Посейдон
17 мая 2017 г., 13:45
В чем прелесть быть Богом? Можно принять свою божественную форму и ослепить смертных, собрать кучу поклонников, заставить их скандировать твое имя, пока другие приносят жертвоприношения и называют в твою честь планеты. А можно превратиться в обычного смертного, на пару часов раствориться в мире людей, в их убогой жизни, где почти для всех и каждого самое важное — работа.
Дураки эти смертные. Так считало большинство Олимпийцев, такого же мнения придерживался и Посейдон, на которого люди смотрели, как на сумасшедшего, когда он в своих любимых пляжных шортиках и цветной рубашке гулял по берегу океана, высматривая самые стильные и необычные ракушки. Особенно его забавляло делать это в лютый холод. Когда подходят эти смертные людишки, предлагают помощь или ночевку. Ещё смешнее, когда они звонят куда-нибудь.
Да, быть Владыкой подводного царства та ещё скука. Приходится веселиться самыми разными способами.
Посейдон стоял у самого берега, позволяя соленым водам омывать его ноги. Ему нравилось смотреть на огромный океан, на горизонт, где он растворяется, смешиваясь с красками неба. Ему нравилось чувствовать его спокойную, но мощную власть, таящуюся в белых волнах.
Он мог чувствовать корабли и лодки, лайнеры и яхты, бороздящие синюю гладь, он слышал голоса моряков, щедро одаривал тех, кто не забывал о том, кто является истинным хозяином морей и океанов.
Посейдон мог бы стоять тут вечно, застыв, словно живое каменное изваяние, и наверняка из него получилась бы прямо-таки божественная статуя.
Бог улыбнулся своим мыслям и хотел продолжил прогулку, но небо осветили яркие молнии, а вслед, почти не медля, прогремел гром.
Посейдон тяжело вздохнул. Появляться таким пафосным образом — фишка его младшего брата.
— Отговори своего отпрыска от этого путешествия! — рядом с Посейдоном возник Зевс с молниями в руках. К демонстрации символов своей власти он прибегал, только когда хотел сильно кого-то напугать. А сильно пугать Зевс хочет, когда напуган он сам.
Конечно, Посейдон знал о том, что сделал его брат с эти полубогом… Дитём Аида, имя которого он вечно забывал… Ах, да! Нико! Он был там, когда Зевс подарил мальчишке бессмертие и сослал на остров. Единственное, никто не знал, что с ним стало после.
Ох, как же зол был Аид! Конечно, вся троица была не сахар, они были очень вспыльчивы, но Аид разозлился не на шутку. И будет совсем не хорошо, если эта ссора перерастет в нечто большее.
Посейдон узнал, что Аид закрыл Подземное Царство и полубоги перестали умирать. Да и не только полубоги. Если это продолжится, то и смертные, хоть они и глупые, всё же заметят нечто неладное.
Но бог морей понятия не имел, о чем сейчас говорил Зевс.
— И тебе доброго дня, братец, — спокойно отозвался Посейдон, не прекратив своей неспешной прогулки по берегу.
— Не время для любезностей! Ты должен отговорить своего… ну, того, который по ошибке родился твоим сыном, бросить эту идею.
Эта неприязнь Зевса к его сыну уже серьезно раздражала морского владыку. Волны в океане стали больше, и глаза Посейдона потемнели — не стоит оскорблять достоинство бога.
— Для начала, его зовут Перси Джексон. И он один из тех, кто спас наши задницы от Геи. Во-вторых, объясни, что происходит.
— Он собирается найти этого мальчишку, ди Анджело.
— Я всё ещё не могу понять, за что ты наказал этого ребёнка.
— Ребёнка? — святые змеи Медузы! Зевс чуть не подавился этим словом. Небо затянули тёмные тучи, тут и там то и дело проскальзывали молнии.
Да, Боги злятся с размахом и только так.
— Он причастен к пробуждению Геи, и для нашей же безопасности лучше, если он останется там.
Оба брата замолчали: Зевс, потому что ждал, что скажет на это Посейдон, а Посейдон просто не знал, что можно на это сказать. Но потом в голубых глазах Зевса словно сверкнула мини-молния, и он подозрительно покосился на своего брата:
— Неужели ты выбрал сторону Аида?
Посейдон устало выдохнул. Обычно это он ссорился с Зевсом, а Аид, как ни странно, мирил их и находил компромиссы. И никогда бы он не подумал, что держать нейтралитет и пытаться не вывести ссору на новый уровень так сложно.
— Нет, Зевс, я ничью сторону не выбирал и не собираюсь. Ты единолично решил наказать этого полубога, который оказался любимым сыном Аида. Ты заварил эту кашу — тебе её расхлебывать. Хоть на этот раз заплати за свои ошибки сам.
— Это значит нет?
— Это значит, что слишком много и слишком часто мы вмешиваемся в жизнь полубогов. И слишком сильно привязываемся к ним. Поэтому мой ответ — нет. Я не собираюсь отговаривать сына. Хочет искать Нико — скатертью дорожка.
Когда-то яро за эту идею выступал сам Зевс. И далеко не все боги были в восторге от этого указания, и Посейдон в том числе. Но когда он начал общаться с Перси, узнавать его лучше, он начал гордиться им и привязался к нему. Он с трудом объективно оценивал ситуацию во время войны, пытался не думать о том, что его сын попал в Тартар, пытался не переживать по этому поводу слишком сильно, потому что от его настроения, от его состояния зависит слишком многое. И богам нельзя позволить себе такую роскошь — любить. (Конечно, у Афродиты будет другое мнение, но женщины… Что с них взять?..)
Теперь же Посейдон был согласен с Зевсом. Кажется, у смертных есть хорошая поговорка на этот счёт — с глаз долой, из сердца вон.
— Ты серьезно собираешься придерживаться нейтралитета? — недоверчиво спросил Зевс, пытаясь прочитать в глазах брата хоть какие-нибудь эмоции.
— Океан сейчас очень спокоен. Видишь? Почти штиль. Такое бывает редко.
— И в честь чего океан так спокоен?
— В честь того, что мне осточертели ссоры между нами. Я теперь прекрасно понимаю Аида, который так бесился, когда между нами были войны. Это и правда трудный выбор: кого из братьев поддержать, учитывая, что ты в этой ситуации более неправ, чем Аид. А еще труднее держать нейтралитет между вами двумя, но, думаю, справлюсь. Вопросы?
— Никаких, Посейдон, только ты об этом пожалеешь.
Океан словно ожил: по синей глади пробежалась рябь, воды стали темнее, белые волны вырастали на глазах до немалых размеров, и Посейдону становилось трудно сдерживать себя, чтобы не начать тут шторм. Вокруг братьев собирались капли, которые сливались воедино и образовывали вихрь.
— Прекрати уже свои угрозы, братец, — процедил Посейдон тихо, прямо в ухо Зевсу. Тот стоял спокойно и ни один мускул на его божественном теле не дрогнул. — То, что ты считаешься главным из нас троих, совсем не говорит о том, что ты сильнее. Только дай мне повод, и я с радостью покажу, на что могу быть способен.
— Значит ли это, что ты на стороне Аида? — Зевс посмотрел прямо в глаза брата.
— Это значит, что разбирайтесь сами между собой, но только тронь полубогов, и особенно Персея, и я клянусь, править тебе будет нечем, — с этими словами Посейдон взмахнул рукой и рассыпался перед владыкой небес миллиардом соленых капель, обрызгав его с ног до головы.
Положение дел Зевсу совсем не нравилось. Океан штормил, над ним собирались тёмные тучи, готовые вот-вот разразиться жутким ливнем, и смертные поспешили убраться по домам.
Для их же ускорения Зевс добавил грома и молний.
