Обитаемый остров

Джима Мориарти посадили под арест на какой-то секретной базе, как сказал Шерлок, и выпытывали у него все секреты его сети. Лестрейд вернулся к работе, закончил ремонт, который уже больше года не мог завершить, обновил гардероб и продолжил жить своей привычной жизнью. Майкрофта он больше не видел. На пиратском корабле он пытался разыскать Холмса, но лишь мельком увидел, что тот окружен своими миньонами и полностью поглощен телефоном. Все чаще Грегори казалось, что произошедшее с ними было нереальным, выдуманным его воображением, и все чаще он ловил себя на мысли, что хотел бы все это забыть. Забыть разговоры о поясе Ориона, сбор ягод, купание в озере, змею и тунца… И тот чертов потрясающий минет, который в разных вариациях снился ему ночами. Спустя месяц после всего случившегося Грегори решил, что чудесное спасение — отличный повод все-таки отпраздновать свое сорокалетие. Вечеринка в Ярде удалась на славу. Коллеги были восхитительно пьяны и всем миром решили продолжить праздник. Лестрейд чувствовал себя звездой вечера. Ну, если учесть, как на него реагировали женщины, и не только женщины, инспектор подумал о том, что время, проведенное на южном мексиканском солнце, пошло ему явно на пользу. Проснулся он на чужом диване в незнакомой гостиной от запаха кофе. — Доброе утро! — долбанул по нервам бодрый баритон. Лестрейд поднял голову и потер глаза. — Диммок? Где это я? — У меня дома. На тридцать девятой свече вы, инспектор, сдулись. Но праздник удался на славу! — пошутил сержант и сунул под нос Грегори кружку с кофе. — Черт, надо же было так напиться. — Да ладно, тебе положено, упс… Можно на «ты»? Лестрейд пригубил кофе и махнул рукой. — Ты вчера отбивался от девушек, как черт от ладана, и попросил меня побыть твоим парнем, чтобы к тебе не приставали. — Вот черт! — выдохнул Грег, пытаясь вспомнить хоть что-то из вчерашних событий. — Да брось, Грег, это пустяки, вот только… — Только не говори, что я еще и стриптиз танцевал, — безжизненным голосом, борясь с тошнотой, пробормотал Лестрейд. — Нет-нет, до этого, к счастью, не дошло, хотя, думаю, большая часть паба не отказалась бы посмотреть на тебя в плавках. Ты отлично сложен. — Кристиан! — А что, я не могу сделать комплимент мужчине, который провел в моей квартире ночь? — Мы же… Эммм… Нет? Диммок развалился в кресле, покусал нижнюю губу, очевидно, считая, что это выглядит крайне соблазнительно и хохотнул: — Нет, не переживай, тем более, что ты весь вечер бормотал мне в плечо, что, кажется, влюбился. Кто она? Он? Боже, счастье уже было в том, что, похоже, у него хватило остатков разума не озвучивать имя. Вот же черт! — Вызови мне такси, Крис, предпочитаю умереть над собственным унитазом.

***

Майкрофт будто с цепи сорвался. Ему постоянно не хватало времени! Он сетовал, что в сутках всего двадцать четыре часа. Тело — отдохнувшее, наполненное энергией, — практически не знало усталости, разум работал, как часы: четко, ясно. Мориарти не кололся, зато его подельники выторговывали себе пожизненное, выдавая места хранения оружия, точки сбыта и получения наркотиков и многое-многое другое. Холмс был более чем доволен своей нынешней жизненной ситуацией, если бы не одна досадная мысль, которая постоянно атаковала его мозг. Инспектор! После того, как они столько дней провели бок о бок, Холмс вдруг ощутил острую нехватку этого человека около себя. Настолько сильную, что порой, сидя на переговорах, он на секунду отключался из этой реальности, возвращаясь на «Корсиканский глаз» и проживая ту жизнь снова и снова. Он вспоминал захват пиратского корабля, собственный ужас от вида дула пистолета у виска Грегори, безумные глаза Мориарти и шокированного его, Майкрофта, безразличием, инспектора. А потом в памяти всплывали порывистые объятия Грега и его помощницы, Грега и Шерлока, Грега и Ватсона… Лестрейд даже не пытался найти его глазами, погруженный в эйфорию от встречи с другими людьми. Холмс чувствовал себя так, будто он невидимка, туманное облако, погасшая сверхновая. Он будто перестал существовать для инспектора. Будто его и не было. Так странно оказалось ощущать пустоту внутри, так мерзко было на душе, что Холмс, не медля ни минуты, покинул борт корабля, не желая встречаться с товарищем по несчастью и мучиться от невысказанных извинений. Он боролся с желанием быть в курсе жизни инспектора. Холмс все чаще ловил себя на мысли, что захоти Грегори продолжения их взаимодействия, он бы нашел способ с ним связаться. Но инспектор окунулся в собственные житейские дела и проблемы, ушел с головой в работу и… новые отношения. Те фото, где Грег практически вжимается губами в шею сержанта из его отдела, Майкрофт сжег, не в силах совладать с неприятным режущим чувством внутри. Нет, он не создан для отношений, не подразумевающих товарно-денежную составляющую. Это не для него! Это скоро пройдет. Холмс дал распоряжение больше не информировать его о передвижениях инспектора Грегори Лестрейда.

***

— Почему из-за вас у меня постоянно неприятности? — орал Грег, отвязывая Джона от Шерлока и беспрестанно матерясь. — Инссс-пек-тор, прекратииии-те сверкно…сквернолсо…ругаться! — протянул явно накаченный наркотиками Холмс и улыбнулся совершенно идиотской улыбкой. — Джон, что ему вкололи? Ватсон был в чуть лучшем состоянии, чем Шерлок, а потому на четвереньках отполз от друга и засунул голову в ведро с водой. — Давай, вставай, Шерлок! Как же мне ваша самодеятельность надоела! Посадить бы вас на пару недель в «обезьянник», чтобы хоть полмесяца не заниматься тем, чтобы выдумывать фэнтезийный отчет для интенданта! Черт, Холмс, руки убери от меня, и прекрати меня щупать! Шерлок обдолбанно хохотнул и сел прямо на пол около Джона. — Мы искали сейффффф… — выдал, наконец Ватсон и плюхнулся на задницу рядом с Шерлоком. — Какой сейф? Джон, хоть что-нибудь ты можешь мне сказать? — Сейф, где хранятся фото весьма компрометирующего характера одного известного в определенных кругах человека. Полагаю, дротики были заряжены на максимум. Она скрылась с фотографиями, Шерлок? Майкрофт Холмс стоял в дверях огромного особняка, постукивая тростью по паркету и смотря куда угодно, только не на инспектора. — Я еще её…ссссссс… — Довольно! Это уже не актуально. Адлер сообщила мне, что уничтожила все негативы, за исключением одного фото, которое оставила себе на память. — И что мне прикажете теперь делать? Снова фальсифицировать отчет? — зло спросил Грег, смотря прямо на Холмса и чувствуя, как сердце в каком-то неистовстве долбится о грудную клетку. — Нет, инспектор, этим делом уже занялась разведка, ваш руководитель будет уведомлен в самое ближайшее время. Ну, а вы, естественно, получите материальную компенсацию за причиненные неудобства. — Ты шутишь, Майк? — А вы, инспектор, смеетесь? — посмотрев, наконец, прямо в глаза Грегу, спросил Холмс. — Ты уникальный кадр, Холмс, единственный в своем роде. Надеюсь, вы будете счастливы вместе! Лестрейд бросил в угол веревку, которую все это время сжимал в руках, и направился к выходу. — С кем, позвольте полюбопытствовать? — с изрядной долей ехидства спросил Майкрофт. — С твоими ненаглядными товарно-денежными отношениями! Тем же вечером, сидя на своем диване и напиваясь в одиночестве, Лестрейд вертел в руках телефон. Ох, как же много хотелось высказать этому чертовому Холмсу! Как хотелось заглянуть в глаза, увидеть там хотя бы тень, мимолетное отражение тех дней на острове. Не хотелось верить в то, что всё то время было лишь игрой, желанием выжить, спастись, и снова вернуться в вожделенный мир своих интриг и финансов. На телефон пришло смс-сообщение, и Грегори разблокировал аппарат. Его банк сообщал о том, что на счет были переведены деньги. Сумма была небольшая, но Лестрейд, бешено сверкая очами, вскочил на ноги и выматерился. — Шерлок, скинь мне телефон твоего гребаного братца! Срочно! Лестрейд пьяно орал в телефон, мечтая набить Майкрофту физиономию, а потом делать ему примочки от синяков. Черт те что! — Я не допущу тебя ни к одному трупу, если ты не дашь мне его номер! Грег орал на всю квартиру, запихивая себя в брюки, путаясь в рукавах рубашки. — Джон, это мое дело, зачем мне Майкрофт! Дай! Мне! Его! Когда телефон тоненько, будто страшась гнева разъяренного инспектора, пискнул входящим сообщением, запал Грегори уже немного прошел. Теперь он смотрел на набор цифр и кусал нижнюю губу. Он практически изгрыз собственные губы в кровь, таращась до рези в глазах на незнакомый номер и не решаясь нажать кнопку вызова. Он сделал большой глоток виски прямо из бутылки, кое-как застегнул рубашку, заправился и встал посреди комнаты. — Кажется, я предельно ясно выразился, что не нуждаюсь в ваших подачках! — рявкнул Грег, стоило только усталому «Майкрофт Холмс» раздаться в телефоне. — Инспектор… — Я оказался чересчур самонадеян, думая, что смогу доказать тебе, что не все, блядь, в этом ебаном мире можно измерить деньгами! — Инспектор, вы пьяны! — Иди ты, знаешь куда? — Хотелось бы услышать… — На хуй! — Это предложение? — Знаешь что, на будущее, найди себе другого идиота, который в тебя втрескается по уши и не станет устраивать пьяные истерики после самого охуительного минета в его жизни! С чувством выполненного долга, Грегори запустил телефон в диван, в три больших глотка допил бутылку и рухнул рядом с аппаратом замертво. А динамик еще какое-то время издавал рокочущее «Грегори», но Лестрейд слишком глубоко погрузился в мир собственных грез.