Твой брат мне не помеха

Тино Вяйнямейнен, он же Финляндия пребывал в жутком волнении. Сегодня он вылетает в Россию для того, чтобы предложить Ивану вступить в союз. На то было ряд причин. Во – первых, это было признание в любви. Да – да, Тино понял, что не может жить без Брагинского. Жаль, что столько лет понадобилось на то, что бы это понять. Во – вторых, Швеция начинал все чаще распускать руки в отношение своей «ж’ны», а это совершенно не нравилось финну. В последний раз было настолько грубо, что Тино неделю не мог нормально на стул сесть. В – третьих, последнее собрание стран Северной Европы, на котором Дания очень тонко намекнул, что будет неплохо, если Финляндия на некоторое время перестанет входить в Скандинавию. Причин Хенрик не назвал. Тино злился не сколько на Хансена, сколько на Бервальда, который не удосужился его поддержать. Вот его финн точно никогда не простит. В глубине души Финляндия надеялся, что после того, как они с Брагинским заключат союз, бывший муж будет локти кусать. Но в то же время на пути к достижению этой цели было множество проблем. Вяйнямейнен понимал, что в прошлом у них с Иваном было много недопонимания и ссор. Но он надеялся, что Россия не будет злопамятным в отношение него. Вторая, наверное, самая главная проблема – Беларусь. В последнее время Николай все чаще и чаще навещал брата. Тино не раз слышал от других стран, что Арловский хочет объединиться с Россией и делает все возможное для этого. А еще он очень хорошо владеет ножами. Это особенно пугало. За Украину финн не беспокоился. Костя был спокойным, да и на брата не имеет никаких видов. А вот с Колей могут возникнуть трудности. «Ничто и никто не помешает моим планам! – думал про себя Финляндия, садясь в самолет. - Россия, я еду к тебе!» *** Москва встретила решительно настроенного северянина хорошей погодой: голубое небо, яркое солнце, везде птички поют. Тино даже захотелось немного прогуляться по городу, познакомиться с некоторыми достопримечательностями, но тут же вспомнил свою главную причину прибытия сюда – Ваня. Сначала он, потом экскурсии. Чем ближе машина везла его к загородному дому России, тем сильнее финн ощущал волнение. Когда он рассуждал об этом у себя в Хельсинках, ему казалось, что все гораздо проще. Огромный дом Брагинского находился на окраине Москвы на берегу живописной реки. Когда – то в этом доме жили все страны бывшего Советского Союза. После распада они разбежались кто куда. Сейчас в доме жил только сам Иван. Своим субъектам он разрешил ненадолго уехать. Трясущейся рукой Тино нажал на звонок. Россия знал о его прибытии, но он явно будет удивлен, что финн захотел встречи в такой неофициальной обстановке. Дверь открыл Арловский. Увидев Тино, он тут же нахмурился и явно не торопился впускать его в дом. – Тебе чего? – недовольно спросил Коля. – И тебе привет, – попытался улыбнуться финн, но понял, что улыбка получилась жалкая, – мне нужен Россия. – А ты ему не нужен, – ответил Беларусь и попытался захлопнуть дверь, но Тино успел подставить ногу. Он сам удивился своей реакции. – Впусти меня, Коля! – парень пытался влезть в дверь, но Арловский упорно ему препятствовал. – Вани нету дома, – пыхтел он, пытаясь сдвинуть финна. Понимая, что может проиграть, Николай решил припугнуть незваного гостя : достал из – под пальто один из своих многочисленных ножей и просунул его в проем, где толкался Финляндия. Тот мгновенно среагировал и отпрыгнул от двери. Арловский сразу же захлопнул дверь. Значит, слухи о том, что Беларусь носит с собой ножи правда. Что же, ситуация усложняется. Ну, в любви, как на войне – все средства хороши. Тино даже мысленно похвалил Колю за стойкость и умение бороться. Но тут же понял, что он сам безоружен. В это время Беларусь пытался отдышаться. «Ну и наглые же эти скандинавы! – возмущался Николай, – Главное, чтобы Ваня не вышел». Однако, надеждам беларуса не удалось сбыться. Россия услышал шум и решил разобраться. – Коля, в чем дело? Что за шум? – Ничего, братик. Ошиблись дверью, – спокойным тоном ответил Арловский. – Тогда надо помочь человеку, - отодвигая его от двери, сказал Иван. Николай понимал, что брат будет стоять на своем, поэтому не стал ему препятствовать. Брагинский открыл дверь и увидел Финляндию, который явно обрадовался ему. – Привет, Тино, – удивился Россия, но все равно улыбнулся гостю. – Я думал, что мы встретимся завтра в официальной обстановке. – Здравствуйте, Россия, – не скрывая своей радости, сказал Вяйнямейнен, – я понимаю Ваше удивление, но на это есть своя причина. – Ну что же, заходи, – сказал Иван, приглашая финна в дом. Беларусь присутствовал во время этого разговора и, когда Тино зашел в дом, смерил его неприятным взглядом. Финляндию затрясло от этого, но он решил не подавать виду. В конце концов, он смог попасть в дом. Значит, один шаг уже есть. – Беларусь, – обратился Иван к брату, – ты не узнал Тино? Или почему ты его не пустил в дом? – Да, не узнал, – спокойно пожал плечами Николай. Брагинский вновь обратился к Финляндии: – Ты же только с самолета? Может, чаю хочешь выпить? – Нет, спасибо, – ответил Тино и решил ковать железо пока горячо. – Я бы хотел поговорить с Вами. Наедине. Минуту Иван молчал. По его лицу было видно, что это привело его в полное замешательство. – Хорошо. Тогда пойдем в кабинет, – Россия старался говорить уверенно, но его голос немного дрожал. – Это так срочно? – подал недовольный голос Арловский. – Да. Это очень срочно, – гордо ответил финн. – Коля, не нервничай, – успокоил брата Иван, – самолет только приземлился, а Финляндия сразу поехал ко мне. Как говориться «с корабля на бал». Его надо выслушать. Беларусь ничего не ответил, только махнул рукой и вышел в сад. С его уходом Тино стало легче дышать. Теперь никто не помешает ему поговорить с Россией.