Помните: от ненависти до любви всего один шаг.

Шаловливый лучик, восходящего солнца, проскользнул в мое окно и стал настойчиво светить в мои закрытые веки, требуя моего пробуждения. Я недовольно сморщила нос и отвернулась на другой бок, но сон уже потихоньку начал отступать и волей-неволей я открыла глаза. Потянувшись, перевернулась на живот и прогнулась в спинке разминая затекшие после сна мышцы и довольно улыбаюсь. На дворе уже светло, птички поют, солнышко светит и на часах десять утра, что может быть лучше? Стоп... Резко сажусь на кровати и хватаю телефон. КАК ДЕСЯТЬ УТРА!? Сбросив одеяло вскочила на ноги, попутно собирая принадлежности для умывания и одежду, а потом с ноги выбивая дверь, несусь в ванну, с криком на весь дом: «ПРОСПАЛИ!», да с таким, что даже эхо свое услышала. Снизу, со стороны родительской спальни, послышался грохот, в перемешку с бурчанием и отборными нецензурными выражениями. Быстро умывшись и одевшись, стала спускать вниз чемодан со свертками, в которых были подарки для друзей, благо додумалась с вчера все упаковать. Заспанные папа с мамой так же выбежали достаточно помятые и с болезненным цветом лица, а у мамы еще круги под глазами были. Красота! Ничего не скажешь! -Во сколько самолет?! - судорожно набирая телефон такси, спрашивает меня папа. -В двенадцать пятнадцать. - машина подъехала довольно быстро и мы, перепроверив, ничего ли не забыли, утрамбовали все в машину таксиста. Когда молодой парень, годков эдак двадцати, завел машину, папа начал его, подобно самому надежному GPS, направлять. Так что у аэропорта мы были уже в половине двенадцатого. Хорошо, что у меня мозги на месте и я заказала билеты в ближайшем аэропорте. На сверх звуковой скорости пройдя все эти проверки, уселись, наконец, в сам самолет, который, кстати говоря, был полностью заполнен. -Фух, успели. - облегченно прикрыл глаза папа и схватился за голову. - Вот, блин, экстрим на мою голову! - я нервно хихикнула на слове «экстрим», но промолчала. Самолет взлетел, попросив у проводницы кофе с булочками, мы все стали «приходить в себя». Лететь нам как минимум часа три до Питера, а там и час-полтора на машине от города. Голова моя на данный момент была в неком подобие помутнения, но с каждой секундой прояснялась и заполнялась другими мыслями. Что же на этот раз задумала бабушка? Она устраивает бал? Раньше я, конечно, тоже была на ее вечерах, но никогда не видела, чтобы на них присутствовали другие люди, кроме членов семьи. Будет интересно посмотреть на них, ну и поржать. Ведь сто процентов там кто-нибудь напьется и начнет : «Ты.. ик... меня уважаешь!?», вот смеху-то будет, я тихо хихикнула своим мыслям. -Тигренок, ты меня слушаешь? -А? - сама того не замечая, я, оказывается, никак не могу прожевать одну-единственную несчастную булку с маслом, а кофе, который каким-то мистическим образом материализовался передо мной, почти остыл. -Я говорю, что у меня есть хорошая новость. -А... А! Ну, говори. - доев наконец-то эту булку и запив ее кофе, я приготовилась слушать, что же скажет папа. -Так вот, когда мы возвратимся в Японию, мы с тобой, тигренок, поставим несколько больших торговых аквариумов для рыбок. - с деловым видом заявил папа, отпивая из чашки ароматный напиток. - Я просмотрел все зоомагазины в Намимори и не нашел ни одного, где торговали бы рыбками, так что это может очень хорошо так поднять нам репутацию. -Это прекрасная идея! - поддержала папу мама, а я согласно кивнула. Да, если в Намимори нет ни единого магазина с живыми рыбками, то это может серьезно поднять нам репутацию. -Замечательно, но нам нужно подумать о размещении, а какие аквариумы ставить? На сколько литров? Как их вообще сделать? - остальной полет у нас занял разговор о новой идее, мы попросили у проводницы пару листков с карандашами и стали обдумывать, что будет, да как. В итоге у нас получилось следующее. Если верить теоретическим расчетам, то стоять у нас будут четыре аквариума по триста литров на самой витрине, в два ряда, друг на друге, а о дизайне мы решили поговорить ближе к делу. Это поможет привлечь в магазин побольше народу, да и места другого нам не найти. Самолет начал снижаться, а через двадцать минут и вовсе сел, мы прошли самые разные проверки и уже хотели пойти к месту, где можно было бы взять машину на прокат, как нас окликнули: -Госпожа Ольга, Господин Олег, Госпожа Кристина, прошу сюда, меня послали забрать вас. - к нам подошел высокий крепкий на вид мужчина, лет тридцати, с русой шевелюрой и карими глазами. Он учтиво поклонился и в вежливом жесте пригласил нас следовать за ним. -Твоя мамаша очень проницательна. - нервно хихикнул папа. -Почему? - искренне недоумевала мама. -А потому, что ни я, ни ты, не сообщали каким рейсом и во сколько мы прилетим. - буркнул папа, но послушно пошел за нашим сопровождающим, мама пожав плечами последовала его примеру, как, в принципе, и я. Пройдя по стоянке к красивому белому джипу, мы погрузили в него все наши вещи, а потом сев и сами тронулись в путь. Как я уже упоминала ехать нам где-то час-полтора, сейчас мы направляемся на выезд из города, а оттуда на север, по лесной дороге. Я села на переднее сидение, папа с мамой на заднее пассажирское, чем дальше от города и чем глубже в лес мы уезжали, тем мрачнее становился папа. Было видно, что он сильно нервничает, постоянно оглядывается назад, нервно теребит рукав или бросает хмурые взгляды на водителя. Я и мама искренне не понимали причины его странного поведения, но решили его не трогать и молчали весь оставшийся путь. Через установленное мной время, мы выехали с лесной дороги на еловую аллею обделанную камнем, а уже оттуда проехав, примерно, метров пятьсот, наша машина остановилась у парадного входа в этот дворец. Вот оно наше родовое гнездо, поместье княжеского рода Измайловых... Это огромное четырехэтажное здание, с белыми стенами, богато украшенными окнами, садами, со всевозможными статуями и фонтанами, которые сейчас, к моему большому сожалению, не работали. Само здание было выполнено в стиле барокко, на каждом этаже насчитывалось более двадцати комнат с высокими потолками и богатой обстановкой. Поместье имело п-образную форму, в восточном крыле было два бальных зала, где и проходили вечера, один побольше и побогаче отделанный для грандиозных балов, другой поменьше, но поуютней, для семейных «посиделок». Западное крыло — спальное, там же находиться бабушкин кабинет и огромная столовая. Если же пройти немного дальше восточного крыла там будет двухэтажное громоздкое сооружение, с большим пастбищем - это конюшня, там же и находиться «домик прислуги». Мы вышли из машины, водитель заверил нас что все вещи будут тот час доставлены в наши комнаты. Как только мы поднялись по мраморной лестнице к двери, она открылась и на пороге появился высокий худощавый мужчина лет пятидесяти в смокинге: -Добро пожаловать домой, Господа. - он учтиво поклонился и пропустил нас внутрь. Как я и думала ничего не изменилось с тех самых пор, как я была здесь в последний раз. Огромный просторный хол с высоким потолком, украшенным богатой бронзовой люстрой и расписанный, подобно картине, красивой фреской с изображением неба, на котором, как на полотне, сочетаются семь погодных явлений. Семь колон, поддерживающих это небо, были поставленны по бокам от дверей, ведущих в огромный бальный зал в западном крыле и в восточное крыло, в котором находилась столовая и еще один проход к комнатам первого этажа. На противоположной стороне от входа было огромное окно, к которому ведет красивая белая мраморная лестница, попутно ведущая и в восточное крыло, и в западное. Именно по этой лестнице спускалась высокая, статная женщина, с роскошными золотистыми, длинными, волосами, собранными в высокой прическе. С глазами наполненными мудростью и знанием, но с еще не погасшим в них золотым азартом. Если бы ее кто-нибудь увидел в первый раз, ни за что бы не сказал, что эта женщина уже имеет дочь, да и почти совершеннолетнюю внучку, так как лицо ее, было не тронуто временем, разве что неглубокие морщинки в уголках глаз и губ, подобно предателям, приоткрывали занавес тайны, истинного ее возраста. Она была в легком красном платье, слегка облегающем стройную фигуру, не потерявшую своей красоты, за столько времени, она с грацией львицы, шла к нам. Княгиня, Измайлова Нина Романовна. -Рада вас видеть. - она улыбнулась нам самой искренней и обворожительной улыбкой, которая могла поставить любого мужчину перед ней на колени. Я кинулась в распростертые объятия бабушки, а она крепко обняла меня в ответ и поцеловала в макушку: -Я скучала по тебе, мой ангел. -Я тоже, бабушка. - отстранившись, я поцеловала женщину в щеку, мама, подойдя к нам, тоже крепко ее обняла и поцеловала: -Я скучала, мама. -Да, много времени прошло. - бабушка улыбнулась и перевела взгляд на хмурого, не хуже любой другой тучки, папу. - Ну, здравствуй, Олежка. - она ухмыльнулась. - Как поживаешь? -Здравствуйте, пока не попал сюда, вполне не плохо. - с явным сарказмом, ответил папа, но бабушка не обратила на это никакого внимания: -Идемте в столовую, вы наверное голодные, а сейчас как раз время обеда. - повернув в сторону восточного крыла бабушка твердым шагом направилась в столовую. Мы вошли в огромный зал, с высоченными потолками, справа были расположены высокие окна, чуть ли не во всю стену, с богатыми занавесками, а между этими окнами находился камин, с вырезанными на нем двумя тигрицами. Посередине зала стоял огромный овальный стол, из красного дерева, за него могли сесть человек эдак тридцать, если не больше, на нем были несколько подсвечников и столовый сервиз из чистого серебра на шесть персон. Когда мы все расселись: бабушка во главе, по бокам я и мама, а папа рядом с мамой, слуги стали вносить и расставлять на столе различные блюда. -Кушайте не стесняйтесь! Вы ведь устали с дороги. - с самой милой улыбкой, бабушка заботливо подкладывает к нам с мамой в тарелки, то по кусочку мяса, то по салатику, то по картошечке, то еще что-нибудь. Папа ко всем этим угощениям относиться очень осторожно, и рассматривая, и обнюхивая каждый кусочек, прежде чем съесть. - Олежка, не обижай меня, у меня совершенно нет намерения тебя травить! - с обиженным видом, проговорила бабушка. - Тем более, если бы я хотела тебя убить, я бы сделала это уже давны-ым- давно. - с той же непринужденной улыбкой, сказала она. -Я знаю. - мрачно отозвался он. Я не удивляюсь их черному юмору и подколам друг над другом, так как они при каждой встречи говорят такие гадости. Причину я потом как-нибудь расскажу. -Кстати, Кристин, Леша про тебя спрашивает. Уже ждет не дождется твоего визита к нему. - разулыбалась бабушка. -Я обязательно зайду к нему, после обеда! - у меня загорелись глаза, давненько я не видела Лешку. -Ну надо же, кто к нам пожаловал! - мы все повернули головы в сторону говорившего, а им оказался стоящий в дверях, высокий мужчина средних лет, с густой, рыжей, шевелюрой и зелеными глазами, хорошо сложенной фигурой, с красивым лицом, но больно смазливым выражением на нем. Рядом с ним стоял парень чуть ниже ростом и гораздо моложе, но в остальном точная копия предыдущего. Знакомьтесь, это троюродный брат моей мамы, Андрей Измайлов и его сын Владимир Измайлов. - Даже Кристинка здесь! - голос у «дяди» был красивый, но больно напыщенный и вычурный, как и весь он сам. -Андрей, Влад, не стойте в дверях, проходите и садитесь. - бабушка жестом пригласила их сесть за стол, что собственно они и сделали. Владик сел рядом со мной, а дядя с папой и как-то очень подозрительно нахально на меня поглядывал, как в принципе и Влад, чего я от последнего не ожидала. Я и Влад друзья детства, каждое лето и зимние каникулы, мы гостили у бабушки в особняке и достаточно сильно сдружились. У нас даже была своя «банда», состоящая из меня, Влада, Иришки и Лешки, последний просто работал на бабушку, так что был он в особняке всегда, и именно Леха помогал нам «шкодить», а потом заметать следы, ну о нем потом. Сейчас я готова была выплюнуть все, что сейчас жевала, только от одной фразы произнесенной этим рыжим: -Как у тебя дела, Кристинка? - он кокетливо мне улыбнулся, а я с трудом сглотнув, во все глаза уставилась на него. Это Влад!? Нет, не поверю! ЭТО РЕАЛЬНО ВЛАД!? Тот самый мальчишка, что боится грызунов, ужасно неуклюж, тот самый, который всегда плакал, стоило ему увидеть «Йорка»?! А сейчас этот самый плакса, строит из себя хоста-ловеласа?! Да вы рехнулись! -Что с тобой случилось?! - буквально взвыла я, на весь обеденный зал. Влад широко открыл глаза и в непонимании бросал растерянные взгляды, то на меня, то на отца. С минуту помолчав, бабушка разразилась в диком хохоте, мои родители просто сидели в немом шоке, а папаня Влада в мгновение офигевший, сейчас сидел красный от злости и с силой сжимал, ни в чем ни повинные, столовые приборы. Отсмеявшись бабушка сквозь выступившие слезы, проговорила: -Эх ты, Андрюша, Андрюша, плохо сынка-то натренировал! Хотя, ему во всяком случае Кристинку не пробить, она его с детства знает! - в неком торжестве, воскликнула бабушка, а «Андрюша» процедив что-то сквозь зубы, с яростным видом, вышел из-за стола и кинув на меня уничтожающий взгляд, скрылся за дверью. Я, не теряя времени даром, схватила под руку Влада, отпросилась, сказав, что мы пойдем проведать Лешку, бабушка и родители не возражали, потом потащила, все еще ничего не понимавшего парня, к противоположной двери, ведущей в коридор, где находилась лестница в подвал.