Кое-что весьма интересное...

- Зачем мне что-то рассказывать, если ты и так все прекрасно знаешь? – поинтересовался Сасори. - Я хочу услышать это от тебя, - пояснил Учиха, откинувшись на спинку кресла. Акасуна задумался. Поток мыслей снова возобновился, показывая события последних двух суток, словно фотографии в киноленте, с попытками анализа в голове. - Неужели ты не помнишь, где мы в первый раз удосужились встретиться? – произнес он, подняв глаза к потолку. Итачи посмотрел на него и взглянул на часы. - Да, но подробности нашей встречи от твоего лица меня не интересуют, я и сам их прекрасно помню, - сказал брюнет. Сасори немного помолчал. - Я приехал навестить бабушку, - сдержано проговорил он через пару минут. - Мои источники говорят о другом, - бросил Учиха, сверкнув глазами. - Твои источники врут, - заявил Акасуна. - Может, врешь ты? – злобно прошипел парень, - Ты приехал сюда, чтобы взять денег, и сегодня ночным автобусом ты собирался уехать. - И что же в таком случае я должен был рассказать? – усмехнулся красноволосый, презрительно глядя на Учиху. - А знаешь... Пожалуй, расскажи мне о своем блондине, - ответил тот. Сасори почувствовал, как внутри него что-то вздрогнуло. Беспокойство о Дейдаре не покидало его ни на минуту с того момента, как он сел в автобус. Этот маленький, шаловливый комочек счастья никак не мог постоять за себя, был по-детски наивен и открыт миру. Энергичный и импульсивный, он все время получал проблемы на свою светлую голову, а Акасуна заботился о нем, о его избитой страданиями душе, вылечивал раны, оставившие отпечатки на его сердце. Простое беспокойство, ничего более, вскоре переросло в глубокую привязанность и маниакальную зависимость от длинноволосого парнишки. Тот мало что понимал и светился от счастья, наслаждаясь ничем не омраченными днями, проведенными с «бесчувственным» Сасори. Однако мальчик подрос, и их взаимоотношения перешли на другой, известный только им двоим уровень. Зависимые люди нуждаются в других, чтобы получать то, чего они хотят. Независимые люди не нуждаются ни в ком для исполнения своих желаний. Взаимозависимые же люди получают это вдвойне и получают немыслимое наслаждение. - Что тебе нужно от Дейдары? - ощетинился Акасуна, - Не думай, что я так просто позволю тебе к нему приблизиться. - Неужели, - усмехнулся Учиха, - А что, если я скажу тебе, что ты уже позволил? Сасори похолодел. Самые страшные догадки пронеслись у его в голове. Нешуточная паника начинала понемногу наполнять все его существо. Сердце бешено застучало в груди, ноги налились свинцовой тяжестью, не давая подняться с места. Он сидел в замешательстве и полным тревоги взглядом уставился на Учиху. - Спокойней, Акасуна, - протянул он, - Уже поздно метаться. - Что... Что это значит? - Сядь и выслушай меня, - послышался ответ с издевкой, - Когда тебе в голову пришла мысль избавить Тсукури от меня, я дал тебе возможность сделать это без особых преград и сопротивления с моей стороны. Я думал, что все закончилось и он мне больше не нужен. Разум Сасори затуманился, он с рудом разбирал, что говорит Учиха, из-за навязчивых мыслей о Дейдаре, о том, что ему угрожает опасность в то время как он сидит здесь и выслушивает милый трепет Итачи. У него раздалась сильная боль в голове, еще более мешающая различать слова. - Итак, предоставив вам обоим возможность уйти и скрыться без последствий, я решил уехать и навсегда исчезнуть из страны, - продолжал брюнет, - Но Саске не захотел ехать со мной. Отец давно уехал в Америку, и за братом некому было проследить. Две недели назад я узнал, что у Саске большие проблемы с серьезными людьми. Мне пришлось вновь приехать сюда, но он отказался меня видеть и принимать любую помощь из моих рук. Глупый маленький брат вбил себе в голову, что я бросил его на произвол судьбы, - Учиха коротко рассмеялся, - Но я уговорил его приехать сюда. Акасуна молча смотрел на Итачи с неутихающей тревогой в глазах. Он раздражался еще сильнее от потока ненужной и не касающейся дела информации, а тот получал явное удовольствие, рассуждая о своем брате. - С приездом сюда я вспомнил о всех прокрученных делах, в том числе и «жемчужину», созданную с Какудзу. И представь, каково было мое удивление, когда я случайно узнал, что ты, - он заглянул ему прямо в глаза, - и Дей даже не подумали свалить из города. Я не поехал туда в надежде поправить дела Саске отсюда, чтобы не встретиться с вами обоими для вашего же блага. Но как ты умудрился сесть в тот же автобус что и он я отказываюсь понимать! – рявкнул Учиха, громко ударив ладонью по столу, - Вы оба стали слишком много светиться около моего клана. - Каким образом тут замешан Дей? – прервал его Сасори, немного успокоившись. - А ты не знаешь? – промурлыкал Итачи, - Старый дружок твоего очаровашки. Он хоть знает его настоящее имя? - Тоби?.. – с трудом выговорил Акасуна. - Нет, - язвительно усмехнулся брюнет, - Учиха Обито, мой двоюродный брат. Это было уже слишком. Итачи, Саске, Обито... Вот почему это имя казалось ему таким знакомым с самого начала. Невозможно было поверить в такое совпадение. Было здесь что-то еще, о чем Учиха не рассказал. Мысли Сасори путались, душевные силы уносились куда-то вдаль, покидая его. Тоска и бессилие заполнили его сердце. То, за что он так боролся, то, что он так защищал, оказалось такой легкой добычей. Маленький промах – и все перевернулось от нависшей угрозы. - Вы оба сами напомнили мне о себе. И я решил не упускать предложенный шанс. Ты знал слишком много.., - на мгновение задумался Итачи, - Я не смог забыть его слабый голосок, молящий меня прекратить. И я подумал вернуть себе эту маленькую шлюшку. В голове Сасори все кусочки соединились в одну картинку, словно пазлы. Он начинал осознавать всю глупость и неадекватность происходящего и того, как все было подстроено и выверено до мелочей. - Забавно, не правда ли, что лучший друг Дейдары по воле случая оказался моим братом? – ухмыльнулся он, - Это сыграло мне на руку. Обито случайно с ним встретился и доложил мне об этом. Я дал ему задание, начало которого было положено еще вчера. Оставалось придумать, как тебя убрать от него подальше, - в черных глазах загорелся безумный огонек, - И Саске приезжает, заявляя мне, что ты САМ уехал, оставив Дея одного. Акасуна молчал. Он не знал, что сказать. Все это оказалось внезапным и ошеломляющим. Страшно подумать, как пара случайностей так невероятно помогла Учихе в осуществлении своих планов. Череда глупых и нелепых совпадений. А как она поменяла жизни двух отдельно взятых людей? - Не пойми меня неправильно, Сасори, - вновь начал Итачи, - Но тебе не стоит вновь вставать у меня на пути. В ответ по-прежнему была лишь тишина. Никогда Сасори не чувствовал себя таким бесполезным. Весь его мир разрушился от прихода одного-единственного человека. Он погряз в руинах собственной души. Там слышалась тихая мелодия умирающего существа, не могущего смириться с потерей, с ударом, нанесенным так точно, что оставалось только бессильно наблюдать, как пролетающие в лазурном небе птицы бесшумно падают вниз. Как ласкающий слух шум моря превращается в разрушающую бурю, наливающуюся черным цветом. Как уничтожается все то, что дарует наслаждение и радость. Все это бесследно исчезает, ломается, изменяется до неузнаваемости. Лишь одно живое существо остается наблюдать за крушением собственного мира. Оно молча смотрит вдаль, его волосы колышет сильный ветер, оно не смыкает своих кофейных глаз, на которых выступают крупные обжигающие слезы. Последний, самый последний луч уходящего солнца, с невероятной быстротой скрывающегося за свинцовыми тучами, виден сквозь прикрытые глаза. Он еще горит надеждой, дарует ее, заставляет не сдаваться, бороться до конца... Но сил больше нет. Луч, трепещущий яркий луч, он цепляется за жизнь, хочет вырваться из плена потерь. Но в ответ лишь тишина. Он освещает собой весь этот мир, маленький уютный мирок, созданный с такой любовью, хранимый с невероятной нежностью, освещает каждый уголок, каждый клочок земли, и, не найдя ответа, бесшумно исчезает, оставив после себя лишь пустоту. Темнота и боль опустошения сцепили сердце Акасуны. Лишь он один знал, какая чувствительность и ранимость скрывается за натянутой маской равнодушия и показным спокойствием. Его черствость была только защитой самого себя от угроз мира. Любое увлечение, любая страсть – все для него лишь слабости, которые, предав, разрушат его сердце на части. Недоверие, черствость, колкость – лишь один человек смог посмотреть сквозь них и увидеть хрупкую душу художника. И этого человека пытаются от него отнять. - И... Как ты собираешься его вернуть? – спросил Акасуна, нагло посмотрев в глаза Итачи. - Обито уже развлекается с ним, - мрачно заявил Учиха. Он ожидал увидеть истинного Сасори, но парень так легко он не сдается. Такой слабый душевно, он обладал невероятной силой воли, которая не давала случайным зрителям увидеть, как рушится все, что он так берег. - Я тебе не позволю.