План провалился!

Марисса оглядывала завораживающий пейзаж, горы, и вдыхала потрясающий воздух. Девушка чувствовала себя как никогда свободной и счастливой. На её лице играл задорный румянец, глаза сияли, тело было будто невесомым, а бабочки внизу живота уже который день не переставали порхать. Они с Пабло в Мачу-Пикчу уже третий день, но только сейчас сумели вырваться из-под надзора Мичи. Бессердечные детки накормили надзирательницу пирожными с лошадиной дозой снотворного, и, наконец, выбрались с палаткой на свежий воздух, оставив Монике записку. Эгоистичные влюблённые детишки даже не подумали о том, что будет с несчастной проводницей, когда она проснётся и поймёт, что дети смылись невесть куда без мобильных телефонов. Впрочем, это мало волновало парочку, и свой эгоизм они оправдывали вполне справедливыми причинами. Моника не отходила от голубков все три дня, номера в отеле у Пабло с Мариссой, конечно же, были разные, а ещё Мичи ни в какую не хотела отпускать их в поход одних без сопровождения. Моника настаивала на совместном походе и двух палатках. Почему двух? Элементарно, Ватсон! Если у каждого палатка будет своя, то мэрское отродие, воспользовавшись здоровым сном надзирательницы, рано или поздно всё-таки проскочит во владения Марисситы и доберётся до её непорочного тельца. Одна палатка на троих тоже не вариант, а вот две палатки — в самый раз! В одной Пабло, в другой — Марисса и Мичи. И если, находясь в отдельной палатке, Мичи может упустить прокравшегося ночью Паблито к Мариссе, то, находясь рядом с последней, она точно учует, что под шатром находится кто-то лишний. В общем, Пабло с Мариссой это никак не устраивало, и они решили пойти на крайние меры. Хотя стоит признать, что даже под пристальным взглядом Мичи эти три дня они провели очень даже неплохо. Погуляли по городу, посетили достопримечательности, повздорили в ресторане, посетители которого потом последовали их примеру и тоже стали шутливо кидаться друг в друга едой. Подурачились как дети на каких-то руинах, и впрочем, провели дни вполне весело. Но, как известно, цель приезда парочки — это побыть наедине вдали от шума и людей, что они собственно и осуществили. Марисса, улыбаясь, смотрела вдаль и понимала, что именно этот день, данный момент и данная секунда — самые счастливые в её жизни. А когда она услышала родной голос, который возвещал, что всё готово, то убедилась в этом ещё больше, и счастье захлестнуло её. Рыжая обернулась и фыркнула: — Наконец-то! Ты всё-таки это сделал, Паблито. — Я всё могу, любовь моя. А поставить палатку — это для меня раз плюнуть. — Ага, ты три часа «плевал». Темнеет уже. — Милая, не будь так строга. В конце концов, я впервые это делаю. У многих с первого раза совсем ничего не получается. Рыжая двинулась к шатру, издевательски говоря: — Я в прошлом году делала это в первый раз, и у меня ушло двадцать минут. — Любимая, ты своими словами принижаешь мою уверенность в своей исключительности. Бестия, нагибаясь и заглядывая в палатку, прыснула со смеху и ответила: — Это давно пора сделать. Боооже, — оглядела Марисса «внутренности» палатки, — а бардак-то какой! Сумки, рюкзаки, бутылки с напитками валяются! — Ты женщина, уборка за тобой. — А ты действительно исключительный, Бустаманте. Исключительный гад! Прибраться, значит, не удосужился, а вот постелить мягкую перинку потрудился. Блондинчик улыбнулся и полез за ней. — К чёрту уборку, — прошептал он, поворачивая её лицом к себе, — давай лучше займёмся делом. — Каким? — прикинулась рыжая дурочкой, не понимающей, о чём идёт речь. — Ну, малыш, уже смеркается, пора готовиться ко сну, — хитро говорил белобрысый гормон, заваливая её на мягкие одеяла. Рыжая смущённо улыбнулась и запустила ему пальцы в волосы. Последовал жаркий поцелуй, кофточка бестии мгновенно оказалась где-то среди разбросанных рюкзаков. Парочка мычала что-то невразумительное, страстно и нетерпеливо срывая друг с друга одежду, и тем самым превращая первый раз, который должен быть нежным и романтичным, в типичные трахалки двух первобытных обезьян. Бестия резко приподнялась с желанием впиться в губы Пабло, но тот, видимо, тоже хотел поцеловать её, поэтому перестал жадно ласкать губами её живот и поднялся. Резкое движение Мариссы заставило их стукнуться лбами. Ребята, потирая лбы, посмотрели друг на друга и прыснули со смеху. — Ладно, ничего страшного, — сказал Пабло, — знаешь, как-то у нас быстро всё происходит. Малышка, давай не будем торопиться. Начнём с нежности, а не страсти. — Это ты на меня набросился! — Согласен, виноват. Вновь последовал поцелуй, блондинчик осторожно нащупал застёжку её лифчика и аккуратно расстегнул его. Парень не торопился его снимать, и просто ласково скользнул ладонями на чашечки её лифа. Марисса вздохнула, выгнулась, и вытянула руки у себя над головой. Её пальцы нащупали ткань какой-то сумки, а потом она почувствовала, что по её ладони что-то ползёт. Рыжая с визгом вскочила и при своём подскоке ударила Пабло лбом по переносице. — Тараканы, тараканы, муравьи! — прыгала на месте Мариссита, стряхивая с себя невидимых насекомых. — Детка, в чём дело? — спросил блондин, вставая и трогая переносицу, — ты была тут в прошлом году, неужели ты боишься насекомых? — Некоторые бывают очень кусачими! Пабло, — завертелась Марисса, придерживая спадающий лифчик, — посмотри-ка, никто по мне не ползает? Блондинчик оглядел любимую и уверенно ответил: — Нет. — Но я чувствовала, что кто-то ползёт по моей ладони! — Котёнок, успокойся. Скорее всего, это был безобидный маленький паучок, которого ты стряхнула и напугала своим визгом. Пауков ты не боишься, это я узнал на вечеринке в честь начала учебного года. — А вдруг это не паук, а какой-нибудь таракан мадагаскарский? — Ну, во-первых, мы не на Мадагаскаре, а во-вторых, упомянутые тараканы ещё более безобидны, чем маленькие паучки. — Да, зато от вида их в жуткую дрожь бросает. И эти чудовища обитают не только на родине, их давно завозят в разные страны. Пабло, точно на мне никого нет? — Клянусь, — блондин положил ей руки на талию и повернул к себе. — Успокойся, — прошептал он, — я не дам тебя в обиду ни одному членистоногому монстру. Рыжая улыбнулась, и всё понеслось сначала. Парочка приземлилась на перины, Пабло не спеша освободил девушку от лифчика и последовали будоражащие кровь ласки. Когда блондин добрался до её трусиков, рыжая на секунду распахнула веки, и её сердце ушло в пятки. Бестия приподнялась и испуганно зашептала: — Пабло, Пабло, там кто-то есть! — Где? — недовольно пробурчал блондин, прерывая приятные действия. — На улице! — Марисса, успокойся, там никого нет. — Но я видела тень! — шептала рыжая, — Пабло, а вдруг там маньяк какой-нибудь? — Дорогая, ты пересмотрела фильмов ужасов. — Может быть, но мне всё равно страшно! — Хорошо, хочешь, проверю? — Нет! — заплескался детский ужас в карих глазах девушки, — не выходи! — прижалась к нему рыжая. Блондинчик прыснул со смеху и спросил: — Боишься, что на меня нападёт какой-нибудь Джейсон? — Ну мало ли… — О, Боже! — тяжко вздохнул блондин и, решительно отстранившись от неё, вышел из палатки. На улице уже было темно, блондинчик стал обходить местность, шутливо крича о том, что все маньячуги огребут люлей от самого сына мэра, если ещё раз посмеют нарушить их любовное с Мариссой соитие. Бестия, выглядывая из палатки, закатывала глаза и хихикала. Когда рыжая была убеждена, что никаких Майклов Майерсов поблизости нет, начался дубль четыре. Всё шло, как по маслу. Марисса расплывалась от ласк блондина, а когда он стянул с неё трусики и ладонью накрыл её интимное место, бестия вдруг прервала поцелуй, отстранила парня от себя и спросила: — Пабло, а ты средства предохранения взял? Блондинчик задумался и чертыхнулся: — Чёрт! Забыл в номере! — Ты издеваешься, Бустаманте? — прошипела рыжая, — и что ты собираешься надеть на свой… — Марисса обернулась и запустила руку в один из открытых рюкзаков. — Слушай, — задумчиво протянула она, — а у нас целлофановые пакеты есть? Блондинчик вскинул брови, потом расхохотался так, что слышали, наверное, все туристы, находящиеся в ближайших местностях. — Чего ты ржёшь? — процедила бестия. — Милая, ты хочешь, чтобы я вместо презерватива использовал целлофановый пакет? — А что ты предлагаешь? — невозмутимо заявила рыжая, уперев руки в бока, — и хватит ржать! Пабло, ты ведь понимаешь, что без презерватива ничего не будет? Бустаманте, хорош ржать! — закипала Спиритто. Блондинчик с трудом успокоил смех, откашлялся, и нежно посмотрел на любимую: — Не нервничай, Марисса. — Ласково сказал он, — отсутствие средств защиты не так уж страшно. — Это почему? — прищурилась бестия. — Ну, — Пабло стал осторожно заваливать её на «любовное ложе», — потому… — любящим голосом говорил он, убирая с её лба волосы. — Потому, что ты очень красивая, — Марисса улыбнулась, а пальцы Пабло скользнули по её лицу, потом шее. — Я тоже очень красивый, — бестия закатила глаза и ощутила, как его пальцы нежно коснулись её соска. Девушка шумно выдохнула, а блондинчик завершил: — И у нас могли бы получиться очень красивые дети. Марисса залилась лёгким румянцем и буркнула: — Дурак ты, Бустаманте. Это не смешно. — А я и не смеюсь, — он навис над ней, опираясь локтями о пол, и прошептал, пронзая её взглядом: — Неужели ты не хочешь маленьких суперменчиков? — Можно подумать, ты хочешь, — бурчала рыжая, её сердце вдруг волнительно и быстро забилось. — Очень хочу. Только от тебя одной. Они будут такими же красивыми, капризными и мятежными, как мама, и здравомыслящими и обаятельными, как папа. Рыжая вслушивалась в его серьёзный голос, вглядывалась в мечтательное лицо, внимательно посмотрела ему в глаза и почувствовала, как сердце от радости готово выпрыгнуть из груди. При этом она испытала лёгкий страх, поэтому отвела взгляд и, вставая, дрожащим голосом сказала: — Юморист, блин! Пабло, — отстранила она его от себя, — я серьёзно. Я не стану делать это без презерватива. Блондинчик устало вздохнул, потом, укладывая её в изначальное положение, быстро заговорил: — Ладно, ладно, я пошутил насчёт забывчивости! На самом деле я взял средства защиты. — Не моргнув глазом, соврал блондинистый гадёныш. — Правда? Покажи! — потребовала рыжая. — Солнышко, мы любовью будем заниматься или презики разглядывать? Может, тебе ещё продемонстрировать, как я его надеваю? — Не стоит! — взмахнула рукой бестия, — ладно, ты прав. Мы и так столько времени потеряли, не хватало его ещё на пустяки тратить. Я тебе верю! Дубль пять. И снова провал! На этот раз причиной стала пластиковая бутылка с соком, на которую Пабло умудрился так сильно нажать рукой, что плохо закрученная пробка вылетела, жидкость прыснула прямо на «постель», а рыжая от трещащего звука ёмкости дёрнулась всем телом и попала коленкой прямо блондинчику в пах. — Ой, прости! — Ничего, — морщился Бустаманте, — скомканное одеяло смягчило твой удар. Рыжая плюхнула голову на подушку и, закрыв руками лицо, страдально промычала. — У нас ничего не получается! — хныкала бестия. — Почему??? — вопрошала Марисса, — это, небось, Мичи проснулась, обнаружила наше отсутствие и составила какой-нибудь заговор! Пабло лёг сбоку от неё, сместил её руки с её же лица, и нежно сказал: — Ну не огорчайся ты так. Всё ещё получится. У нас впереди ещё чуть более полутора недель. Да что там недель! У нас впереди вся жизнь, — ласково улыбнулся он, глядя на неё любящим взглядом. Рыжая мягко улыбнулась в ответ, а блондин осведомился: — Я так понимаю, попыток больше делать не стоит? Ляжем спать? — бестия кивнула, а Пабло, помявшись, добавил: — Только давай сменим постельное бельё, а то мне мокро. — Давай, — ответила рыжая, поднимаясь, — мне ещё в пижаму переодеться надо. В процессе смены белья и переодевания, парочка умудрилась даже слегка прибраться. Когда все и вся были готовы, Пабло выключил светильник и обнял сзади любовь всей своей жизни. Марисса не знала, сколько времени она не могла уснуть, но прекрасно знала, почему. В итоге она не выдержала и, слегка повернув голову, шёпотом позвала: — Пабло? — Ммм? — А то, что ты про детей говорил, ты ведь не всерьёз, правда? — Марисса, ну кто же шутит такими вещами? — сонным голосом проговорил блондин. — То есть, ты намекаешь на то, что серьёзно готов и хочешь иметь от меня детей? — Я не намекаю, а прямо говорю. Да. Готов и хочу. И даже не надейся, что я когда-нибудь откажусь от своих слов! Спокойной ночи, кошечка. Бестия пожелала ему спокойной ночи в ответ, отвернулась и, довольно улыбаясь, закрыла глаза. Через пару секунд Марисса погрузилась в страну Морфея, она так и заснула со сладкой улыбкой на лице.

*****

Пабло открыл глаза и тут же наткнулся взглядом на рыжую макушку. Блондинчик улыбнулся, аккуратно зарылся лицом в волосы Мариссы и вдохнул любимый аромат. Спустя пару минут его лицо уже утыкалось ей в шею, запах её тела кружил голову всё сильнее, а контролировать свои действия становилась всё сложнее. Марисса проснулась от настойчивых поглаживаний по телу и нежных касаний. Она прищурилась от яркого солнечного света, который проникал внутрь сквозь ткань палатки, и медленно засунула руку под свой топик. Девушка положила свою ладонь на руку Пабло, которая находилась на её груди, и слегка сжала её. Блондин понял, что Марисса проснулась, он слегка приподнялся и шумно выдохнул. Рыжая повернула голову и встретилась взглядом с синими, сводящими с ума красивыми глазами. Слов не требовалось — в данный момент они были лишними. Блондин нежно коснулся своими губами её губ, и незамедлительно получил ответ. Марисса повернулась полностью, и оказалась лежащей под ним. Поцелуй становился горячим, нетерпеливым, жадным. Ловкие руки блондинчика быстро обнажили стройное тело девушки, а губы и язык стали ласкать каждый его участок. Марисса утопала в удовольствии под его ласками, выгибалась навстречу и томно вздыхала. Пабло развёл её ноги, нежно провёл по ним руками, а рыжая почувствовала, как его губы коснулись самого её нежного места. Бестия напряглась, слегка сдвинула ноги, ощутила, как лицо запылало от стыдливого румянца и, прикрывая обеими руками своё интимное место, дрожащим голосом спросила: — Пабло, что ты делаешь? Блондинчик взглянул на неё и от такого растерянного, детского и стыдливого взгляда девушки поплыл ещё конкретнее. Сын мэра подавил желание заорать на весь мир о том, насколько безумно и сильно он влюблён, и прошептал, убирая её руки: — Расслабься, Марисса, тебе понравится. Рыжая задрожала, но руки покорно убрала и медленно откинула голову на подушку. От первых манипуляций Пабло языком, Марисса довольно промурлыкала, от последующих — сладко и шумно вздыхала, потом расслабилась окончательно, стыд испарился, будто и не было, с губ сорвался тихий стон, девушка резко приподняла бёдра навстречу ласкам, а рвущиеся из груди звуки стало невозможно контролировать. Наконец Марисса почувствовала внизу живота приятный взрыв, голова закружилась, перед глазами замелькали разноцветные искорки, она ощутила, что её интимное место теперь было не влажным, а мокрым. Пабло показалось, что сладость её разлетающихся стонов можно ощутить даже на вкус. Блондин перестал её ласкать, а Марисса никак не могла унять вырывающиеся звуки от неизведанных ранее ощущений. Паблито этим быстро воспользовался, он подтянулся к ней, слегка её приподнял и проговорил: — Марисса, обними меня. Рыжая обвила руками его шею, а блондин сцепил её ноги на своём поясе: — Крепче! Девушка послушно обняла его руками и ногами, и Пабло нежно прошептал: — Малышка, сейчас будет немного больно. Поскольку рыжая не отошла от недавнего кайфа, то шёпот его расслышала глухо, и смогла лишь в очередной раз сладко вздохнуть, а Пабло впился в её губы и резко вошёл. Крик девушки, смешанный с болью и удовольствием утонул у него во рту, и он почувствовал металлический привкус на губах — Марисса от переизбытка разнообразных ощущений и чувств укусила его, от чего на губе сыночка мэра выступила кровь. Девушка издавала краткие мычания, морщась от лёгкой боли, а блондинчик ласково прошептал: — Чччч, это скоро пройдёт. Тебе будет хорошо, поверь мне, малышка. Марисса открыла глаза и взглядом дала понять, что верит. А почему бы и нет? Недавно ведь не обманул! Блондин улыбнулся и стал плавно двигаться. Боль девушки с каждым его движением улетучивалась, и она познавала очередные новые ощущения, которые приносили величайшее удовольствие. Снова стали раздаваться сладкие стоны, теперь уже со стороны обоих. Страсть нарастала, движения набирали темп, скорость, энергию. Тела переплетались, позиции менялись, жарко стало даже за пределами шатра, а лучики солнца всё настойчивее пробивались сквозь плотную ткань палатки. В этих лучах красиво мерцали микроскопические пылинки, напоминающие блёстки, и всё это было похоже на какое-то волшебство. Пик наслаждения был достигнут одновременно, Марисса снова ощутила миллионы фейерверков внизу живота, но на этот раз ещё более восторженные, приятные и живые. Девушка, закинув голову, издала протяжный финальный стон и сильнее сжала пальцы на спине парня. Звуки стали стихать, Марисса уткнулась лицом в его шею, а Пабло сквозь частое дыхание прошептал, крепче обнимая её: — Моя девочка… Рыжая довольно улыбнулась, еле слышно промычала что-то согласное и закрыла глаза, вдыхая запах его тела. Да! Теперь действительно его.

*****

Два дня прошли как в раю, а на третий явилась группа спасателей во главе с Мичи. Толстушка всё-таки нашла выход и заставила несчастную бригаду парней, призванных вытаскивать людей из бедовых ситуаций, прошерстить все местности, где обитают туристы. Никакие оправдания и доводы на Монику не действовали. Мичи настаивала на совместном времяпровождении с палатками, и ребята предпочли вернуться в отель, поскольку перспектива находиться в обществе толстушки и спать в отдельных палатках — их не устраивала. Мариссу больше всего не устраивала участь спать вместе с Моникой, поскольку последняя довольно громко храпит. В отеле детки ещё часа полтора спорили с надзирательницей, и все в итоге пришли к долгожданному консенсусу: Мичи больше не будет ходить по пятам за сладкой парочкой, а сладкая парочка в свою очередь не станет сбегать. Последующие дни внеплановых каникул потекли как в сказке, но всё хорошее когда-нибудь кончается. Марисса проснулась, улыбнулась солнышку, и как всегда сладенько потянулась, думая о том, как же хороша жизнь и можно ли быть более счастливой, чем она. Немного поразмыслив, девушка твёрдо решила, что счастливее её никого на свете нет, и улыбнулась ещё довольнее. Настроение было прешикарное и его даже не испортило воспоминание о том, что завтра им возвращаться в Аргентину. Рыжая встала и поплелась в ванную. Марисса подошла к двери санузла, располагающегося в её номере, и слух уловил лёгкую музыку. Рыжая слегка нахмурилась, открыла дверь, и её взору предстал Пабло Бустаманте, лежащий в большой пенной ванне. — Пабло, что ты здесь делаешь? — возмутилась Марисса, подходя к ванной. — Тебя жду, — пропел блондинчик. — Придурок! А где Мичи? — Прощается со своим брутальным перуанцем. Ну с тем, из бригады спасателей, которого она подцепила. Забудь о ней, детка, мы ей давно до лампочки. Присоединишься ко мне? — С удовольствием, — томным голосочком проговорила рыжая и стала стягивать с себя маечку. — Постой, подожди, — вдруг стал серьёзным голос Пабло, — сначала я должен тебе кое в чём признаться. Марисса натянула задранный пижамный топ, внутрь почему-то закралась тревога, и она вопросительно посмотрела на любимого. — Присядь, — рыжая присела на край ванны, тревога нарастала, а Пабло принял сидячее положение и взял её руки в свои. — Мы договорились не лгать друг другу даже по мелочам, поэтому я просто не могу больше об этом молчать. Марисса с лёгким страхом смотрела на него, слегка сдвинув брови, потом вдруг её глаза стрельнули гневом, а её ладони в его руках стали сжиматься в кулачки. — Ты что, скотина бустаманская, — процедила она, — склеил какую-нибудь местную кобылу? — Нет-нет, — быстро заговорил Пабло, — когда бы я успел, я же всё время был с тобой! К тому же, мне кроме тебя никто не нужен, когда ты уже это поймёшь? — обиженно вопросил блондинчик. Марисса слегка расслабилась, её взгляд стал мягким, кулаки разжались, а голос Пабло стал тише. — Марисса, — он сглотнул и продолжил. — В тот день в палатке… Я тебя обманул… — бестия непонимающе нахмурилась, голос блондина становился виноватым, — обманул, когда сказал, что на самом деле взял средства защиты. Ну и понимаешь ведь, что произошло потом, утром… Шоколадные глазки стали медленно округляться, а Пабло уже увереннее продолжил: — Я решил тебе всё рассказать, чтобы ты потом не удивлялась, когда у тебя вдруг случится задержка. Прости меня, Марисса. Голова девушки слегка закружилась от такой информации и совершенно не соображала. Она дрожащим голосом, сбиваясь, проговорила: — Ну ладно… может всё обойдётся… вроде с первого раза редко, кто беременеет… — Ээээ, — замялся блондинчик, — вообще-то в последующие наши разы я тоже не пользовался презервативами, поэтому и упомянул о твоей возможной задержке. Если бы Марисса не была юной девушкой с крепкой сердечной системой, то её явно бы хватил инфаркт. Но, к счастью, сердечко рыженькой работало отлично, поэтому её просто заколотило, а голос пропал. Пабло тем временем придвинулся к ней ещё ближе, ещё крепче сжал её ладони, и успокаивающим голосом заговорил: — Малышка, ты главное, не паникуй. Знай, что я всегда буду с тобой, никогда и ни за что тебя не брошу! И пусть мы будем слишком юными родителями, наш ребёнок всё равно будет тонуть в заботе и любви своих мамы и папы, а мы с тобой будем очень счастливы! Рыжая повела зрачками, перестала трястись и, глядя прямо белобрысому недоразумению в глаза, отчеканила: — У моего ребёнка не будет отца. — Чего? — стал холодным голос блондина. — Я ему скажу, что его папаша утонул, — спокойно пожала плечами Марисса. — Это почему? — окончательно растерялся блондинчик. — Потому что я тебя утоплю, дебил! — процедила бестия, и не успел Паблито опомниться, как её руки сжались на его шее, и он полностью погрузился под воду. Спустя несколько секунд блондинчик сумел вынырнуть. Он, улыбаясь, схватил воздух, и потянул рыжую за собой. Марисса прямо в пижаме упала в пенную ванну, и шутливое утопление сыночка мэра перешло в игривую борьбу. С полки упал открытый флакон прямо в ванную, жидкость из него стала вытекать, и пены становилось всё больше. — Дегенерат! — кричала бестия, пытаясь набить рот блондинчика пеной, — семяизвергатель недошенный! Мне ведь всего пятнадцать! — Кошечка, — отплёвывался блондин от мыльных пузырей, забивших его нос и рот, — по моим подсчётам, когда ты родишь, тебе будет шестнадцать! — Ненавижу тебя! — Детка, ты будешь юной и самой красивой мамой! — А ты будешь самым мёртвым папой! Борьба продолжалась, ванная комната заполнялась радостным и счастливым смехом парочки, а жидкость, вытекающая из флакона и неизвестно из чего состоящая — производила пены всё больше. Мыльный состав стал летать по помещению и напоминать те места, в коих проходят пенные вечеринки. Спустя четверть часа борьбы, Марисса немного утомилась и ослабила хватку своих рук под водой. Блондинчик в очередной раз вынырнул, втянул воздух и провёл обеими руками по мокрым волосам, зачёсывая их назад. Настолько захватывающее зрелище, что сердце рыженькой бешено забилось, она ощутила безумное желание от души отыметь сыночка мэра. Пабло слегка встряхнул головой, мокрая прядь волос выбилась и упала ему на лоб, он стал ещё красивее и это жутко взбесило рыжую. Она мысленно простонала, думая о том, каким красивым был бы их сын. — Солнышко, — сказал блондин, глядя на неё сияющими счастьем глазами, — не нервничай ты так. Дети — цветы жизни. К тому же это гарантия, что ты меня никогда не бросишь. — Наличие детей в наше время — уже ни для кого не гарантия. — Но не для меня. Если ты меня бросишь, ребёнка я заберу себе, а поскольку ты не сможешь жить без плода нашей любви, тебе придётся ко мне вернуться. Марисса возмущённо открыла рот, захватала ртом воздух, потом с негодованием заговорила: — То есть ты используешь нашего ребёнка в попытке вернуть меня? Неужели ты так поступишь? Блондинчик изобразил на лице виноватость, театрально задумался, потом вновь взглянул на любимую и невозмутимо кивнул головой: — Да, это по мне. Бестия скрипнула зубами и прошипела: — Я тебя точно прикончу! Комната вновь заполнилась игривыми визгами, плеском воды и радостным смехом, а пены стало неприлично много, и ребятам уже пришлось сквозь мыльные пузыри искать друг друга. Это им очень нравилось, поскольку искали они друг дружку на ощупь, а щупать друг друга они обожали. Пабло с Мариссой весело хохотали, бросаясь пеной, и понимали, что вот оно — настоящее счастье. Марисса иногда задумывалась над тем, что было бы, если она не подошла к нему в тот день с непристойным предложением или если бы показала всем смонтированное видео? Неизвестно, что было бы, но то, что их отношения сложились по-другому, причём далеко не так радужно, как сейчас — девушка была уверенна и впадала от этого в ужас. Будь благословенен тот день у парапета и всё, что с ним связанно! А ещё, пожалуй, не стоит больше ругать себя за свой вражеский язык, ведь именно он сыграл саму большую роль в этой истории. Истории, которая помогла им обоим понять, что они созданы друг для друга. Конечно, будут в их жизни и ссоры, обиды, расставания. Ведь не бывает сплошной белой полосы. Появятся в их жизни и хитрые люди, готовые на любую подлость, дабы разорвать безоблачное счастье парочки в клочья. Будут и ошибки со стороны обоих, благодаря этим людям… Но Пабло Бустаманте и Марисса Пиа Спиритто-Андраде стойко вынесут все тяготы, преграды, разочарование, боль, и сумеют удержать и сохранить свою любовь. Они, несомненно, будут вместе, просто потому, что такую любовь — ничем не сломить.