Либо верь, либо уходи

Maroon 5 – Animals

— Джунгли, Стайлз? Серьёзно? Стайлз вертит головой в поисках обладателя знакомого голоса. Его что, глюкнуло? Он разворачивается всем корпусом и чуть не слетает со стула – Дерек ловко подхватывает его под локоть и бережно усаживает обратно, а сам садится рядом. — Пива, — протягивает бармену купюру и ловит осоловевший взгляд карих глаз. Зрачки Стайлза расширены от тусклого света (возможно, от принятия чего-то незаконного), и Дерек невольно ёрзает на стуле, вспоминая их поцелуй, унимая зарождающийся жар внутри. Спокойно, Дерек. Спокойно. — Что отмечаем? — деланное равнодушие в голосе Стайлза вкупе с нотками горечи и обиды не остаётся незамеченным. — Ничего, — пожимает плечами и благодарит кивком бармена, поставившего перед ним бутылку. — Вот и я. Ни. Че. Го. — Стайлз вздыхает и залпом выпивает янтарную жидкость из бокала. Из них двоих не Дерек ясновидящий, чтобы угадывать скрытые мотивы, ясно? Поэтому: — Думаю, тебе хватит, — убирает стакан подальше от длинных ручонок, которые так и тянутся за ним, как утопающий за соломинку. — Хватит, не хватит, чего привязался? Отвали. Ты мне не отец, чтобы указывать. И вообще, — громко икает, — я танцевать хочу! Дерек равнодушно пожимает плечами и отворачивается, отпивая из своей бутылки и делая вид, что не замечает, как нелепо Стайлз слезает с высокого стула навстречу приключениям на свою задницу. Весьма аппетитную, нужно заметить, задницу. Музыка, если её можно назвать таковой — набор дурацких звуков, никак с собой не сочетающихся, — так и долбит по нервным окончаниям, заставляя сильнее стискивать зубы, до скрипа. Проходит минут пять, когда он допивает и поворачивается к танцевальному залу, чтобы увидеть, что Стайлза засасывает такой же неоперившийся птенец, стремящийся всей своей сущностью к свободе. Стайлз обнимает парня за шею, пока руки самого парня лапают его за задницу. Ну, что же, есть большая вероятность того, что птенец сейчас останется без крыльев. Дерек встаёт и углубляется в хаотично дёргающуюся (танцующую?) толпу, ни на секунду не упуская из вида интересующую его парочку. Кажется, Стайлз его замечает, хватает партнёра по танцам (поцелуям?) за руку и быстро, насколько это возможно в таком состоянии, ретируется с ним к выходу. Дерек старательно унимает растущую злость и выходит следом, давая парочке фору в несколько десятков секунд. Стайлз и его новообретённый друг не прошли и пяти метров, решив уединиться прямо тут, возле бара. Парень прижимает Стайлза всем телом к стене и сосредоточенно вылизывает его шею, тогда как сам Стайлз со всем своим долбанным энтузиазмом подставляется под ласки — выгибает спину и задирает голову, открывая больший доступ для действий. Пять за актёрское мастерство, Стайлз, так держать! Дерек подходит и кладёт руку на плечо парню, разворачивая его к себе. Тот пытается сфокусировать взгляд, но терпит поражение и просто: — Пр-р-стте? — Не прощаю, — рык скребётся изнутри, вырываясь из горла вместе со словами, и Дерек, не прикладывая особых усилий, отправляет «птенца» отдыхать на мусорные мешки, которые стоят рядом с контейнерами. Стайлз, кажется, сразу протрезвел. Стоит, раскрыв рот, хлопает своими глазищами, не зная, что сказать на такое. Но, кажется, это ненадолго. И точно. — Какого хрена, Дерек? Какого. Хрена?! Дерек спокойно скрещивает руки на груди, в его позе скрытая угроза, но кого это волнует, правда? — Это ты мне скажи. — Да ты охренел, что ли? Ты следишь за мной? Дерек закатывает глаза и вздыхает, как будто это самое тупое, что он когда-либо слышал. — Это не я только что сорвал тебе свидание. Это. Не. Я. – на каждом слове Стайлз тыкает пальцем в грудь Дерека, очевидно, позабыв о правиле — не трогай разозлённого зверя. Дерек удивлённо смотрит то на палец на своей груди, то на Стайлза, а потом заламывает тому руку, не сильно, но ощутимо — достаточно для того, чтобы Стайлз заскулил, — и притягивает его к себе. Когда скулёж сменяется на беззвучные мольбы и натужное пыхтение, Дерек оттягивает его голову за волосы назад и шепчет в раскрасневшееся от злости ухо: — Это не я игнорировал тебя два дня подряд. И это не я не могу найти у себя яйца и собрать их в кулак, чтобы встретиться с проблемой лицом к лицу, а не заливать её крепкими спиртными напитками, в надежде, что она рассосётся. И это не я делаю вид, что целоваться с незнакомым, вусмерть пьяным парнем — лучшее, что происходит со мной, — пытаясь вызвать твою ревность — серьёзно, Стайлз? Это. Не. Я. Дерек широко облизывает шею Стайлза снизу вверх, до самого уха, а потом резко отпускает, отталкивая от себя и брезгливо сплёвывая в сторону. На Стайлзе не должно быть лишних запахов. Он мой. Постойте, что? Стайлз так и стоит спиной к Дереку, потирая пострадавшую руку. Он так и не поворачивается, просто идёт домой, проклиная «вездесущего волчару, который лезет не в своё дело». Дерек улыбается. Да. Он мой. Но не сейчас. Сначала Кора. Он прислушивается к парню, лежащему неподалеку, — дышит. Обращается и скрывается в лесу. Убеждается, что Стайлз добрался домой без приключений и возвращается домой.

***

Дерека будит шум гравия под колёсами машины. Он резко вскакивает, но понимает, что это просто Стайлз, поэтому со спокойной душой укладывается обратно, притворяясь спящим, но продолжая прислушиваться ко звукам снаружи. Потому что он не в настроении обсуждать вчерашнее. Да и нечего там обсуждать, всё и так предельно ясно. — Дерек! Дерек! — неподдельная обеспокоенность в голосе заставляет Дерека подняться и выйти навстречу. Стайлз стоит, согнувшись, держится за то, что осталось от двери, а другой рукой трясёт каким-то листом. Он не говорит ни слова, потому что пытается отдышаться. Если бы Дерек не слышал печальный рёв этой развалюхи, которую Стайлз называет «малышкой», то подумал бы, что он бежал. — Ты нашёл любовное письмо у себя под дверью? — складывает руки на груди, принимая свою любимую позу. Стайлз в ответ недоверчиво щерится, отчего сеть морщинок собирается в уголках глаз, и весь его вид выражает один большой вопрос: что, серьёзно? Дерек закатывает глаза, выхватывает листок из рук Стайлза и пробегает взглядом по строчкам. Его брови сведены, а лоб прорезают две глубокие линии, когда он поднимает глаза на Стайлза. — Когда? — Очевидно, что ночью. Я ничего не помню, серьёзно. Видимо, потом сразу вырубился. Это всё алкоголь, мать его… Дерек возвращается к написанному. — «Клиника. Алан. Опасность», — подхватывает кожанку со спинки дивана и командует: — Жди здесь! — Вот уж дудки! Где движуха, там и Стайлз! — и устремляется за Дереком, игнорируя недовольное выражение его лица. Они трогаются и оказываются на месте через шесть минут. Дверь в клинику заперта, и, пока Стайлз мешкается и топчется возле входа, Дерек выбивает дверь плечом. Не успевает он сделать и шага внутрь, как напарывается на невидимую стену, которая удерживает его на месте. — Что за... — Ну, что там? Что? — Стайлз выглядывает из-за плеча и недоуменно хмурит брови. Дерек ведёт носом, принюхиваясь. — Рябина, — едва сдерживает рвущийся рык. — Что — рябина? — Ничего. Просто открой эту долбанную калитку, чтобы я смог пройти. Стайлз приподнимает брови, окидывая Дерека внимательным взглядом, а потом всё-таки открывает дверцу. Вот ведь предусмотрительный доктор. Значит, он знает о мире оборотней. Это уже что-то. Они осматривают весь кабинет и подсобку с клетками: никого. И ничего необычного. Сколько бы Дерек ни принюхивался. Казалось, что запах кошачьей мочи впитался в каждую поверхность, в каждый предмет, в каждую частичку этого здания. Дерек смешно фыркает, напоминая Стайлзу сбитую с толку собаку, о чём он незамедлительно сообщает и получает в ответ красные фонари (да ладно?) и раздутые ноздри. Стайлзу кажется это очень забавным, поэтому он громко смеётся, уворачиваясь от подзатыльника. — Так, ладно. Раз в клинике нет никакой опасности, которая могла бы угрожать жизни Дитона, и раз здесь нет самого доктора, то мы, скорее всего, неправильно расшифровали сообщение твоей матери, — Стайлз рассуждает вслух, забравшись на смотровой стол и покачивая ногами. Прищуривается и щёлкает пальцами: — Вчера и позавчера, говоришь, его тут не было? — Не было. Проверял. — А что, если он уехал? И ему где-то там грозит опасность? Так, тогда причём тут клиника? — задумчиво трет подбородок. — Точно! — Дерек начинает оглядывать комнату и натыкается на белый халат доктора. — Что — точно? — замечает, что Дерек обнюхивает тряпку и: — Фу, Дерек, плохая собака! Ну зачем? Стайлз не успевает моргнуть, как Дерек оказывается рядом с ним. Он хватает парня за шею, несильно впиваясь когтями в нежную кожу. Для профилактики, так сказать. — Собака, Стайлз? И часто ты фантазируешь о собаках? Зрачки Стайлза расширяются, заглатывая карюю радужку. Он нервно облизывает обветренные губы, не разрывая зрительного контакта. От него сильно пахнет возбуждением и немного нервозностью вперемешку с любопытством. Под рукой Дерек ощущает учащённый пульс, который отдаётся эхом в его ушах. Не сейчас, Дерек. Не время. — Больше никаких собак. Понял, — разрушает своим хриплым шепотом тишину Стайлз. Дерек усмехается, убирает руку и делает шаг назад. Стайлз трёт шею и прокашливается. — Мама намекала на клинику, потому что в ней полно вещей Дитона. С помощью вот этого, — кивает на халат, — я смогу вычислить его местонахождение. — А если он на другом конце света? Что тогда? Дерек, не моргая, смотрит на халат, а потом крепче сжимает в руке белую ткань. — Посмотрим. Они выходят из клиники, плотно закрывая за собой дверь. — И что теперь? — спрашивает Стайлз. — Ты — домой. Сидишь и не рыпаешься. А я займусь поисками. — Ну нет! — Да, Стайлз! У меня нет времени пререкаться с тобой, понятно? Чья-то жизнь сейчас, прямо в этот момент, может быть в опасности. Пора бы уже начать взрослеть и думать не задницей, а головой! Стайлз дуется, но умом понимает, что выговор довольно-таки справедлив. — Повеселись там без меня, — хлопает Дерека по предплечью. — Удачи. — Спасибо, — не только за пожелание. За всё. Дерек оборачивается и исчезает в лесополосе.

***

Он несётся на запах Дитона уже час, периодически сверяясь с запахом на халате, боясь что-нибудь упустить. Дерек с точностью обходит преграды в виде валунов и поваленных стволов, ловко лавируя между деревьями. С каждой сотней метров запах всё отчетливее, всё ближе. Через десять минут и четыре километра Дерек видит машину посреди дороги: дверцы распахнуты, стёкла выбиты, и понимает… Не успел. Или… Отчётливо слышит сердцебиение и в несколько прыжков достигает машины. Заглядывает внутрь — пусто. В некоторых местах следы от огнестрельного оружия. Обходит машину и видит темнокожего мужчину, сидящего на дороге, прислонившегося к колесу. Тот резко задирает голову, видит Дерека и горестно усмехается. — Приятно снова увидеть тебя, Дерек. — Дитон. Ветеринар кивает, отчего несколько капель крови из раны на его голове падают на асфальт. — Как ты узнал, что я здесь? — Всё потом. Что здесь произошло? — помогает мужчине подняться и сесть в машину. — Я услышал, что ты в городе. Понял, что неспроста. Закрыл клинику и поехал за документами. Знал, что придёшь, — держит паузу. — И вот. Трое мужчин на внедорожнике. Охотники. Стреляли по машине. Нашли конверт с документами и забрали его. Двое сразу уехали, а один остался, — усмехается и мотает головой, — хотел выведать у меня что-нибудь ещё. Подмога подоспела вовремя, — смотрит внимательно в глаза. — Подмога? Дитон указывает кивком головы Дереку за спину в тот же момент, как на его плечо ложится рука. — Ну, привет, Дерек. — Питер?!