Правила съема: Метод Хейла

- Здравствуй, Лидия! Проходи, располагайся, - сказал Питер, девушке приглашая войти. – Ну, как ты сегодня? Тебе помогли мои советы и рекомендации? - Не так просто забыть свою первую любовь, - с грустью ответила Лидия, проходя и изящно присаживаясь в удобное кресло, - тебе ведь хорошо известно, что это такое. К своему стыду Питеру не приходилось испытывать это на себе. Ни первую, ни последнюю, ни какую-либо еще. Для оборотней, с их, порой, кочевым образом жизни, любовь являлась непозволительной роскошью. У людей все было иначе. Они, словно в омут, с головой, бросались в это сладкое чувство, забывая об осторожности, становясь слабыми и уязвимыми. Уход Джексона давался Лидии нелегко. Она старалась стойко и мужественно переносить их разрыв, находясь в школе на виду у всех. Когда он сообщил ей о его решении, она не растерялась и ответила ему так хлестко, что все, и Уиттмор в том числе, должны были поверить, что это было именно ее решение. Ее слово должно было быть последним. Именно она, бросив все это ему в лицо, резко развернувшись на высоких каблуках, с гордо поднятой головой, оставила парня одного посреди школьного коридора отвечать на ухмыляющиеся взгляды окружающих. И только здесь, в так называемом кабинете Питера, Лидия сняла с себя защитную броню и дала волю чувствам и слезам. Слава Богу, это не походило на бурную истерику с вырыванием волос, глотанием таблеток и резаньем вен. Она, просто, какое-то время, тихо плакала, уткнувшись ему в плечо, периодически повторяя «почему?» Девушка не понимала, почему с ней так поступили? Она умна, красива, популярна и ранима как большинство людей. Каким же надо быть эгоистичным ублюдком, чтобы так с ней поступить, не объяснив причину своего разрыва. - Мы не властны над тем, что с нами происходит, - говорил Хейл, - но мы властны над своим отношением к происходящему. И именно это отношение и определяет, кто кого контролирует – события нас или мы эти самые события. - Время все вылечит, - утешал ее Питер. - Таких Джексонов у тебя будет вагон и маленькая тележка. - Не хочу маленькую тележку, хочу, чтобы была большая, - говорила девушка сквозь слезы, пытаясь улыбнуться, напоминая Питеру в тот момент маленькую девочку, капризно надувшую пухлые губки. - Ну, значит, будет большая, - доброжелательно ответил Питер. -Может, тебе обратить свой взор на какого-нибудь другого парня? Как говорят «клин клином вышибают». Как, насчет, Стайлза, например? Я слышал, он стал популярен среди учеников вашей школы. К тому же, он грезит о тебе с третьего класса. - Я заметила, - выдавила из себя Лидия. - Он стильно одет и причесан, от него божественно пахнет и двигается он как прирожденный хищник, вышедший на охоту. Большинство девушек и парней стали обращать на него внимание, чего раньше не было. Он теперь не лузер, а школьная знаменитость. Это все внешняя сторона медали. В душе, я думаю, он все тот же парень. Добрый, отзывчивый, скромный и ранимый. Я раньше этого не замечала, а теперь, боюсь, что для меня слишком поздно или еще не своевременно делать какие либо шаги в его сторону. Может ли он быть для меня чем-то большим, нежели просто другом? Я должна разобраться в себе. Я должна узнать чего действительно хочу на самом деле. - Дай вам обоим шанс, Лидия. Согласись пойти с ним на танцы, которые будут через неделю в школе, - предложил Питер. - После всего, что у нас было с Джексоном, я предпочла бы завести бойфренда, с которым у меня бы сложились легкие, ни к чему не обязывающие отношения, включая секс, - тихо ответила Лидия, пропуская предложение Питера мимо ушей. - А со Стайлзом, так не получится, он этого не заслуживает. Он достоин большего, чего я ему пока дать не в состоянии. Порой, мне кажется, что я - это не то, что ему нужно. Да он и сам иногда это понимает, но не хочет признать. - Господи, Лидия, это всего лишь танцы, попробуй. С чего-то же надо начинать. - Хорошо, танцы так танцы, - ответила Лидия, вставая, и надевая на себя маску напускной веселости. Перед глазами Питера опять предстала гордая и холодная стерва, которой было исключительно все равно, что о ней говорят и кем считают. Эта девочка прекрасно знала себе цену, и Питер, невольно, восхищался ее силой духа и способностью быстро и умело скрывать свои эмоции за стеной безразличия. Проводив девушку до выхода, Питер подумал о том, что у него есть всего лишь неделя, чтобы обучить Стайлза искусству флирта, и постельных утех, дабы тот не ударил в грязь лицом, в случае, если у них с Лидией что-то получится.

***

Всю неделю Питер обучал Стайлза искусству обольщения. Он научил его, как и когда говорить девушке комплименты, разбираться в хорошем вине, женской современной моде и даже, показал несколько медленных танцев. Поначалу, Стилински неуклюже наступал Хейлу-старшему на ноги, и робел от столь интимной близости и движений бедрами, которыми Питер одаривал его танцуя. Но, со временем, привык, и находил это действие восхитительно-прикольным. - Во время твоего первого свидания, - наставлял его Питер, - держи руку строго на талии девушки. Не на плече, и уж тем более, не на заднице. Должно быть, что-то среднее между дружеским жестом и намеком на постель. Старайся больше слушать, чем говорить, женщины это любят. Будь остроумен и колок, когда это нужно. Во время разговора смотри только ей в глаза, а не на ее ноги или грудь, какими бы потрясными они не были. Теперь перейдем к интимной части вашего свидания, если таковое завершение вечера будет иметь место. Твое познание секса практически приравнивается к нулю. Не только касаемо девушки, но и тебя лично. Видя, как Стайлз в удивлении открыл рот, Питер слегка скривился и сказал: - Руки и порно-журнал не в счет. Краснея как маков цвет, Стайлз стал выслушивать об эрогенных зонах женщины и мужчины, а так же всевозможных способах занятия сексом. Питер чуть ли не наглядно показывал, как надо ублажать своего сексуального партнера, сопровождая сие действие репликой «Что естественно, то не безобразно». - Представь Стайлз, что ты непревзойденный маэстро Никколо Паганини, а твой партнер – единственная уцелевшая струна на твоей скрипке. Сыграй на ней так виртуозно, чтобы она запела от восторга и накрывающих ее эмоций, позволив ей порваться, только в самом финале пьесы. И в завершении всего он менторским тоном заметил: - Надеюсь, мне не надо напоминать тебе парень, что надо предохраняться? В отличии, от нас, волков, вы люди подвержены всяким болячкам, не говоря уже о не запланированной беременности. - Да понял я, понял, - буркнул Стайлз, с трудом переваривая такое количество свалившейся на него информации. - Ну, иди, развлекись, как следует, - напутствовал его Питер, дружески хлопая по плечу. – Забери Лидию из дома в семь вечера, она согласилась пойти с тобой на танцы. Удачи, вам обоим!

***

Подъехав на своем джипе к школе, Стайлз вышел из машины, обогнул ее и открыл дверцу перед Лидией, галантно подавая ей руку. Находясь в приподнятом настроении от ожидания возможного, он приобнял девушку за талию и повел ко входу в спортзал. Дискотека была в самом разгаре. Некоторое время они просто сидели за небольшим столиком, потягивая напиток и глазея на танцующих. Вид у Лидии был слегка скучающим. Она периодически кого-то искала глазами. Не выдержав и десяти минут, словно они на похоронах, а не танцах, Стилински резво поднялся и предложил ей потанцевать. - Что-то не хочется, - ответила она, лениво надувая губки. - Вот что, Лидия Мартин, или ты пойдешь танцевать сама, или я схвачу тебя, взвалю себе на плечо, и потащу на танцплощадку. Твоя до невозможности короткая юбка задерется и все увидят, какого цвета у тебя трусики. - Весьма заманчиво, - вздернула она бровь, - ладно, уговорил, тащи. На секунду парень опешил. - Я пошутила, - сказала Мартин, улыбнувшись, - ты делаешь такое комичное лицо, когда растерян. Пошли, потанцуем, - добавила она, протягивая ему руку. Они отрывались по полной. Быстрые танцы давали им возможность высвободить свою неуемную юношескую энергию, а местами и накопившуюся злость и разочарование. А медленные давали возможность передохнуть и подумать об непростых отношениях, сложившихся между ними и их дальнейшей жизни вообще. В очередной раз, оглядываясь, Лидия заметила Джексона Уиттмора, который под руку с очередной пассией выходил из зала. - Я устала, - сказала Лидия Стайлзу, - давай отдохнем. - Принести тебе воды? – спросил он заботливо, усаживая на свободный стул за столиком. - Да, пожалуйста. Возвращаясь из буфета с двумя стаканчиками напитка, Стилински заметил, что Лидия направилась к выходу. Почувствовав легкую тревогу, он отправился за ней. Войдя в затемненный коридор, Стайлз увидел Лидию прижатую Джексоном к стене. - Сколько тебе раз говорить, Мартин, что между нами все кончено? Хватит меня преследовать! – рявкнул Уиттмор. - Я не собиралась тебя преследовать, Джексон, - стала возражать Лидия, глядя ему в глаза и, не пытаясь высвободится из его захвата. Бросив стаканчики с напитком на пол, Стайлз в два прыжка подлетел к ним, развернул Джексона к себе, смачно заехав тому кулаком по носу. Тот не смотря на свое спортивное телосложение, стал оседать по стенке на пол, схватившись за нос. - Послушай, подонок! Каким бессердечным сукиным сыном надо быть, чтобы бросить такую девушку как Лидия! - кричал Стайлз Джексону, удерживая того за лацкан пиджака одной рукой и сжимая в кулак другую, готовясь накатить еще раз по его наглой физиономии. - Не надо, Стайлз, пойдем отсюда, - стала говорить Лидия, удерживая занесенный над Джексоном кулак. – Отвези меня домой, пожалуйста, - попросила она. Не такого окончания вечера ожидал Стайлз, но глядя на них двоих понял, что межу Лидией и Джексоном действительно что-то было, что-то большее, нежели просто отношения королевы школы и капитана команды по лакроссу. Со-капитана, поправил себя Стилински, мрачно улыбнувшись. На данном этапе, в его с Мартин отношениях, Стайлз был, скорее всего, ее другом, нежели кем-то большим. После того как он благополучно доставил Лидию домой, по-дружески заверив, что с ней все будет хорошо, Стайлз прямиком направился в лофт к Хейлам. Двери ему открыл Дерек и приглашающим жестом предложил войти. - Что парень, мы потерпели фиаско? - сказал Питер Стилински, крепко того обняв, вместо приветствия. – Не удивляйся. Я просто уловил твои эмоции, они для нас, как и запах, словно, открытая книга с крупным шрифтом. Уткнувшись ему в плечо, и глубоко вздохнув, Стайлз устало произнес: - Я хотел сегодня всего: понимания, любви, секса, новых ощущений. Я все еще намерен это получить. С тобой, здесь и сейчас, - тихо сказал парень, слегка отстранившись и глядя Питеру в глаза. - Ты уверен? Ты действительно этого хочешь? – спросил Хейл-старший, трепетно лаская взглядом и рукой лицо в родинках. - А ты? – спросил Стайлз вместо ответа. – По обоюдному желанию, помнишь? – добавил он. - Дерек, пойди, погуляй! - скомандовал Питер, обращаясь к племяннику, не в силах оторвать взгляд от переполненных желанием карамельных глаз. - Желательно до утра, а то и на весь следующий день! Оба услышали недовольное ворчание, потом, легкий стук удаляющихся к выходу шагов и мягкий скрип открывшейся и закрывшейся двери. - Займись со мной любовью, Питер, - попросил Стайлз, когда они остались одни. – Я хочу почувствовать и проверить на практике все то, чему ты меня обучал. - В твой первый раз я буду нежным Стайлз, обещаю - шептал Питер, легонько подталкивая трепещущего от предвкушения парня к кровати. Чего лукавить, Питеру с самой первой их встречи, до боли хотелось почувствовать этого парня в себе, а себя в нем. Стайлз действительно был хорошим учеником, грозившимся в скором будущем переплюнуть своего учителя. Они отдавались друг другу то страстно, то нежно, лаская руками, ртом, членом, каждой частичкой своего тела, доводя до фантастического оргазма и раскрепощения, заснув лишь под утро. Проснувшись ближе к полудню, Стайлз, лежа на теплой груди Питера, целуя и обводя своим языком его сосок спросил: - Так я что, теперь гей? - Не обязательно, - ответил Питер, млея от ласк паренька. - У тебя может быть секс и с мужчинами и с женщинами, а может быть и с несколькими одновременно, но это вовсе не значит, что ты гей или бисексуал. Ты, прежде всего, Стайлз Стилински. Постарайся оставаться просто собой, в любых ситуациях. - Я читал про «лямур де труа» (l'amour de trois (фр.) – секс в троем), - кивнул Стайлз. - Может, попробуем? – осмелился спросить он, игриво подняв бровь. - Откуда такой живой интерес у парня, еще вчера бывшего девственником? – спросил Питер, удивленно хмуря брови. - Ну, меня интересовали многие вещи, просто не было с кем попрактиковаться, - ответил Стайлз, пожимая плечами. - Хорошо, что предпочитаешь? ТЫ + Я + ЖЕНЩИНА, Эрика неплохо бы подошла, или ТЫ + Я + МУЖЧИНА? – спросил Питер серьезно, чуть не давясь со смеху, глядя на выражение лица Стайлза, - в этом случае я рекомендовал бы Дерека. А может, тебя интересует ТЫ + ЖЕНЩИНА + ЖЕНЩИНА? Поверь мне, Стайлз, это охренеть как классно. Двойные усилия, но результат того стоит. Одна кончает на твоем члене другая на языке, или пальцах. Лично я предпочитаю язык. Став краснее редьки Стилински только и смог, что открыть свой красивый рот и хлопать ресницами. Подмяв его под себя, Питер стал смеяться, чередуя слова с поцелуями. - Обожаю твое лицо, особенно рот, когда ты растерян и смущен. Попробуем. Обязательно, со временем все попробуем. А пока, я беру тебя, со всеми потрохами, в свое единоличное пользование. Питер прекрасно понимал, что их со Стайлзом отношения не будут продолжительными. Парень, как и большинство людей, со временем, пресытится. Захочет завести семью, детей, может даже с Лидией Мартин. Хейл-старший искренне радовался тому, что происходило между ним и Стайлзом сейчас, и произойдет в скором будущем. Может это и есть любовь? Кто знает?