Грани лезвия: Огненный лед, Ледяной огонь.

POV Ноно       Иметь двух внуков, притом названных, это не только счастье, но и литры выпитого от горя дорогого виски и цистерны валерьянки: если Катсу меня не впечатлил, то Вария, даже при двух наблюдателях, меня сразила. Еще не сойдя с борта, эти дети сумели довести самых сильных и устойчивых мафиози до Кондратия: они, мои недооценивающие Варию хранители, в живую увидели злую «стальную» леди и неподающую признаки жизни стражницу, обмотанную бинтами. А еще, видимо от сильного потрясения перепутали в «дрова» пьяного человека с "трупом" и додумались вызвать моего заклятого знакомого, подрабатывающего гробовщиком. И если кандидат, предложенный моим Внешним Советником, себя никак не проявил, то Небо Варии, тяжко вздохнув, принялось наводить порядок в своих рядах, но пожалев «старичков», видимо решил отложить разбор «полета» до резиденции.       Тогда вся Италия видела «скорбную» процессию: Облаку, как самому спокойному и ответственному, доверили горе-наследничка и его хранителей, правда, тогда же напуганное сопровождение не заметило его трясущихся рук. Разместив наследничка и хранителей, Гроза, не отошедший от увиденного, сразу же заявил всем, что он будет замыкать «кортеж», о чем я позже и узнал от его охранника, с которым был вынужден провести беседу. Но к остаткам совести его решил призвать Облако, заметивший отчаяние на бледных лицах остальной охраны, взятой для солидности и из-за отказа старшего вынужденной сопровождать уж очень независимую Варию. И дело завершилось дракой Грозы и Облака, если бы не вмешался мой заклятый знакомый, видимо пожелавший познакомиться с «Аварией и Ко» поближе. Он, затребовав несколько машин, сам лично занялся организацией «кортежа» для этих проблемных детей. Если Облако и Старшее Небо, как я позже узнал, Мельфиоре, доставили и разместили, из-за их бессознательного состояния без проблем, то варийцев, прибывших с необычным сопровождением, встретила «гробовая» тишина и мне лично пришлось встречать младшего внука.       И только когда встреча состоялась, я понял, что на «праздничный» ковер вызову не только Реборна, но и глав, преданных Вонголе семей, чтобы не только с отчетов, но и со слов известного киллера разработать « Планы по выживанию и „тактическому отступлению“ с „малыми“ потерями», а сам стал вспоминать о наличии ближайшего особняка, куда я мог бы с чистой совестью поселить, а вернее «сослать» шебутных гостей. И на мое счастье такой особняк на территории Вонголы имелся, и как я тогда узнал, он принадлежал сводному брату Примо Вонголы и Второму Небу семьи, Рикардо, не оставившему после себя ни одного кровного наследника. И этот заброшенный особняк стал моим спасением: я, вызвав личного адвоката семьи, приказал ему задним числом и течение дня оформить все необходимые документы на передачу особняка в личное владение Варии, «независимому отряду Вонголы», и, как мне стало известно по сообщению Реборна и отпискам Лар, Вендиче.       Отправив Варию обживать их новый дом, я хотел распустить собрание, чем и воспользовалась Лар, объяснив это тем, что у ее подопечных вечный двигатель, со встроенным магнитом, притягивающим неприятности, а «старички», впервые услышав это, сразу же опустили Стальную Леди, про себя пожелав ей удачи.       Примеру Лар Милч решили последовать и остальные, когда поняли, что все собрание будет посвящено моим внукам.       Вот тогда я немного растерялся, но вспомнив, что я еще пока босс семьи, слегка прокашлялся и произнес: « А вас товарищи Хранители, Реборн и Кавалоне, я попрошу остаться!»       Тогда оцепенение хранителей и Дино, меня удивили, а вот реакция Солнечного Аркобалено убила: он просто подошел к стене и начал биться об нее головой. Если честно, то я испугался, а это Солнышко, придя в себя, объяснило мне, что это «А вас я попрошу остаться» — любимая фраза Лар, позаимствованная у «диких, но вежливых» русских коллег- армейцев, и достаточно часто связанна с аВарией.       Учитывая то, что Реборн единственный свидетель «художеств» Варии, я предложил ему разработать план Учений Вонголы по бегству от очень независимого ее отряда, не догадываясь, что за нашим советом следит Хохлатое зло, принадлежащее этой семье.       План, разработанный этим камикадзе не щадил никого: даже мы будучи зелеными юнцами, не вытворяли такое, а уж на старости лет — это для нас что-то из разряда миссия невыполнима. Такие кульбиты даже бывшее Облако его семьи выполнит только спьяну и на спор: мы должны меньше чем за час научиться так, маскировать пламя и «бегать» по-пластунски, чтоб нас не могло заметить Хохлатое Зло, по ошибке названное Туманом, и догнать «Ежик с тонфами», являющийся не только Облаком Варии, но и Грозой и Ужасом Намимори.       Заметив наши повисшие головы, Реборн, предложил нам в качестве тактического отступления разработать план «Де». И вот тут, зная этого садюгу, все же поинтересовался тем, что же он понимает под «Планом Де». На что смущенный Реборн, немного подумав, ответил: «Драпать». И вот такое мне даже в кошмарах не снилось: лучший киллер в мире позорно сбежал от ребенка, который даже пламенем управлять не умеет.       Поняв, что «гениальных» идей ни у кого не появилось, я с чистой совестью объявил собрание закрытым, но не успели мы покинуть залу, как я услышал звон хрупких раритетов. Наплевав на осторожность, я поспешил на шум, но для меня все кончилось, не успев даже начаться: если я успел уйти достаточно далеко от злосчастной двери, то на моих хранителей и Реборна с Дино, следовавших за мной, свалился самый настоящий, неизвестно откуда взявшийся, ковер, накрывший их с головой. Вот тогда — то, для меня выражение «подковерные игры» обрело прямое значение, и я не успев полюбоваться на эту картину, затылком «поймал» тонфа.       А дальше для меня наступила спасительная темнота, распрощаться с которой мне пришлось в больничном отсеке семьи, где меня явно так быстро не ждали. И вот теперь, наученный горьким опытом, я, перед каждым собранием семьи, по сто раз проверяю зал заседаний на наличие пламени Тумана и Облака, включая и прочие экзотические неожиданности, с ужасом и благодарностью вспоминая те самые «подковерные Игры», устроенные в честь своего приезда нашей персональной аВарией.