The Potters' Cat (Кот Поттеров)

Наконец-то я узнал, что Визжащая хижина находится в Хогсмиде. Для этого мне пришлось излить на миссис Норрис столько лести и комплиментов, что ещё немного — и я, как порядочный книззл, был бы обязан стать мистером Норрисом! Оставалось вспомнить, в какую сторону от Хогвартса надо бежать, чтобы попасть в этот самый Хогсмид. Будем рассуждать логически. "Хогвартс-экспресс" привёз учеников — а заодно и меня — на станцию в Хогсмиде. Там нас встретили и рассадили по каретам. Значит, путь от Хогсмида до Хогвартса я по идее должен знать: книззлы отлично запоминают дорогу. И почему я не могу ничего вспомнить? Тьфу, блох мне в шерсть! Я же был так измотан встречей с дементором, что уснул, едва мы сели в карету! И проснулся только в Хогвартсе. Вот я влип. Ну, что ж... Если все разумные способы исчерпаны — пришло время довериться знаменитому книззловскому чутью. Я вышел из замка и прислушался к себе. Сразу же возникло желание что-нибудь съесть, но я мужественно отмёл эту мысль. И тогда, будто в награду за это волевое решение, чутьё проснулось. И повело меня... на поле для квиддича. Нет, мне, конечно же, хотелось как-нибудь увидеть Гарри на настоящей метле, но почему я должен сделать это именно сегодня? Чем ближе я подходил, тем больше у меня возникало вопросов. Почему вместе со мной на квиддич устремились дементоры? Стоит ли мне присоединиться к их милой компании или лучше бежать отсюда как можно быстрее? Я как раз собирался выбрать второе, когда навстречу мне промчалась чёрная тень. И чутьё потащило меня за ней. Я старался не выпускать тень из вида, но всё равно неумолимо отставал. Худеть. Срочно худеть. В какой-то момент мне удалось разглядеть объект преследования. Это была собака. Чёрная... "Блэк принимает форму чёрного пса", — пронеслись в голове слова Люпина. "Сириус?! Стой!" Сириус не мог, никак не мог услышать моё мысленное восклицание... Но он остановился и развернулся в мою сторону. Наши взгляды встретились, и я всей шерстью почувствовал его вопрос: "Кто ты есть?" Неужели мы сможем понимать друг друга? От радости меня словно прорвало: "Я — книззл, которого ты со своим приятелем Люпином (который, кстати, пока не решил — убьёт он тебя при встрече или попытается выслушать) подарил Джеймсу и Лили Поттерам. Я выжил в тот проклятый Хэллоуин и знаю, что Поттеров предал не ты, а Петтигрю, который сейчас скрывается в своей анимагической форме крысы и находится под покровительством своего якобы владельца Рональда Уизли, однокурсника и друга Гарри. Я готов помочь тебе поймать Питера, но..." "Кто ты есть?" — вдруг снова прозвучало в моей голове. Мать моя кошка, он что, совсем ничего не понял? И мысли у него на каком-то ломаном языке. Может, мне нужно думать медленнее? "Я. Книззл. Которого. Ты…" Драный коготь, мы так к Рождеству не управимся! "Понимать меня ты, не? Спросить я, кто ты есть". Это я "понимать не"? Ну, знаешь, такой наглости... Стоп. Возмущаться буду потом. Сейчас главное — установить контакт. Что я могу сделать? Таблички. Я вспомнил таблички с названиями животных в магазинчике Агнес. Попробую нацарапать на земле слово "Кот". У Агнес была табличка "Коты", значит, в моих каракулях одну букву надо убрать. Левую или правую? Ладно, уберу правую. "Не гиппогриф, сам видеть. Звершебник ты?" От такого слышу. Хотя... Это у него так, наверное, "анимаг" звучит. Я помотал головой, поднял правую переднюю лапу и, указав на Сириуса, уверенно кивнул. "Звершебник я, знаешь ты?" Я снова кивнул. Надо придумать ещё какие-нибудь жесты для "да" и "нет", а то голова скоро отвалится. "За мной", — раздался короткий приказ, и я побежал за Сириусом. Кажется, контакт состоялся!

* * *

— Зря я, наверное, в тот день пришёл на матч. Столько всего вспомнилось... И Джеймс, и мой первый полёт, и... в общем, все школьные годы перед глазами пронеслись. Эти твари, конечно, сразу меня учуяли и явились туда. Хорошо, что Дамблдор успел придержать Гарри в воздухе, а то была бы на моей совести ещё и гибель крестника. Не понял. Вроде бы мы уже договорились, что Сириус не предавал Поттеров, и вдруг — такое заявление! — Понимаешь, я ведь практически сам убил Сохатого и Лили. Ведь именно я предложил заменить себя этой крысой. А, вот он о чём… — Сохатый, ты совсем умом тронулся?! — Я тебя не понимаю, Бродяга. — Зачем ты вчера, после собрания Ордена, привел сюда меня, Хвоста и Лунатика и решал, кого выбрать Хранителем? Забыл, что в Ордене завелась крыса? — Ты про Хвоста? Так он вместе с нами там завёлся. — Сохатый, я сражен наповал твоим чувством юмора. Ты же прекрасно понимаешь, о чём я толкую. — Да, я слышал о предателе. Но он не может быть кем-то из нас. — Уверен? — У тебя есть какие-то подозрения? — Подумай сам. Кто на всех собраниях Ордена сидит тихо и не привлекает к себе внимания? — Может, Флетчер? Парень явно себе на уме. Но на роль тихого и незаметного шпиона совершенно не тянет. К тому же, Дамблдор ему доверяет. — Знаешь, Сохатый, Дамблдор доверяет даже Нюниусу. Это для меня не показатель. А подозреваю я… нашего старину Лунатика. — Что? Ремуса?! — И не делай круглые глаза, Джеймс! Тебе не кажется, что он удобно устроился? Пропадает каждое полнолуние, неведомо где... — Бродяга, ты меня поражаешь! Мы же не можем, как раньше, его поддерживать. Он проводит эти дни в подвале дома своих родителей. — А если нет? У него, похоже, деньжата завелись… — Ну, знаешь... Дамблдор всем "фениксам" платит. — Разве же это деньги? — Прекрати! Я говорил при всех и повторю сейчас: мы должны доверять друг другу! — А я думаю, нам необходимо поменять Хранителя... Я вспоминал, а Сириус продолжал говорить. В первый день он почти не умолкал, хотя и не слышал меня, находясь в человеческом облике. Впрочем, в ответах собеседника Сириус не нуждался. Он просто хотел выговориться за долгие годы молчания.

* * *

— ...Отнесёшь этот бланк на почту, и Гарри получит на Рождество новую метлу. Старой-то он, можно сказать, из-за меня лишился. Видал, что с ней это бешеное дерево сделало? Теперь ты знаешь, как с ним справиться... Слушай, ты мне напоминаешь одного книззла... Оп-па, вот уж не ожидал! Подожди-ка, я хоть живот втяну. Или попробую втянуть. Давай, напряги мозги! Спроси, в конце концов! — Но ты ведь не можешь им быть, правда? Блох тебе в шерсть! Кто же так спрашивает?! Ни кивнуть, ни фыркнуть! — Конечно, не можешь. Сгинул, наверное, тот книззл вместе с Поттерами... Да ладно, не надо меня жалеть, я-то жив остался. Я тебя сейчас так пожалею! В глаза, в глаза мне смотри! Ты должен меня узнать! — Всё, книззл, хватит! Пора браться за дело. Жду тебя завтра, с подтверждением выполненного поручения.

* * *

С заданием Сириуса, под кодовым названием "книззлу — работа, Гарри — подарок", мне удалось справиться довольно быстро. Направляясь в Визжащую хижину, я вдруг вспомнил о своих трёх похвалах. Что, если у меня появился шанс заработать вторую? А там и до третьей — лапой подать... Ага, размечтался. Сириус похвалит, как же. Пока я ждал благодарности за успешно выполненную покупку метлы, он уже придумал для меня второе задание: — Твоя задача — подслушать пароль для входа в гриффиндорскую гостиную. Как узнаешь — мигом ко мне. Усёк, книззл? Тогда — вперёд! Я-то усёк. Допустим, я смогу узнать пароль. Но каким образом я сообщу его Сириусу?! Рисунком? У них же там всякие "капут драконисы"! Я, конечно, могу перечеркнуть дракона, но перед этим мне придётся его нарисовать. А рисую я... В общем, это будет первый раз. Ох, драный коготь. Ладно. Для начала, пожалуй, подежурю у входа в гостиную… Привет тебе, круглолицый! Чего ты там шепчешь себе под нос? Говори громче, мне не слышно! Ну вот. Кажется, пароль на сегодня я упустил. Оп-па! А круглолицый тоже что-то упустил. Посмотрим... Как оказалось, мне достался листочек с паролями на неделю! На всю неделю! Я не только выполнил, а ещё и перевыполнил задание Сириуса. Теперь уж он точно меня похвалит!

* * *

— Что ж, попробуем ещё раз чего-нибудь добиться. Помнишь свою задачу? А как же. Никому в Хогвартсе не показываюсь, как будто меня вообще нет. Скрытно патрулирую окрестности замка. Если вижу Петтигрю или Рыжего вместе с ним — подаю условный сиг... И чего это Сириус на меня уставился? Понял. Он же меня не слышит. Надо было просто кивнуть... — Вот и отлично. У меня предчувствие, что сегодня у нас все получится. Да уж. Когда-нибудь ведь должно, не так ли? Сколько раз мы уже это проделывали — толку никакого. И с паролями тогда не вышло: подлый крыс сообразил, что к чему, и слинял. Ещё и меня подставил: как будто это я его съел. Однообразные какие-то у него приёмчики. Сначала мы с Сириусом думали, что Петтигрю совсем удрал, но потом решили, что это не в его стиле. Скорее уж, он дождётся, пока меня за живоглотство вернут в магазин, а потом вернётся, как ни в чём ни бывало. Привык Петтигрю за эти годы в тепле и уюте жить. А привычки — дело серьёзное. Так мы и пришли к выводу, что крыс скрывается где-то поблизости. То есть, Сириус пришел к выводу, а я его поддержал уверенным киванием. И вот — я целыми днями вынюхиваю крысиные следы, а в Хогвартсе почти не показываюсь. Да и не особенно мне хочется там находиться, если честно. Я основательно обижен на Гарри. Как он мог выгнать меня, после того как, благодаря моим стараниям, получил новехонькую Молнию?!.. Постойте, что это там мелькнуло? Неужели крысиный хвост? Точно! Ну, держись, предатель!..

* * *

— Хозяин, где же вы? Ваша метка... её почти не видно... Это я — Питер... Я нашёл вашу палочку... Отзовитесь, мой лорд! Надо уходить отсюда... Я слышу этот знакомый голос, будто сквозь туман, и медленно прихожу в себя. Значит, именно из-за Питера Темный маг смог прийти сюда и убить Джеймса, Лили и... В комнате раздаётся детский плач. Гарри жив? Но как? От темной магии, которая раньше наполняла комнату, остался едва уловимый след. Выходит, тёмный маг исчез? Я слышу, как предатель подходит к кроватке, и в его голосе появляются визгливые ноты: — Гарри? Но ты не должен был... Что ты сделал с Тёмным Лордом? И что теперь делать мне? Надо бежать! А что делать с тобой? Может лучше... Не дав ему додумать, что именно будет лучше, я выбираюсь из-под шкафа, бросаюсь на предателя и вцепляюсь в него всеми когтями. Он беспорядочно размахивает палочкой, пытаясь освободиться, а потом все мои внутренности скручивает, и меня засасывает в какой-то водоворот. "Кажется, это трансгрессия", — успеваю сообразить я, прежде чем предатель съёживается, ускользая из моих лап. Бегло осмотревшись, я вижу, что очутился на какой-то городской улице. Передо мной сидит уродливая серая крыса. На мгновение я ловлю взгляд ее черных глаз и сразу осознаю — это Питер. Как там было в сказке, которую Лили не раз читала Гарри перед сном? Сапоги я, может быть, и не ношу, но с магом, принявшим обличье крысы, вполне способен справиться. Питер, видимо, тоже это понимает и бросается прочь. Я бегу за ним, и мне почти удается его поймать, когда Питер внезапно устремляется к водосточной решетке, протискивается сквозь ее прутья и исчезает из поля зрения... — Косолап, ты меня слышишь? Enervate! Где я? Знакомый запах. Знакомый голос. Оборотень. Говорит. Значит, кусать не будет. Вот и ладно... Всю ночь я следил, чтобы Питер не выбрался из-под этой решетки, а под утро всё же уснул. Разбудил меня голос, а точнее, крик Сириуса: — ...И не вздумай трансгрессировать! Я тебя без малого десять лет знаю и найду в любом месте! Я вижу Сириуса. Его палочка была направлена на Петтигрю. Сам предатель стоит на водосточной решетке, из-под которой, похоже, только что выбрался. — Сириус, ты не понимаешь... Я не мог... — Не мог — что? Отказать Волдеморту? Сомневаюсь, что ему пришлось долго тебя упрашивать! — Я хотел... — Славы? Почёта? Денег? Теперь ты доволен, Хвост? Мелкая, ничтожная крыса! Как ты мог предать наших друзей?.. — Косолап, очнись! Enervate! Опять? Меня поднимают. Куда-то несут. Медленно открываю глаза. Снова — здравствуйте! Ох, и крепко меня крыс приложил! Как говорится, от души. До сих пор голова кружится. — Опять я всех подвёл. В общем-то, в этом я с оборотнем согласен. Сорвать такую блестящую операцию! А как всё хорошо начиналось... Нет, начиналось как раз не очень. Вместе с Питером в Визжащей хижине оказались и Гарри, и Рыжий, и моя хозяйка. А Сириус опять завёл волынку, что это он виноват в смерти Лили и Джеймса. Разумеется, Гарри его чуть не убил. Прямо скажем, мог и убить, если бы я не вмешался. Потом пришёл оборотень, и я сразу почуял, что до превращения ему осталось совсем немного. Обидно, что из-за невыпитого лекарства всё пошло крахом. Теперь Сириус не сможет ничего доказать. Ни Снейпу, ни Дамблдору — никому... Где теперь Сириус? И что там бормочет оборотень? — А я только что от Дамблдора. Он сказал, что Гарри и твоей хозяйке удалось каким-то образом спасти Сириуса. Подробностей не сообщил. И правильно сделал. Слишком часто я не оправдывал его доверия. Хорошо, хоть не покусал никого в эту ночь. Доверие, доверие... А как мне теперь узнать, что произошло? Последнее, что я помню — злобное хихиканье Петтигрю и наставленная на меня палочка. Кстати, интересно, почему Люпин никого не покусал? — Меня от вас Бродяга увёл. Я его в анимагической форме почти сразу услышал и даже начал успокаиваться. Но потом появились дементоры. Сириус вернулся в человеческий облик и достал палочку. "Беги, — говорит, — отсюда. Я с ними разберусь. Таким ты мне не поможешь". Ну, я и послушался. Убежал, поджав хвост... Кстати, о хвостах. Что с предателем? — Питер удрал. Теперь, наверное, побежит к Волдеморту. И как я мог забыть принять это проклятое зелье! Да ладно, не убивайся так. По крайней мере, ты помог убедить Гарри в невиновности Сириуса. — А ведь ты молодец, книззл. Благодаря тебе, Гарри узнал, что Сириус невиновен в смерти Лили и Джеймса. Отлично. Обменялись любезностями. Стоп! Почему не действует магия? Он же меня только что похвалил! А, ясно. За это меня уже хвалил Сириус. В своем неподражаемом стиле, конечно. "Этот кот вовсе не чокнутый"! Мне даже сначала обидно стало. Но потом... Потом я ощутил действие магии, и обижаться расхотелось. Это тепло, разливающееся по всему телу, ни с чем не спутаешь. Ладно. Здесь, похоже, больше ловить нечего. Вырублюсь-ка я лучше снова... - Enervate! Слушай, — как тебя там, — Люпин! Ты очень круто владеешь заклинаниями, лучше всех отгоняешь дементоров, неподражаемо трансформируешься... Но сейчас — ПРОСТО ДАЙ МНЕ ПОСПАТЬ! Мяу, в конце концов! Вроде бы, что-то понял. Палочку свою убрал и слегка потрепал меня по голове. А он, между прочим, неплохо стал меня понимать. Может, из-за того, что еще недавно был зверем? Надо бы попытаться объяснить ему, кто я такой. Надо бы... Но сейчас... мне... слишком... хочется... спать…