Амбиции проклятого клана

«Спокойствие. Спо-кой-стви-е. Спокойствие!» - сопровождая мантру глубокими вдохами и выдохами, Саске пытался мысленно настраивать себя на лучший лад. Иногда это срабатывало, если Итачи находился в непосредственной близости и прикладывал все усилия к тому, чтобы младший брат ненавидел его как можно сильнее. Но в данный момент это помогало мало. Какое-то заведение, черт его пойми, какой направленности, целая толпа незнакомых и малознакомых людей. Зачем его сюда притащили? Этот пес Киба мог бы и в школе так недоверчиво посверлить его взглядом, внеурочно же это несколько напрягало. Из знакомых по школе тут были еще разве что толстяк, Шикамару, во всю подмигивающая Ино и странный парень-насекомое, ходящий постоянно с закрытым лицом. Он был в школе, и, кажется, они даже знакомились, но что теперь, все имена запоминать? Ржущий блондинистый идиот справа, за ним пожирающий кого-то толстяк, парень-насекомое и парочка странных парней, будто не от мира сего, напротив сидела стайка посмеивающихся и перешептывающихся девушек, возглавленная Кибой и странным парнем, на внешний вид вполне нетрадиционной ориентации. Саске позарез захотелось утопиться в чашке кофе, стоящей перед ним. - Саске-ку-ун… Почему ты такой грустный? Весело же? – писклявый и напускно-сладкий голосок, одни интонации которого просят, просто молят запустить чем-нибудь в лицо говорившего, и розоволосовая бестия приторно улыбается, прикрывая глаза и оголяя ряды белоснежных и ровных зубов. Кусочек чего-то зелено-коричневого, видимо, водорослей из какого-то ранеесъеденного блюда, застрявший у Сакуры меж зубов, помог Саске прийти в относительную норму. - Помимо плесени на твоих зубах, не вижу ничего веселого. – Грубо отрезал брюнет и пригубил горькое кофе под аккомпанемент громкого смеха Кибы. Собачник вполне дружелюбно похлопал парня по плечу. Видимо, такие низкосортные шуточки были вполне во вкусе Кибы и тем самым период «присматривания» к Саске был успешно пройден. Сакура заалела и непонимающе посмотрела на подругу. Ино лишь сдержанно и почти незаметно хохотнула в ладонь и увела девушку в туалет. - Зачем ты так с ней? – обиженно, будто подшутили над ним, спросил Наруто. Его темно-голубые глаза, ставшие невероятно печальными, провожали девушек до тех пор, пока они окончательно не скрылись в туалетной комнате. - А зачем она так со мной? - Как? - Один тембр ее голоса закручивает мои кишки в морской узел. - Она же девочка, теме. – Палец светловолосой мигрени поучительно взлетел вверх. - Ну, так пусть сидит дома, учится готовить и делать минет, а не шляется по… что это кстати? - Вообще это клуб. Но днём тут это, как его… - У Кибы почти вышло блеснуть знаниями. - Pre-Party кафе. – Закончил за него мысль красноволосый парень с обильно накрашенными глазами и тату на лбу. Голос его оказался еще более пугающим, чем он сам. Без каких-либо интонаций и подъемов, ровный и сухой как пространства пустыни. По какой-то причине, скорее подсознательно, чем еще как-либо, этот парень создавал впечатление очень несчастного человека. - …а не шляется по клубным кафешкам и пьет разную дрянь. – Саске ткнул пальцем в ее бокал с текилой санрайз. – Сколько ей там лет, кстати? Тут вообще смотрят, что и кому продают? - Им не интересно, сколько нам лет, если мы с лихвой им платим… - Впервые подала голос грудастая девушка с иссяя-черными, отливающими синим, волосами и огромными светлыми глазами. Она впервые открыла рот за все то время, что они сидели вместе, и тут же обратно закрылась в себе, светлые глаза опустились в пол, девушка сжалась и смущенно обводила пальцем грани своего стакана с апельсиновым соком. Младший Учиха заинтересованно перевел на нее взгляд, разглядывая, как его пихнули под локоть и злое голубоглазое недоразумение непрозрачно намекнуло на то, что им двоим нужно выйти на улицу. - Какого хрена, теме?! Что Сакура-чан сделала тебе, что ты так к ней относишься? Она относится к тебе много более приветливо, чем к кому-либо из нас, даже более того, чем ко всем нам вместе взятым! Так какого хрена ты вытираешь об нее ноги, А, ТЕМЕ?! – едва выйдя за пределы кафе-клуба с неоднозначным названием «Забытье», Наруто тут же начал бесноваться, активно жестикулировать и порываться набить Саске морду. - Успокойся, добе. Уверен, до меня она была кратковременно приветлива со многими и многими. С тем же педиковатым брюнетом, например. - Ну и что с того? Еще одну такую девушку не найти во всем мире, будь добр вести себя с ней повежливее! Хмыкнув, Саске, несильно толкает блондина в грудь, заставляя полностью опереться на стену клуба и, подойдя в плотную , выдыхает: - А то что? - Я надеру твой аристократичный зад. – Усмехается Наруто. Темные насмешливые глаза гипнотизируют его, просто высасывают всего наружу. Сопротивляться невозможно. - Приступай. – Одобрительно кивает Учиха, немного привставая на носочках и ловя дурманящие и влажные от Мохито губы одноклассника. Поцелуй выходит жарким и всепоглощающим настолько, будто есть некий барьер: по одну сторону он целует Узумаки, а по другую сторону реальность. Узумаки целует искусно, наверное, именно так, как ему, Саске, нравится, слишком мало опыта, чтобы сказать наверняка. Он словно паук, который подхватывает его, маленького и беспомощного, и опутывает в обманчиво-мягкую, уютную сеть. Наруто едва успел разорвать поцелуй и максимально оттолкнуть от себя Учиху, прежде чем выбежал Киба проверить, нет ли трупов. - Ого, успели все-таки – присвистнул Киба, глядя на Саске. – Сильно болит? - М-м… Что? - Твоя губа, теме… - Вот придурок… - Вздохнул Саске, только что заметивший кровь, текущую из прокушенной во время поцелуя губы, под громкий смех белобрысого чудовища. Наруто утопал в мягчайшем кресле кафе, в котором вместе с наступлением вечера пришла громкая музыка, прерываемая яркими вспышками темнота и высокоградусные напитки. Рядом, будто между прочим, к его плечу прикорнула Хината, присутствие которой блондин успешно игнорировал. «И почему только этот теме ушел так рано? - Мысленно возникал он. – Еще и Сакура-чан куда-то пропала...» Терзания светлоголовой головы прервала настойчивая вибрация в кармане джинсов. Имя вызывавшего абонента приятно удивило Узумаки, и он с улыбкой нажал на кнопку принятия звонка. - Чего тебе, теме? – в гаме помещения пришлось почти орать в трубку. - Я… Где ты сейчас? – странно подавленный голос Саске заставил сердце Наруто сжаться на доли секунды. - В «Забытьи», к тебе прийти? - Не нужно, лучше, давай встретимся где-то посередине. Я не хочу сидеть дома. - В квартале от тебя есть перекресток с огромной сакурой через дорогу. Жди меня под ней, теме! – и не дожидаясь ответа, Наруто абсолютно равнодушно стряхнул с себя прижавшуюся девушку и пулей выскочил из клуба. Как бы там ни было, а эта учиховская задница ни за что не позвал бы просто так. - ЖДИ МЕНЯ ПОД НЕЙ, ТЕМЕ! – едва успело свершиться насилие над перепонками Саске, как бодрый голос на другом конце провода сменили равнодушные сухие гудки. Младший Учиха улыбнулся сдержанно, но вполне себе счастливо. Единственная причина, побудившая его уйти из той компании засветло, - это мысль о том, что возможно вернулся Итачи. Ведь как известно, у Учихи Саске никогда не было друзей. Никаких и никогда. И если бы старший брат не обнаружил его дома, и, более того, узнал, что он с кем-то гулял, он бы обязательно все испортил. Неважно, что и каким способом он бы сделал – у него обязательно получилось бы. Ведь у его младшего брат не должно и не может быть друзей по определению. И точка. Но Учиха Итачи не был дома в этот вечер и Саске только зря ушел из компании, которая пусть сильно раздражала его, но которая была такой веселой, а каждый входивший в нее таким живым. Просто наблюдать за ними, это так завораживающе… уж явно интереснее громадного пустого дома, убивающего своей оглушающей тишиной, и будто сдавливающего со всех сторон высокими стенами. Сборы не заняли много времени, переодев домашнюю майку на темную рубашку и небрежно собрав волосы кожаным ремешком, Учиха подхватил с тумбочки свои ключи и выскочил из дома, спешно закрывая дверь и всеми фибрами души желая поскорее испариться с этой проклятой учиховской земли. Широкими шагами пересекая аллею, Саске вдруг остановился и, поморщившись, крикнул в темноту: - Выходи. – И от стены чуть правее ворот от ограды отделилась тонкая тень и сделала пару шагов к аллее. Когда она вступила на участок, частично освещенный уличным фонарем из-за ограды, стало четко видно опущенное к земле лживо-страдальческое личико с огромными ядовито-зелеными глазами, обрамленное розовыми прядями. - Хм. – Оставшееся расстояние между ними преодолел сам Учиха, подходя к ней вплотную и толкая рукой в живот, прижимая к стене. Оставалась вероятность, очень маленькая возможность того, что камеры 180-градусного обзора смотрели как раз в другую сторону, когда эта девка вышла из тени. А под оградой едва было видно собственный нос, не то чтобы дальше него. – Чего тебе нужно, Харуно Сакура? - Я… Саске-тян, понимаешь… - слабо покусывая тонкие губы, Сакура мялась и никак не давала ответ. Холодно оценив ее агрессивный макияж, подобного которому он еще не видел на ней и невозможно короткое платье, больше похожее на длинную майку, он начал срываться. - Понимаешь ли ты, что всего несколько недель назад мой брат предлагал поручить охрану участка огромнейшим охотничьим собакам? И ты понимаешь, что если бы мой отец это одобрил, то от тебя осталось бы пару грязно-розовых прядей и клочок твоего топа, который ты пытаешься выдать за платье. - Ты мне нравишься, Саске! – Выпалила девушка сквозь всхлипы. Ее маленькие кулачки аккуратно вытирали абсолютно сухие глаза, причем аккуратность заключалась в том, что кулачки не касались век вовсе. Харуно не дура, она макияж портить не станет. Всхлипы участились, девушка задрожала. - Я… Я люблю тебя… Наигранностью разило за километр и Саске будто физически ощутил, как у него начинают сдавать нервы и как он начинает дергаться. Будто не он обхватил девушку за горло, еще сильнее вжимая ее в стену и вжимаясь в нее сам, обжигая нежную кожу шеи и шепча в ухо: - Так… сильно нравлюсь? Распахнутые так сильно, как это только возможно, зеленые глаза забывают моргать. Сакура через силу сглатывает и с запозданием начинает кивать. Действия Саске не столько ее пугают, сколько возбуждают. Прошло всего пару секунд, а она уже начала хотеть, чтобы он отъимел ее прямо у этого забора, не сдвигаясь с места. Саске усмехается, она не видит это, но уверена в этом на все двести процентов, и его рука забирается именно туда, куда ей бы так хотелось. Просунув руку под тонкое платье Сакуры, брюнет без нажима чуть раздвигает ее ноги и неспешно подымает ладонь вверх, попутно ощупывая пальцами девичьи бедра. Почти сразу же хмыкает, - неизвестно на что надеясь, розоволосая идиотка довела кожу своей промежности до состояния кожи младенца и не удосужилась одеть белье. - Этого ты хотела, да? – глухо спрашивает он, достаточно ловко массируя клитор двумя пальцами и третьим ритмично на треть входя-выходя из влагалища. Он никогда не интересовался тем, что делают с девушками, все вышло абсолютно стихийно и неожиданно. Смазка, которой девушка уже просто истекла, неприятно хлюпала и раздражала при каждом движении, а сама Сакура только постанывала, вцепившись в рубашку Саске и, по-видимому, была абсолютно неспособна ответить на вопрос. Беспрепятственно проникнув во влажное и мокрое влагалище сразу двумя пальцами, Учиха стал быстро и глубоко трахать его ими, периодично сгибая их под разными углами. Постанывающая и изгибающаяся в его руках Сакура не выдержала долго, обняв парня за шею и сильно сжавшись, она излилась ему в руку. - Видишь, моя дорогая, – вытирая руку об носовой платок, который он всегда носил в кармане, Саске наигранно-нежно зашептал дрожащей девушке на ухо: - ты кончила спустя тридцать четыре секунды от моих пальцев. У меня же, – Учиха нежно сжал тонкую руку девушки и положил ее себе на пах, - даже не встал. - Я… Я все сделаю! – совсем немного придя в себя, Сакура порывалась опуститься на колени перед ним, но он удержал ее за талию и отдалился. - Я в любом случае не стал бы трахать шлюху вроде тебя. – Резкий и грубый голос, в корне отличающийся от того нежного тембра, которым он говорил до этого, неприятно резал слух. В последний раз окинув взглядом застывшую девушку, Учиха развернулся и вышел за ограду. И только тогда, когда стук каблуков туфель Саске совсем затих, Сакура сползла по стене и заплакала, в этот раз по-настоящему. Ее еще никогда так не оскорбляли. Почему именно сейчас, когда она, кажется, впервые влюбилась по-настоящему, ее так категорично отшили? Что она сделала не так? Слезы лились и лились из нее глухими рыданиями, и сжатый кулак ударил в мягкую землю именно в тот момент, когда кто-то тихо и упруго, будто по-кошачьи приблизился и сел с ней рядом на корточки. - Кто посмел обидеть такую красивую и хрупкую девушку? – вкрадчивый и добродушный, почти нежный голос забрался Сакуре в самую душу, заставляя в мгновение поднять голову и впиться глазами того, кто заинтересовался ею на участке такой аристократии, как Учихи. Впиться глазами и застыть под взглядом прожигающих темных глаз. Кажется, еще более темных, чем у Саске.