Подарок для него

Океан. Одно слово, но тысячи мурашек. Оно так и подзывает меня к себе для того, чтобы нырнуть, чтобы захлебнутся его соленой водой, и медленно падать на дно, в объятие смерти. -Ты почти готова. -К чему? – удивленно оборачиваюсь я, но позади лишь пустота. -Для того, чтобы расплатиться за все. – последнее что я слышу, прежде чем упасть в объятия Посейдона. С моей стороны нет сопротивлений, нет попыток выжить, лишь полное подчинение обстоятельствам и игнорирование всего. Когда именно все это началось? Передо мной возник образ маленькой девочки и женщины, и часть их милой беседы, я все же услышала. -Лана, ты хочешь выйти из больницы? – спросила пожилая женщина. -Очень хочу. -Скажи мне, а что тебя ждет за той стеной? Есть такие люди, которые действительно хотят, чтобы ты поскорее поправилась? -Нет, - кратко ответила девочка, закусывая нижнюю губу. В её образе я смутно узнавала себя. «Так вот это что, воспоминания» удивленно проговорила я, наблюдая за ними. Ребёнок уже не сидел скучающе на траве, а виновато смотрел на пожилую даму, располагающуюся поблизости на лавочке. -Запомни дитя, неважно ждут тебя или нет, - печально вздохнула она, - главное это убраться из этого проклятого места. – Женщина медленно повернула голову в сторону девочки, оценивающе рассматривая её. – Запомни только одно, смирись со всем. Хочешь сбежать отсюда? Делай все, что говорит врач. Хочешь жить заново? Забудь все это как страшный сон. Просто всегда плыви по течению, подчиняясь всему, может тогда твоя жизнь сложится намного лучше, чем у всех нас. – добавила напоследок дама, удаляясь из поле зрения. -Так вот как оно было. - я аккуратно махнула рукой перед собой, и их образы испарились в толще воды, оставляя меня одну. Я все также продолжаю падать на дно, медленно, мучительно, невыносимо, а мимо меня проплывают обрывки моей киноленты, заставляя сердце содрогаться. На одной из них мой первый день в школе. -Так это ты та психованная? – куча людей столпились вокруг маленькой девочки, которая непонимающе смотрела на каждого. В её глазах сокрыт страх и непонимание, но, все же набравшись смелости, она отвечает «Да», после чего и начинаются все те ругательства и издевания, что продолжались несколько лет. Вот один из её одноклассников больной бьет её по животу, вызывая поток слез, а у окружающих лишь смех. Рыдания слышны по всему пансиону, но никто не спешит на помощь. -Зря ты кричишь, девочка моя. Никто никогда и не придет тебе на помощь..- шепчу я, стараясь вглядеться в лица садистов. Да, я не ошиблась все одноклассники тут. Мои рыдания вызывают лишь очередную волну смеха и повторного избиения, боль которую я помню до сих пор. Именно в этот момент, именно здесь я поняла одно: не надо сопротивляться и кричать, ведь никому нет до тебя дела. Пару слезинок скатываются из глаз и утопают в общей массе океана, пока я все так же медленно падают вниз. Мимо проскальзывают уже недавние обрывки воспоминаний, не вызывающие особый интерес. Но вдруг что-то зацепило меня, что-то, обхватив мое хрупкое тело руками, тащит наружу, пытаясь спасти. -Лана, прости меня, - произносит Тори. Девушка особенно печально смотрит в окно, вглядываясь в ночной пейзаж, пока машина разъезжает по улицам города. – И спасибо тебе, за то, что не оставила меня сегодня. Я нуждаюсь в тебе, - её маленькая ручка касается моей щеки, нежно проводя по ней аккуратными пальчиками. – Ведь ты тогда спасла меня. -Спасла? От чего я спасла тебя, Тори? – кричу я в толщу воды, попутно захлебываясь, совсем позабыв, что это лишь воспоминания. Кажется, тогда я уснула, как всегда во время, а потом смелости не хватило, чтобы спросить, что именно подразумевала девушка. Далее перед моим взором предстает уже знакомая картина: спальня в квартире Кая, сам хозяин и я, зажатая между стены и его телом. Вспоминается мне, это было на следующий день после того случая. Я все также спокойно перебираю его волосы пальцами, удивляясь их мягкости. А Чонин, не спеша, изучает мое тело руками, томно всматриваясь в мое лицо. Нет отвращения, не чувство тошноты, а лишь приятная сладкая буря, которая разыгрывалась в моей груди от увиденного. Эта картина, такая обыденная, по-домашнему уютная и милая, заставляла хотеть жить. Принуждала выбираться отсюда. Требовала жить дальше и выбираться к нему.. к любимому? -Кай, - мой голос разлетается по комнате, отдаваясь эхом. -Яблочко? – протягивает мне плод незнакомый парнишка, попутно улыбаясь во 32. -Мы знакомы? -Да, ведь это я выкрал тебя. **************************************** Вот уже несколько дней Виктория не могла прийти в себя. Она, то впадала в глубокую депрессию, запираясь дома и не желая никого видеть, то наоборот, пропадала, приходя обратно, не откуда пойми. И с Каем творилось тоже самое. Они будто сума посходили от потери этой девчонки. -Да кому она вообще нужна? Сами же игрушкой её называли, а им свойственно ломаться, пропадать. Так в чем весь сыр-бор? – но мне так и никто не отвечал на них. Напротив, Виктория и Чонин в такие минуты вообще переставали говорить, полностью погружаясь в себя, откуда их вытащить уже никто не был в состоянии. Мне лишь грустно приходилось смотреть на них, понимая, что эти двое сами упустили свое счастье: одна в лице подруги, другой в лице спутницы жизни, но я ничего не мог с этим поделать. Я подключил все связи свои, матери, отца, но все напросно, её как будто никогда и не было, нет и не будет. Никто из соседей не видел, как похищают девушку, и на камерах ничего нет. «Может Лана- всеобщая галлюцинация, которая сводит нас сума?» однажды промелькнуло у меня в голове, заставляя неприятно сморщиться. Я потерял надежду на её поиски. Нет, не так. Жизнь Миланы не сколько меня не заботила, а вот судьба Виктории, которая впадет в отчаяние, если увидит труп девушки или еще хуже, не найдет вообще её, явно беспокоила меня. Поэтому вот уже неделю наше трио, плохо спящее и не доедающее, ищет Лану, надеясь зацепить хоть маленькую ниточку, ведущую к её временному местообитанию. -Все будет хорошо, - подхожу я к любимой обнимая со спины. Тяжелый вздох Нойманн лишний раз мне говорит о том, как же все таки она переживает. Зная Викторию, могу смело утверждать, что сейчас девушка мысленно сама себя корит за все это, не понимая, что здесь нет её вины. – Тебе не нужно лишний раз себя ругать. Чему быть, того не миновать, - кладу голову на её макушку, также устремляя взгляд куда-то вдаль. -Мы же найдем её? – голос Тори предательски дрожит, но и без того понятно, что она готова уже разрыдаться навздрыв. -Обещаю тебе.