Обитаемый остров

Всего какую-то сотню до берега не дотянули! Самолет со всего маху воткнулся в кораллы, полностью уходя под воду. Грег краем глаза заметил, что Холмс уже выбрался из кабины и последовал его примеру. Шеф оказался чертовым спринтером! Пока Грегори добирался до берега, Холмс уже стоял на песке, спиной к воде, и созерцал просторы острова. Лестрейд выполз на берег и рухнул на песок, переводя дыхание и практически не ощущая собственных рук. Он лежал на песке, раскинувшись, словно морская звезда, выброшенная на берег прибоем, и мечтал о долгом бесконечном сне после гигантского бочонка пива. — Поднимайтесь, Лестрейд, хватит прикидываться спящим. Над Грегори стояло его личное персональное проклятие, из-за которого он сейчас не валялся на своем диване с пивом и пультом от телека, а ощущал песок, который уже пробрался под плавки и противно натирал в паху. — Идите к черту! — не открывая глаз, пробормотал Грегори и прикрыл рукой веки, которые нещадно обжигало солнце. — Вы забываетесь! — рявкнул Холмс. — Да неужели? — не менее раздраженно отозвался Грегори, — вы вбили в гребаный комп координаты, не озаботившись тем, чтобы обойти грозовую тучу, и сейчас пытаетесь мне указывать? А не пошли бы вы нахер! — Что? — Что слышали, отстаньте от меня! Тут мы в равных условиях — ни вы мне, ни я вам ничего не должен. Делайте что хотите! Просто отъебитесь от меня — и всё! — Отлично! Мало того, что вы некомпетентны как пилот, так вы еще хам и сквернослов! — О, да! Я это могу! — все также не открывая глаза, улыбаясь, произнес Лестрейд. — Не вижу причин для веселья, инспектор! Мы за сотни миль от большой земли, без связи, без пропитания и воды, но вам, отчего-то, очень весело? Вы ненормальный? И тут Лестрейда прорвало. Он быстро поднялся на ноги и ткнул пальцем в грудь своего «бывшего» шефа. — Не смейте меня оскорблять и обвинять! Предупреждение было! Была информация о предстоящем шторме, но вам же начхать! Я отличный пилот, и гребаные триста двадцать часов полетов тому подтверждение. И если вы или ваши некомпетентные люди не в состоянии адекватно проложить курс, не смейте меня обвинять в том, что мы потерпели крушение! Это полностью ваша вина! — Я объяснил вам ситуацию, — явно сдерживая раздражение, сказал Холмс. — Серьезно? Ебаный ад! Вы специально держали меня в неведении, и вели как телка на поводке! Я чертов детектив-инспектор, а вы отчего-то решили, что я ваш мальчик на побегушках! Да идите вы, Холмс! Плевать! На все плевать! Грег был взбешен и быстрым шагом направился вдоль кромки воды, сдерживаясь, чтобы не вернуться и не врезать по лицу этому заносчивому самоуверенному человеку. Он шел до тех пор, пока не понял, что ноги его не держат. Смеркалось. Закат был так красив, что Грегори уселся на песок и уставился на эту потрясающую картинку. Живую, настоящую. Диск прямо на глазах погружался в блестящую воду, и это было, поистине, завораживающее зрелище. Лестрейд перевел взгляд на воду и поразился тому, насколько она прозрачная. Кожу под футболкой стянуло от соли, да и в плавках все зудело, а потому он, быстро скинув с себя всю одежду, с разбегу влетел в прохладные соленые воды. Все оказалось не так безоблачно, как виделось с берега. Хорошо, что Грег посмотрел под ноги, прежде чем встать на песок. Дно было усеяно черными точками, которые при ближайшем рассмотрении оказались морскими ежами, торча колючками в разные стороны и определенно не радуясь нежданному водоплавающему объекту. Все же уйти от пары болезненных уколов ему не удалось и, прыгая на одной ноге и внимательно всматриваясь в дно, Грег выбрался на берег. Левая ступня пестрела черными иголками и фиолетовыми точками. Одни были длиннее, другие совсем короткие и глубоко впивались в кожу. Он аккуратно уселся на песок, стараясь как можно меньше наступать на ногу, и попытался рассмотреть поврежденную пятку. Как оказалось, колючки довольно сильно атаковали кожу, правда, неприятных ощущений не доставляли. Лестрейд ухватился за самую длинную и аккуратно потянул. Игла не поддалась и выскользнула из пальцев. Он снова вцепился, уже ногтями, но его опять ждала неудача. — Вот же черт! — ругнулся инспектор и попытался поближе придвинуть к себе ступню. — Как с таким зрением и полным отсутствием инстинкта самосохранения вы служите в одном из самых опасных отделов Скотланд-Ярда? Язвительный голос раздался прямо над ухом, и Грег вздрогнул. Что же это за издевательство! Даже собственную пятку не рассмотреть в тишине и спокойствии. — Отлично служу! Надеюсь старшего скоро получить! — Я бы не был так в этом уверен, инспектор… — язвительно произнес Холмс и улыбнулся, видя, как Грег зло сверкнул на него глазами, — иглы морских ежей не причиняют дискомфорта ровно сутки, после — яд попадает в кровь, а в месте укола начинается воспалительный процесс. Если, конечно, вовремя не изъять шип. — То есть вы хотите сказать, что завтра я не встану на ногу? — Вероятнее всего, инспектор. Лестрейд оторопело смотрел на Холмса и в прямом смысле открыл рот, не в силах произнести ни единого звука. Этот чертов питон так убедительно говорил! — Вы серьезно? — Абсолютно! — бросил Майкрофт и хмыкнул. — Ебать… — протянул Грег и вновь занялся своей пяткой. Когда он оторвался от созерцания своей испещренной черными и фиолетовыми точками кожи, Холмса рядом не было, и он, кое-как поднявшись на ноги, поковылял к месту крушения. Ему требовалась помощь, и как можно быстрее. К его огромнейшему изумлению, Холмс сидел около небольшого костерка и смотрел на закат. Он не обратил ни малейшего внимания на подошедшего Грегори. Во рту у Майкрофта была соломинка, которую тот медленно пожевывал, перекатывая из одного уголка рта в другой. — Эммм… Холмс не отреагировал, продолжая внимательно рассматривать солнечный диск, плавно скрывающийся за горизонтом. Лестрейд сел с противоположной от костра стороны и вновь занялся своей ступней. — Давайте сюда вашу ногу, — произнес Холмс и протянул руку. — Ну уж нет! — возмущенно ответил Грегори и подумал о том, что самому ему вовек не справиться. — Дело ваше. Грег еще минуту поковырялся со ступней, понимая, что больше ни одной иглы извлечь не удастся. Просить же ненавистного Холмса жутко не хотелось. Но вряд ли у Лестрейда был выбор. — Помогите мне. Пожалуйста. — выдавил из себя инспектор и сглотнул ком в горле. — Вы вспомнили правила приличия и нормального человеческого общения, инспектор? Да неужели? — Вы можете язвить сколько угодно, я буду просто молчать. Вы мне поможете? Холмс повернул голову, и Лестрейд даже отшатнулся — настолько сейчас в свете костра Майкрофт был похож на коршуна: длинный крючковатый нос, острые скулы и глаза — черные, глубокие, какие-то демонические. — И что может меня заставить помочь вам? И голос — глубокий, низкий, угрожающий. — Ну, хотя бы то, что вам в спутники достанется не одноногая развалина, а вполне себе нормальный партнер. Брови взлетели вверх, и Лестрейд добавил: — По острову. Я так понимаю, это необитаемый остров? Вы хотя бы примерно представляете, где мы находимся? — Уже обитаемый, инспектор. И я не примерно, а практически точно знаю, где мы располагаемся. Этот остров лежит в семи километрах от фарватера и является крайним на карте среди островов, которые замыкают цепь полуострова Юкатан. Грег зашипел, сумев вытащить очередную колючку из ноги. — И что это значит? — А то, что шансов найти нас в ближайшее время катастрофически мало. — То есть… То есть, вы хотите сказать, что мы попали? А как же ваши хваленые помощники? Как же ваши связи и возможности? — Кто, позвольте полюбопытствовать, их хвалил? — Ну, не знаю… — протянул Лестрейд и в отчаянии упал на песок — спина болела нещадно. — А раз не знаете, то не стоит и озвучивать далекие от вас мысли. Грег повернул голову и посмотрел на Холмса. Тот был демонически страшен в отсветах костра. — Знаете, Холмс, ваша заносчивость меня вообще не волнует. Мне просто начхать на это. Думайте что хотите, мне все равно. Просто люди, попавшие в нашу с вами ситуацию, стараются держаться ближе друг к другу, потому что все, что у нас есть — это мы: вы и я. И неизвестно, когда нас вытащат с этого обитаемого острова с учетом того, что фарватер пролегает черт знает где! — Я самодостаточен во всех смыслах и мне не нужен партнер по бестолковому трепу ни о чем. И самое позднее — завтра, рано утром, нас вывезут с этого острова. — Вот об этом я и говорю! — ухмыльнулся Грег и положил руки под голову. — Говорите что? — Что вы заносчивый самоуверенный ублюдок. Холмс окатил всего инспектора ледяным взглядом и поднялся на ноги. — Я бы очень хотел, чтобы вы были немы, как рыба. Ваши речи словно стрекот цикад — раздражают неимоверно. — Да плевать я хотел на вас! Привыкли, что все на задних лапках перед вами скачут. А я - не ваши эти гребаные миньоны, и вы мне не указ! И знаете что? Если завтра нас действительно вытащат, то я больше ни одной секунды не хочу знать вас, и уж тем более — подчиняться вашим приказам! Холмс окинул инспектора презрительным взглядом и ушел, растворяясь в темноте. К слову сказать, солнце полностью скрылось за горизонтом, оставляя лишь красноватое зарево у самой кромки воды. Лестрейд улегся на бок и закрыл глаза. Что же, завтра, так завтра. На самом деле он очень хотел верить в то, что завтра их и вправду вытащат с этого чертового острова! Сон сморил его практически мгновенно. Пробуждение было грубым, бесцеремонным. — Давайте сюда вашу ногу, иначе завтра от вас будет совсем мало толку. Ну же, Лестрейд, прекратите делать вид, что спите! Грегори отчаянно заморгал, пытаясь выбраться из сна и потирая глаза, которые никак не желали открываться. Пока он метался в собственном сонном мороке, его нога была захвачена в плен и водружена на что-то мягкое и теплое. Пальцы уверенно обхватили носок, пятку зажало в тисках чужих коленей, и Грегори заорал. — Заткнитесь, инспектор, и не дергайтесь, вы мне мешаете работать! Ночь опустилась непроницаемым черным покрывалом на остров, и лишь яркое пламя костра освещало песчаный берег. Спустя пятнадцать минут, тридцать воплей инспектора, уйму шипения, и резких комментариев Холмса, все иглы были извлечены, нога промыта соленой морской водой, и обернута футболкой Грегори. Холмс улегся на песок, закинул руки за голову и произнес: — Спокойной ночи. Чудных вам снов, инспектор. — И вам того же, — буркнул Грегори и добавил, — и спасибо за помощь с ногой. — Пожалуйста. Просто смотрите себе под ноги в следующий раз.