De wereld van barsten +29

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Брайт Поппи «Рисунки на крови»

Основные персонажи:
Захария Босх, Тревор МакГи (Блэк)
Пэйринг:
Захария/Тревор
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Ангст, Мистика, Детектив, Психология, Повседневность, Ужасы, ER (Established Relationship)
Предупреждения:
Нецензурная лексика
Размер:
Макси, 196 страниц, 22 части
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
«Потрясающая вещь» от RossomahaaR
«Замечательная работа!» от гспж ентк
Описание:
Первые месяцы в незнакомой стране, на неизвестном континенте. Здесь точно не достанут федералы, всегда можно спокойно купить травки и целоваться взахлеб посреди мостика через очередной узкий, словно вена, канал. Вот только в этом ли счастье? И не может ли статься, что, убегая от неизвестности, вы так и не поняли, что было проклятьем, а что - благом?
И самое главное: как найти свой талант снова, если ты уже пережил его кульминацию?

Посвящение:
Посвящается юности, дороге, севшей батарее лэптопа и бутылке виски.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Помощь с редакциями глав 1-7 - Mir Charime, clockworkhat

Учитывая относительную самостоятельность текста и большое количество упоминаний о прошлом в ретроспективе, произведение можно читать и как ориджинал при наличии желания. Но не нам за вас решать.

7

13 августа 2015, 17:08
      Мир вокруг начинал напоминать бесконечный цикл. Снова утро и снова Зак заставил себя проснуться и приехать на работу, хотя все пять стадий и вся неизбежность оставались при нем. Не менялись погода, пейзажи за окном, монета, вновь выпавшая на «дом» как компасная стрелка. Возможно, не менялась и дата; сложно было судить, когда все вокруг тебя застыло и повторяет само же себя.
      Теперь к стадиям Кюблер-Росс добавился в качестве фона непрекращающийся панический страх, сказать о котором кому-то, а в особенности Тревору, было равносильно самоубийству. Ужасная, искореженная каким-то недоучкой-хакером программа, в которой ему остается просто молчать и терпеть, – это Зака раздражало и расстраивало.
      Как бы глупо это ни звучало, он все же обживал свое новое место. Вчера на развале они умудрились купить два потрепанных, но вполне работавших мобильника, в качестве которых Зак практически не сомневался. Он нашел эту странную Мекку проводов и пластиковых коробок, когда осознал, что на работе совершенно не может сидеть в тишине. И Амстердам, словно многоликое живое чудище, в очередной раз сумел повернуться к нему той своей частью, где достать за бесценок чей-то краденый плеер оказалось вполне возможным. Зак тогда выхватил себе потрясающий, почти новенький Walkman WM-701C, с чумовыми наушниками с кнопками для регулировки громкости, к которым он пристрастился слишком быстро, нажимая даже тогда, когда не нужно, просто чтобы нажать.
      На сегодня у него была пара самопальных кассет: какое-то выступление Bauhaus[1]; альбом малоизвестных, но довольно наглых и насквозь пропахших битниками, судя по названию, Morphine[2]; и R.E.M. с песнями с нескольких последних альбомов. Почему при записи выбор пал именно на эти треки R.E.M. – оставалось для Зака нерешенной загадкой. Здесь были и громкие, уже утвердившиеся хиты типа Теряю терпение[3] и Всем бывает больно[4], которые не звучали разве что из модемов и холодильников, и вместе с ними совершенно странные, вызывающие добрую улыбку вещи вроде ностальгической Новоорлеанской Инструментальной №1[5].
      На новый сеанс борьбы со строптивым компьютером его вдохновил, как ни странно, не только отдых. Конечно, за время своего отсутствия в операторской Закари успел набросать краткий план благодаря тому, что у него было время. Но его еще и чертовски подстегивали злость и обида за Тревора. Ну и кроме всего прочего, подобная возня с мелкими и перемороченными вещами прекрасно вписывалась в понятие хакерской ценности[6]. Зак даже был готов пожать руку тому шутнику, что придумал это, поскольку нестандартность подхода не могла не поражать. Это, как ни странно, будило соревновательный дух Зака. Ему хотелось доказать, что он непременно лучше и хитрее и сможет с изяществом, по мнению общества достойным лучшего применения, решить все загадки и обставить хитреца. А потому, раскрыв блокнот с обрывочными записями, Зак приготовился к сражению; но для начала нужно было узнать, не появилось ли что-то новое.
      Как и следовало ожидать после появления самого первого сообщения на leet-е (ПРОВЕРЯЙ НЕ ГОЛОВУ. ПРОВЕРЯЙ ТРЕЩИНУ), теперь ASCII-графика настойчиво рисовала ему разломы и расколы все теми же странными символами. При всех минусах, это было немного лучше, чем жуткий искореженный портрет, который, как Зак успел убедиться, в жизни был еще страшнее. Он отчего-то не испугал его сразу, – возможно, потому что тогда Закари думал только о техничности исполнения и о том, что Трев, черт возьми, наконец-то начал рисовать что-то похожее на свои собственные рисунки… Зато теперь Зак испытывал благоговейный ужас перед своим изуродованным лицом. И радовало это не слишком.
      Просмотр эхи дал очередные восхитительные результаты. Сообщение от все того же скрытого пользователя радовало детским по сложности шифром Цезаря[7]:

      ГТЯХ ЭХВГЯ ЮХ ШФХВМ

      Посидев минуту над блокнотом с выписанными текстом и алфавитом, Зак без труда нашел смещение в 17 букв и понял смысл сообщения. Метод грубой силы, конечно, был совершенно уродской вещью, которую Зак во взломе всячески презирал и порицал, но стоило признать, что иногда и в подобной прямолинейности были свои плюсы. Без нее Зак не узнал бы об очередной полной позитивного мышления записке. Смешно было то, что он даже был склонен с этим согласиться. Его место действительно было не здесь. Вот только едва ли его получится запугать такой ерундой. Восхитительный Закари Босх сам будет принимать решения, касающиеся его жизни. В конце концов, сейчас ему нужны деньги, а здесь уже пару месяцев закрывали глаза на его опоздания. Едва ли на какой-то другой нормальной работе ему так повезет.
      От нечего делать Зак залез туда, куда предпочитал обычно не соваться: на свое почтовое хранилище, которое было также присвоено ему фирмой. Особого смысла в этом не было, учитывая наличие доски и эх, а потому Зак частенько забивал на него. Бесполезные, излишние, вымученные выкидыши человеческого мозга напрягали его куда сильнее, чем все остальные продукты жизнедеятельности.
      Сообщения от неизвестного шутника доставали его и на почтовом хранилище, также оставаясь неподписанными. Адресат был скрыт, а смысл угадывался в простейших кодировках. Уже устав повторять про себя, что скрыть отправителя просто невозможно, – настолько же, насколько невозможен был бы Крамб, рисующий комиксы о Супермене, – Зак все же потратил несколько своих бесценных минут на то, чтобы расшифровать послания.

      СМЫСЛ МЕЖДУ НЕПОНЯТНЫМ.
      ОБЕРНИСЬ.

      Чувствуя, как по спине побежали мурашки, Зак неохотно повиновался и посмотрел на дверь. На мгновение свет мигнул, и в странных тенях он увидел черный дверной проем и болтающийся на веревке труп.

***



      От сбоя электричества система отключилась, и Заку пришлось включать ее заново, попутно оправдываясь перед начальством. Если эти толстосумы хотят – пусть сами связываются с электроэнергетической компанией; у Зака не было на это ни сил, ни желания.
      После недолгого препирательства он выдохнул и решил вернуться к намеченному плану. Если отбросить всю мистическую чушь, которой Зака явно пытался напичкать неизвестный ему и чертовски хорошо осведомленный шутник, это походило на глупый электронный пранк, не слишком остроумно склепанный на коленке. Закари ответил на все сообщения: Да не пошел бы ты в жопу, мужик? – и все же начал писать:

assume cs:cseg, ds:cseg
cseg segment
org 100h
start:
mov ah,4Eh
mov dx.offset fname
mov cx,20h
int 21h

      Первые строчки довольно несложного кода. Учитывая, что сисоп сам совершенно не разбирался в эхах, стоило начать с простых вариантов проникновения. Зак давно хотел иметь привилегии полного пользователя, а потому даже удивился этой простой мысли: какого, черт возьми, хрена он не сделал этого раньше?!
      Всего-то и нужно было заслать на станцию программу, которая сама добавит команду повышения уровня, без вмешательства Зака. Подать ее под видом чего-то смешного или забавного, чтобы сисоп непременно открыл – вот и все. Дело сделано. Немного элементарных шагов в сочетании с легкой социальной инженерией… Просто и изящно.
      На само написание ушло не так много времени. Зак больше колебался, думая, стоит ли добавить поиск файла списков всего, что доступно в конфе, по всему винчестеру сисопа или же нет. В итоге решив перестраховаться, Зак дописал эти пару строк в код, прибавил туда мусора и сообщений об ошибках. Откомпилировав программу, он упаковывал ее и выложил на эху с остроумной подписью. Что ж, теперь Зак мог быстренько посмотреть, что он должен сделать из своих непосредственных обязанностей.
      Проверив через пару часов результаты, Закари услышал фанфары в своей голове. Черт возьми, это было круче, чем выиграть поездку на Канары и ножи для стейка! Он вошел так просто, будто бы речь шла о том, чтобы переступить порог дома. Идеально.
      Погуляв по эхе, Зак добил себе уровней за счет просмотра файлов и, сосредоточенно дергая себя за дреды, приступил к самому интересному. Получив доступ уровня сисопа, он принялся смотреть все соединения, а также список всех пользователей.
      Пока эта информация давала не слишком много, но Зак на всякий случай скопировал ее себе. Куда важнее были его сообщения. Наконец-то, черт возьми, он увидит ник этого долбаного шутника. BiRDl0vE – конечно, негусто, но Зак почувствовал, как у него начинают шевелиться волосы на затылке. Птицы. Везде чертовы птицы, куда ни глянь!
      Ладно… ладно. Ему следовало успокоиться. Куда важнее были номер телефона и сигнал модема. Все чертовы протоколы, все идиотские следы. Этот парень не мог быть умнее его, Зак был в этом уверен.
      О! Отличная новость: помимо модема он соединялся через TCP. Неплохо, неплохо… а что, если угнать его соединение?
      Зак застрочил очередной код, чувствуя, как входит в раж. Он написал еще парочку ответов на досках, рассчитанных исключительного на этого доморощенного гения, а также расставил ловушку. Безумно хитроумную, потому что, черт возьми, стырить соединение – это уже высший пилотаж. Не разбираться в сложных системах шифрования, не тратить время на раскодировку сеанса регистрации, а просто увести все и сразу. Вот это, мать твою, был размах, достойный Закари Босха и его грандиозных приключений!
      Сидя как на иголках, он тянул себя за волосы и ерзал на стуле, слушая Bauhaus и ожидая ответа от BiRDl0vE. Кавер-версия на Дэвида Боуи с рассказом о Зигги Стардасте[8] была в самом разгаре. Едкая и терпкая, еще более кислотная и провокационно-сексуальная, чем у Боуи, она с первых же тактов заставляла голову планомерно покачиваться, а губы – повторять полушепотом каждое слово, словно в трансе.
      Именно в начале ее куплета Зака и застал ответ от BiRDl0vE. В первую очередь он решил ознакомиться с его смыслом:

++++++++[>+>++>+++>++++>+++++>++++++>+++++++>++++++++>+++++++++>++++++++++>+++++++++++>++++++++++++>+++++++++++++>++++++++++++++>+++++++++++++++>++++++++++++++++<<<<<<<<<<<<<<<<-]>>>>>>>>>>+++.---<<<<<<<<<<>>>>>>>>>>>>>.<<<<<<<<<<<<<>>>>>>>>>>>>>>-.+<<<<<<<<<<<<<<>>>>>>>>>>>>>>>---.+++<<<<<<<<<<<<<<<>>>>>>>>>>>>>>----.++++<<<<<<<<<<<<<<>>>>>>>>>>>>>----.++++<<<<<<<<<<<<<>>>>.<<<<>>>>>>>>>>>>>>>-.+<<<<<<<<<<<<<<<>>>>>>>>>>>>>---.+++<<<<<<<<<<<<<>>>>.<<<<>>>>>>>>>>>>+++.---<<<<<<<<<<<<>>>>>>>>>>>>>>++.--<<<<<<<<<<<<<<>>>>>>>>>>>>>>>---.+++<<<<<<<<<<<<<<<>>>>>>>>>>>>>>+++.---<<<<<<<<<<<<<<>>>>>>>>>>>>>.<<<<<<<<<<<<<>>>>.<<<<>>>>>>>>>>>>>.<<<<<<<<<<<<<>>>>>>>>>>>>>+.-<<<<<<<<<<<<<>>>>>>>>>>>>>>+++.---<<<<<<<<<<<<<<>>>>.<<<<>>>>>>>>>>>>>>+++.---<<<<<<<<<<<<<<>>>>>>>>>>>>>>>-.+<<<<<<<<<<<<<<<>>>>>>>>>>>>>---.+++<<<<<<<<<<<<<>>>>>>>>>>>>>---.+++<<<<<<<<<<<<<>>>>>>>>>>>>>>>----.++++<<<<<<<<<<<<<<<>>>>.<<<<>>>>>>>>>>>>>.<<<<<<<<<<<<<>>>>>>>>>>>>+.-<<<<<<<<<<<<>>>>>>>>>>>>>>--.++<<<<<<<<<<<<<<>>>>>>>>>>>>>----.++++<<<<<<<<<<<<<>>>>>>>>>>>>>>+++.---<<<<<<<<<<<<<<>>>>>>>>-.+<<<<<<<<.

      О. О, малыш. Зак читал об этой штуке совсем недавно. Brainfuck. Его выдумали, наверное, меньше года назад. Удивленно раскрыв рот от осведомленности своего неведомого шутника, Зак принялся всматриваться в убогий набор символов. Несмотря на костыльность, присущую всей концепции эзотерических языков, Brainfuck казался Заку каким-то невероятно притягательным. В нем с успехом сочетались изящество сути и пугающий внешний вид, которых Зак не видел уже очень давно.
      Сразу становилось понятно, что речь шла о легкой программе, выводящей текст. Возможно, стоило просто не париться и посмотреть, что будет, если ее запустить?.. Мгновение Зак колебался, но, напрягая память, которая напоминала соты или глаза насекомого, записывая фрагментами и восстанавливая без вмешательства своего хозяина, он становился все увереннее, что это лишь текст и не более того. На свой страх и риск Зак все же запустил программу.
      В плеере, кажется, по второму разу играл Зигги Стардаст. Наверное, кто-то по ошибке записал два трека подряд… или же песня была такой неспешной и ядовитой, что умудрялась останавливать время вокруг себя. Зак сфокусировал взгляд на экране и шепотом повторил фразу, которая смотрела на него в ответ, словно бездна[9]:
      Мы должны сломать его милые руки?
      В этот же момент Питер Мерфи пропел ему в уши своим нарочито-сексуальным голосом эту же строку, и ошарашенный Зак отпрянул от монитора, чувствуя, как бешено колотится сердце. Это было просто невозможно. Стечение обстоятельств, случайность, не более того. Просто очередная шутка мироздания, блядь. Не может же этот парень знать, что сейчас делает Зак!..
      Ему потребовались минута и полная тишина, чтобы восстановить душевное равновесие, и только после этого он решил проверить то, ради чего, собственно и писал сообщение чертовому шутнику. Факта наличия соединения… не было.
      Потрясенно открыв рот, Зак замер, не зная, что делать. Будто этот самый шутник не был привязан к узлу. Ни к какому вообще. Но это же невозможно! Дурацкое тупое слово, которое въелось во все проявления жизни. Оно раздражало Зака сильнее, чем все вместе взятое: чем пропагандистские конформистские фильмы, электронные копы и автоматы с презервативами в туалетах кафе. Но, черт возьми! Компьютер не может висеть в воздухе, ему нужно соединение, чтобы отправлять данные. Что за бред?!
      Слава богу, модем все еще был привязан к телефонной сети. Оставались шансы. Главное, чтобы этот придурок и здесь не выдал что-нибудь хитроумное.
      За окном уже начинало темнеть, но Зак, напрочь забывший о свидании с Тревором, продолжал строчить коды и писать программы. Восстанавливать за собой всегда было проще, чем создавать с нуля, пусть у него не было подсказок.
      Правда, пришлось немного порыться в книгах и журналах, оставленных прошлым оператором. Там, к огромной радости Зака, был обнаружен интернациональный справочник телефонных кодов, который пригодился, когда он выудил из информации о модеме номер. Создавалось впечатление, что именно эти координаты в пространственно-временном континууме предназначались Заку. Все складывалось в его пользу, даже чертов мусор, оставленный предыдущим оператором. Мысль о кармической правильности происходящего подстегивала лучше любых стимуляторов.
      Ажиотаж спал, когда Зак неверящим взглядом уперся в начало телефонного кода, которое жестокий справочник без колебаний отнес к Северной Каролине. Очередное невозможное стечение обстоятельств. Страх подталкивал Зака к тому, чтобы забыть об этом и признать рассуждения ошибочными, но здравый смысл подсказывал неутешительный вывод: компьютер не мог ошибиться.
      На грани какого-то забвения, почти не понимая, что делает, Зак нашел номер и позвонил с мобильного в федеральную справочную США. Слава богу, доступ к КОСМОСу ему все еще был открыт, поэтому в каком-то гипнотическом трансе Зак добыл пароль и взломал базу данных. Он набирал коды и цифры, которые еще помнили его пальцы, и в этом была своя особенная магия. Словно в его собственный код было вшито какое-то мнемоническое правило… какая-то программа, запускаемая кодом. Внезапно в голове Зака возникла пылающая неоновая вывеска с числом 17, – тем, на которое был сделан сдвиг в шифре Цезаря. Оно показалось каким-то существенно важным.
      Страх и дежавю умоляли Зака остановиться, но было уже поздно. Теперь это дело необходимо было довести до конца, хотя слишком привыкший к законам логики и кино, а также к тому, что совпадений не бывает, Зак уже отчасти догадывался, что найдет в самом конце. Возможно, именно поэтому у него уже не было сил удивляться, когда номер телефона оказался зарегистрированным на Розену МакГи, а модем располагался по адресу Северная Каролина, Потерянная миля, Дорога скрипок, сельский почтовый ящик 17.
      И его уже даже не удивило то, что в этом доме никогда не было телефона.

Комментарии:


[1] Ха. Ха. Вы всерьез читаете это, не зная, кто такие Bauhaus?..
[2] Morphine (англ. Морфий) — музыкальный коллектив из США, образованный в 90-х гг. Группа примечательна своим стилем — своеобразной смесью рока, джаза и блюза в низкой тональности. Первый альбом, Good, был издан в 1991-м г. независимым лейблом Accurate Records; о пластинке хорошо откликалась пресса, и вскоре коллективом заинтересовалась известная фирма Rykodisc, сделавшая пере-релиз. Следующий и самый шикарный их альбом Cure for Pain относительно действия еще не вышел: до этого осталось подождать пару месяцев.
[3] Losing My Religion (дословно, «теряю свою веру», в переводе с южноамериканского сленга – «я теряю терпение») — песня американской рок-группы R.E.M., выпущенная в качестве основного сингла их альбома Out of Time в 1991 году. В чате в Нидерландах Mega Single Top 100 в 1991 году песня «Losing My Religion» заняла первое место.
[4] Everybody Hurts — песня R.E.M., с альбома Automatic for the People 1992 года и выпущенная впоследствии, в 1993 в качестве сингла.
[5] Также с альбома Automatic for the People.
[6] Хакерская ценность — представление (мнение) хакеров о некотором предмете (процессе, занятии) как об интересном и/или достойном. Совершить что-нибудь такое, что остальным кажется сложным или невозможным, или решить какую-либо проблему таким способом, в котором проявляется утонченность, сообразительность, ум, блестящие способности — такое решение обладает хакерской ценностью. Важной частью этого понятия является также созидательность. Например, вскрытие кодового замка на основе знания его внутреннего устройства и особенностей функционирования обладает хакерской ценностью, а взлом его тяжелой кувалдой — не обладает.
[7] Шифр Цезаря — это вид шифра подстановки, в котором каждый символ в открытом тексте заменяется символом, находящимся на некотором постоянном числе позиций левее или правее него в алфавите. Например, в шифре со сдвигом вправо на 3, А была бы заменена на Г, Б станет Д, и так далее. Если взломщик знает, что использовался шифр Цезаря, но не знает значение сдвига, можно воспользоваться методом грубой силы (простым перебором). Один из способов сделать это — выписать отрывок зашифрованного текста в столбец всех возможных сдвигов — техника, иногда называемая как «завершение простого компонента».
[8] Зигги Стардаст (англ. Ziggy Stardust) — вымышленный персонаж, созданный Дэвидом Боуи и являющийся центральной фигурой его концептуального глэм-рок-альбома The Rise and Fall of Ziggy Stardust and the Spiders From Mars, 1972 года. Кавер-версию песни «Ziggy Stardust» с этого альбома, являющуюся одной из основных в истории, группа Bauhaus выпустила как сингл в 1982 году. В центре сюжета песни рассказ о моральной деградации Зигги и о его желании распустить группу из-за собственного возросшего эго.
[9] «И если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя», – цитата, принадлежащая Фридриху Ницше, высказанная в его труде «Так говорил Заратустра. Книга для всех и ни для кого», и получившая широкую известность.