Сновидящий +41

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Shaman King

Основные персонажи:
Йо Асакура, Рен Тао (Лен), Хао Асакура (Зик)
Пэйринг:
Рен/Йо Хао/Йо
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Экшн (action)
Размер:
Мини, 16 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Йо мучают кошмары

Посвящение:
Посвящается моей худшей половинке К., которую я ненавижу.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Реальная техника сновидения очень сложная, поэтому здесь подан ее упрощенный и даже несколько вольный вариант, потому что читателю все те бесконечные нюансы нафиг не нужны (а если и нужны – читайте Карлоса Кастанеду… все 10 книг). Описание перемещений в сновидении очень грубое и напоминает передвижение между тенями в «Хрониках Амбера» Р. Желязны, но приблизительно оно так и выглядит
10 августа 2015, 00:36

«Шаман сейчас не в духе. И не в теле!»

Секретарша.(с)


1.
      Рен крепко прижимал к себе любимого. Йо метался со стороны в сторону, отбиваясь и стеная.
      - Да проснись же ты! Йо, просыпайся… Йо! – Тао отчаянно пытался вырвать парня из глубокого сна, - это просто кошмар, Йо, открой глаза!
      Шаман забормотал что-то невнятное во сне; его прошиб холодный пот, и он начал задыхаться.
      - ЙО! – Рен наотмашь залепил ему пощечину, - проснись!
      Китаец замахнулся снова, но в этот момент Асакура распахнул глаза, жадно глотая ртом воздух.
      - Рен,- выдохнул он, прижимаясь к Тао. Его била мелкая дрожь.
      - Все хорошо, это был просто сон... Кошмар, все хорошо, - как мантру повторял Рен, обнимая Йо и успокаивающе поглаживая его по волосам.
      Желтоглазый шаман поймал себя на мысли, что успокаивает он не только Асакуру, но и себя самого за компанию.
Эти кошмары начались у японца год назад. Сначала редко - раз в месяц, потом все чаще и сильнее. Теперь они снились Йо с завидной регулярностью пару раз в неделю.
      И как Рен ни пытался выяснить, что же так сильно мучает Асакуру, тот упорно отказывался разговаривать, заявляя, что ничего не помнит.
      Но он помнил.
      Тао понимал это, видя изменения в поведении своего любовника. Он стал более задумчив и замкнут, почти никогда не улыбался и днями пропадал в городских библиотеках.
      Рену даже удалось узнать, какие именно книги брал Йо: это были книги о магии и обрядах индейцев, о снах, о парапсихологии, психоэнергетике и даже физике… Причем это была не желтая пресса, не бульварное чтиво, а серьезные научные труды.
      Конечно, Тао понимал, что Йо ищет объяснение этим кошмарам и способ их прекратить, но он не понимал почему чертов Асакура не позволит ему помочь. И насколько все серьезно, если Йо взялся за такую литературу? Если Йо вообще взялся за книги!
      Рен даже сам пытался пошуршать в своей семейной библиотеке на этот предмет: уж там-то есть такие книги, что простым смертным и не снились. Но очень скоро он понял, что это бесполезно, потому что не с чего начать. Рен не знает ни причину, ни содержание кошмаров Йо.
      Попытка обратится за помощью к Анне тоже не удалась. Итако попыталась с помощью духов проникнуть в сны своего бывшего жениха, но ничего не вышло.
      - Духи не могут проникнуть в сон, - сообщила Анна, - как будто некуда проникать. Такое впечатление, что ему ничего не снится… или что его здесь нет.
      Вот и понимай это как хочешь. Йо комментировать отказался, и Анне сказать больше было нечего. Она очень хотела помочь Йо, так как любила его как брата, но ничего не могла сделать. Когда она покидала их дом ,и Рен пошел проводить ее до станции, Анна сказала ему:
      - Теперь только ты сможешь ему помочь. Если он позволит. Однажды он пробился сквозь стену, которую ты воздвиг вокруг себя. Настала твоя очередь.
      И сейчас Рену очень хотелось наорать на Йо, врезать ему как следует, избить до потери сознания, выбить дурь и заставить говорить, но он понимал, что это не поможет. Поэтому он просто прижимал этого любимого недоумка к груди и ласково гладил по волосам, пока Йо окончательно не успокоился и затих.
      - В душ надо, - тихо и устало сказал Йо, нарушая тишину спальни, - я весь липну.
      Рен молча выпустил его из объятий и откинулся на подушку.
      «Интересно, кто из нас двоих свихнется первым?» - отстранено подумал китаец, слушая шум воды из-за двери ванной комнаты.
      Он успел задремать и не услышал, как Асакура вернулся в комнату и забрался к нему под одеяло. Йо обнял Тао, прильнув к нему обнаженным телом, согретым под горячей водой. Рен приоткрыл глаза, запуская пальцы в длинные влажные пряди, перебирая их, слегка запрокинул голову, подставляя шею мягким поцелуям Йо, расслабляясь в ласковых руках и в требовательных и нежных поглаживаниях.
      Тао нашел горячие губы японца и глубоко поцеловал его, обнимая за плечи. Асакура сильнее прижался к нему, делая поцелуй страстным, почти жестким, тихо застонав в губы, потерся о его бедро. Рен почувствовал, что у любовника стоит и провел рукой по его гибкой спине, опуская на ягодицы, поглаживая и сжимая их.
      - Рен… - тихо прошептал Йо ему в губы, лаская рукой его возбужденный орган, - трахни меня…
      Тао и сам уже с трудом сдерживался - после пережитого нужна была разрядка.
      Китаец дотянулся до тюбика со смазкой на тумбочке, и Йо, открыв его, сам нанес лубрикант на твердый член любовника.
Рен опрокинул Йо на спину, покрывая горячими поцелуями его шею и плечи, грубо поглаживая бедра и удобней устраиваясь между раздвинутых ног кареглазого шамана.
      - Боже, Рен… - хрипло простонал Йо, запуская пальцы в густые волосы китайца и до боли сжимая пряди, приподняв бедра ему навстречу.
      Второй раз повторять не понадобилось: Рен грубо вошел в него, топя их общий крик и стон в жестком поцелуе.
      Тао с ума сходил от Йо: от его сильного тела, извивающегося под ним, от невыносимой горячей тесноты, сжимающей его член, от хриплых стонов и криков любовника, от того, как яростно и отчаянно он двигает бедрами ему навстречу… И от того, что каждый раз был как первый – ярко, сильно, незабываемо.
      Они не могли насытиться друг другом: им все время было мало. За полтора года они успели выучить друг друга с ног до головы: эрогенные зоны, родинки, шрамы, реакции… Но этого все равно было мало, и каждый раз они открывали друг друга заново.
      И теперь Рен грубо брал своего любовника не в силах оторвать взгляда от восхитительного тела, изгибающегося ему навстречу.
      Он уже не слышал ни стонов Йо, ни собственного рычания - только оглушительный звон в ушах.
      Ему хотелось быть художником и рисовать Йо обнаженным… Эх, ну почему он не художник? Записаться, что ли, в художественную школу?
      Асакура кончил первым, содрогаясь в сильном оргазме, вонзив ногти в чужие плечи, и запрокидывая голову в беззвучном крике. Рен хрипло застонал и выгнулся в позвоночнике, с силой толкаясь в кольце упругих, сокращающихся мышц.
      Через минуту они лежали рядом, обнявшись и выравнивая дыхание. Рен приподнялся на локте, любуясь своим парнем и осторожно убирая влажные пряди с высокого лба, проводя кончиками тонких пальцев по ровному носу, по мягким припухшим губам, очерчивая острый подбородок.
      - Спасибо, - тихо сказал Йо, нежно и удовлетворенно улыбаясь.
      - О, всегда пожалуйста, - ухмыльнулся Тао.
      - Дурак, я не об этом, - улыбка Йо стала еще шире, - спасибо за то, что ты рядом.
      Рен чуть было не ответил что-то типа «знал бы ты, как это тяжело», но сдержался и просто поцеловал Асакуру в губы нежно, ласково, лениво.
Вскоре Йо уснул на его плече, а Тао еще долго смотрел в темноту, бездумно перебирая мягкие волосы шамана.

2.
      - Ну ты и шлюха, братец, - Хао выплевывает слова ему в лицо, презрительно ухмыляясь, - так кричать и широко разводить ноги! Я впечатлен… Интересно, мне бы удалось заставить тебя кричать также громко?
      - Заткнись, - устало отзывается Йо.
      - Ой, да ладно тебе… Тоже мне, святая невинность, - фыркнул огненный шаман, - если бы я знал, что ты такой горячий, я бы трахнул тебя еще до турнира. Впрочем, я должен был догадаться – ты же мой брат.
      Хао замолчал, задумавшись и болтая босыми ногами в темной озерной воде. Идеалистическая картина: шаман сидит на мостике над огромным озером, длинные волосы тяжелой волной ниспадают с плеч, прохладная вода омывает его тонкие лодыжки, он изящен и грациозен, как хищник; зеленые холмы окружают его; и бездонно-голубое небо отражается на зеркальной глади озера.
      Йо ощущает запахи диких трав, полевых цветов и тины. Когда его брат выбирал такие живописные и умиротворенные места для их встреч, Йо считал это каким-то особым, тонким сарказмом и издевательством. И вид Хао – тоже. Белая майка подчеркивала рельефность сильного тела и бронзовый загар; обычные синие джинсы были закатаны до колен и плотно облегали бедра, демонстрируя стройные ноги. Йо хотел его такого. Хотел и ненавидел.
      Можно было бы столкнуть брата в воду и попытаться утопить, но Йо просто сидел рядом в пол-оборота и смотрел на холмы.
      - А впрочем, - Хао заговорил вновь, будто очнувшись, - мне даже нравится, что Тао тебя трахает. Знаешь, меня это возбуждает, я получаю от этого какое-то извращенное удовольствие.
      - Ты и есть извращенец, причем с головы до ног, - констатировал Йо.
      - Сочту за комплимент, - улыбнулся огненный шаман, - правда, я все равно убью китайца, как только найду способ дотянуться до него. Ты должен принадлежать только мне, брат. Ты сумел блокировать мне доступ в его сны, но я найду лазейку. Ты же знаешь, меня это надолго не удержит.
      - Тогда ты потеряешь меня.
      - И что ты сделаешь? Покончишь с собой?
      - Как вариант, - Йо равнодушно пожал плечами.
      Хао мог управлять сном, окружающим миром; он мог в один миг превратить мирную идиллию в ад (что он периодически и делал, подвергая Йо в самые страшные кошмары), но он не мог управлять братом, и это его бесило.
      Огненный шаман прикусил губу, сдерживая накрывающую его ярость, и усилием воли заставил себя успокоиться.
      - Зачем ты мучаешь нас, Йо? – спросил он, глядя через плече на своего близнеца, - себя, меня… его… зачем?
      - Это ты всех мучаешь. Я сначала думал, что это комплексы, но теперь понимаю, что в твоем случае, это какая-то врожденная потребность, типа как есть и спать, - Йо изобразил глубокую задумчивость, - ты просто клад для криминальных психологов: они бы открыли для себя много нового.
      - Прекрати умничать, - усмехнулся Хао и несильно пнул брата локтем под ребра, - это моя привилегия.
      - Оштрафуй меня, - фыркнул Йо.
      - Я лучше назначу тебе социально-полезные работы, - Хао наклонился к нему и слегка прикусил мочку уха, поглаживая языком, - сделай мне минет.
      - С каких пор ты относишь себя к социуму? – улыбнулся Йо.
      Хао отстранился и… не нашел, что ответить.
      - Один ноль в мою пользу, - сказал Йо, заметив замешательство брата.
      - Не знал, что мы ведем счет, - усмехнулся Хао.
      - Не ведем, - Йо пододвинулся ближе и накрыл его губы своими.
      Это был долгий, нежный поцелуй, и Асакуру поразило: насколько осторожно отвечал его брат, будто боясь его вспугнуть.
      - Ты впервые поцеловал меня сам, - тихо выдохнул Хао, отстраняясь.
      - Два ноль в мою пользу, - Йо потерся носом об его щеку.
-       Эй, ты же сказал, что мы не ведем счет!
      - Я соврал, - Йо поднялся на ноги и потянулся.
      - Это тебя Тао научил? – изогнул бровь Хао.
      - Нет, ты. Я ухожу, пока, - Асакура развернулся и пошел прочь.
      - Я еще отыграюсь, - крикнул ему вслед Хао.
      Шаман не стал провожать взглядом брата и вернулся к созерцанию водной глади.
      - Вот щенок, - тихо фыркнул он.

3.
      Йо лениво приоткрыл глаза и прислушался к тишине. За окном шел такой же сонный и ленивый снег, но как шаман ни старался, он не мог услышать его шагов.
      Рена в комнате не было, а часы на тумбочке показывали половину одиннадцатого.
      Йо потянулся и сел, воспоминания о минувшей ночи заставили его улыбнуться. Во-первых, он одержал маленькую победу над Хао, а во-вторых, Рен… ммм… черт, плохо что его нет сейчас рядом: очень хотелось повторить.
Асакура вздохнул и поплелся в душ.

      Тао обнаружился на кухне с чашкой ароматного кофе в одной руке и газетой в другой.
      - Доброе утро, - улыбнулся он появившемуся на пороге Асакуре в махровом халате.
      - Доброе, - Йо подошел к любовнику и, не церемонясь, забрался к нему на колени, - ты не поехал в офис?
      - Сегодня воскресенье, - Рен нежно поцеловал его в шею, - завтракать будешь?
      - Еще бы, я голодный как волк, - Йо быстро поцеловал китайца в губы и, соскользнув с его колен, направился к холодильнику.
      Тао сел на стуле в пол-оборота, наблюдая за японцем.
      - Ты хорошо спал?... Остаток ночи, - осторожно поинтересовался он.
      - Да, - Йо увлеченно ваял себе сандвич из всего, что было в холодильнике.
      - Йо, расскажи мне о своих кошмарах.
      - Я… не помню, - Асакура зажмурился и мысленно просчитал до пяти и обратно: начинался допрос.
      - Брось, я не дебил, - Рен отложил газету и подпер щеку рукой, - ты все помнишь.
      Йо налил себе сока и, прихватив сандвич, уселся напротив китайца.
      - Они каждый раз разные, - ответил Асакура, внимательно наблюдая за его реакцией, - и они… как бы это… их порождает не мое сознание.
      - То есть? – Тао постарался, чтобы голос прозвучал непринужденно.
      - Я не могу объяснить тебе подробнее. Пока не могу… но я обязательно тебе все расскажу, когда придет время, - твердо ответил Йо.
      - И когда же это?
      - Надеюсь, что скоро, - кареглазый шаман принялся за еду.
      - Я думал мы доверяем друг другу, - тихо заметил Тао.
      - Так и есть, Рен, - Йо уверенно посмотрел в желтые глаза любимого, - просто сейчас это может быть слишком опасно для тебя. Я уже почти во всем разобрался и нашел выход из ситуации. Скоро все закончится, я обещаю тебе.
      - Я не маленький ребенок, чтобы меня защищать, - нахмурился китаец.
      - Это - другое, Рен, это - сложней. Я не хочу тебя потерять.
      - А я? А если я потеряю тебя?
      - Нет.
      - Ты можешь пообещать?
      Йо замолчал, изучая стакан сока, который неожиданно оказался самым интересным предметом на кухне.
      - Нет, - чуть слышно ответил он.
      - Чудно, - Рен встал из за стола и вылил остатки кофе в раковину, - мне пора на работу.
      - Сегодня же воскресенье.
      - Много дел.
      - Рен…
      - До вечера, Йо, - Тао вышел из кухни, демонстративно хлопнув дверью.

Но вечером он не вернулся. Ни вечером, ни в час ночи, ни в два.
Йо так и уснул на диване, не дождавшись его.

4.
      На этот раз это был старый город. Старинные дома с резными фасадами не превышали трех этажей и теснились к друг другу на узких мощеных улочках, извилисто разбегавшихся в разные стороны от центральной площади.
В городе был фестиваль.
Разноцветная толпа захлестнула его волной: смех, музыка, песни и танцы, серпантин и конфетти, жонглеры, мимы и глотатели огня – все смешалось.
      Йо удивился и насторожился – Хао никогда не выбирал для их встреч города. Да еще во время праздников. Он же социопат: толпа его бесит, и он ненавидит толпу.
      - Ты долго, Йо, я давно ждал тебя. Почему так долго? – спросил Хао, склоняясь к его уху.
      - Не спалось.
      - У меня сегодня удачный день, братец! Отпразднуй со мной удачу, - и Хао потянул его в веселящуюся толпу.
      - Слишком шумно, мне здесь не нравится, - тихо сказал Йо, пробираясь следом за братом.
      - Что ты сказал? – Хао обернулся.
      - Мне здесь не нравится! – Асакура вырвал руку из тонких пальцев своего близнеца и остановился.
      Кто-то рядом опутал их серпантином и посыпал цветочными лепестками.
      Йо раздраженно тряхнул головой и, развернувшись, стал пробираться к одной из улочек, уходившей вверх от площади. Какая-то девушка в маске вороны успела надеть ему на голову ивовый венок.
Просто надо увести отсюда Хао, пока он не превратил площадь в крематорий.
Выбравшись из толпы к намеченной улице, шаман двинулся по ней. Здесь было уже не так людно, и только встречные прохожие, смеясь и разговаривая на неизвестном Йо языке, продолжали стекаться к площади.
Ему не надо было оборачиваться, чтобы убедиться, что Хао идет следом.
      Необходимо было выбраться на менее людную улицу, и тогда Йо сможет попробовать переместиться в другой мир. Теоретически он уже знал как это должно работать. Хе-хе-хе, Хао офигеет.
Огненный шаман догнал его, и они поравнялись, продолжая идти плечо к плечу.
      - Ладно, не хочешь веселиться, тогда придется перейти сразу к главному сюрпризу, который я тебе приготовил, - сказал Хао, - тебе понравится.
      - С меня хватит на сегодня…
      - Нет-нет, пожалуйста, Йо, я хочу, чтобы ты это увидел, - он взял брата за руку и, тепло улыбаясь, заглянул ему в глаза.
      - Ладно, валяй. Что там у тебя? – сдался Асакура.
      - Пошли.
      В этот момент брат напоминал Йо маленького мальчишку, который наконец-то получил самый желанный подарок, и теперь ему не терпится им похвастаться.
      Местность начала изменяться, и Асакура знал, что это Хао ее меняет. Сам он, наверное, так ловко пока не сможет.
      Дома стали встречаться все реже, людей было не видно вообще. Они оказались в каком-то огромном парке, но окружающий мир продолжал меняться, и вскоре эти двое вышли в поле. На горизонте виднелся огромный красный шатер.
      - Всегда мечтал иметь свой собственный цирк, - сказал Хао, - правда, у меня еще нет животных, дрессировщиков и клоунов, но первое выступление уже готово. Я подготовил его для тебя, брат.
      Йо нахмурился: у него возникло очень плохое предчувствие, но прежде чем он успел что-то ответить, они уже стояли перед шатром.
      Он был значительно больше, чем казался издалека. Плотная, тяжелая ткань была расшита крупными золотыми узорами, а вокруг было слишком тихо.
      - Для тебя вход бесплатный, - улыбнулся Хао, - занимай любое удобное место.
      И огненный шаман втолкнул брата вовнутрь.
      Как для обычного шапито было слишком темновато, и Йо насчитал пять факелов освещающих огромное пространство по кругу. Сиденья для публики, как и положено, размещались вокруг усыпанной песком арены, уходя ступеньками вверх, купол тонул во мраке, и невозможно было определить высоту потолка.
Хао исчез в неизвестном направлении.
Потоптавшись в проходе, Асакура размышлял: а не послать ли все нафиг и не смыться, пока его чокнутый братец не устроил что-нибудь в своем любимом стиле, от чего волосы встают дыбом, но в конечном итоге все же решил остаться. Правда, сел он в первом ряду с краю, у самого выхода.
      Не успел Йо усесться, как ярко вспыхнули факелы, и перепуганные тени метнулись по углам, уступая место свету, грянула торжественная праздничная музыка, и зал разразился аплодисментами. Шаман оглянулся, но никого не увидел, хотя слышал, как кто-то аплодирует и свистит прямо рядом с ним. Он рванулся с места, но тонкие кожаные ремни змеями обвили его ноги и грудь, приковывая к сиденью.
      - Достопочтенная публика! Леди и джентльмены! Для меня честь приветствовать вас здесь! – на сцене появился Хао в цилиндре, фраке на голое тело и совершенно неуместных ковбойских штанах, - Сегодняшнее представление я посвящаю своему любимому брату! – луч прожектора упал на Йо, и тот невольно зажмурился, - Вы все его отлично знаете: он пытался убить меня четыре года назад во время Турнира! Но я простил его, леди и джентльмены! Потому что любовь прощает все! Я люблю тебя, брат!
Зал взорвался новыми аплодисментами.
Йо испытал острое желание убивать – страстная жажда крови совершенно конкретного человека.
Хао, выждав пока стихнут овации, торжественно продолжил:
      - Сегодня вечером я подготовил для вас захватывающее зрелище: вы увидите смертельно опасные трюки в исполнении одного человека! Наш герой столкнется с дикими хищниками, пройдет без страховки по канату, прыгнет через огонь и под конец каждый желающий будет иметь возможность метнуть в него кинжал! И так, шоу начинается!
      Новая волна аплодисментов прокатилась по залу и затихла.
Музыка замолчала, и факелы погасли, погружая все во мрак. Невидимые зрители нетерпеливо и заинтересовано перешептывались; Йо как-то устало и апатично приготовился к очередному сеансу ужасов.
Неожиданно вспыхнул луч прожектора, падая на середину арены, где стояла накрытая красной тканью клетка в человеческий рост.
      - Леди и джентльмены! Поприветствуйте! – раздался голос Хао, - Наш герой!
      Ткань мягко соскользнула вниз, и Асакура увидел Рена. Внутри у него все похолодело, и сердце ухнуло куда-то вниз, пропустив несколько ударов. Мысли заметались в голове как летучие мыши, а тело непроизвольно рвалось вперед, пытаясь освободиться. Йо не сразу понял, что орет до хрипоты, а по груди и ногам текут струйки крови, от врезающихся в кожу тонких ремней.
      Рен растеряно стоял в клетке, оглядываясь и жмурясь от яркого света. Он не слышал Йо, чей крик утонул в рёве зрителей.
Вокруг арены упала высокая железная решетка, ограждая от зрительного зала. Прожектор погас и вновь загорелись факелы.
      - Потрясающе, Йо, ты мог защитить его от меня, только пока он был рядом с тобой, - зашептал Хао на ухо брату, появившись у того за спиной.
Клетка вокруг Рена начала таять, а у его ног появился длинный кнут.
      - Я решил, что просто убить его будет скучно, - продолжал шептать Хао, обдавая шею Йо горячим дыханием, - Первое выступление начинается! – крикнул Хао уже в зал, - вот и наши кошечки! Человек против зверя! Чтобы уровнять силы мы предоставили этому парню кнут! Это справедливо!
      Публика взорвалась новым восторженным ревом, и на арену, как на подиум, вышли один за другим три огромных тигра.
Рен поднял кнут, напряженно наблюдая за хищниками и, стараясь не делать резких движений, стал медленно отходить к краю арены, чтобы звери не могли атаковать его со спины.
      - Я решил дать ему шанс, - Хао вновь говорил на ухо Йо, но тот не мог оторвать взгляда от происходящего за решеткой и с трудом пытался понять, что говорит ему брат, - если он выживет в сегодняшнем шоу, я отпущу его… но он не выживет.
Первый тигр прыгнул на китайца, но тот умело ударив кнутом отогнал зверя.
Рен не потерял форму. Быстрая реакция, гибкость и сила делали его равным любому из этих котов. Но их было трое, а он один.
      Йо не знал: справится ли Тао, что еще приготовил его брат (и не хотел знать), потому что это надо прекратить во что бы то ни стало.
      Зал ревел, по арене метались тигры, а Рен пока не сдавал своих позиций.
Йо рванулся с новой силой…
      - Бесполезно, Йо, - это слишком крепкие ремни, - говорил Хао.
«Во что бы то ни стало…» - Асакура собирал все силы и рвался вперед с дикой неистовостью.
      - Перестань, Йо… Смотри, ты же поранился, - говорил Хао.
«Во что бы то ни стало…» - крутилось в голове по кругу.
      - Почему, Йо? – говорил Хао, и голос его надламывался от печали.
«Во что бы то ни стало… ну же!» - он не ощущал боли и не замечал собственной крови.
      - Это ради него? – спрашивал Хао, и взгляд его темнел от ярости и ревности.
«Во что бы то ни стало… РЕН!» - ремни не удалось порвать… Йо по инерции вылетел вперед и врезался в решетку вместе с вырванным сиденьем.
      - РЕН!!! – Асакура сам не узнал свой голос, но Тао обернулся и заметил его.
      - Йо, отойди, тут опасно, - крикнул ему в ответ китаец, одновременно уворачиваясь от прыгнувшего на него тигра.
      - Боже, он думает, что спит, - пробормотал Йо и, вцепившись руками в прутья решетки, попытался их разогнут. Но зверски мешал болтающийся на спине стул, лишая возможности выпрямиться, но он не думал об этом. Только бы вытащить Рена.
Хао подошел и привалился плечом к прутьям, наблюдая за попытками брата.
      Никто из этих троих не заметил напряженной тишины в зале.
      - Ты так сильно любишь его, брат? – спросил Хао, и голос его предательски дрогнул, но он сморгнул и взял себя в руки.
      Йо не ответил, прилагая все усилия, чтобы разогнуть чертовы прутья, а внутри метался Рен и орал, чтобы Асакура не лез туда, куда не следует.
      - Сталь. Голыми руками эту решетку не взять. Это тебе не гнилой стул, - сказал Хао, не отрывая злого взгляда от Йо.
Прутья действительно не поддались даже на миллиметр.
      Японец обессилено сполз на землю, насколько это вообще было возможно со стулом на спине и связанными ногами. Он с отчаяньем смотрел, как его любимый сражался с хищниками, готовый разрыдаться от безысходности.
Хао достал кинжал и разрезал ремни, освобождая Йо, но тот не возобновил попыток прорваться на арену – это было безнадежно.
      - Прекрати это, отпусти его, Хао, и я останусь с тобой, - тихо проговорил Йо.
Огненный шаман заинтересовано склонил голову на бок.
      - Зачем тебе его жизнь? Какое тебе вообще до него дело? Тебе ведь нужен только я. Забери меня, и мы будем вместе, я буду весь твой, как ты и хотел… Как ты всегда хотел, - Асакура заставил себя посмотреть на брата.
      - Ты говоришь это, чтобы спасти его, - ответил Хао.
      - Нет… нет… я хочу быть с тобой! Мы же братья, две части одного целого. Мне было так больно от мысли, что ты умер. Я ведь тоже всегда мечтал, чтобы мы были вместе. И теперь у нас есть шанс, Хао.
      - Ты лжешь. Ты лжешь мне, сукин сын! Ты хоть знаешь, как мне от этого больно?!
      - Прости меня, брат, - на ватных ногах Йо поднялся и прильнул к груди Хао, - пожалуйста, прости меня… Да, я хочу спасти Рена, нас многое связывает, но я не люблю его так, как тебя. Отпусти его и забери меня с собой, - шептал Йо, покрывая поцелуями лицо длинноволосого шамана, - я забуду его… сделай так, чтобы я забыл его и мы будем вместе, как и должно быть. Но если ты убьешь Рена – ты потеряешь меня. Я не хочу вновь терять тебя, Хао.
      - Ты прав: ты забудешь его, - улыбнулся, смягчаясь, Хао и мягко поцеловал брата в губы, погладив по волосам, - я выполню твою просьбу. Шоу окончено, господа! – объявил огненный шаман.
      Тигры тут же потеряли всякий интерес к Тао и лениво улеглись на песок. Китаец, не понимая, что произошло и переводя дыхание, смотрел на Йо в объятиях старшего близнеца. На груди, пересекая вертикальный шрам от старого сквозного ранения, и на левом бедре у него проступали кровавые полосы, но в остальном он был цел.
Зал недовольно загудел.
      - Шоу окончено. Уходите, - громко повторил Хао.
Послышались возмущенные крики и свист.
      - ВСЕ ВОН!!! – проорал огненный шаман таким страшным голосом, что Йо невольно сжался в его объятиях, а по спине пробежали мурашки.
Все разом стихло.
      - Ты запачкал мой фрак своей кровью, - сказал Хао почти нежно, поглаживая брата по щеке, - ты запачкал своей кровью меня.
      - Прости.
      - Ничего. Мне это нравится, - Хао улыбнулся и мягко поцеловал Йо в уголок губ, - ведь у нас одна и та же кровь.
      - Какого черта?! – поинтересовался Рен возмущенно, наблюдая эту сцену.
      - Бедняжка. Он еще не знает, - тихо рассмеялся огненный шаман, неохотно отпуская Йо из объятий, и жестко добавил - уведи его отсюда и возвращайся. Не вздумай обмануть меня, братец. Я достану вас из-под земли.
      - Я вернусь, Хао, - пообещал Йо.

5.
      Йо сел так резко, что чуть не упал с дивана.
Осмотрев свою грудь и ноги, он убедился что никаких ран на нем нет. Но как же так? Ведь боль была абсолютно реальной.
Значит ли это, что в сновидении нельзя убить?
Значит ли это, что на Рене тоже ни царапинки?
Рен!
Где же он?...
Йо дотянулся до радио-трубки на журнальном столике и набрал рабочий номер Рена.
      - Офис Тао-сан, добрый день, - выдрессировано-вежливо ответила секретарша.
      - Минами-сан, это Асакура… Тао-сан у себя?
      - Нет, Аскура-сан, он с утра еще не появлялся.
Шаман рефлекторно взглянул на настенные часы: 11:23.
      - А вы не могли бы подсказать: во сколько именно он ушел вчера?
      - К сожалению, нет, - извиняющимся тоном ответила секретарь, - у меня вчера был выходной, и Тао-сан не просил меня выходить на работу. Хотя, Асакура-сан, если вы подождете на линии, я свяжусь с охраной - они должны знать.
      - Не стоит беспокоиться, Минами-сан, это не важно. Большое спасибо.
      - Передать Тао-сан, что вы звонили, когда он придет?
      - Я не думаю... что он сегодня придет, - замявшись, ответил Йо, - в любом случае, спасибо, Минами-сан, до свидания.
      - До свидания, - немного растерянно ответила секретарь, и Асакура положил трубку.
Кофе как раз заварился, когда хлопнула входная дверь.
      Йо испытал огромное облегчение – любовник пришел на своих двоих. Он положил на тарелку гамбургер и налил кофе в чашку.
      - Йо, надо поговорить, - на пороге кухне появился Тао.
      - Надо, - согласно кивнул кареглазый шаман, - кофе будешь?
      - Ммм… да, - Рен снял пиджак и бросил его на соседний стул.
      - Как ты себя чувствуешь? – Йо налил кофе во вторую чашку и подал ее китайцу.
      - Потрепано, - фыркнул Рен, вдыхая ароматный дым, - Мне снился очень странный сон. Я выступал в цирке дрессировщиком тигров, там еще был ты… и Хао. И вы обнимались.
      - У меня еще грудь была поранена. А тигров было трое, и они тебя особо не слушались, - Йо откусил кусочек от гамбургера и запил кофеем.
      - Откуда ты?...
      - Я был там.
      - Это то, о чем ты не хотел говорить? – Рен нахмурился.
Асакура кивнул, продолжая есть.
      - Это то, чего ты опасался?
Японец снова кивнул, дожевывая гамбургер.
      - Ты не хочешь мне наконец объяснить, что происходит?
      - Теперь у меня нет выхода, - Йо допил залпом горячий кофе и встал, чтобы приготовить еще, - как бы это начать? Хм… пожалуй так: Хао нифига не мертв. Это был нифига не сон. И ты был нифига не дрессировщик: ты был в реальной опасности.
      - Кратко и содержательно, Йо, - Рен изогнул бровь, - А теперь по порядку: что значит, Хао не мертв?
      - Ну, мы его не уничтожили. Мы наивно полагали, что уничтожили, но с такой силищей как у него, такие вещи так просто не делаются. Весь этот год я сам пытался понять, какого черта происходит, - Йо зарядил кофеварку и вернулся за стол, - Сложно кратко объяснить то, на что убил целый год. Что конкретно произошло в тот момент, когда мы все якобы победили Хао, я так и не понял. Если выражаться грубо: мы уничтожили физическое тело… а может и не уничтожили… не знаю, но мы его типа выкинули из этого мира. Как мы это сделали, и в каком виде он его покинул, я тебе не скажу, и вряд ли мы это узнаем. Это был огромнейший выброс фурьоку, мощнейший энергетический взрыв. Ну, сам понимаешь, сложно отследить, что именно случилось, и как он выжил.
      - Что значит «выкинули из этого мира»? – Рен забыл про свой кофе, который почти остыл, и из последних сил пытался держать себя в руках, чтобы не сорваться на мат и рукоприкладство.
      - Наш мир не единственный. Фантасты давали разные термины: параллельные миры, другие измерения и бла-бла-бла. Не знаю, они просто ДРУГИЕ, и они РЕАЛЬНЫЕ. Мы можем перемещаться в них в сновидениях, используя так званое «тело сновидения», но, теоретически, возможен и полный материальный переход из мира в мир. Это очень сложно и требует многолетней подготовки, но это возможно.
      - Что ты несешь? – Тао опасливо посмотрел на любовника и теперь уже начал опасаться за его душевное здоровье.
      - Я серьезно, Рен! Сновидение – это магическая техника, как вызов или контроль духа. Только в тысячу раз сложней и для нее требуется намного больше фурьоку. Сегодня ночью ты был в сновидении, но тебя туда выдернули против твоей воли, поэтому ты ничего не понял. Ты же чувствовал настоящую боль, когда тигры поцарапали тебя?
      - Да…
      - Во сне так не бывает. Тебе было больно, потому что они ранили твое тело сновидения. Вот я только не знаю, если раны тела сновидения на физическое тело не переносятся, то что будет если тело сновидения уничтожить? – Йо задумался.
Кофеварка звякнула, известив, что кофе готов.
      - Тело сновидения - это типа душа? Или астральное тело? – уточнил Рен, возвращая японца к разговору.
      - Нет, это другое. Я не знаю, что именно, но это совсем другое, - ответил Йо.
      - Значит кошмары, мучившие тебя, были сновидениями?
      - Да.
      - Это Хао создавал их?
      - Угу.
      - Мой кофе остыл, налей мне, пожалуйста, горячего, - Рен устало помассировал виски, - Так что, меня могли убить по-настоящему?
      - Я не уверен. Наверное, да, - Йо разлил кофе по чашкам и поставил одну перед Реном.
      - И что же произошло? Почему Хао отпустил меня? – Тао сделал глоток.
      - Я уговорил его в обмен на себя.
      - ЧТО?! – китаец подавился и закашлялся, - Что значит в обмен на тебя?
      - Я уйду в его мир и останусь с ним, - мрачно отозвался Йо.
      - Никуда ты не уйдешь! – возмутился Рен, - Я тебя не отпущу!
      - Ты не сможешь меня удержать, - тихо констатировал японец, опустив глаза.
      - Йо, ты же это не серьезно, - Тао заметно побледнел.
      - У меня нет выбора. Иначе он убьет тебя.
      - До сих пор же не убил!
      - Я оберегал тебя! Но так не может длиться бесконечно. Это не выход.
      - Почему ты сразу мне все не рассказал?!
      - Я боялся, что ты усугубишь ситуацию. Пойми, сновидения – очень тонкая магия, один неверный шаг - и ты труп. Лучше всего было тебя блокировать, так Хао не мог до тебя дотянуться. Но я не умею это делать на большом расстоянии, поэтому сегодня защита треснула.
      - Господи, какой бред! Я не верю, что ничего нельзя сделать. Мы справились с ним однажды, и сделаем это еще раз!
Йо задумчиво потер подбородок и отхлебнул кофе. В голове у него мелькнула безумная мысль.
      - Возможно и сделаем, - медленно проговорил он, подумав.
      - То есть план у тебя все-таки есть? – Рен улыбнулся.
      - Теоретически, если я отправлюсь в его мир, то смогу найти способ его убить.
      - А потом вернуться назад? Ты ведь уже знаешь как это сделать?
      - Теоретически?
      - Йо!
      - Я уже двадцать лет как Йо.
      - Я отправлюсь следом и вытащу тебя, - заявил Рен.
      - Нет. Ты не сможешь.
      - Что значит «не смогу»?! Я все могу! Можешь ты, могу и я! - оскорбился Тао.
      - У шаманов на обучение этой технике уходят десятилетия! А у нас осталось только несколько часов! Ты даже войти в состояние сновидения не сможешь самостоятельно. Не потому, что ты слабак, а потому, что ты об этом не имеешь ни малейшего представления.
      - А как же ты так быстро научился?
      - Меня научил Хао. Не специально, конечно, и я умею ничтожно мало, но еженощная практика даром не проходит, - вздохнул Йо.
      - Так это вы там каждую ночь, что ли, тусовались?! Целый год! – чашка с кофе, нечаянно сбитая рукой Рена, полетела на пол и разбилась.
      - Не целый! То есть, не каждую!... И не тусовались мы вовсе! – сорвался Йо, - Рен, что мы делаем? Нам остался световой день, а мы ругаемся! Придурок! Я же люблю тебя!
Тао устало вздохнул и посмотрел на осколки в черной луже на полу.
      - Прости. Я тебя тоже, - тихо ответил он, - Просто, это все… не знаю.
      - Понимаю, как снег на голову, - Йо слабо улыбнулся и, обогнув стол, забрался к Рену на колени.
      - Ты ведь вернешься, Йо, - Тао не спрашивал, а утверждал, обнимая любимого за талию, - я буду ждать тебя столько, сколько понадобится.
      - Если я не вернусь через три дня, кремируй меня, - Асакура мягко поцеловал Рена в висок.
      - Нет, ты вернешься. Если не через три, то через четыре дня. Я буду ждать, Йо, - китаец крепче прижал к себе кареглазого шамана, - Кстати, а целовался ты там в цирке с Хао тоже по-настоящему?
      - Нет, - соврал Йо.
      - Как так? Тигры настоящие, а поцелуй нет?
      - Вот так вот. А поцелуй – нет, - Йо ласкал кончиком языка ухо Рена.
      - Что-то ты мне паришь.
      - Да ты сам не известно, где ночью прошлялся.
      - Я в отеле переночевал, - оскорблено ответил Рен.
      - Забей, и пошли в спальню, - Асакура призывно заерзал на коленях у любовника, развязывая на себе пояс халата, в котором он протаскался со вчерашнего утра.
      - Ох, Йо… - только и смог выдохнуть Рен, жадно целуя японца в губы.

      На кухонном полу так и остались разбитая чашка, не вытертый кофе и махровый халат.

6.
      Йо лениво наблюдал за Хао, пока тот обрабатывал его раны от ремней.
      - Их не было на физическом теле, - сказал Йо.
      - Конечно. Их не могло там быть, но это не значит, что их нет, - Хао был очень мягок и осторожен, и мечтательно улыбался своим мыслям.
      - Если убить тело сновидения, то человек умрет? – Асакура почти не чувствовал боли, пока огненный шаман бережно протирал отметины каким-то настоем.
      - Да.
      - Как ты собираешься проделать мой полный переход в этот мир?
      - Для начала, нам надо определиться: какой мир именно мы хотим. Потому что ты не сможешь делать это так, как я, - Хао отстранился и потер подбородок, - Это загвоздка, я раньше не подумал о том что, ты не такой, как я.
      - Что ты имеешь ввиду? – спросил Йо, застегивая рубашку.
      - Видишь ли, тогда меня не просто выкинуло в другой мир: очень сильно изменилась моя энергоструктура. Я уже говорил тебе, что я больше не человек, поэтому я никогда не смогу переродиться в твоем мире: поэтому я больше не часть твоего мира. Я – иное существо. И, в каком-то смысле, у меня нет больше физической и материальной оболочки. Поэтому я могу легко перемещаться между мирами.

      - Но, ведь я чувствую тебя. Мы можем касаться друг друга, - Асакура протянул руку и погладил брата по щеке, тепло улыбнувшись уголками губ.
      - Да, но это не значит, что я материален. Как и ты. Правда, в твоем случае, это только до тех пор, пока ты не совершишь полный переход, - Хао довольно зажмурился, наслаждаясь касанием.
      - Что же мы? – Йо перебрался в объятия своего близнеца и вытянул ноги на зеленой траве.
      - Плотные сгустки энергии… грубо выражаясь, - огненный шаман крепче обнял брата и привалился спиной к дереву.
      - Но тогда тело сновидение и таких, как ты, нельзя убить.
      - Можно: просто атака должна быть магическая или энергетическая.
Вот оно!
      - Это как? – вопрос Йо прозвучал небрежно.
      - Ну как? Используется фурьоку. Бить надо в жизненно-важные энергетические центры, там, типа, центр воли или точка сборки, - Хао с наслаждением зарылся носом в пушистые волосы брата, вдыхая запах, - по-разному можно, но принцип действия один и тот же.
      - Ммм… - лениво отозвался Асакура.
      Мысленно он уже обдумывал все возможные варианты. Йо понимал, что у него будет возможность только для одного удара.
      - Я думаю, за сутки трое-четверо ты будешь готов к физическому переходу, - сообщил Хао, - где бы тебе хотелось жить? В городе или подальше от разумных существ? Может в лесу или на берегу озера? Или у моря?
      - Не знаю, - рассеяно ответил Йо, - мне все равно.
Часы уже тикали. Времени было в обрез.

7.
      Анна никак не могла понять, что Джун пытается сказать ей по телефону. Китаянка рыдала, и среди всхлипов и стонов, можно было понять только: «о боже» и «это ужасно».
      - Джун, успокойся, возьми себя в руки. Что случилось, Джун? – Итако испугалась, услышав по телефону, в каком состоянии подруга, но старалась не поддаваться панике, - ну, Джун, спокойно, прекрати, я не могу понять, что ты говоришь… что, черт возьми, случилось? Ты где?
      - Я в Японии, - проговорила Тао, сдерживая слезы, - у Рена… я приехала, когда он позвонил мне… Анна… Йо… его больше нет.
      - Как нет? Куда он делся? – не поняла девушка, - они поссорились?
      - Нет, Анна, Йо умер.
      Итако вдруг почувствовала, что ее не держат ноги, и медленно осела на пол. С минуту она слушала всхлипы на другом конце провода и переваривала информацию.
Йо умер?
      - Когда? От чего? – спросила она, сама не узнавая своего голоса.
      - Еще три дня назад. Он умер во сне… очень тихо… просто остановилось сердце.
      - Чушь! У Йо не было проблем с сердцем! – раздраженно рявкнула Анна.
Что за идиотизм?!
      - Я не знаю точно: Рен ничего не объясняет, - голос Джун дрожал, - он позвонил и попросил приехать… сказал, что Йо нельзя оставлять одного, а ему надо ходить на работу. Он ничего не объяснил. А когда я приехала, Йо был мертв… ни пульса, ни сердцебиения, ни дыхания!
      Йо умер.
      Анна почувствовала, как горло сжал спазм, и защипало глаза.
      - А как… Рен?
      - Это ужасно, Анна, по-моему, он сошел с ума. Анна, он отказывается хоронить тело, - Джун не выдержала, разрыдавшись с новой силой, - ведет себя так, словно ничего не случилось. Сказал, что скоро Йо очнется, но надо за ним присматривать. Как ни в чем не бывало ходит на работу.
      - Я выезжаю, - сказала итако и повесила трубку.
      Через полчаса она, наконец, смогла подняться с пола, чтобы собрать вещи.

8.
      Йо не мог понять: сколько дней прошло, и какое сейчас время суток. Возможно - прошел день, возможно – неделя.
Хао стал намного мягче. Он управлял сновидением, взяв полностью контроль в свои руки.
Йо ждал подходящего момента.
Подходящих моментов было уже более чем достаточно.
Только, что они с трудом ушли от каких-то тварей, напавших на Йо.
Их было пятеро. Голубовато-зеленые, с черными дырами глаз и длинными верхними конечностями; они тянули тонкие пальцы к Йо, и шаман видел, как светятся белым их жилы под тонкой прозрачной кожей. Они не показались Асакуре опасными.
Хао вернулся вовремя.
      Йо даже не подозревал, что такое магический бой в сновидении. Он не успел ничего понять и увидеть. Похоже, Хао очень сильно помял тварей, но и самому ему досталось. Им пришлось спасаться бегством сквозь миры, и больше всего Асакуру поразило, что эти создания смогли их преследовать. Раньше он не видел, чтобы обитатели разных миров могли между ними перемещаться.
      - Хе-хе… эти твари любят мальчиков, - Хао развалился на траве и восстанавливал силы.
      - Не понял, - Йо сидел рядом.
      - Они их любят есть, - ухмыльнулся старший близнец, - только мальчиков. Никогда не видел, чтобы они нападали на женщин.
      - Кто они?
      - Неорганики… неорганические существа. Они разные бывают.
      - Почему они напали на меня, а не на тебя? – спросил Йо.
      - Я один из них, в каком-то смысле – Хао хитро прищурился, - и я тоже люблю одного мальчика, но мне жалко его есть.
Йо задумчиво склонил голову набок, рассматривая брата.
      - Знаешь, а ведь я тебя тоже люблю, - сказал Асакура, и это была чистая правда.
Огненный шаман улыбнулся.
      - Но и Рена я люблю.
Хао нахмурился и приподнялся на локтях.
      - Мне придется выбирать - это сложный выбор.
      - Я думал мы договорились. Ты солгал мне!
      - Ты вынудил меня.
      - Ты не можешь снова уйти от меня. Я не отпущу тебя! – Хао смял в кулаке ворот его рубашки и притянул к себе, с тихой яростью прорычав, - Если ты попытаешься сбежать, я убью вас обоих! Вы не сможете укрыться от меня.
      - И ты опять вынуждаешь меня, - вздохнул Йо, - я не могу оставить Рена. Прости, брат.
Только один удар. Если он окажется не смертельным для Хао – все потеряно. Только один удар. Шаман знал, что делать.
      - Ты не можешь. Мы близнецы: две части одного целого. Без меня не будет и тебя.
      По темному, прищуренному взгляду Йо понял, что Хао знает о том, что он собирается сделать. Он не знал, как его брат это делает, но понимал, что тот видит его насквозь.
      - В третий раз ты уже не предашь меня, - Хао поднялся на ноги и дернул Йо вверх, собирая остатки сил, но мощный энергетический удар в солнечное сплетение отшвырнул его на пять метров назад.
После такого обычно не выживают – очень сильно и очень метко. Йо старался.
Асакура подошел к телу брата.
Кажется, тот просто спит. А как он вообще должен выглядеть? Как умирают в сновидении?
      Йо не знал. Он опустился на колени рядом с Хао и думал, как ему убедиться, что брат мертв.
      Он был сам себе противен. Какого черта? Неужели не было другого выхода?
      Это был его брат, это был удар в спину, это было предательство. А он отрешенно пытается выяснить: доведено ли дело до конца.
«Без меня не будет тебя…»
Так просто?
Йо коснулся щеки брата – теплая.
Он увидел на траве распростертого мертвого себя, только волосы длинные, а так - это же он.
Шаман отшатнулся.
Что он наделал?!
Он смотрел на свое собственное тело. Он мертв?
      Это сон, это долбанный затянувшийся сон. Это очередной кошмар Хао. Этот сукин сын жив, но он заставил Йо убить самого себя и заставляет его так думать. Это очередной его кошмар. Он все это спланировал!
Теперь для Йо нет пути назад: Рен его не дождется. У них же разная длинна волос. Как Асакура мог перепутать?
Паника и отчаянье захлестнули Йо с головой. Земля ушла из под ног, и он упал на колени, в глазах потемнело от ужаса.
Что же он наделал?!
      Его труп шевельнул пальцем руки, и вокруг этого маленького жеста развалившийся на куски мир неожиданно собрался снова.
      Йо прищурился. Нет, ему не показалось. Голова все еще кружилась, и сердце, казалось, готово разорваться, но безудержная дикая радость захлестнула его с головой. Шаман чуть не разрыдался от счастья.
Все стало на свои места.
Хао все еще жив!
Асакура выдохнул – вот это его проглючило.
Все живы.
И японец облегченно и как-то истерично рассмеялся.
Он ведь знал, что у него будет только один удар! На второй – духу не хватит.
Ну и хорошо. Ну и не надо.
Вероятно, его брат тяжело травмирован и восстановится не скоро, но он будет его искать, и Йо побоялся себе представить, что с ним будет, когда Хао его найдет. Но пока он в отключке.
Значит надо бежать.
      Асакура вскочил на ноги, в голове у него все прояснилось, и стало совершенно понятно, что делать дальше. Скорей назад!
Но сколько времени прошло?
Рен обещал ждать его столько, сколько понадобиться, но ждет ли?
Интересно, что случается со сновидящим, если уничтожить его тело?

9.
      Рен уже не злился.
Он сидел в своем кабинете и жалел о том, что не курит и никогда не начнет.
Очень хотелось курить.
      Когда, спустя две недели, Йо, фактически в последний момент, очнулся в крематории, Джун упала в обморок, а Анна разрыдалась впервые за все время, что Рен ее знал.
      Если бы не легкие, Тао обязательно бы начал курить. Но сигареты испортят легкие и сердце, а ему необходимо было сохранять хорошую форму. Воин не может позволить себе иметь плохие легкие.
      Ох, и разозлился же он, когда Йо ему все рассказал. Очень разозлился, и они очень сильно поссорились. Рен разгромил гостиную, сломал два стула, журнальный столик, и разбил стекло в серванте, не считая уже побитые вазоны и бытовую технику. Китаец не был так зол со времен турнира: он орал, пока не охрип, а этот сволочной отморозок - Йо, хоть бы ухом повел. Так нет же - стоял тихонько в сторонке, лениво уворачивался от тяжелых предметов и ждал, пока любовник выдохнется.
Помирились они в той же гостиной, на полу, среди обломков. Очень сильно помирились – у Йо потом была искусана вся шея, а у Рена – исцарапана в кровь спина.
      Асакура сказал, что теперь им придется всю жизнь убегать от Хао. Он сказал, что необходимо им обоим овладеть сновидением в полной мере, чтобы уметь защищаться от его сумасшедшего брата.
Рен был счастлив.
      Йо сказал, что индейцы знают о сновидении. Толтеки так точно знают. Значит им надо найти толтеков. Японец рассчитывал, что Силва сможет им в этом помочь. Возможно даже, что Силва сам разбирается в сновидении. Короче, надо ехать в Америку к индейцам, иначе самим им никогда не разобраться во всех сложностях этой магии. Йо так и сказал.
      Теперь Рен сидел в своем офисе и приводил в порядок документы, чтобы передать управление фирмой Джун на время его отсутствия. На самом деле, это заняло совсем немного времени, потому что у него всегда все было в идеальном порядке, просто надо было уладить формальности. С утра он позвонил в аэропорт и забронировал два билета до Нью-Мехико на завтра.
И все же ему это нравилось.
      Спокойная жизнь не для Рена. Необходимость за что-то бороться и чего-то добиваться была у него в крови. После окончания турнира он чувствовал это с каждым годом все сильнее и все больше за этим скучал.
      И вот теперь у него есть враг. Достойный враг.
      Тао трепетно и нежно любил своих врагов: они вносили в его жизнь ту неповторимую остроту, в которой он так нуждался. Он всегда искренне разочаровывался, когда они быстро ломались или, еще хуже, сдавались без боя. Это не враги, а ерунда какая-то.
      Поэтому Рен был согласен ехать куда угодно и искать этих чертовых толтеков где угодно. Тем более, что Йо будет с ним.
      Асакура стал для китайца еще дороже. Теперь его надо было отвоевывать у ненормального братца. Асакуре теперь вообще цены нет!
      Рен знал, как сильно японец не любит нарушать свой покой. Он ведь мог остаться с Хао. Брат им одержим, и он бы больше не причинил Йо вреда. Напротив, оберегал бы и сдувал с него пылинки. Ничто и никогда его бы больше не тревожило. Но Асакура отказался от этого.
      Им теперь, возможно, придется до конца жизни скрываться и убегать от Хао. Вполне вероятно, что своей смертью они не умрут. О спокойствии можно забыть.
И все же Йо вернулся к нему.
Рен улыбнулся своим мыслям, на душе у него потеплело.
Он уже понял, что тоже не сможет убить Хао.
      - Для меня убить его, было тоже самое, что убить самого себя, - сказал ему Йо, - он часть меня. Тебе придется это принять.
      Так и есть. И если Рен убьет Хао, то не известно, как себя поведет Асакура. Интуиция подсказывала китайцу, что любовник этого не оценит, связь между близнецами намного сильнее, чем какая-либо другая.
Тао закрыл ноутбук и встал из-за стола.
Если это вызов – он его принимает.
      Где-то там, в темноте заснеженного города спит его кареглазый шаман. А может и не спит, может телек смотрит или музыку слушает. Но это его парень, только его и Рен не собирался отдавать его без боя даже самому дьяволу.
      На выходе из небоскреба охранник коротко поклонился ему, и китаец кивнул в ответ.
Морозный воздух наполнил легкие, и курить расхотелось. Шел снег, и заканчивался январь.
Все хорошо.
Завтра у них вылет.

...Шаман закончил свой рассказ, огляделся по сторонам и сказал: "Так злобро снова победило дло". Потом yбpал свою тpyбкy в расшитый бисером чехол и ушел к себе в вигвам, бypкнyв: "Карма отличается от кармана тypбyлентностью".
      Вождь растолковал: "Он хотел сказать, что Енотов есть нельзя - нечистые звери", и ушел спать. Главный повар сказал: "Вы слышали? Hа этой неделе нельзя есть". Все люди подумали: "Ничего себе их вставило".
(с)