Тьма
Я очнулся резко. Во тьме. В настоящей, густой, ощутимой тьме. Я не видел ничего. Не знал кто я и что делать дальше. Мира не было, не было ничего. Была только эта вязкая устрашающая тьма. Я потерялся, делал какие то движения, шаги, но ничего, абсолютно ничего мне не помогало. Сколько бы я не пытался все было так, как было. Но потом, через долгие часы, недели, месяцы, а может и вовсе годы, что то начало меняться. Сначала плавно еле ощутимо, но тьма пришла в движение, я мог уже хоть что то увидеть, она стала светлеть, пока не стала абсолютно серой и словно бы жидкой, как вода. Вместе с тем во мне начало что то пробуждаться. Это что то и стало управлять тьмой, оно стало ее менять, подстраивая под себя, делая так, как было угодно ей. Этим что то была память. Она постепенно вечность за вечностью подбрасывала воспоминания. Первым таким было имя. Ким. Нет не то, немного не то, но вот уже эта вязкость тьмы исчезает. Хорошо. Энаким. Это было словно вспышка, одно единственное слово будто было выжжено где то во мне, где то внутри, только я еще не знал где. Оно горело во мне, не позволяя сосредоточиться на самом важном, на памяти. И как я не старался, у меня ничего не выходило. Оно не давало сосредоточиться, будто бы нарочно мешая выбраться из этого мрака. Я отчаялся, думая, что так и останусь здесь навечно, но резко снова была вспышка. Сын. У меня есть сын? Или я чей то сын? Я не мог ответить себе на эти вопросы. Мне было нечем отвечать. А затем снова вспышка. Кузнец. Я кузнец? Нет, я сын кузнеца, да, точно, так и есть. Мара. Кто это? Сестра. Моя сестра. Болеет. Да она же точно всегда болеет. А где она сейчас, и что важнее где я сейчас? Такими яркими, но малоинформативными вспышками я начинал вспоминать. Казалось, это была пытка. Боль разрывала меня изнутри, я не чувствовал себя, просто наблюдал за тем как в медленно разрывающейся серой тьме корчится человек. Да, я был человеком, не магом, как считал, а самым обычным человеком без всяких способностей и мозгов. Я наблюдал как серая марь корчится, подобно мне. Здесь не было времени, здесь вообще ничего не было. Только я. Один. Да кое где виднеющиеся просветы, ослепительно белого света, заставляющего закрывать глаза и кричать от нестерпимого жжения в глазах. Когда все кончилось, я не помню. Просто снова очнулся на поляне перед удивительной красоты домиком. И ничего бы не поменялось в этой обстановке, кроме окружающего меня, если бы не ощущения. Мои чувства просто кричали мне, о чем кричали я так и не понял. Но поменялось еще кое что очень и очень важное. Память, она вернулась ко мне. Я помнил все. И я принял, смирился с тем, что не могу уже исправить того, что натворил. И как только прошел этот миг принятия, мне стало легко и спокойно. Я не чувствовал больше. Совсем ничего не было. Только нить горечи, потери и утраты дорогого мне человека, Мары. Я чувствовал, как ей плохо, но не мог ей помочь.
