нам за вас решать.

17 (5)

11 января 2016, 13:09
      Они не возвращаются к Фосфору какое-то время: Фокси все время занят черт знает чем, а Ящерица после той своей вспышки человечности снова становится холодным и пустым, лишь только иногда доставляя сообщения различными способами. Забавные, странные, полные намеков, но редкие и отдающие какой-то горечью.
      Сам мистер Фокси лишь один раз пытается связаться с Ящерицей: когда к нему вновь приходит назойливый репортер. Его пот пропитан страхом, он боится подходить близко к детективу, смотрит в пол и что-то мямлит об извинениях. Фокси выставляет его за дверь молча, не меняясь в лице, но сразу же после этого звонит хакеру, словно ища поддержки. И Ящерица неожиданно вежлив, позволяя Фокси обмануться и на секунду поверить, что он больше не один.
      И все же тень Фосфора мелькает то тут, то там, наступает Фокси на пятки. И когда он приходит без предупреждения к Ящерице, пользуясь потайным путем, который показала ему Санни, становится ясно, что хакера тоже ни на секунду не отпускает образ таинственного злодея.
      Ящерица с сожалением открывает глаза и отворачивается от своих мониторов:
      – Не знаю, как, но у меня ощущение, будто он может находиться одновременно и там, и тут, – он встряхивает головой, словно пытаясь вырваться откуда-то из компьютерного мира, и кивает на свое кресло. – Учитывая, что больше ни у кого нет подобных технологий, я просто не понимаю, как бы он смог это сделать.
      – У меня ощущение, что за каждым нашим шагом следят. И здесь, и там, – Фокси соглашается без колебаний. – Он будто смотрит на меня из каждой камеры наблюдения. Будто заглядывает в мой дом с той стороны монитора, когда я работаю за компьютером. И в то же время смотрит в мои окна, заглядывает через дверь... его запах повсюду. Он срывает мои дела. Запугивает клиентов. Подкупает полицию. Он вездесущий. И я не знаю, как ему это удается. Мне кажется, он хочет нас запугать. Или сделать так, чтобы нас боялись другие. Если мы останемся в полной изоляции, без союзников...
      Фокси не заканчивает мысль, внимательно смотрит на Ящерицу, обходит его со всех сторон, пристально рассматривая контакты, с помощью которых хакер подключен к Сети.
      – Он не вполне человек. Так сказал тот коп Покьюпайн. И если ты можешь почти что перенести свое сознание в Сеть, это могут и другие. Нужно найти того, кому доступны такие технологии. Кто мог изобрести или скопировать у тебя такие же переходники?
      Ящерица вздыхает.
      – Идешь к женщине – не забудь плетку… проще назвать тех, кто не сдавал меня. Сейчас половина ближнего окружения Фосфора мне знакома. Самые громкие имена – те, кто хорошо знают эту систему, – не слишком довольно замечает хакер. – Но, нет, здесь другое, детектив, ты меня невнимательно слушал. Он следит не только везде, но и всегда. Операция с банковскими счетами в Сети? – И уже через секунду он где-то на официальном приеме.
      – Все это дурно пахнет мистикой, – Фокси недовольно фыркает. – Он может быть быстрым, даже очень быстрым, но то, о чем ты говоришь, невероятно.
      Детектив задумывается на минуту, качает головой.
      – Пожалуй, самое время наведаться к женщине. Из ближайшего окружения Фосфора. И не забыть прихватить с собой плетку.
      
      Красный кабриолет останавливается у роскошного загородного дома, тормозит у самых дверей, человек за рулем резко выворачивает руль, паркуя тяжелую машину между декоративными вазонами с цветами.
      Открывается дверца, тонкий каблук делает едва заметную вмятину в новом асфальтовом покрытии. За рулем была женщина. Сегодня на ней белое платье и белое меховое манто. Тонкие пальцы унизаны кольцами с крупными бриллиантами. На шее у нее – дорогое бриллиантовое колье, едва ли скрывающее синяки и следы от удушения на тонкой белой коже. Это мисс Анна Джетсон – разумеется, это она, давняя знакомая мистера Фокси.
      В дверях дома ее ждет швейцар, услужливо открывает дверь, подхватывает небрежно брошенное на пол манто.
      – У вас посетитель, мисс.
      – Сегодня я никого не принимаю. Даже если Фосфор постучится в это дверь...
      – Джентльмен настаивал, – Швейцар отворачивается, стыдливо пряча подбитый глаз. – Он в вашем кабинете, мисс.
      Анна Джетсон почти вбегает в кабинет – она ничуть не удивлена, застав там Фокси, и только оглядывается по сторонам, будто что-то ищет.
      – Спокойно, мисс Джетсон. Я отключил камеры. Со стороны все будет выглядеть, как перебои в электропитании. У нас с вами пять минут и ни минутой больше.
       – Только если обещаете убить его, мистер Фокси.
      Анна снимает колье, поворачивается к детективу спиной. В глубоком вырезе платья – свежие порезы и следы от побоев.
      – Я обещаю, что уничтожу его. Дело за малым, мисс Джетсон. Фосфор существует в двух мирах, этом и виртуальном. Вы знаете все его тайны. Вы знаете, как он мог совершить нечто подобное. И вы поможете мне его поймать.
      – Я не знаю, – Анна качает головой. – Я знаю того, кто знает. Личный врач Фосфора, доктор Мердок. Этот ублюдок держит в плену его жену и сына. Я дам адрес. Поезжайте сейчас. А я вызову электрика. В доме старая проводка, пусть посмотрит, что могло случиться. Вам не кажется, что здесь пахнет горелым, мистер Фокси?
      
      Доктор Мердок гуляет по саду. Он ценит минуты уединения в этом саду хотя бы потому, что нигде на целую милю вокруг здесь нет камер и прослушивающих устройств. Сегодня он гуляет не один, его гость и спутник – рыжеволосый джентльмен, похожий повадками на умного лиса.
      – Каждую неделю, детектив. Чтобы альтер эго Фосфора не погибло в виртуальном мире, он должен подключатся к Сети каждую неделю. Это всегда происходит в одном и том же месте, которое называется точкой перехода. Огромный компьютерный центр, доступ к которому есть только у самого Фосфора. Даже сотрудникам центра запрещено входить туда без сопровождения вооруженных головорезов из полиции. Там есть установка, похожая на энцефалограф – именно она передает мозговые волны прямо в Сеть. Только в этот момент, подключенный к установке, Фосфор уязвим, как улитка. И в Сети, и в этом мире он на какое-то время становится обычным человеком, которого можно убить обычным оружием.
      – Хотите сказать, что в другое время он неуязвим?
      – Я всадил скальпель ему в глаз вот этими самыми руками, – Доктор нервно смеется, глядя свои ладони. – Он достал его с такой легкостью, будто это была просто заноза. Глаз вытекал на его белую сорочку, а он просто смеялся. Он сказал тогда, что не отрежет мне руки только потому, что они еще могут ему понадобиться. Чтобы отрезать руки другим людям. Я слишком малодушен, чтобы покалечить себя самому. И он обещал убить Диту и Брайана...
      – Они в безопасности, мистер Мердок. Поезжайте к ним сейчас.
      Рыжеволосый мужчина отдает доктору ключи от номера в отеле и уходит в сторону центра. Какое-то время доктор рассматривает ключи у себя на ладони, а после срывается и убегает в другую сторону.
      
      Огромная проходная, напоминающая улей. Электронные пропуска, охранники со всех сторон. Тощий черноволосый парень спотыкается на турникете, едва не опрокидывает на себя кофе, тихо извиняется и вытирает нос рукавом. Охранник отворачивается и делает вид, что его не видит. У другого турника миловидная девушка, затянутая в деловой костюм и с красным крестом на бейдже, сотрудница медицинского центра, отчитывает за нерасторопность какого-то здоровяка в синей форме подсобного рабочего. Ее милый ротик перекошен гримасой презрения, наманикюренные пальчики сжаты в кулачки.
      – Аккуратнее, майн либе швайн, - шипит она, - это оборудование для самого мистера Фосфора, или хочешь, чтобы я тебя сдала ему на опыты?
      Охранники отворачиваются от здоровяка и расступаются, когда девушка проходит мимо. Здесь боятся вслух произносить имя Фосфора, и если эта дамочка в костюме выкрикивает его так запросто, лучше не иметь с ней никаких дел.
      Рабочий пыхтит, тащит в сторону лифта какую-то коробку, в которую даже боятся заглядывать. Девушка вышагивает следом, будто надзирательница. Рядом пристраивается нерасторопный парень с пролитым кофе, и ему смотрят вслед почти сочувственно: парень не в своем уме, если сядет в лифт с этой грымзой. Но тот, похоже, витает в облаках – что-то постоянно записывает в свой блокнот и не смотрит по сторонам.
      Когда двери лифта закрываются, троица переглядывается и молча, не сговариваясь, начинает распаковывать содержимое коробки.
       Внутри коробки – взрывные устройства, бронежилеты и оружие.
      Парень с кофе снимает очки, споро застегивает на себе бронежилет, вооружается двумя Узи.
      – Как в шпионском романе, – произносит он. – Только в разы круче.
      – Курт, ты придурок, – произносит девушка, устанавливая в лифте взрывное устройство.
      – Ой, заткнись, Санни.
      Санни только фыркает.
      – Все помнят, для чего мы здесь? – парень в форме рабочего предельно серьезен. – Вам придется отвлечь на себя охрану и сбить со следа Фосфора, когда он войдет в Сеть. Вы вызываете огонь на себя.
      – В то время как храброму мистеру Фокси достаются все лавры.
      Девушка фыркает снова, Фокси кривится.
      – Хочешь занять мое место?
      Та только качает головой и поспешно отворачивается.
      Они выходят на двенадцатом этаже и расходятся в разные стороны. Фокси сворачивает в главный коридор, смотрит на часы. Ровно в половину первого в соседнем крыле раздается взрыв. Включается аварийная сигнализация, предупреждающая о пожаре, срабатывает система пожаротушения, погасает свет. Сотрудники центра и охрана в панике спешат в сторону выхода. Где-то раздаются новые взрывы и звуки выстрелов. Фокси наперерез обезумевшей от страха толпе движется в сторону бронированной двери с сейфовым замком.

***



      Это место выглядит странным. Настоящее и ненастоящее одновременно: комната настолько гиперреальна, что не сразу удается понять, что в ней не так. Но что-то все же настораживает. Геометрия стен? Странная подсветка? Матовый кафельный пол? Идеально подобранный цвет краски? Предметы кажутся слишком выпуклыми, словно нарисованные по учебнику. И если долго смотреть на них, то голова начинает кружиться. Так что каждый раз, как пытаешься сфокусироваться на ощущении неправильности помещения, эта самая неправильность ускользает от тебя и сбивает с толку.
      Невозможно разобраться. Сложно понять. Скорее всего, это даже физически не представляется возможным. Все кажется темным, гладкие стены выглядят настолько родными, что это кажется противоестественным. Они словно поглощают свет, и окончательно утонуть этому месту не дают лишь узкие полосы ярко-синего, всплывающие то тут, то там. Они складываются в какой-то абстрактный узор, похожий на заквадраченные рисунки ацтеков или майя, хотя, вполне возможно, что никакого орнамента нет, и это лишь игра воображения.
      Вместо единственного источника света – огромная уродливая красная пятиугольная лампа в углу, повернутая острием вниз, на стенках которой, если приглядеться, можно заметить рот, глаза и ноздри.
      – Боже, это просто убого. Даже ни капли не смешно, – из темноты выступает молодой человек, он закрывает лицо рукой, качает головой, медленно поднимает глаза обратно на безвкусную лампу и почти смеется.
      Это Ящерица. Чертов Ящерица в щегольских кожаных брюках, тканой белой рубашке с вышивками, перьями в волосах и ожерелье из птичьих костей. Его глаза выглядят странными, словно идет рябь, и если приглядеться, то можно заметить, что зрачки на самом деле сменили форму на квадратную.
      – Меня раздражает эта темнота, – он морщится, секунду раздумывает о чем-то… и загорается свет. – Так гораздо лучше.
      Становится понятно, что пол, казавшийся в полумраке кафельным, на самом деле нарисован с помощью тонких подсвеченных линий. Синие узоры на стенах, кажется, неловко имитируют пуританские обои в цветочек, но расцветка слишком кислотна, чтобы кто-то мог обмануться. И эти рубленые линии, в темноте больше похожие на узоры ацтеков…
      – Здесь, за экраном, к твоему сведению, бьет ключом искусственная реальность. Ты можешь договориться с программами, купить у них что-то, продать, вломиться в сервер, придумать любое невозможное действие… А тебе на ум пришел только «Трон», – Ящерица поднимает бровь, обращаясь к лампе, скрещивает на груди руки и улыбается. – Мне стыдно за таких, как ты.
      Огромная уродливая лампа ничего не отвечает Ящерице. Складывается ощущение, что хакер совсем сошел с ума, иначе с чего бы лампа стала ему отвечать. Ящерица отворачивается и смотрит на пестро разодетую толпу за экраном, почти у самых его ног. Там явно проходит вечеринка: огромное количество коридоров, подсветки, людей, одетых в странные одежды, с квадратными зрачками и угловатыми лицами… глядя на одних, легко можно догадаться, что они неживые. Один паренек, который, кажется, полностью состоит из света, неловко опирается о стену, разговаривая с неизвестной леди, и прямо над ним расцветают, медленно расползаясь, подобно насекомым, слова и вопросы неоновых лент. Он управляет всеми вывесками города, и это – его способ коммуникации.
      Другие мало чем отличаются от людей: они одеты ярко и пестро, под стать самому Ящерице, и похожи скорее на щеголей на дорогой вечеринке, а не на искусственный интеллект. Например, дама, идущая по коридору. Ее темные волосы собраны в хвост, а зеленый комбинезон из шифона выгодно подчеркивает точеную фигуру. Разве что огромный пояс в виде спирали кажется несколько чрезмерным, но благодаря нему можно догадаться, что эта хрупкая леди отвечает за все телефоны, соединяет связь по линиям и отлично знает всех абонентов в соответствии с официальной базой.
      Ящерица неловко улыбается, и в его взгляде мелькает сожаление. Ему явно хотелось бы оказаться среди них, он даже пытается отыскать в толпе еще кого-нибудь знакомого, но… уродливая лампа, наконец, оживает и отвечает настолько громко, что хакер демонстративно зажимает уши ладонями:
      – У тебя нет вкуса.
      – Зато у меня есть мозги, благодарю покорно, – язвительно отвечает Ящерица и отвешивает поклон. – Ох, подожди. Мне совершенно не нравится вести диалог подобным образом. Сверхчеловек из тебя, прямо скажем, не очень.
      Хакер очень быстро и ловко вытаскивает из рукава короткое лезвие и бросает его в сторону уродливой лампы. Оно втыкается, застревает, и его, наконец, можно рассмотреть. Это медицинский скальпель, самый обычный, без керамики и насечек.
      Слышится треск и звон как от битого стекла, и лампа осыпается на пол, где осколки немедленно перестают существовать, словно дешевые киношные эффекты. Ящерица довольно выпрямляется, глядя на своего соперника: Фосфор выглядит ослабленным мужчиной лет сорока, с тронутыми сединой волосами и неуместной бородкой.
      – Извини, – улыбается Ящерица, – но я должен это сказать. Я ожидал чего-то большего.

***



      – До подключения Фосфора к Сети десять секунд. Ящерица уже внутри.
      Голос из передатчика подгоняет, сейфовая дверь открывается слишком медленно. В наушнике молодой, почти детский голос, надтреснутый то ли из-за простуды, то ли из-за радиопомех, отсчитывает секунды. Фокси невольно задумывается о том, сколько лет тому пацану, который сидит сейчас за мониторами и наблюдает за манипуляциями Ящерицы.
      Я смогу переместить свое сознание в виртуальный мир – так, кажется, он сказал тогда. И Фокси бесится от невольного промедления. Что, если пары секунд не хватит, что, если Фосфор запрет сознание Ящерицы в своем виртуальном мире? В отличие от злого гения, державшего в страхе весь город, гениальный хакер не умел раздваивать свое сознание. Он здорово рисковал.
      – Три секунды, две...
      Дверь открывается меньше, чем на треть, Фокси просачивается внутрь лаборатории, в один прыжок подскакивает к аппарату, похожему на энцефалограф, приставляет дуло пистолета к виску полулежащего в медицинском кресле мужчины. Его глаза закрыты, кажется, что сознание полностью его покинуло. Но, почувствовав приближение Фокси, он улыбается, губы расплываются в плотоядной улыбке.
      – Добро пожаловать, детектив Марион Фокс. Располагайтесь удобнее, вы подоспели к самому началу представления. Пока ваши друзья разносят мою лабораторию, а вы играете в крутого сыщика и скачете здесь с пистолетом наперевес, Ящерица уже почти попался на мою удочку, уже почти вошел в святая святых моей сетевой обители. Двери захлопнутся с минуты на минуту.
      На секунду Фокси застывает в оцепенении, а после толкает Фосфора пистолетом под подбородок.
      – Ящерица, стой. Что бы ты ни собирался делать, стой. Это ловушка.
      – Он вас не слышит, мистер Фокс, – Фосфор открывает глаза, но его взгляд не становится осмысленным – будто две стеклянные бусины пялятся в потолок. – Вы сейчас в реальном мире, ваш друг в виртуальном, и только я могу быть в двух мирах одновременно. И пусть сейчас я уязвим, как обычный человек, вы не убьете меня, Марион. Чтобы убить меня окончательно, вам нужно убить мое сознание в Сети. Иначе я переселюсь в любое другое тело. Ваше подойдет идеально.
      В ответ Фокси только улыбается. Он знает, что его слова слышал тот мальчишка, что остался сейчас с Ящерицей. И он сможет передать сигнал по Сети.
      – Это ловушка, – повторяет он отчетливо. – Передай Ящерице, пусть будет осторожен. Его попытаются заманить в виртуальную ловушку. А меня – запереть в лаборатории и переселить в меня сознание Фосфора.
      – Передатчики. Как умно, – голос Фосфора бесцветен. – Но вы ничего уже не успеете сделать. Я бог виртуального мира. Стоит вашему другу сделать неверный шаг – и его сознание навсегда останется в Сети. У него нет шансов. Если Ящерица может вас слышать, попрощайтесь с ним сейчас.
      – Ящерица, если ты меня слышишь. Имей совесть, прикончи чертового мудака скорее. Мне до смерти надоела его болтовня.
      
      – Ты его слышал, – раздается голос в наушнике, который почти оглушает Ящерицу. Тот морщится и подходит ближе, вытаскивая из рукава еще один скальпель.
      – Да, слышал, Джесс, спасибо, – коротко отвечает он, замахивается и бросает скальпель в Фосфора. Металл рассекает плоть, застревая в груди, и мужчина тут же, с ужасающей быстротой, отключается. Ящерица подходит к нему и проверяет жизненные показатели, но раньше, чем он успевает обрадоваться, кто-то из толпы внизу приветливо машет ему рукой, привлекая внимание.
      Ящерица опускает взгляд и видит смутно знакомую программу – прыщавого паренька с огромными часами на запястье. Тот смеется и показывает пальцем поочередно то на труп, то на себя. До хакера не сразу доходит смысл этих странных жестов, но когда он бросается в погоню, – парень уже убегает.
      – Джесс. Фосфор может перемещать свое сознание и там. Черт, – уже на ходу произносит Ящерица, едва ли не слетая с лестницы на первый этаж. Он несется так быстро, как только может, и почти сразу же оказывается на первом этаже, окруженный программами и, возможно, даже людьми. Кто-то улыбается и машет ему, кто-то зовет по имени, но Ящерица отмахивается от всех них и бежит в сторону лабиринта, в котором исчез Фосфор в своем новом облике.
      – Я не знаю, что делать…
      Он останавливается после первого поворота лабиринта, закрывает глаза и пытается хотя бы приблизительно вспомнить его схему, но ничего не выходит. В отчаянии Ящерица пинает стену, и по ней тут же расходится пиксельная рябь. Он медленно вздыхает, заставляя себя успокоиться, и трет глаза.
      – Ладно. У Тесея была нить. Что могу придумать я?
      Ящерица недолго раздумывает и, наконец, прочерчивает пальцем линию на стене. Та почти сразу же загорается ярко-зеленым. Хакер победоносно улыбается и продолжает путь по лабиринту, помечая свой путь.

***



      – Передайте вашему другу, что он не сможет повредить мою совершенную программу своим тупым скальпелем из простеньких кодов. Я все равно заманю его в ловушку, он все равно никуда от меня не уйдет, – голос Фосфора становится все более отрешенным, он говорит будто бы через силу, занятый сложной мыслительной деятельностью – возможно, так оно и есть, возможно, манипуляции в Сети мешают ему оставаться в сознании.
      – Джесс, передай Ящерице, что Фосфор в панике, – Фокси усмехается. – И что он на верном пути.
      – Я убью вас обоих. Устрою вам ад на земле. Выпотрошу ваши тела и изнасилую ваши сознания, – голос Фосфора становится все более отрешенным и похожим на механический.
      – Давай поступим проще, – Фокси взводит курок. – Я убью тебя прямо сейчас. А Ящерица разберется с твоей резервной копией в Сети. Мы загоним тебя на центральный сервер лаборатории, а потом отключим от Сети и подключим к более мощному компьютеру, который будет им управлять. И устроим тебе тот ад, который ты заслужил.
      – О, да, сделайте так, мистер Фокс, стреляйте, – Фосфор смеется, он явно в восторге от этой идеи, на его лице появляются отблески эмоций. – Не убивайте меня, злой детектив, боже, как страшно. Вы еще более тупой, чем все ваши дружки. Убьете меня – и весь виртуальный мир рухнет, придавив собой сознание вашего драгоценного Ящерицы. На мне здесь держится все, я здесь бог, я создал это место!
      Он почти поднимается из кресла, натягивая провода, которыми подключен к компьютеру, а после оседает, снова становится безжизненным телом с механическим голосом.
      – Шестьдесят секунд до перезагрузки охранных систем и герметизации комнаты перехода. Прощайте, мистер Марион Фокс. Приятно было познакомиться с новой версией самого себя.

***



      – Ящерица. Ты можешь объяснить мне, почему ты не разнес этот лабиринт?
      – Прости, Джесси. Но здесь защита от перезаписи кода и сложная шифровка. Я буду слишком долго возиться, его проще пройти так, – тут же откликается Ящерица и слышит вздох:
      – Ну, как знаешь.
      В этот момент из-за поворота что-то набрасывается на хакера и сбивает его с ног. Темная неясная тень, подсвеченная лишь метками Ящерицы, прижимающая к земле и мешающая перевернуться.
      – Фосфор. Чего ты добиваешься? – брезгливо спрашивает хакер, не прерывая возни, на что получает предсказуемый ответ:
      – Ты сказал сам, что ожидал большего. Полагаю, мне пора получить это большее. Если я добавлю к своим мозгам еще и твои, то получится самое то. Что думаешь?
      Под Ящерицей образуется небольшая яма, он переворачивается в ней за долю секунды и отпинывает Фосфора как можно дальше. Тот ударяется о стену спиной, но тут же встает на ноги и набрасывается на хакера снова.
      – Скажу… что это довольно глупая идея. Как лечить опиатами головную боль. Ты не имеешь представления, кто я на самом деле.
      Раздается громкий раскатистый смех, от которого дрожит вся виртуальная реальность:
      – Я прекрасно знаю, кто ты, калека. Если ты думаешь, что смог ускользнуть от меня, то ты, пожалуй, слишком наивен, – Фосфор выглядит самодовольным, и этим самодовольством пользуется Ящерица, с размаху втыкая в его глаз еще один скальпель. Глубоко, до самого мозга. Мгновение идет кровь, но практически сразу же изображение распадается на фракталы, а затем и на точки, похожие на мелкую пыль, и хакер против воли вдыхает ее, словно она самостоятельно заползает к нему в нос и горло.
      Какое-то время он барахтается и мотает головой, пытаясь то ли вытрясти ее обратно, то ли чихнуть, но затем Ящерица замирает, вытягивается на полу и медленно открывает глаза. На его лице жутковатая, потусторонняя улыбка, он поднимается и уверенно переносит себя прямо из лабиринта в комнату на втором этаже, и садится в кресло Фосфора.

***



      Трансформации, происходящие с Фосфором, пугают. Его тело будто разваливается на глазах, теряет человеческий облик, становится просто грудой мышц и костей. Фокси догадывается, что обладатель этого тела полностью ушел в Сеть, и теперь перед ним просто пустая оболочка. Ящерицы нет рядом и подсказать, что делать дальше, некому. В лаборатории нет ни вывесок, ни неоновых огней. Все, что он может сейчас – держать на мушке этого полудохлого гада. В другом конце здания слышны выстрелы и взрывы. Наверняка, там орудует Санни, и от пятнадцатилетней пигалицы толку больше, чем от него сейчас.
·–·– –···– ·–·· ··–– –··· ·–·· ··–– –···– – · –··· ·–·–
      Фосфор выстукивает послание на морзянке, отбивая его ногтем по подлокотнику кресла.
      – Что, что ты...
      На секунду лицо Фосфора становится осмысленным.
      – Я все слышал тогда. Когда соврал, что отвлекся на бомжей, делящих пойманную крысу.
      – Я знаю, я... ты...
      – Передай Джесси, пусть отключит меня немедленно. Пусть выдернет провода. Это опасно, но у меня нет другого выхода.
      Фосфор закрывает глаза, и его лицо снова становится аморфной пародией на погребальную маску.
      – Эй. Ты слышал его! – Фокси почти кричит. – Немедленно отключи его от Сети!
      – Ты ненормальный. И не подумаю. Это может быть ловушка.
      – Никто больше не знал про ту чертову крысу! Никто не знал! Это Ящерица! Отключи его, черт тебя дери, Джесси, если ты не сделаешь, как он говорит, я вырву тебе ноги из задницы, отключай!
      По ту сторону динамика слышится какой-то шум, чей-то крик, а потом все затихает.

***



      Когда Ящерица открывает глаза в реальности, он морщится и переводит взгляд с взволнованного паренька на собственные руки. Все выступающие кости почернели от синяков, а остальная кожа напоминает пожелтевшую бумагу с красными и синими кровоподтеками. Хакер вздыхает:
      – Полагаю, спина не лучше? – интересуется он, морщась еще сильнее.
      – Все позвонки, – кивает Джесси – болезненного вида подросток с толстенными линзами очков, – и голова в местах подключений.
      Ящерица откидывается в кресле, закрывая глаза, и тихо матерится. Он надевает наушник, который предусмотрительно снял с него Джесси, и трет ладонью затылок и красную шею, сплошь покрытую гематомами.
      – Фокси. Слушай. Мы сможем убить его, только если сделаем это одновременно. Сейчас мне нельзя выходить в Сеть, – нужно дождаться, чтобы он нашел себе новое вместилище. Так что я жду. Не факт еще, что я снова смогу попасть в ту комнату: мне помог тот взрыв, сейчас его не будет. Что у тебя со временем? Он пока не отключил воздух? Или это был блеф?
      – Он не блефовал, – Голос Фокси звучит глухо. – Но из-за взрыва дверь в лабораторию заклинило, между дверью и стеной остался проем сантиметра два или три. Прости, дружище, кажется, я здесь застрял. – Он замолкает на секунду. – И, кажется, Фосфор полностью перенес свое сознание в Сеть. Его тело выглядит как доходяга, которому жить осталось от силы час или два. Сердце едва бьется. Пульс нитевидный. Рефлексы отсутствуют. Зрачок не реагирует на свет. Объясни мне, что делать дальше. Как мы сможем достать его теперь, когда он полностью ушел в онлайн?
      И как ты сам смог прорваться ко мне сейчас?
      И как тебя удалось отключить от Сети?
      И все ли с тобой в порядке?
      Сотни вопросов без ответа.
      – Просто скажи, что мне делать дальше. Как ты собираешься его убить, и как я могу тебе помочь?
      – Сначала ты. Тебе есть, чем дышать? Это сейчас важнее всего.
      – Да есть. Ты можешь уже, мать твою, объяснить?..
      – Могу, не кипятись. Фосфор жив. Его тело тоже. Если даже ты сейчас его прикончишь, потом с ним все будет в порядке. И он найдет себе новое тело. Это, кажется, порядком износилось. Неудивительно, – Ящерица язвительно хмыкает, – когда я убивал его в Сети, он восстанавливался. То же самое будет, если ты убьешь его сейчас. Это резервная копия. Портрет Дориана Грея. Только немного сложнее. Нужно уничтожить их обоих, одновременно, иначе ничего не сработает. Но мне сейчас нельзя возвращаться в Сеть, – он захватит мою проекцию обратно. Не спорю, удобно, конечно, отдавать приказы тебе напрямую, но я не смогу его убить. То есть, смогу… но я бы предпочел обойтись без этого. Теперь ясно?
      – Я понял, что он жив, что если ты вернешься в Сеть, он захватит тебя, я понял, что мы не сможем его убить, если не сделаем этого в Сети и здесь. Тогда что ты предлагаешь? Кто-то войдет в Сеть вместо тебя, а ты отдашь мне команду нажать на курок по рации?
      Ящерица смеется в ответ:
      – Сдурел ты. Кислорода точно не хватает. Мне чтобы кого-то в Сеть впустить, нужно его инвалидом сделать. Я пока не настолько сволочь. В общем, я возвращаюсь. Но через пару минут. Чтобы исключить возможность захвата меня. Я его немного подпортил, надеюсь, ну и, может, получится теперь вломиться через его коды. Посмотрим. И вот когда я войду, с тобой снова на связи будет Джесс. Мне кажется, вы сроднились, – цинично цедит хакер, беспрерывно морщась.
      – Да, мы отлично поладили, я обещал вырвать ему ноги.
      Фокси хмурится, глядя на вдруг постаревшее тело Фосфора. Уничтожить его – то, ради чего затевалась вся эта сложная авантюра. Но если Ящерица вернется в Сеть, удастся ли ему увернуться от новых ловушек Фосфора?
      – Просто пообещай мне, что вернешься из Сети целым и невредимым. Без второго экстренного отключения. Говори мне, что делать дальше, мальчик-рептилия.
      – Сифилисом обещаю не заразиться, остальное не факт, – желчно отвечает Ящерица, пытаясь через плечо разглядеть синяки на спине. – Сейчас я отправляюсь внутрь. А ты жди, когда Джесс скажет убить этого урода.
      Ящерица снимает наушник и трет глаза.
      – Давай, Джесс.
      – Ты уверен? – с беспокойством смотрит на хакера помощник и принимается подключать провода в какой-то хитрой последовательности. Ящерица смеется, как-то очень тяжело и обреченно:
      – Нет. Я ни в чем не уверен. Но у меня нет выбора.
      Он легко оказывается в той комнате вновь. Надо же, информация, полученная при том захвате его проекции Фосфором, оказалась полезной. В кресле вновь сидит непримечательный мужчина, и Ящерица улыбается.
      – Я боялся, ты захватишь кого-то, и мне придется его убить. Как того парня с часами. Спасибо за подачку.
      Но Фосфор молчит. Вполне возможно, это очередная ловушка, и Ящерица уже готов метнуть в него скальпель, как вдруг он замечает улыбку мужчины и останавливается.
      – Ты же этого от меня ждешь… верно? – Ящерица бросает скальпель на пол, и он растворяется. – Ты же, черт возьми, знаешь, кто я. И точно знаешь, как я люблю такие лезвия. Но нет. Пошло оно все. Ты достоин худшего.
      Ящерица в один шаг оказывается возле Фосфора, каким-то немыслимым образом искажая пространство, сплющивая комнату и вновь увеличивая ее. Он хватает мужчину за горло и сжимает пальцы с какой-то нечеловеческой силой. Фосфор удивленно распахивает глаза и пытается сопротивляться, упираясь и мешая вытащить себя из кресла, но Ящерица оказывается сильнее.
      – Джесс! Давай! – кричит он, не отпуская Фосфора, который пусть и слабеет, но все еще выкручивается.
      
      – Фокси, ты слышишь меня? Фокси, сейчас!
      Голос Джесса сильно искажен и едва различим, но Фокси слышит самое главное. Сейчас.
      Фосфор распахивает глаза в ту самую минуту, когда пуля вонзается ему в подбородок, пробивает мышцы и хрупкие кости, выходит в мозг и выходит с другой стороны, снося свод черепа.
      По подголовнику кресла течет противная бурая жижа, мало похожая на человеческий мозг, пусть даже и во взболтанном состоянии. Развороченная челюсть клацает зубами, отбивая странную дробь. Пальцы того, что минуту назад было Фосфором, величайшим преступником в мире, судорожно сжимают подлокотник.
      На минуту Фокси кажется, что Фосфор все еще жив. Он заглядывает в стекленеющие глаза и видит в них медленно уходящую жизнь. С Фосфором покончено. По крайне мере, с его стороны.
      – Где Ящерица? Что с ним? У него все в порядке?
      
      – Ящерица! – надрывается наушник. – Ответь уже!
      Ящерица не слышит. Он отстраняется от тела, которое он успел стащить на пол, поднимается и смачно сплевывает на лицо тому, что было раньше проекцией Фосфора в виртуальном мире. Тело не растворяется, как было до этого, а остается лежать на полу – с синяками на шее. Ящерица нервно смеется:
      – Это тебе за мою жизнь, ублюдок. И за жизнь Фокси, – хакер, наконец, реагирует на надрывающегося Джесси и отвечает:
      – Я в норме. Через минуту буду на точке, выключишь меня, как подам знак.
      Они смогли. Кажется, они закончили этот бред.
      
      Заклинившую сейфовую дверь выбивает взрывом с той стороны. Слышатся звуки выстрелов, новые взрывы. Ворвавшаяся внутрь полиция не спешит арестовывать Фокси – они убеждаются, что Фосфор мертв, а после этого помогают детективу, снесенному на пол взрывной волной, подняться на ноги, отряхивают его плащ.
      – Как жаль, что вы не успели спасти нашего великого вождя, – хмыкает кто-то из офицеров. – Мир будет скорбеть вместе с нами. Ворвавшихся в здание террористов тоже не удалось обнаружить. Как жаль, как жаль...
      В комнату заглядывает изрядно потрепанный Курт:
      – Хватит прохлаждаться, детектив. У нас еще есть дела.

***



      – Поздравляю с победой.
      Фокси поднимается со стула, пристально смотрит на Ящерицу.
      – Да, с Фосфором покончено. Но его приспешники расплодились по миру, как чумные крысы. Впереди нас ждет много работы. Кто знает, сможем ли мы до конца вытравить из мира всю ту мерзость, которую наплодил этот уродец?
      Хакер вместо ответа пожимает плечами.
      – Тогда отдохни получше.
      Фокси выходит из логова Ящерицы привычным ему путем. На столе перед хакером остается стаканчик с какао и коробка овсяного печения с шоколадом. На коробке – какие-то штрихи и царапины, похожие на азбуку Морзе, но что именно написано – не разобрать.
      Над городом, над самым высоким небоскребом, похожим на клык хищного животного, небо будто втягивает в себя внутренности. Алая рана на небосклоне затягивается, и небо очищается, вдруг из серого становится темно-синим, вечерним, покрытым россыпью ярких звезд. Начинается дождь. Детектив Фокси какое-то время смотрит в небо, а после поднимает воротник своего плаща и надвигает шляпу на самые глаза.
      – Мерзкая погода, – произносит он, – есть трещины или нет, в этом городе всегда мерзкая погода.