Луи и кексы

Просыпаясь утром, Луи чувствует боль в своём животе и в своём сердце. Он выпивает два стакана воды и немного грустит, смотря на деревья за окном. Солнце светит достаточно ярко, но не греет, и руки Луи очень холодные. Он застёгивает пуговицы на своём бежевом пальто и быстро заходит в тёплое кафе. Когда Гарри приносит ему горячий кофе без сахара в пластиковом стаканчике, Луи чувствует любовь. Любовь, похожую на ураган или русло реки, сбивающее всё на своём пути. Любовь в его ногах, в его шее и в его животе. Луи чувствует любовь везде и, чёрт возьми, он всю жизнь боялся того, что почувствует её. - Привет, - говорит Гарри. Его голос хриплый и медленный, а его руки тёплые. - Привет, - кивает Луи, смотря на свои пальцы. Они похожи на больших гусениц, которым никогда не стать бабочками. - Сегодня я помогал выпекать кексы нашему повару. Хочешь попробовать немного? - спрашивает Стайлс, и Луи хочет заплакать. Гарри такой домашний в своём фартуке с пятнами, широкими штанами и пучком на голове. Томлинсон хочет украсть его, посадить в баночку и любоваться целыми днями. - Нет, спасибо, я опаздываю на работу сейчас, - отвечает шатен, глотая свой напиток. Он действительно не хочет есть кекс. Он хочет обнять Гарри со спины и вдыхать аромат его волос, потому что они пахнут грёбаными цветочками и сердечками, а волосы Луи пахнут сигаретами и болью. Он чувствует любовь даже в своём гадком кофе. - Могу я проводить тебя? - Гарри улыбается, а Луи хмурится, потому что он хочет взять Гарри за руку, чтоб их пальцы переплетались, и чтоб их запястья касались друг друга, когда они будут идти плечом к плечу по тротуару обсуждая какой-нибудь дурацкий сериал. Луи нужно срочно спрятаться. - Ну, пойдём? - говорит Гарри, надевая свою куртку. Она джинсовая и на ней есть искусственный мех. Луи думает, что эта куртка похожа на те, что лежат у него в комоде на тот день, когда его депрессия совсем поглотит его. - Эй, Лу? - спрашивает кудрявый, когда они идут по парку и Луи наступает в грязь. Грязь на его кроссовках, на его руках, и на его сердце. - Что? - его голос дрожит, потому что Гарри похож на Лучи солнца, а Луи всегда был маленькой и неуклюжей скульптурой изо льда. - Хочешь взяться за руки? - спрашивает Стайлс, но это не вопрос, потому что он берёт руку Луи, и Луи кажется, что по его внутренностям бегают маленькие носороги, разрушая всё на своём пути. - Твои ладони очень холодные. Какой твой любимый цвет? - Синий, я думаю. - Я слышал, что грустные люди любят синий, - Луи очень грустный, если честно. Особенно сейчас, когда его рука в руке Гарри смотрится так чертовски правильно и он хочет, чтобы это продолжалось. Чтобы Гарри брал его руку каждый день, гладил его по голове и согревал в объятьях как можно дольше. Но Луи никогда не скажет об этом, поэтому он грустит. - А мне нравится красный. Вчера я готовил торт с клубникой, и он выглядел очень красным. Я думаю, это похоже на маленькие красные домики, в которых живут гномы. В детстве я всегда размышлял об этом, - Стайлс хихикает и размахивает их руками, так что Луи замечает взгляды от дам в возрасте и какого-то усатого мужчины. Но пусть идут в жопу, ладно? - Я даже яичницу плохо готовлю, если честно. В последний раз, когда я варил яйца, они сгорели, - Томлинсон вздыхает, а Гарри смеётся очень сильно, и это просто прекрасно. Его смех даже прекрасней, чем кофе на рассвете и тёплое одеяло. Луи хочет выйти замуж за этот смех. - Мы пришли, Хаз, - говорит он, показывая рукой на высокое здание с огромными стеклянными окнами. - хочешь пойти со мной? У меня фотосессия там, но мне разрешают приводить с собой друзей иногда, - он начинает подниматься по светлым ступенькам. - Фотосессия? Так кем же ты работаешь? - спрашивает Гарри, когда они стоят в лифте ещё с парочкой людей и шатен нажимает на кнопку нужного ему этажа. Кнопки чистые, но Луи чувствует их липкость всеми своими внутренностями. Это заставляет его скукожиться и сдерживаться от того, чтоб не начать ломать их. - Моделью вообще-то, - Томлинсон смотрит на волосы кудрявого и хочет заправить за ухо пару прядей, что лезут в зелёные глаза. Запутать в них руки, взъерошить идеальную укладку, заставить бледную кожу стать покрасневшей от засосов и жара между ними. Луи пора лечиться. - Я довольно популярен в этой сфере, вообще-то. Был на неделе моды в Милане и Париже, - он хочет задрать голову выше, как гордый принц или что-то в этом роде. Но он знает, что является просто самодовольным ублюдком, недостойным рук Гарри, сжимающих его бёдра, окей? - Ах, кажется, я видел твоё фото на обложке "ArtReview" и "Esquire", - говорит Стайлс, немного наклонив голову. - Да, я снимался для этих журналов пару раз, - Томлинсон не может сдержать гордой ухмылки, так что мысленно бьёт себя по лбу. - Знаешь, мой друг, Зейн, настоящий твой фанат. Он будет счастлив, если я вас познакомлю. - Я думаю, у него отличный вкус, - хмыкает Луи. - О да. Каждый вторник с утра он запирается в туалете с твоим фото и не даёт мне даже спокойно почистить зубы, - Гарри говорит об этом совершенно спокойно, лишь немного подавляя смешок, и Луи думает, что у него странное лицо сейчас. - Отлично. Прости, но при знакомстве я, пожалуй, не пожму ему руку. Если ты понимаешь, по каким причинам, - кудрявый смеётся и люди в лифте пару секунд смотрят на них. Луи не нравятся странные взгляды, но Луи нравится Гарри. - У него есть парень, дурак. Он мечтает нарисовать тебя, на самом деле. Считает эталоном красоты и всё такое, - продолжает кудрявый. Между его бровями складочка, его ладони потеют и он хрустит пальцами. - Оу, - это всё, что Луи говорит, потому что Гарри никогда не говорил о том, каких людей он считает красивыми. Томлинсон думает, что у него действительно нет шансов, даже несмотря на то, что он работает моделью, и его рука была в руке Гарри всего пару минут назад. - Нам пора, пойдём. Когда они выходят на этаже с белыми обоями, Стайлс не может перестать разглядывать всё вокруг. На стенах множество картин и пол настолько чистый, что, кажется, в нем можно увидеть своё отражение. Ему не нравится это, потому что Луи хмурится, оглядывая всё вокруг. - Я снимаюсь для "Attitude"¹ сегодня, так что будь умницей и веди себя тихо, - Луи говорит это с улыбкой и Гарри ахает, потому что не понимает, как Луи может быть спокоен. Люди не очень часто снимаются для глянцевых гей-журналов вообще-то. Гарри думает о том, какие красивые у Луи глаза и волосы, ресницы и нос. Запястья у Луи очень тонкие, даже слишком, и его улыбка похожа на свет Луны, освещающий озеро. Гарри пока что не знает, любит ли Томлинсон романтические комедии и какие цветы ему нравятся, но он хотел бы узнать. Стайлс садится на небольшой диванчик в самом углу комнаты и лишь тихо наблюдает за тем, как Луи подходит к какому-то блондину и бьёт его по плечу, а тот звонко смеётся и начинает увлечённо говорить о чем-то, активно жестикулируя. Кудрявый чувствует ком в горле и узел на его сердце, и ему плохо, потому что он не уверен, может ли он прикасаться к Луи так же невозмутимо, словно это то, для чего он рождался. Он хотел бы обнимать шатена по ночам и есть сгоревшие оладьи на завтрак, потому что это то, что сделало бы его счастливым. Чуть позже Луи уходит за какую-то дверь и возвращается в совершенно другой одежде и с косметикой на лице. В свете прожекторов Томлинсон действительно сияет и Гарри кажется, что его сердце лопается, разрывается на части, превращается в разбитое стекло и царапает его тело. Примечание: ¹Attitude — британский глянцевый ежемесячный журнал для геев, выходящий с 1994 года. Распространяется по всему миру.