Грани лезвия: Огненный лед, Ледяной огонь.

POV Тсунаеши       И все же мое длительное прибывание в кладовке, расположенной неизвестно где, а самое главное неизвестно когда, и мое не менее триумфальное появление на поле боя двух неукротимых и в дальнейшем слегка побитых трофейной шваброй гроз, все же незаметно для меня и самое главное остальных членов моей своеобразной семьи, все же существенно изменило наше настоящее. А вот наше новое и неизвестное настоящее слегка подкорректировало отчасти распланированное и почти предрешенное будущее.       А ведь все изменения начались с того, что вендиче, все же напуганные моим триумфальным появлением в обнимку со шваброй в самом разгаре боя, уже не советуясь с Червелло и не спрашивая остальных участников бедлама, решили провести единое испытание для оставшихся элементов. А учитывая то, что некоторые из моих хранителей представляют собой боевую пару, то Бермуда, решил выбрать самого спокойного и пугающего из этой двойки. И в результате вместо Скалла, уже участвовавшего в конфликте колец другого настоящего, была выбрана злая и ничего непонимающая Кея, которая по нелепой случайности, при помощи базуки маленького Ламбо все же переместилась в доживающее последние минуты другое настоящее, и слегка изменившая своим появлением то, что менять было нельзя. И видимо все это и повлияло на отношения моих хранителей и заставило некоторых задуматься не только о своем поведении, но и о безопасности, я бы сказал, психики окружающих в целом.       Наверное, уже тогда глава стражей, осознав свой, как ему тогда же и показалось, небольшой прокол и, учтя мою феноменальную способность притягивать неприятности, о которых постоянно вопит моя неугомонная интуиция, все же попросил нас задержаться, чтобы донести до нас, как до его уж слишком независимого отряда важную информацию, а мой брат, как недонаследник просто попал под горячую руку наших немного диких мумий. И если немного сорванный голос старшего судьи напугал брата, то у меня тогда он вызвал некоторые опасения: моя своеобразная интуиция вопила о том, что все сказанное этим стражем, может все же обернуться против нас, а испытание, о котором он как бы нехотя упомянул поневоле станет знамением Судьбы для теневого мира, а сами поединки решающими битвами за, я бы сказал, свой собственный выбор. Вот только тогда я даже и не представлял того, что выбирать мне придется между собственной семьей и короной, и охваченный общей тревогой, стал ждать решения не столько розоволосых недоразумений, сколько забинтованных судей самой загадочной, для всех мафиози, тюрьмы. И как только Вендиче, судившие видимо заранее подготовленный, но непредсказуемый конфликт, назначили точную дату испытания, а ей была выбрана следующая ночь, то они, не обращая внимания на изумленные взгляды остальных участников и под ехидные комментарии командирши, все же проводили меня и моих хранителей до дома, опасаясь очередных внеплановых исчезновений со стороны остальной Варии. А доведя нашу дружную, немного бедовую компанию до дома, довольные проделанной работой стражи, с молчаливого согласия Лар, украли у нас нашего ничего не подозревающего Зефирку, торжественно пообещав вернуть оного завтра.И вот эта так называемая кража, разбудила мою и без того недремлющую интуицию, предрекающую мне если не грандиозную подставу, которой я все еще неосознанно опасался, то не менее шикарную головную боль, от которой я, почему-то не смогу отказаться.       Так что долгожданное завтра началось для меня достаточно неожиданно и весьма незабываемо: с дикого грохота, устроенного обеспокоенной Лар и задумчивой Даней, на моей бедной, и без того требующей ремонта кухне, и принятого мной за внеплановое нападение. И учитывая то, что я даже не успел проснуться, то адекватными мои действия назвать нельзя: схватив свой боевой трофей, оставленный заботливыми стражами, я чуть ли не кубарем полетел вниз, прихватив по дороге не менее ошарашенную Даню,решившую отконвоировать меня на завтрак, и даже успевшую познакомиться с моей явно раритетной и чем-то уникальной шваброй. И катились бы мы далеко и долго, если бы Лар, видимо привлеченная этим диким и неестественным грохотом, все же не соизволила расцепить наш немного своеобразный клубок. А расцепив, отправила случайно пострадавшую Даню на диван, а меня на кухню, на которую видимо и было совершенно нападение.       Тогда я, едва смирившись с участью босса и неприятным предчувствием,опустив голову и продолжая обнимать швабру, все же решительно поплелся туда куда послали. И вот преодолев коридор, я увидел то, что видеть был не должен: дверь в святая святых этого дома в порыве чьего-то рвения была вынесена напрочь, а петли были оплавлены чьим-то слишком уж знакомым пламенем, вот только чьим я тогда даже и не понял. И уже тогда от не героического знакомства с полом меня спасла моя нагло прихватизированная из будущего швабра. А вот снесенная дверь разбудила во мне дикое желание приласкать особо отличившихся либо собственным случайно разбуженным огоньком, либо любой перво попавшейся утварью, коей многие жены воспитывают загулявших мужей, а ведь в случае моих родителей это была скалка, то в моем – уже, наверное, сроднившийся со мной инструмент уборщика. И пока я придумывал наказания, облокотившись на немного обгорелый косяк, меня все же соизволили заметить. И как только увлеченные очередной кулинарной баталией хранители, увидели мою скорбную якобы тень, созданную ананасом, то дружненько так запустили в меня все то, что находилось в их руках.       И все же от заслуженного наказания их спасло то, что к нам в компании валящегося с ног Зефирки, телепортировал сам ужас Вендикаре, видимо, не желающий дожидаться ночи.       Если честно то, тогда мне стало стыдно, а все еще прибывающие в Тумане хранители, выбрали самого смелого и отправили его либо за матушкой – Командиршей, либо за домашним Цербером.       И вот в результате этой нелепой выходки, в результате которой немного пострадала гордость самого главного забинтованного судьи и наш бой был перенесен с ночи на другое время, а брат и достойная его компания были сняты с уроков, на которые их отправил его не менее заботливый репетитор. И тогда довольные чем-то стражи, взяв под конвой моих чумазых хранителей, а меня как зачинщика беспорядка, передав в ручки удивленной Дане, попросили следовать за ними. А следовать за ними нам пришлось до старого, то ли малопосещаемого, то ли забытого храма.       Вот только хитрая улыбка сопровождающих говорила о том, что нас ждет небольшой сюрприз. И их так называемый сюрприз удался: перед моим взором явилась тренировочная площадка вендиче, на которую нам под страхом колбы запрещено было заходить, а брат, увидев это диво спокойненько так осел на землю.       Наверное, уже тогда, я наплевав на все известные правила все же поинтересовался у главного судьи: Уважаемый, а где обещанная нам колба, за излишнее любопытство?       И если Бермуда гордо проигнорировал наш вопрос, то Катсу, и его любимый репетитор, все же удивленно уставились на меня.       Но продолжить разговор нам не дали Судьи, резко перенеся нас в отведенные для нас сектора, в которых каждого из нас ждала своя полоса препятствий и свой поединок. И если мы, как офицеры Варии, тяжко вздохнув, отправились на подвиги, то Вонголята потянув для приличия время, все же отправились на встречу моим охламонам. И как только мы преодолели первое препятствие, мы оказались, как потом нам всем объяснили стражи, в цифровой реальности, ставшей местом для наших решающих битв. И если брат сдался почти без боя, то Кея и Бель устроили настоящее побоище, которым я все же смог полюбоваться.       А полюбоваться было на что: все еще обиженный на Вонголу наш боевой ежик в хвост и гриву гонял, а вернее гоняла, разряженную как на танцульки первую красавицу нашей школы. И прогоняв ее надцатое количество кругов, она все же загнала ее в иллюзорные, и почему-то хищные кактусы, к которым приложил свою руку, незаметно от судей, чем- то. А вернее кем-то, заинтересованный Вайпер.       Поняв что дело тут нечисто, я все же решил приглядеть за нашим ку-фуфукающим недремлющим добром. И правильно я тогда сделал: Это чудо, поняв что Ураганный Вонголенок выберет победу, каким-то чудом сумел наложить иллюзии на стилеты Бель, что невольно она вышла победителем в данной схватке, ставшей решающей для нашей семьи.       И вот по итогам последнего испытания победу присудили мне, объявив меня достойным наследником достойного Дона, а вот моим непутевым хранителям предложили выбор: либо колбы, либо сохранить свой статус при Катсу, от чего они дружненько отказались, признав меня, при ошарашенных судьях своим непутевым небом.       И вот, как мне тогда казалось, спокойно выслушав эти условия,и услышав запоздалое признание своих хранителей, я с чистой совестью отказался от сомнительного и достаточно жесткого трона теневого мира. А вот свой неожиданный отказ я обосновал тем, что не смог променять импульсивную Ску, на спокойного Гокудеру и пошловатую Киоку. Да и остальные варийцы за столь кроткое время стали мне настоящей семьей, а еще меня удержал от необдуманного решения многообещающий взгляд Бермуды, который уже не представлял без нас то ли свой замок, то ли свою любимую тюрьму. Наверное уже тогда моя победа стала для меня слишком горькой, что я, не желая терять друзей и любимую, все же выбрал все то, что имел сейчас: свою семью, состоящую из моих своеобразных хранителей и Командирши с Цербером, стражей и независимость, позволившей мне выбрать свой путь, и верных друзей о которых я когда-то мечтал, уступив брату трон и корону, ради которых он разорвал все наши узы и переступил через голову любящей нас немного наивной матери.