Первый месяц семейной жизни
9 августа 2015 г., 01:08
Хаширама успешно сдерживал свое обещание и проводил с другом времени даже больше чем раньше. Нельзя сказать, что Мадара был этому безумно рад. Но, разве Хашираму волнует всего-навсего какое-то недовольство главы клана Учиха? Конечно, нет. А самое главное, от Первого Хокаге было абсолютно невозможно спрятаться. Мадара даже пару раз пытался прикинуться безнадежно больным, но тогда внимание друга к его скромной персоне только возрастало, и Хаширама вытаскивал его на разного рода «лечебные прогулки» — горячие источники, причем желательно в другую страну.
— Сенджу, только честно, ты ко мне так часто из дома сбегаешь, потому что привыкнуть к семейной жизни не можешь, или бойкая Мито тебя уже затрахать успела? — задал интересующий его уже две с половиной недели вопрос Мадара. Мужчины сидели за столиком в баре, давно облюбованном ими, играли в карты и пили. Лучшего времени, чтобы развести друга на разговор Учиха и придумать не мог.
— Вот чего ты сразу начинаешь? Я же не возмущаюсь, что ты уже третьего козырного туза из колоды вытаскиваешь, — улыбнулся Сенджу и налил им обоим еще по рюмке саке.
— Вот где справедливость, ты опять напьешься, а когда я притащу твое тело домой, как верный друг, твоя бешеная баба будет орать на меня, а не на тебя. Видите ли, я на тебя плохо влияю, — Мадара, казалось бы, проигнорировал замечание о мухлеже в картах, но вытянутую карту «из колоды» сбросил под стол.
— Во-первых, не бешеная баба, а моя жена. А во-вторых, она права, ты плохо на меня влияешь. Вот сколько я опять тебе проиграл?
— Подкаблучник, — тяжело вздохнув, вынес свой вердикт Учиха.
— Что? — действительно не расслышал Хаширама.
— Рад, говорю, за ваше счастье. Еще саке? Раз уж влиять на тебя плохо, то влиять.
Мадара, хоть и отрицал это, прекрасно понимал друга. Они оба росли в то время, когда жить с семьями особо не получалось. Одна сплошная война — вот что они видели большую часть своей жизни. Это не могло не сказаться на характере обоих. Хаширама каждый день в красках описывал, какая у него прекрасная жена и как он ее любит, но тем не менее каждый день он сбегал от нее к Мадаре. Он действительно любил Мито, просто, ему нужно было время, чтобы привыкнуть к размеренному семейному быту, на который он сам уже решился.
Дело было под утро. Двое мужчин направлялись к дому Сенджу. Хаширама, удерживаясь за Мадару, пытался идти уверенным шагом главы Конохи. А его почти верный помощник в почти всех его начинаниях шел менее уверенно и пошатываясь из стороны в сторону. И в принципе, они бы даже нормально дошли, но Хаширама решил, что в нем пропадает гениальный певец, и он затянул песню, решив тем самым перебудить половину деревни. Ну, половину деревни он, может, и не разбудил, а вот жена на эти завывания и ругань Учиха вышла на крыльцо встречать загулявшегося муженька.
— Мито! Моя прекрасная жена меня встречает, — увидев жену, покручивающую в руке сковородку, Хокаге тут же протрезвел. И вывернувшись, подхватил Учиху так, как будти это он тащил его всю дорогу.
— А мой любимый муженек опять меня бросил и пошел накидаться с другом?
— Ты же понимаешь, я не могу бросить Мадару одного, ему нужна моя помощь…
— То есть, под таким предлогом ты сваливаешь от жены? — Учиха воспользовался возможностью вставить слово, о чем тут же пожалел. От Хаширамы тут же прилетел ощутимый толчок в бок и осуждающий взгляд.
— Не сваливаю, а ухожу к лучшему другу, чтобы поддержать его и помочь скрасить его одиночество, в котором он сам же виноват! — выкручивался Хаширама, и, черт возьми, он действительно начинал верить своим словам.
— А ты меня спросил? Может, я не сильно и нуждаюсь в твоей помощи, — Учихе никогда не нравилось, когда его начинали жалеть или высказывать снисходительность. Он, мать вашу, Учиха Мадара и в подобном не нуждается.
— Ему что-то надо у нас? — Мито явно не понравился ответ, навязанного ей, друга семьи, и сейчас она окидывала его презрительным взглядом, что в свою очередь не слабо зацепило Мадару.
— Понимаешь, такое дело… Как он домой сейчас пойдет? Может, он останется у нас?
— Нет, — пожала плечами Мито.
— Он останется у нас, — Хаширама в упор посмотрел на жену.
— Ему что-то надо у нас? — не сдавалась девушка.
— Не твое дело, — пытался строить грозного мужа Хаширама.
— Как раз-таки мое! Сколько?
— Что сколько? — не понял Первый.
— Сколько ты ему проиграл. Нет, я не хочу знать сумму, — отрицательно помахала все еще сжатой в руке сковородкой, — сколько ты ему еще должен?
— Принеси мои часы, да, те самые, которые я забыл в спальне, — Сенджу выглядел уязвленным, из-за того, что молодая жена так прохладно относилась к его пагубной привычке. Он бы понял, если бы она его ругала за постоянные проигрыши в карты, но она только одаривала его холодным взглядом и шла опустошать семейный бюджет, выплачивая очередной его должок.
— Вот, — вскоре Мито снова появилась на пороге, протягивая Мадаре часы. — А теперь ты можешь проваливать. Хаширама, заходи в дом, — удивительно, но Сенджу даже не возмущался, когда он зашел в дом, Мито закрыла за ним дверь и сложила руки на груди, обращаясь к Учихе.
— Я бы на твоем месте больше ценила такое внимание друга. Не нуждаешься в помощи? Отлично, мне ты тоже не особо нравишься. Я знаю тебя совсем плохо, но нашей с Хаширамой семье ты не сможешь сделать ничего хорошего. А так уж сложилось, что я за свою семью и любимого человека горы сверну, благо силой я не обделена. Думаю, ты понял, к чему я клоню.
— Не надо мне угрожать, девочка. Ты права, ты совсем меня не знаешь и не знаешь, на что я способен.
— Боюсь-боюсь, — Мито неожиданно как-то совсем по-детски показала язык, — И в конце концов, к кому Хаширама сейчас больше прислушивается?
— До свидания, «приятно» было пообщаться, — скривил губы в вымученной улыбке шиноби, и, развернувшись, направился прочь. Через несколько секунд он услышал, как с силой захлопывается дверь за его спиной.
POV Мадара
Чертов Хаширама, таким образом, он точно вскоре станет подкаблучником. Наверно, именно такая жена ему и нужна, может хоть этой проблемной из клана Узумаки удастся его остепенить, ну, или заставить повзрослеть. Хотя… нет, тогда он уже не будет Хаширамой Сенджу, он легче совсем переедет ко мне, играя в прятки с женой, но не изменится. Но с какой радости эта девчонка позволяет себе так со мной разговаривать? Ладно, она на третьей неделе семейной жизни строит своего благоверного, а я-то тут причем? Перевоспитывай своего мужа, а ко мне какие претензии могут быть? Чертов Хаширама, после свадьбы проблем от тебя стало ровно в два раза больше. Тем временем за обдумыванием последних произошедших событий я уже дошел до своего дома. Со дня свадьбы Мито и Хаширамы прошел месяц, небо снова освящала смеющаяся полная луна, а значит пытаться уснуть даже нет смысла. Прохожу через веранду на террасу. А вот и мое излюбленное место в эти дни. Сажусь на пол, прислоняюсь спиной к стене. — Ну, здравствуй, подруга. О ком сегодня ты мне напомнишь? — ну да, а почему бы мне не поговорить со своей шизофренией? Обращаюсь к луне, дожил… Изуна. Да, именно мой глупый, младший брат, именно с тобой я хотел бы поговорить сейчас. Я всегда называл тебя глупым, но именно ты давал мне одни из самых умных советов, хоть и был самым младшим. Что бы ты сказал мне сегодня? Прикрываю глаза и пытаюсь представить твой облик. — Признай, что бы ты не думал сейчас о Мито, она тебя зацепила, — раздается в голове голос младшего брата. — Я не за этим о тебе вспоминал, — раздраженно бросаю ему в ответ. — А знаешь, что именно тебя в ней сегодня заинтересовало? Ее непокорность, бесстрашие. Как она сказала, «Ради любимого горы сверну»? Ты не мог остаться к этому равнодушным, я знаю настоящего тебя. Она не боится тебя, Мадара. И не потому, что за стеной позади нее сидит ее муж — твой друг, который не даст в обиду свою любимую, она просто не признает такое чувство, как страх. — Хватит! Не заставляй меня думать, что я зря сказал, что не считал тебя глупым. То, что ты сейчас говоришь — полный бред. Какое мне вообще до нее дело? — Действительно, какое тебе до нее дело, ты ведь так много думаешь абсолютно обо всех девушках… — Иди ко всем чертям! — на сегодня хватит. Проклятая луна! Пойду в дом, эти ночные посиделки явно плохо на меня влияют. Надо пытаться уснуть. Нет. Спать нельзя, уже проходили. Потренироваться в тайджуцу? Почему бы и нет. Где? Например, на этой стене. Она же не несущая? Снова и снова ударяю по стене, пытаюсь сдерживать силу, чтобы невзначай не снести полдома. Голос Изуны в голове затих, уже хорошо. — Я — Учиха Мадара! И никто не имеет надо мной власти. НИКТО! Ни Хаширама, ни Мито, ни эта треклятая луна! — снова удар по стене, не рассчитываю силу и только плотнее сжимаю зубы.
