Последний момент твоей вечности

— Нет, я не позволю вам его изучать! Вы не будете мучить несчастного одинокого омежку, за которого некому вступиться! — начал я прямо сразу «схватив быка за рога». — Вы, рядовой Соколов, имеете репутацию эмоционально неуравновешенного альфа-самца. Вечно лезете ко всем омегам и делаете себе и им проблемы, — начальник базы, американец Джоэл Мэн, строго отчитал меня. — А вот это неправда! Только себе! — я сел на стол рядом с найдёнышем-омегой. — Рядовой Соколов, вы ему не родственник, поэтому не имеете права здесь находиться. Кстати, стоимость двери будет высчитана из вашего последнего жалования. — Хорошо. Я хочу на нём жениться, — я неосознанно схватил и прижал к себе омегу, но тот совсем и не испугался, а наоборот, доверчиво расслабился. — Чего вдруг? Мы вам это не позволим, он нам нужен для изучения, — голос генерала Мэна становился всё команднее и команднее с каждой минутой. — Я пожалуюсь в Межгалактический Союз. Не только планета Земля стала членом этого Союза, но и каждый отдельный землянин тоже, я смотрел объясняющий фильм во время своей военной службы, — пока я говорил, омега тихонько кивал так, как будто понимал меня. А ведь парни говорили, что найденыш не говорит ни на одном из известных нам языков. Выходит не говорит, но всё понимает… Я решил подумать об этом на досуге, а сам прижал голову омежки к своему плечу, пока другие не заметили того же, что и я. — У вас же, кажется, нет родственников, рядовой, а здесь каждый день гибнут охранники периметра, — намёк был ясен и без выразительного взгляда. — Только раньше их смерти не были так выгодны Объединённому правительству Земли, как сейчас моя. Придется «грохнуть» и двадцать моих сослуживцев, русских пилотов, — саркастически заметил я. — У нас же больше нет других летных групп, кроме этих русских. Рядовой Соколов, вы же раньше с ними не общались, — помощники что-то зашептали на ухо начальнику базы. А остальные присутствующие, просто прифигевшие от наших диалогов, молчали. — А вот сегодня опять начал дружить, и они видели меня с этим омегой! — О чем же вы хотите настучать в Межгалактический Союз? Что здесь есть местные жители? — Вовсе нет. Просто напишу, что мне не дают жениться на своём истинном омеге, космическом пирате…. — Ладно, можете жениться, — генерал расслабился, — что-нибудь ещё? Только учтите — моё терпение не безгранично, и я могу вызвать с Земли ещё пилотов… — Только это и отдельный семейный бокс, я не могу привести молодого мужа на тринадцатую кровать во втором ряду в общем зале. — Хорошо, женитесь. Павел, вы еврей? Вам там раввина надо вызывать с Земли или как? — Нет, я русский, мне достаточно, чтобы вы, как начальник военной базы, нас поженили. В военных условиях, как у нас сейчас, этот брак признаётся законным. — Ладно, прямо здесь и сейчас? — Нет, через час. Я хочу пригласить друзей и приодеть моего жениха. — Даже через два, но не позже, я могу и передумать. А вот как насчет его согласия? — Я у него спрошу наедине… — чувствую в ладони у плеча, согласно кивает. — Семейный бокс номер сорок два свободен, можете уже сейчас взять у кладовщика ключи. — Огромное спасибо, генерал, мы вам так благодарны, — я схватил своё сокровище всё в том же полотенце и потащил на выход. — Эй, рядовой, подождите, возьмите сменную форму медбрата, всё лучше полотенца на голое тело, — врач поднялся и протянул мне из шкафчика у стены новенькую, запечатанную ещё, форму медбрата. Кстати, это и решило судьбу моего омеги. — Большое спасибо, мы тут рядом и переоденемся, — я повел жениха в туалет и протянул форму. Тот удивленно посмотрел на меня, но в руки это не взял. Тогда я сам грубо разорвал пакет и взял в руки белые брюки: — Полотенце пока не снимать. Правую ногу поднял и ставь сюда в брючину, отлично, теперь левую, — с медицинской курточкой получилось уже проще и быстрее. Уже одетого омежку я повел на склад. Там нам без разговоров выдали ключ от семейного бокса, постельное бельё, военную форму на новенького (три комплекта) и семейные принадлежности. Нет, вы неправильно подумали — зубные щетки, пасту, мыло, шампунь и мочалку. Я по дороге заскочил на кухню и взял там готовый обеденный набор для охранника — какое-то мясо, неизвестно из кого — наука скрывает этот факт, макароны, вчерашний салат, вчерашнюю же булочку и яблоко. У омежки так загорелись глаза, что я думал съест всё прямо на ходу вместе с подносом. Как только мы зашли в свою уже комнатку, я отправил омегу в маленькую, но только нашу ванну помыть руки с мылом, а сам поставил поднос с едой на угловой письменный стол. — Давай, налетай, приятного аппетита. Я пойду приглашу друзей на свадьбу, через… уже полтора часа, — к концу моей фразы омежка уже уплетал обед за обе щеки. — Тебя как зовут? — неожиданно спросил я, хотел подловить «ничего не понимающего на нашем языке» омегу. Но тот только молча пожал плечами. — Значит будешь Аиш, надо же мне как-то называть тебя, — омега кивнул и продолжил жевать мясо, надо будет потом спросить, может, хоть знает, из чего это приготовлено. Я рванул к летчикам, они жили все вместе, кроме женатого Женьки. Всё же двадцать человек в одном помещении лучше, чем сто шестьдесят. — Сашка, привет, а где остальные? — сразу с налёта спросил я. — Привет, командир, кто где. Шляются по базе, может, кто и на полётах, а что? — выглядел мой бывший зам удивленным, то я два года не здоровался, а то вдруг без них день прожить не могу. — У меня через час свадьба, вы все приглашены. Подарков не надо, просто придите в кабинет начальника базы. Если кто не сможет прийти, никаких обид, я сам виноват — поздно пригласил. — О, командир, поздравляю, это тот блондинчик? — заулыбался Сашка. — Ага, он самый, — я был так счастлив, что всё время улыбался: мой личный омега, можно защищать, баловать, одевать, кормить и, конечно же, любить сильно-сильно.  — Я могу по рации передать, мол, «всем русским пилотам прибыть через час к начальнику базы». Только к Женьке придётся сходить, сорок первый отдельный бокс. А вы, кстати, в каком? Обещаю первые десять земных суток не беспокоить… — А мы — в сорок втором. Но ты обещал не беспокоить… — пошутил и я в ответ. — Только первые десять суток, босс. А потом буду приходить каждый день и выпытывать, нет ли у него братьев-омег? — Спасибо, — я обнял Сашку и побежал дальше приглашать своих сменщиков и напарников из охраны периметра. Все были очень удивлены, но обещали прийти. Последним заскочил к Жене. Дверь сорок первого бокса открыл очень красивый омега, коротко постриженный брюнет, стройный и чуть-чуть жеманный: — Ждратуйте, польковник, заходить, пожальста, — сказал по-русски омега, он явно знал меня. А вот я его нет. — Давай на межгалактическом, проще будет. Я — Павел Соколов, бывший сослуживец твоего мужа, уже давно ничей не командир и не полковник, к сожалению, — я пожал протянутую омегой руку. — Я знаю, — межгалактическим он владел в совершенстве, ведь его не надо было учить, просто вкалывали в шею с правой стороны (левшам слева) двести пятьдесят миллиграммов белой непрозрачной субстанции и через пять часов сна, ты — отличный носитель межгалактического языка на уровне родного и без всякого акцента. Ведь знания получили все участки твоего мозга.