Обитаемый остров

Приведдд всем моим любимым читателям! Я вернулась со своего персонального обитаемого острова с хорошим настроением, правда, без папуаса за пазухой, отдохнувшая и с отличными новостями касательно этого фанфа. Он окончен, но в шапку внесены кое-какие вариации на тему. Читаем шапку, смотрим на рейтинг — он снижен до R. До нцы я не дотянула, увы, девочки, каюсь. Но все остальное будет в полном объеме!!! Итак, главы будут появляться в зависимости от того, насколько мы будем плодотворно работать с редактором. Всех обожаю! Лестрейд оторопело смотрел на своего шефа, который медленно удалялся все дальше и дальше по прозрачному сферическому коридору. Точнее, не на шефа, а на его задницу, которая была обтянута легкой светлой тканью, совершенно не похожей на привычные плотные материи костюмных брюк. Знаете, бывает так: смотришь вперед, залипаешь взглядом на что-то или кого-то и пытаешься понять, а какого гребаного черта ты смотришь именно туда! Грег отворачивался, пытался переключаться на что-то другое — табло прилетов, киоски с газетами, лотки с мороженым, — но снова и снова возвращался взглядом к этой заднице, которая плавно плыла впереди. Тогда в самолете своим латте он подавился трижды, потому что шеф не мигая и не отрываясь смотрел прямо на него, то ли ожидая восторгов по поводу качества напитка, то ли просто издевательски его смущал. В итоге Грегу до такой степени надоело давиться вполне себе нормальным кофе, что он плюнул на все (а хотелось, вообще-то, на Холмса) и опрокинул одним махом совсем остывший напиток. Взгляд, которым его «наградил» босс, был откровенно уничижительным, таким, будто он, Грегори Лестрейд — дождевой червяк, слизень и личинка колорадского жука в одном флаконе. — Так зачем я вам такой сдался? — все-таки рискнул спросить инспектор. Холмс откинулся в кресле, вытянул ноги вперед, скрестив их в лодыжках, и склонил голову набок. И молчал. — Вы собираетесь сказать мне, куда мы летим и что стряслось с вашим ненормальным братцем? — Вы считаете, что я обязан вам отвечать? — Хотелось бы быть готовым к неожиданностям и обдумать ситуацию и варианты решения. — Думать здесь буду я, примите это как данность. Вся необходимая вам информация будет озвучена тогда, когда это будет необходимо. — Ну да, конечно! — язвительно отозвался Грег. — Знаете, Холмс, вы как чертов Доктор Зло: вас хочется уничтожить! Лестрейд встал, с грохотом поставил чашку на столик и быстро покинул салон. Если бы он обернулся, то в полной мере насладился бы выражением полнейшего недоумения на лице самого британского правительства. Грегори плюхнулся на свое место, покосился на Антею, которая сидела неподвижно и созерцала белизну облаков в иллюминатор, и прикрыл глаза. Он был взбешен, выведен из равновесия незнанием, непониманием ситуации, тем, что его используют, как какого-то мальчика на побегушках, не считаясь с тем, что он, черт возьми, опытный полицейский, детектив-инспектор, в конце-то концов! Но противные глаза-колючки так и стояли перед мысленным взором Грега. Пронзительные и ехидные. Лестрейд был хорошим детективом и понял, что вся эта операция затеяна ради спасения непутевого детектива и его соседа, которые в очередной раз вляпались в передрягу. Скорее всего, ситуация была достаточно серьезной, раз сам влиятельный братец собственной персоной принимает участие в операции. В любом случае, злость и негодование сейчас вряд ли сослужат хорошую службу, а потому, Грег постарался успокоиться и просто плыть по течению той ситуации, в которую его насильственно запихал этот правительственный питон. Что же, если ему придется сесть за штурвал, он будет этому только рад. Грег всегда любил летать, да и часов у него было предостаточно, чтобы не пасовать перед предстоящим рейсом. Приведя свои мысли в подобие порядка, инспектор весь остальной полет благополучно проспал в своем кресле, обвешивая во сне своего ненавистного руководителя новогодними шарами красного и белого цвета. Ему снилось рождество и ель — огромная, до потолка — и разноцветная мишура, шары и гирлянды. А на самой верхушке красовалась голова самого мистера Холмса. Грег улыбался во все свои тридцать два, развешивая шары по всем ветвям. Босс матерился — виртуозно и со вкусом, ровно до того момента, пока Грегори не забрался на стремянку и не замотал неумолкающий рот скотчем по окружности. Проснулся Грегори от того, что Антея его неслабо трясла за плечо, с беспокойством всматриваясь в его лицо. — Уже? — Вы говорили во сне. — Надеюсь, не ругался? — потирая глаза, спросил Грегори. — Ругались. Нецензурно. — О! — Плюс сорок три, — улыбнулась девушка и добавила, — мистер Холмс будет ждать вас в здании аэропорта. — Люблю жару, — потянулся Лестрейд и встряхнулся, как большой лохматый пес. — Ну-ну, — скептически отозвалась Антея, одетая в тонкие льняные капри и тунику. Сорок три тянули на все пятьдесят, и Грег, покинув прохладное нутро самолета, ахнул: легкие обожгло горячим воздухом. Он практически бегом пронесся по плавящемуся покрытию до здания аэропорта и перевел дух. На секунду. Потом дыхание перехватило вновь, потому что впереди, элегантно опираясь на белоснежный зонт, дефилировал некто, совершенно не похожий на того чопорного мистера Холмса, к которому привык инспектор. Этот мистер был легок и вальяжен именно по-южному, по-южному он и двигался — скользя, едва касаясь подошвами мокасин глянцевого пола. И плечи шире, и ноги длиннее, и зад — аппетит… Что он тут себе думает? Грегори с громким клацаньем захлопнул рот и вздрогнул от неожиданности, потому что в этот самый момент объект его наглых разглядываний повернулся и прищурился. И, о Господи, Грегори едва успел сглотнуть и выдохнуть, потому что взгляд проницательных глаз прожег насквозь и заставил вспотеть. «Чертов питон!» — подумал Лестрейд и расправил плечи. — Луи Виттон, — произнес босс и ухмыльнулся. — Чего? — нахмуренно спросил Грегори. Холмс закатил глаза и ответил: — Тепловой удар вам обеспечен. Грег не любил чего-то не понимать, а сейчас он определенно не понимал, что ему вещает Холмс. — Слушайте, вы, конечно, умный и все такое… — Не утруждайтесь вопросами, инспектор, просто следуйте за мной. Холмс развернулся и пошел вперед, а Грег вновь залип взглядом на правительственной заднице. — И прекратите так смотреть! — с претензией на грозность раздалось в помещении. Лестрейд сто раз пожалел, что не переоделся в шорты и майку, потому что костюм в данной ситуации походил на собственную переносную сауну, причем, переносную на собственном теле. Он несколько раз ловил на себе взгляды шефа и мысленно рычал, глядя на эту ухмыляющуюся физиономию. Лестрейд испытал истинное наслаждение, когда встал под упругие холодные струи душа в своем номере. Холмс за все время не произнес ни единого слова, да и Грегори был этому только рад. Душ смыл и усталость, и злость на шефа. Он развалился на кровати, решив, что будет получать максимум удовольствия от поездки. В конце концов, когда ему еще удастся погреться на солнышке в самом сердце полуострова Юкатан. Пришедшее смс заставило Грегори скривиться. Босс требовал его через двадцать минут в холле с минимумом вещей. Вообще-то хотелось есть. И, будто по заказу, в номер тихо постучали. Обед был великолепен! Побросав в рюкзак самое необходимое, Лестрейд нацепил свои яркие плавки, облачился в шорты и майку, водрузил на голову кепку и очки, и с лучезарной улыбкой покинул номер, на ходу подбрасывая в руках зеленое большое яблоко. Шеф ждал его в холле отеля, сидя в кресле около небольшого фонтанчика, и смотрел на воду. Грег остановился по другую сторону искусственного водоема и понял, что Холмс рассматривал рыб. Три большущие яркие рыбы высовывали головы из воды, явно ожидая угощения. — Прикармливаете? Майкрофт скользнул взглядом по Грегори, отчего того заметно передернуло. Ох уж это выражение превосходства на лице и властность! — Вылетаем через час. Вы полетите на «Максе» — он вам привычнее, не так ли? — Да, вы правы, большее количество часов у меня именно на этом самолете. — Мои помощники вылетят параллельно с нами на «Эде». Координаты уже вбиты в бортовой компьютер. От вас требуется поднять самолет в воздух и плавно посадить его в месте назначения. — У вас проблемы с пилотами? Нехватка персонала? — очень стараясь не звучать язвительно, спросил Грег. — У меня нет проблем с персоналом. Неквалифицированных работников я съедаю на завтрак. Майкрофт смотрел прямо на Грега без тени улыбки на лице. — Не советую меня есть, подавитесь. — С трудом понимаю, как вы с вашим языком дослужились до детектива-инспектора. — Вот языком и дослужился. Он у меня подвешен. Хорошо. — Главное, чтобы за него вас не подвесили в том месте, куда мы прилетим. — И? Холмс поднялся на ноги, взял в руку небольшую кожаную сумку, вероятнее всего, с документами, и пошел к выходу. Грег заскрипел зубами и чертыхнулся, следуя за шефом на выход. К большому удивлению Лестрейда, Холмс забрался в кабину «Макса» и занялся просмотром документов. — Как долго вы будете рассматривать приборную панель? — не отрываясь от бумаг, спросил Холмс. — Я жду команды диспетчера. В этот момент из динамика послышался голос: — Пятый — «Максу». Штормовое предупреждение доставлено ровно минуту назад. Советую отменить полет. — Взлетайте, — быстро произнес Холмс. — Это риск, и большой риск, — подал голос Лестрейд и посмотрел на Майкрофта. — Если мы не попадем на остров через пару часов, от моего брата и его соседа не останется даже костей. — «Макс» — пятому. Взлетаем. Давно забытое ощущение полета захватило Грегори с головой. Он наслаждался пилотированием, не обращая ровным счетом никакого внимания на то, что его рассматривает Майкрофт. Он не собирался держать Лестрейда в неведении, просто тот со своей наглостью отчего-то очень сильно разозлил Майкрофта. Так, как никто и никогда не злил. Ему вообще было чуждо это чувство. Эмоции, и все такое прочее, было за гранью его распланированной, четко очерченной жизни. Сейчас он искоса посматривал на инспектора, следя за тем, как тот уверенно управлялся с этим маленьким самолетом. — Инспектор, я бы хотел пояснить… — Не нравится мне эта туча впереди. Воздушные потоки изменились, нужно отклониться от выбранного курса, давайте по окружности обойдем грозу. — Нам не хватит топлива, если менять маршрут. Летите вперед, не думаю, что это гроза. — Я бы предпочел не соваться в грозовые облака — это чревато. — Летите, Лестрейд, и прекратите разговаривать, вы мне мешаете работать. Самолет практически воткнулся в темно-серое грозовое облако, и сразу же вокруг засверкали вспышки молний. — Значит, не гроза? — рявкнул Грег и сильно вцепился в штурвал руками. Самолет вело в сторону, мотыляло и трясло. — Меняем курс? — спросил Холмс и потянулся к компьютеру. — Нет смысла теперь. Будем надеяться, что пронесет. Но вспышки мелькали все чаще, грохотало и бахало. Когда на самолет обрушился поток воды, оба от неожиданности вскрикнули. — Или бортовой врет, или у нас пробой бака, — нахмурился Грегори. Самолет начал резко терять высоту, выныривая из грозового облака и стремительно приближаясь к земле. Их нещадно мотало из стороны в сторону, а вода приближалась с какой-то совершенно катастрофической скоростью. Лестрейд с силой потянул на себя штурвал, пытаясь еще немного продержаться в полете и моля всех святых дотянуть до земли, которая маячила, кажется, совсем рядом. — Держитесь, Холмс, падаем! — проорал Грег и навалился всем телом на штурвал.