Я собачку хочу

***

      Шаг за шагом…       Мы преодолеваем участок леса, в котором прячется за долгие годы ставший мне близким и родным коттедж, построенный Димкой в далеком две тысячи четырнадцатом.       Деревья, такие привычные и любимые сосны, этой ночью кажутся особенно мрачными, сердитыми. Разыгравшийся ветер колышет ветки, посвистывает, нагло нарушая покой лесного царства. Чувствуя поддержку проснувшихся ночных обитателей, он продолжает сбивать маленькие неокрепшие веточки, с едва слышным, но пугающим шорохом бросая их на землю. — Джульетта, не убегай далеко, — мой голос звучит неуверенно, и это не остается без внимания.       Малышка, вприпрыжку мчавшаяся вперед, послушно тормозит, не прекращая при этом с задором рассказывать про своего любимого друга. — Поль, — чувствую, как приятная теплая ткань ложится мне на плечи — спасибо, дорогой, — согласись, что так лучше, — улыбаешься и сильнее закутываешь меня в свой свитер, который даже спустя время сохраняет твой неповторимый аромат. — Дим, — так жалобно, совершенно по-детски произношу, — мне здесь жутко, — прижимаешь меня к себе, и на душе становится спокойнее. — Не упускай дочку из виду. — Полька, — останавливаешься, разворачиваешь меня к себе лицом, — в нашей семье трусишка только ты, — усмехаешься и совсем неожиданно целуешь в нос. — Джу, — присаживаешься на корточки перед малышкой, — держи фонарь, будешь нам путь освещать! — как только единственный источник света оказывается в руках нашей крохи, подхватываешь её на руки и усаживаешь к себе на плечи. — Не бойся, — шепчешь мне на ушко, притягивая ближе, — я рядом.

Свет во мраке. Спокойствие при страхе. Гармония среди хаоса. Это не сказка. Не придуманная кем-то история. Это наша любовь. Чистая. Настоящая.

***

— Папа, его нет! — крик дочки приводит меня в чувства.       Уже минут десять мы стоим в поле.       Засмотревшись на настолько дорогих моему сердцу людей, я абсолютно потерялась в пространстве и времени. Пытаясь проникнуться событиями, что я так ловко упустила, иду к Диме и неподалеку стоявшей от него Джули. — Он исчез…- на глазки растерявшегося чуда наворачиваются слезы. — Солнышко, — боится за него…маленькая моя. Я не хочу и не буду лишать её надежды! — Кто это у нас нос повесил? — я говорю как можно бодрее, увереннее. Главное — верить. — Найдем! — чувствуя мой настрой, Димка моментально включается в наш разговор.       Не отходя далеко друг от друга, мы тщательно, как только можно ночью, оглядываем окрестности.       Мои внутренние переживания вновь разыгрались. Ветер, больше не спотыкаясь о различные преграды, здесь, в этом бесконечном поле, достигает своей истинной скорости. Некоторые особо сильные порывы заставляют нас с дочкой пошатнуться.       Я чувствую, как холодок пробежался по телу… — Джули, — наклоняюсь к малышке и кладу руки ей на плечи, — надень капюшон, дорогая.       Мы углубляемся в поле, но шум оставшегося позади леса все ещё доносится до моих ушей — внутри все сжимается… Это состояние сковывает меня — приходится постоянно быть настороженной.       Мы обошли все в радиусе нескольких метров — ничего.       Я чувствую, как крепко Джули сжимает мои пальцы…       Мне страшно даже представить, что творится сейчас у моего маленького чуда в сознании.       Этот песик для нее не обычный питомец, он стал тем, к кому она привязалась, кого полюбила…       Мы не можем сдаться, мы не имеем права потушить свет, излучаемый этим чудным созданием!       Но сегодня мы уже сделали все, что было в наших силах…       Мы вернемся утром. Обязательно. — Джульетта, — вот только как сказать об этом, зная, что тогда наше маленькое солнышко не заснет сегодня?       Я молчу… Несколько секунд немыслимо растянулись, начиная ещё больше угнетать атмосферу.       В надежде увидеть своего мужа, почувствовать его поддержку и получить так необходимую мне помочь, я обернулась — пустота…       Слышу шорох, тихий, едва различимый – Дим, это ты? .. Все громче и отчетливее — чьи-то неуверенные, неуклюжие шаги.       Мгновенно поворачиваюсь к дочке — моя малышка по-прежнему стоит в нескольких шагах. К ней подходит Димка — кто же тогда позади? В данный момент меня одолевает лишь одно желание: схватить свою семью и поскорей сбежать отсюда!       В полумраке замечаю чей-то силуэт… Сердце так бешено бьется, что вот-вот вырвется из груди.       От неожиданности меня передергивает — делаю что-то совершенно непонятное, отворачиваюсь, чтобы не привлекать к себе внимания. Не хочу напугать дочь… — Это он! — Джульетта, замечая маленькое существо, подрывается с места и бежит к ему навстречу.       Кажется, у меня разыгралось воображение… — В Испании ты была гораздо спокойнее, — подойдя со спины, ты заключаешь меня в свои объятия. — Ночь на пляже, — твой игривый тон заставляет меня улыбнуться, — помнишь?       Как же такое забыть, Димка?       А ты ведь ещё не знаешь, почему именно эта ночь стала для меня особенной. — Нашел, с чем сравнивать, — разворачиваюсь и прижимаюсь к тебе сильнее, — не отпускай меня.       Ты не отвечаешь — медленно проводишь ладонью по моему лицу, улыбаешься, глядя мне в глаза, а после нежно целуешь.

Подкашивающиеся коленки, Затуманенный рассудок И тепло, разливающиеся по телу, — Эффект Билана, последствия вечных чувств.

— Джу, — не выпуская меня из объятий, ведешь к малышке, — а как ты его назвала? — Тоша, — подняв на нас глаза, с гордостью говорит Джульетта. — Антон? — склонившись к песику, мы рассматриваем нового члена нашей семьи — небольшой щенок, французский бульдог. — Нет, — мы с интересом и любопытством смотрим на дочь, — Картошка. — Ну что ж, Картошка, — усмехаешься, а после говоришь серьезнее, — добро пожаловать в семью! — Солнце, — отпускаешь меня и шепчешь Джульетте, — возьми маму за руку, чтобы она не боялась.       Ты ведь прекрасно знаешь, что я все слышу — посылаешь воздушный поцелуй и наблюдаешь за тем, как наша кроха хватает мою ладонь, произнося слова, которые всегда трогают мое сердце: «Мамочка, ничего не бойся».       Моя. Лучшая. Девочка. — Пойдемте, любимые, — берешь Тошу на руки, и мы все дружно идем домой.