Встретимся у светофора

В молочном магазине к суровому мужчине с тяжелым взглядом уже привыкли, и руку на тревожную кнопку при его появлении не клали. Гай каждый вечер покупал здесь молоко - потому что кроме него Шайн соглашался только на коньяк, а поить парня коньяком Гай был категорически против. Хотя, если честно, мужчина не совсем понимал, почему эта блондинистая липучка решил приклеиться именно к нему. Не из-за молока же? Сам Шайн не отвечал, только хихикал и изгибался, ну а дальше Гай забывал, что он там спросить хотел. Тем более, что за последнее время Аури немного отъелся на молоке, что только добавило ему шарма и внимания папараци, которые с чего-то решили, что великолепный Шайн Аури уходит из модельного бизнеса из-за Гая. Паршивец отказывался от интервью, только томно закатывал глаза и вис на Гае. Худосочный-худосочный, а отодрать Шайна от себя Гаю ни разу не удалось - держался парень, как клещ. - Просто ты мне о-очень нравишься. - Просто я единственный пытаюсь тебя нормально кормить. - Ну ты мне нравишься не за это. - А за что? Но Шайн тогда привычно ушел от ответа, оставив мужчину дальше изнывать от любопытства. Ну... не то, чтобы Гай так уж изнывал. Но хотелось бы понять. Мужчина привычно затарился молоком, прихватил сметану и творог - он не терял надежды приучить Шайна питаться не только жидкостями. Дома царил бардак. В прямом смысле слова. По полу валялись железки, какие-то трубки. Гай насторожился, отставил молоко в сторону. Часть железок опознавалась как инструменты, причем инструменты самого Гая, который иногда на досуге мог что-нибудь пересобрать или припаять. А звякание и ругань доносились из системы жизнеобеспечения. Если верить слуху - бурчал и возмущался Шайн. Но Шайн? В пультовом блоке системы жизнеобеспечения? Разве что прятался от кого, но это не объясняет бардака в доме. И звяка. И вылетающих запчастей. - Шайн? - осторожно окликнул парня Гай. - Да твою ж мать! Тут вообще когда-нибудь систему чистили? Подай что-нибудь тяжелое! - Насколько тяжелое? - опешил Гай. - Ну, дай лом. - Зачем тебе лом? - воображение тут же нарисовало пошедшую вразнос систему, с разнесенной в хлам электроникой, и Шайна, радостно доламывающего еще работающие блоки ломом. - Мне надо стукнуть по креплениям, их заклинило. - Давай я лучше помогу? - Не пролезешь, тут узко и хрен развернешься, тем более - вдвоем. Гай подумал, протянул требуемое. В нише угрожающе грякнуло, грохотнуло, Шайн торжествующе запыхтел: - Пошла, зар-раза... - С тобой все нормально? Шайн прекратил шебуршаться, выглянул наружу: - Да, а что? - Я, наверное, головой треснулся. Блондином Аури сейчас мог назвать... да никто не мог. Парень был перемазан с ног до головы в темно-серой технической смазке, футболку заляпало антифризом, и сверху все это припорошило пылью и паутиной. - Все отлично... - Гай хихикнул. - Меня глючит, что ты перебираешь систему. - А что такого? - не понял Шайн. - Тебе вера не позволяет почистить жизнеобеспечение и смазать крепления, чтобы они не накрылись в один прекрасный момент от пыли и перепадов температуры? - Ты фотомодель, - жалобно объяснил Гай. - Ты красивый. Ты должен улыбаться и махать ресницами. Аури лучезарно улыбнулся и похлопал ресницами. Ресницы норовили прилипнуть к темно-серым пятнам, украшавшим физиономию Шайна, из-за чего эффект несколько смазался. Зато зубы сверкали как в рекламе отбеливающего импланта. - Ууу... Надо тебя мыть. Аури попытался вытереть щеку, испачкал ее еще больше. Скептически осмотрел ладони: - Не, я уже доделаю, чтобы два раза не мыться. А ты купил ванильный гель? - Купил. И ванильное мыло. - Гай, ты прелесть, - парень чмокнул его в щеку, оставив мазок техносмазки и снова завинтился в узкое пространство между стенок - курочить систему жизнеобеспечения дальше. Гай пошел соображать, как вернуть мир обратно с головы на ноги. В задумчивости выпил пакет молока, опомнился, когда попытался проделать то же самое с густой сметаной. Сплюнул, пошел покупать молоко снова - Шайна все равно нужно было кормить. А еще мыть. Гай вспомнил полосато-серое чудовище, в которое превратился Аури, хмыкнул. Видели бы его сейчас репортеры! Молока Гай купил аж три пакета. И набрал еще всякой всячины - если мир вверх тормашками, может, Шайн изменит своей тяге к коньяку? - А коньяк принес? - Нет. Спиртное вредно. - А молока? - Молока - хоть залейся. Но сначала купаться. Что ты там хоть ковырял, что весь перемазался? Шайн ответил. Гай сглотнул - переборка всей системы даже ему была б непосильным квестом. - Но зачем? В смысле, почему сам? - судя по тому, что все работало, и даже роботы-уборщики засуетились сами, Аури не только ничего не сломал, но даже и что-то наладил. - Ну, мне было скучно. Гай снова потряс головой, пытаясь уложить в ней происходящее. - Вот уж не подумал бы, что ты умеешь налаживать жизнеобеспеч. - Я все умею, - отозвался модель. - И где только научился... А воду к новой разводке не подключал? - Гай сообразил, что утром сам оставил панель контрольного блока открытой, потому как чуть не опоздал на работу. - Подключал. - Ага... Ну, тогда будет тебе радость. Или ты уже раскусил сюрприз? - Нет еще, а что не так? Все нормально встало вроде. Гай хмыкнул: - Надо же, и правда не добрался. Это отводка к ванной, душ-то я ставил на скорую руку... вчера вот как раз сантехнику привезли и установили, оставалось только воду подключить. - Ооо, - обрадовался Шайн. - Так что буду тебя притапливать и отмачивать. Шайн кинулся ему на шею. Гай чихнул: - Так, чую, отмачиваться будем вместе... Ты чего волосы ничем не покрыл? - А не поду-умал. Шайн привычно болтал ногами, заставляя Гая в который раз мысленно изумиться силе рук и цепкости модели - и ведь по Аури не скажешь, что ему тяжело болтаться на весу. Отмачивался модель долго и упорно. Если с кожи техносмазка успешно удалялась жесткой губкой, то вымазанные в ней волосы больше напоминали жесткую мочалку, чем привычное струящееся великолепие. Пришлось удалять ее проверенным способом - поливая волосы спецсоставом. - Облысеешь - будешь знать. - А я ушел из модельного бизнеса, - показал ему язык Шайн. - И теперь можно себя уродовать? - Ну, теперь за это не грозит неустойка длиной как телефонный номер, - Аури нырнул, промывая волосы. Состав смыл все с третьего раза. Шайн подергал прядку почти обесцветившихся волос, вздохнул: - Ты же меня не бросишь, если я облезу? - Конечно же нет. Аури растроганно шмыгнул носом. - Но это вовсе не означает, что надо сразу же себя уродовать. - Ты все равно хороший, - нелогично, но очень серьезно заявил Шайн. Гай притопил его, смывая состав. Аури забулькал и неожиданно дернул мужчину на себя, опрокидывая его в ванну, благо, та была достаточно большая. Гай сразу же его облапал. Шайн был мокрый, скользкий и напрочь пропахший своей любимой ванилью. И соблазнительный донельзя. Гай перетянул его к себе на колени, вдумчиво поцеловал. - Я такой счастливый, - заявил Шайн. - Ты меня не бросишь. - Логика у тебя точно как у блондинки, - хмыкнул Гай. Не то, чтобы они до сих пор не спали вместе - еще как спали и не только спали. Но чувство неопределенности никуда не девалось - Аури сам пришел, сам же и уйдет, если ему что-то треснет в голову. - Я и есть блондин. Гай фыркнул куда-то в шею парню: - А еще ты Шайн Аури и за тобой бегают толпы фанатов. - Но нужен мне только один ты. - Почему именно я? Шайн прижался к нему: - Потому что нужен. Гай вздохнул. Мысли опять уползали куда-то в сторону от ненужных вопросов, а руки так и норовили огладить тонкое тело. А на запах ванили уже вообще выработался условный рефлекс. - Потому что я тебя люблю, - объяснил Шайн. Гай порадовался, что сидит, хоть и в воде, иначе бы точно упал. - Меня явно где-то хорошо приложили по голове... Шайн, звезда ты моя негасимая, что с тобой случилось? - Да ничего, а почему ты меня не целуешь? - Потому что я в шоке, липучка. У меня сегодня день потрясений и разрушенных шаблонов. - А я умею печь пирожки. - Ик, - Гай поспешил поцеловать парня, пока тот не обрадовал его еще какими-нибудь умениями, вроде управления космолетом или стрельбы из снайперской винтовки. Что потом делать с таким совершенством? Шайн в поцелуй прямо-таки заурчал, полез руками под мокрые шорты - мыл его Гай все-таки не голяком. - Хочу секса! - А как же молоко? Ванильное. - Ты вкуснее, - проурчал Шайн. Гай на секунду прикрыл глаза, стараясь справиться с неожиданной вспышкой умиления. - Любимая липучка. Руки Шайна уже активно намекали, что шорты пора снимать. Мокрая тряпка липла к телу и сниматься отказывалась. - Гай, сними эту тряпку, она мне мешает. - Шорты верности, - хохочет мужчина, пытаясь выпутаться из одежды. - Но верен-то ты мне? - Разумеется. Куда же я от тебя, - Гай, наконец, справился с шортами и нажал на кнопку, запуская слив грязной воды. Шайн потянул его за собой: - Хочу сделать это в спальне. - А зачем тогда меня топил? - улыбается Гай. - Ну ты так забавно дергался. - А, так это месть за фонтаны? - мужчина привычно подхватил Шайна на руки. - Именно, зачем ты меня в них топил? - Шайн укусил его в шею, нежно и легко. - Спасал от реанимации милую блондинку. Шайн снова его укусил. - Да хоть кровь выпей, главное, чтобы не коньяк, - Гай слегка сжал руки. - Я больше не сижу на коньячной диете. - Перешел на кровушку? - поддразнил Аури мужчина. - Именно. Я вампи-ир, бойся меня! - Такую прелесть и бояться? Липучка, ты требуешь невозможного! - Гай добрался до кровати, упал, укладывая Шайна сверху. Шайн сразу же приступил к активному кусанию и облизыванию добычи. Добыча явно была таким обращением довольна, еще и подставляла шею под зубы. - Мое, грррр. Гай перекатился, подминая под себя парня, приник губами к изящной шее: - А не боишься? - Чего именно? - А вот решу, что ты тоже только мой, и буду бить морды всем, кто станет облизывать тебя взглядом. - А я и так только твой. - Да? - Гай уже вовсю ласкал свою липучку. Шайн стонами и криками подтверждал, что да, его и только его. Для Аури вопроса "почему Гай" не стояло вообще - долгая карьера модели научила чуять людей похлеще профессионального сыщика. Поэтому он и прицепился к Гаю тогда - не хотел упускать такого уникума. Ну, и просто понравился, да... А то, что он всякую чушь думает... ну, бывает, что уж. Разуверим. Гай конкретно сейчас всякую чушь не думал - у него вообще все мысли разбежались. Потому что Шайн... Ну... Шайн же, вот. Весь такой тонкий, звонкий и желанный до звона в ушах. И любимый. И любящий. Сейчас Гай в этом совершенно не сомневался - за Шайном не водилось привычки врать, если он не хотел говорить, то просто отмалчивался и уходил от темы. И так хорошо внутри, значит, правда любит. Мужчина поцеловал свою липучку - нежно-нежно, пытаясь поделиться этим щемящим чувством в груди. Шайн облизал ему губы. Гай поймал зубами кончик юркого языка, слегка прикусил. - Мммм? Гай разжал зубы, сместился чуть выше, целуя Шайна за ухом и проводя языком по нежной коже. - Ты такой... - Восхитительный? - И это тоже, - согласился Гай. - Любимый? - Да-а... - А еще? Какой? - Ласковый... красивый... офигенный... - каждое слово сопровождалось поцелуем или мягким толчком внутрь горячего тела. Этот секс не был похож ни на один другой. Гай словно отпустил себя, перестал бояться оставить синяк или засос, но при этом топил Шайна в нежности. Кончил Аури со смешным взвякиванием. И потом еще несколько минут приходил в себя. - М-м-м... ты так завелся от вида меня в пыли и смазке? - Ну что-то вроде. Но не повторяй это, облысеешь же. - Что б еще пересобрать? - задался вопросом Шайн. - Ничего, - Гай пригреб его к себе. - Но у тебя было такое лицо сегодня, - мечтательно улыбнулся парень, закидывая на Гая руку и ногу. - Какое? Шайн хихикнул ему куда-то в шею: - Будто твой мелкий котенок прижал к стене матерого рецидивиста и сторожил до твоего возвращения с работы. - Ну, чувства были примерно такие. - Правда? Я что, действительно произвожу впечатление человека, который умеет только улыбаться и хлопать ресницами? - Еще сбивать светофоры, - педантично поправил Гай. - Но я более талантлив. - Не сомневаюсь. Ты, часом, из снайперки стрелять не умеешь? Шайн расхохотался: - Нет. - Ура. Кстати, а молоко ты любишь как котенок. - Я не буду никого задерживать, клянусь. Гай фыркнул, не удержав смешок: - Правильно, липнуть ты можешь только ко мне, остальные обойдутся. Шайн захохотал, обнимая его: - Правильно. Но уж от тебя я вообще никогда не отлипну, учти это. - Согласен хоть на шее носить вместо галстука, - Гай окончательно захапал свою липучку, словно проверяя, приклеится тот полностью или нет. Не приклеился, но отпускать не собирался - это уж точно. - Моя любимая липучка, - Гай чмокнул его в макушку. - Да почему липучка-то? - Потому что цепкий очень. - А разве это плохо? - Это замечательно, Шайн, - Гай обнял его еще крепче. - А ты правда меня любишь, Гай? А за что? Мужчина пожал плечами: - Я тебя просто люблю. Шайн счастливо разулыбался. У него еще никогда не было - чтобы так, чтобы хотелось лежать головой на чьей-то груди и слушать удары сердца. И перебирать пальцами по плечу любовника. И еще никто не покупал ему молоко и ванильное мыло просто для того, чтобы сделать приятное, а не для какой-то своей выгоды. И любить до Гая ему тоже никого не хотелось. - А давай завтра встретимся у светофора? - Что, как обычно? - Ну, я могу просто рядом с ним припарковаться, - слегка смутился Шайн. - Хорошо, давай встретимся у светофора. Шайн с улыбкой обнял мужчину, слегка царапнул загорелую кожу ноготками. Впору считать тот самый светофор своим талисманом. И надо обязательно в него врезаться, флаер еще целый. В конце концов, зачем нарушать такую замечательную традицию?