Души моей тень

      «Впусти меня, Стайлз…Впусти!»       Знаете, Стайлз со временем понимает одну простую вещь: жить запертым у себя в голове со своими демонами, почти не больно. Поначалу тебе страшно, ты пытаешься вырваться из темноты, медленно застилающей взор, ты захлёбываясь просишь помощи, а потом всё заканчивается. Ты просто отключаешься, тонешь, уступая место другому, тому, кто лучше справится с твоими проблемами. Он — тень твоей души, он всегда был рядом, почти ощущался за твоей спиной лёгким холодом покалывающим открытую шею. Да, первая их встреча лицом к лицу не задалась — тёмный дух решил получить полный контроль над телом человека, и тому это пришлось не по вкусу. Но шло время, и Лис смирился с пылким нравом своего хозяина. Ногицунэ не являл себя в открытую: он спал глубоко внутри мальчишки, и разбудить его могли только самые острые чувства и эмоции, которые только мог бы испытывать человек. Такие, что побудили бы встать на защиту своего хозяина, любым путём, известным древнему духу. Таким образом, демон спал, а Стилински практически не ощущал присутствия кого-то в своём разуме, внутри себя. Но всё кардинально изменилось, с появлением одинокого волка Тео — он стал первой искрой для Ногицунэ.       «Не доверяй ему, Стайлз!»       «Он нам не нужен, он предатель. Стайлз, он предаст всех! Он заберёт всё, что у нас есть!»       Стайлз Стилински всю жизнь придерживался одного простого правила: не говори другу того, чего не должен знать твой враг. Совершенно лисий инстинкт. Ведь это как при аресте — всё что ты скажешь, может быть использовано против тебя. И Тео Рэкен не стал исключением, даже напротив — ни при каких обстоятельствах и ни под каким предлогом, Стайлз бы не доверился этому парню. Было в его поведении, нечто такое, от чего по коже пробегал мороз — что-то, что пугало даже демона. Ровно с той секунды, когда молодой оборотень предстал перед истинным альфой, претендуя на место в стае, Стилински для себя чётко определил, что его прямая обязанность — вывести этого наглеца на чистую воду. То, что происходило между этими двумя, было очень сложно описать. Кто сказал, что любовь — самое сильное человеческое чувство, никогда их не встречал: та ненависть, что связывала их, была крепче чем дружба, родство или любовь.       «Выпусти меня… Он этого заслуживает!»       «Ничего страшного, Стайлз — это всего лишь самооборона.»       Время шло, ребята всё больше доверяли волчонку, а Стайлз всё больше ненавидел его, тем самым подкармливая демона внутри себя. Это был особый тип ненависти — страстное желание застать на месте преступления, медленно перетекало в одержимость, которая так полюбилась Лису — духу было всё проще манипулировать уязвимым человеком. Казалось, самым заветным желанием подростка стало доказательство своей правоты — каждый раз, когда он приближался к разоблачению Тео, хотелось буквально кричать, мол, наконец-то — попался ублюдок! Но оборотень отменно играл свою роль хорошего парня, и увы, его проколы видны были только негодующему Стилински.       Юноша отделялся от друзей, а те всё охотнее принимали к себе Рэкена. Это становилось невыносимым: с одной стороны — Тео, разделяющий мальчика с его друзьями и делающий из Стайлза конченного параноика, с другой — тысячелетний дух, рвущийся на свободу и желающий не меньше хозяина разделаться с этим поганым щенком.       «Выпусти меня, выпусти!»       У парня внутри всё скручивалось в спираль от подступающей злости, когда оборотень в очередной раз спасал волчьи задницы, вытаскивая из очередной передряги и с гаденькой улыбочкой смотрел на Стайлза, словно бросая тому вызов — «Думаешь я плохой парень? А ты попробуй докажи им. Кому они поверят больше? Одержимому и помешанному на доверии, свихнувшемуся другу или мне?» — Что же, этот парень решил что он хитрее лисы? Посмотрим, кто кого!       Последней каплей стал случай в школе, когда Стилински забыл забрать свою спортивную форму и ему пришлось возвращаться за ней в школьную раздевалку. Там его ждал очередной сюрприз — Тео одной рукой прижимал к стене раскрасневшуюся Малию, а другой — скользил от скулы вниз по щеке девушки, сминая её губы в смазанном поцелуе. Сердце Стайлза пропустило глухой удар. А ведь Ногицунэ говорил.       «…Стайлз, он предаст всех! Он заберёт всё, что у нас есть!»       — Заберёт всё, что дорого, — глухим низким шепотом, шевеля одними губами, повторил Стайлз. Ноги стали ватными, а лицо и шею обдало жаром. Голова закружилась, глаза затопила темнота. Всё тело вдруг стало невесомым, но парень не почувствовал столкновения с полом как при обмороке. Напротив, внутри что-то кипело, грозясь вырваться наружу и спалить всё до тла. Стилински чуть пошатнулся, и закрывая глаза тихо произнёс — Уже забрал.       На этой фразе, в ушах что-то звонко щёлкнуло — словно пистолет сняли с предохранителя. Стайлз понял, что это был за звук, и что это за чувство было внутри: Лис был свободен, и теперь, вряд ли его что-то сможет удержать. Теперь, мальчик не один. Он больше не останется без поддержки и доверия. Никогда. Голова опустела, ни одной мысли, ни одного слова, ни одной эмоции. Только звенящая тишина. Подросток открыл глаза: Тейт уже не было рядом и перед ним стоял только Рейкен. Скрестив руки на груди, он стоял и смотрел на парня, исказив смазливое личико в горькой усмешке.       — Что-то не так? — насмешливо спросил он, подходя ближе к Стайлзу. В ответ подросток лишь улыбнулся, поднимая на оборотня взор карих глаз, в коих уже плескались огоньки безумия. Торжествующая ухмылка мгновенно сошла с лица волчонка, уступая место обеспокоенности и тихому страху: глаза мальчишки напротив стали полностью чёрными.       — Тео… Тебе действительно стоило бы научится не злить лис. Знаешь почему? Они тебя одурачат. Они всех одурачат. Тем более не стоит отнимать у них человечность. Хочешь знать почему? Не волнуйся… Сейчас узнаешь, — лукаво улыбнувшись, Лис сделал шаг навстречу. Воздух вокруг него начал пылать чёрным пламенем, поглощающим всё на своем пути, заставляя волчонка попятиться назад. Это было последнее, что он запомнил.       "..Теперь, мы не одни, Стайлз..."