Избранная / Chosen

— Куинн? Я мычу, потому что все еще хочу спать, а меня будят. Можно мне еще немного сна? Желательно два раза по несколько часов, потому что эта ночь была без сна. Потому что всю ночь я отвечала на его вопросы, и еще полночи думала над тем, что будет потом. — Куинн, мне стоит разбудить тебя другим способом? — Это уже интересно, — шепчу я и улыбаюсь. — Здесь достаточно людей. Все как ты хотела. — Вы стали учитывать мои желания, мистер Бибер? — открываю я глаза и улыбаюсь. — Я всегда делал это, — шепчет он, и целует меня. Я чувствую, как его рука скользит по внутренней стороне моего бедра и останавливается, когда к нам подходит стюардесса. — Мистер и мисс…? — Мы выходим, — отвечаю я и скидываю руку Джастина. Пока я поправляю платье, он что-то печатает в телефоне, а затем поднимает голову. — Джейсон в сознании и даже в состоянии набрать мне смс. — Ему прострелили плечо, а не легкое, конечно он может набрать тебе смс, — проговариваю я и двигаюсь к выходу из самолета. Джастин идет рядом и снова что-то пишет. Затем мы оказываемся в аэропорту, где Тайлер ведет нас к машине. Джастин пропускает меня вперед и присаживается рядом, закрыв дверь. Берет мои ноги и закидывает их себе на колени, позволяя мне еще немного вздремнуть. Я не знаю, был ли он удивлён или расстроен тем, что я решила оставить себе казино. Это выгодный бизнес. У меня появились планы по поводу развода с Марком и того, чтобы купить новое место для своего салона. Более масштабное. У меня стали появляться планы, о которых я никогда не задумывалась, потому что я находилась в своей уютной зоне комфорта. Я была закрыта. Я благодарна ему всем сердцем за то, что он вытащил меня из этого. Вытащить бы и его. Он что-то снова печатает и улыбается. Я не сплю. Я наблюдаю. Так же, как и ночью, пока он спал. Джастин открывает дверь, когда машина останавливается возле дома, и подает мне руку, чтобы выйти. Сегодня двадцать третье октября. Сегодня первый день, когда в Филадельфии выпал снег. Я закрываю глаза и стою на месте приподняв голову. На мое лицо падают маленькие снежинки и образуются в капли. Я уже люблю этот день. Джастин берет меня за руку и ведет в дом. Открывает дверь и ступает на пол, уложенный кафелем, как под его ногами что-то неожиданно хрустит. Он замирает так же, как и я. Опускаю голову и замечаю у него под ногами разбитую хрустальную вазу. Вокруг вода. Руки Джастина крепче сжимают мою и он прикрывает глаза, сделав шаг. Тайлер входит вслед за нами и начинает осматривать дом, пока Джастин прибывает где-то в себе, потому что он не произносит ни слова. Он даже не двигается и скорее всего не дышит. — Джастин? Он не отвечает. Я вижу, как по его щеке катится слеза и теряю дар речи. Он отпускает мою руку и делает несколько шагов вперед, лихорадочно собирая осколки от вазы с пола. Он может порезаться! Я пытаюсь остановить его, но он игнорирует меня. Он выглядит так, будто пытается стереть все это из своей памяти. Он пытается убрать все это так быстро, чтобы не успеть запомнить этот момент, или же… не успеть воспроизвести его оригинал. Тайлер выходит из дома, оповестив что он чист и все вопросы, которые тревожили меня все это время рвутся наружу. — Джастин, что произошло с Хлои? Он замирает. Я вижу, как из его ладони идет кровь. Он порезался. И он игнорирует мой вопрос. Я присаживаюсь рядом с ним и пытаюсь забрать из его ладоней стекло. Он вырывается из моих рук. Я перестаю видеть в нем человека, который был со мной в машине. В Вегасе. — Джастин, ответь на мой вопрос. Он все равно молчит. Бибер уходит и возвращается с пустыми руками. В его руках швабра, которой он пытается как можно скорее убрать остатки воды. Я начинаю нервничать не меньше его, потому что не могу терпеть тишины. — Почему их убили, Джастин? — Замолчи, Куинн, — сквозь зубы проговаривает он. Меня это взбешивает еще больше. Я вырываю из его рук швабру и откидываю её в сторону. Теперь все его внимание на мне. — Что значит умру как Хлои? Что с ней случилось, Бибер? — Мы не будем об этом говорить, Куинн, — отчеканивает он и закатывает рукава. — Именно об этом мы и будем говорить, — настаиваю я и подхожу к нему ближе, несмотря на то, что выглядит он сейчас пугающе. — Какого хрена ты сейчас делаешь? Какого хрена ты вообще делаешь со мной? — А ты так и не поняла? — вскидывает он брови. — Трахаю тебя. Мои руки начинают дрожать. Мне больно. Я перестаю чувствовать свое тело. — Так вот, как это называется? — я пытаюсь сделать свой голос более твердым, но я мысленно умираю. — Да, Куинн. Именно так это и называется, когда мужчину и женщину влечет друг к другу. Они трахаются. — Ты ведешь себя как… — Как кто? Как ублюдок, который столкнул тебя с лестницы? Как тот, кто пытался утопить тебя? Сукин сын! Я чувствую ком ставший в моем горле. Я задела его за больное. Он отвечает тем же. — Как же ты полон дерьма. У тебя куча проблем с самим собой. Ты одна дерьмовая проблема! — Забавно, это не мешает тебе стелиться передо мной, — усмехается он. Я не сразу понимаю, что влепила ему пощечину. Только тогда, когда слышу эхо шлепка, а после след на его щеке. С моих глаз плывут слезы. Я ненавижу тебя, Джастин. И всей душой ненавижу себя. — Ты думал, что я ни черта не знаю, — всхлипываю я. — Не знаю, что твои родители погибли. Не знаю, что Хлои это сестра Джейсона. Ты думал, что я… Мне не хватает воздуха. Я перестаю что-либо видеть, потому что пелена слез заполняет мои глаза. — Знаешь, почему Марк выглядит лучше на твоем фоне? Он никогда не давал мне надежд. Он всегда действовал по плану, а если чувствовал вину — то извинялся. Ты — это худшее, что могло произойти со мной. Ты просто сжираешь меня изнутри, смотришь на меня так, будто я все что у тебя есть, а потом говоришь, что я стелюсь перед тобой? Какой же ты ублюдок! Он играет скулами и облизывает губы. — Мне ничего от тебя больше не нужно. Мне не нужна твоя помощь и твоя охрана. Оставь все свое дерьмо при себе и больше не приближайся ко мне! — Без проблем, — хмыкает он. — Замечательно, — улыбаюсь я. Не искренне, а со всей той болью, что чувствую сейчас. Разворачиваюсь и подхожу к двери. Я хочу чтобы последним что я видела, это был его гневный взгляд, потому что так легче будет его ненавидеть. Но он смотрит в пол, когда я оборачиваюсь к нему. — Прощайте, мистер Бибер, — шепчу я. — Прощай, Куинн, — отвечает он, взглянув мне в глаза.