Big Bad Wolf

Разогревая еду, накрывая на стол и слушая рассказ Курта о сегодняшнем дне на учебе, Блейн постепенно успокаивался и приходил в себя. После того жуткого волнения ему казалось, что он сначала должен будет пробежать пару километров по улице, затем принять ледяной душ, а только после этого сможет спокойно дышать и говорить, но нет. Голос Курта, его взгляд, улыбка и то, как мило он комментировал все, что делает Блейн, быстро привели его в норму. Они поужинали и Блейн даже рассказал Курту о Жерарде и о своей работе. О том, как именно он познакомился с мужчиной и почему тот был согласен помогать ему и сейчас. Курт, в свою очередь, рассказывал о хоровом кружке, о школе и о том, что это было единственное время, когда ему казалось, что у него есть друзья. Даже если в первый же год после школы они растворились в пространстве, в то время он был счастлив. Закончив с ужином, они переместились в гостиную и Курт был просто в восторге от того, что Блейн запомнил, какие пирожные его любимые. Блейн открыл шампанское, разлил его по стаканам, так как бокалов у Курта, разумеется, не оказалось, и поднял первый тост. Он хорошо помнил, как все это происходило, когда жил у второй своей хозяйки. Напыщенной Мередит, у которой разве что унитаз был не из золота. Она научила Блейна французскому языку, всем правилам этикета и показала ему хорошую литературу. Если бы не ее странные сексуальные пристрастия, она была бы лучшей из всех его хозяев. Но думать об этом сейчас не хотелось. Потому что сейчас у него был Курт. Кажется, он не был хозяином. Кажется, он был его… парнем? От одного этого слова и от одной этой мысли сладко замирало сердце и хвост начинал вилять, как сумасшедший. — Я хочу выпить за тебя, Курт. Ты самый восхитительный человек из всех, кого я встречал в жизни. Ты, думаю, догадываешься, что она не была слишком сладкой и я давно разочаровался в людях. Но ты открываешь мне совершенно новый мир и я никогда не смогу отблагодарить тебя за это по-настоящему. Безусловно, Блейн все еще осознавал все риски и даже если начинал доверять Курту, это еще не означало, что он действительно был спокоен или мог доверять своему будущему, которое все равно не казалось радужным в далекой перспективе. Но Курт не заслужил выслушивать все эти депрессивные мысли. А еще этот вечер должен был быть хорошим, а не грустно-философским. Так что Блейн улыбнулся, чокнулся стаканом со стаканом Курта, который выглядел сверкающим от счастья, и первый стакан выпил залпом. Курт немного поморщился от пузырьков, но затем последовал примеру Блейна и тоже опустошил свой стакан большими глотками, облизывая губы и смущенно посмеиваясь. — Я вообще-то почти совсем не пью из-за того, что меня сильно уносит от спиртного. Особенно от газированных напитков, — Курт поправил волосы и отвел взгляд, а через секунду радостно хлопнул в ладоши, вспоминая, очевидно, о пирожных. — Могу я? — попросил Блейн, беря в руки тарелку с пирожным, отламывая небольшой кусочек вилкой и поднося к губам Курта. — Ты даже не представляешь, как мне сейчас неловко. Я словно в каком-то фильме или в одном из своих снов, потому что ничего подобного раньше со мной не случалось. Но я был бы идиотом, отказавшись, потому что мне очень нравится мысль о том, что ты будешь меня кормить. Курт немного поерзал, поправил на шее подаренный Блейном платок и открыл рот, принимая кусочек пирожного. Он облизал губы, пережевал его и проглотил, прикрывая глаза от удовольствия. А Блейн так и замер с вилкой, потому что впервые в жизни видел что-то настолько сексуальное. Понятие секса и желания было для него достаточно размазанным. Он занимался им, он знал, что такое инстинкт, и был, наверное, даже неплох в этом. Он испытывал желание физическое. Он доводил сам себя до оргазма время от времени, но случалось это не слишком часто в последние годы, потому что совершенно не было места для уединения, не было сил, да и не появлялось никаких образов в голове, когда просто постоянно хотелось есть и спать. Да и если говорить об образах, они были очень стертыми и неясными. Никто из хозяев никогда не привлекал Блейна. Это было либо достаточно мерзко или просто нейтрально. Он понимал, что это такая же обязанность, как вытирать пыль на полках, и просто ее выполнял. Образы к хозяевам отношения не имели и Блейн, даже если бы постарался, не смог бы вспомнить ни одного. Но сейчас, глядя на Курта с губами, немного испачканными кремом, он вдруг впервые почувствовал, что хочет именно его. И как именно хочет. Блейн тихо заскулил, быстро отложил вилку и шумно выдохнул, когда Курт испуганно распахнул глаза. — Я сделал что-то не то? — Нет, — быстро ответил Блейн, разливая еще шампанского и пытаясь выровнять неожиданно сбившееся дыхание. В штанах стало тесно и как ни старался он отогнать этот образ, не мог ничего поделать. Губы Курта, его тело, его стон. Блейну хотелось, чтобы это повторилось, но чтобы на этот раз он был причиной этого. И хотелось этого так сильно, что голова буквально шла кругом. — Блейн, все нормально? Ты уверен? Курт был если не испуган, то сильно удивлен и Блейну сразу стало стыдно. Он покачал головой и сел ближе к Курту, кладя руку на его щеку и ласково по ней проводя пальцами. — Да, прости. Не обращай внимания, все хорошо. Курт кивнул и наклонил голову, прижимаясь к Блейну и укладывая голову на его плечо. Рука юноши скользнула вниз, находя руку Блейна, и переплела их пальцы. Гибрид удивленно уставился на их ладони и нежно сжал пальцы Курта, а затем поднял их и поцеловал изящную ладошку, каждый палец по очереди, заставив Курта смущенно зарыться носом в его шею. А горячее дыхание Курта вновь привело к приступу жара, что опустился от шеи вниз и заставил Блейна поерзать. — Я мечтал о таком всю жизнь. И не думал, что это правда случится. Я ведь просто хотел найти себе друга, помочь кому-то. А нашел намного большее… — прошептал Курт, беря в руки свой стакан и делая еще пару глотков шампанского. Судя по его изменяющемуся голосу и тому, как немного заплетался язык, он действительно быстро пьянел. И Блейн даже не знал, хорошо ли это. Как только Курт перестанет себя контролировать, потеряет контроль и Блейн. Вот только Курт сразу сказал, что ему не интересен секс с ним. Или это было до того, как они признались в чувствах? Люди, что в отношениях, ведь занимаются этим? Курт говорил, прижимаясь к Блейну все ближе, и к концу второго стакана уже даже положил на бедра Блейна ноги, хихикая время от времени и позволяя обнимать себя. Блейн пару раз чмокнул его в щеку, не будучи слишком силен в ласках иного рода. Некому было научить его таким вещам, все хотели просто животного секса, а не нежности или чего-то человеческого. И тем не менее, с Куртом Блейну хотелось быть нежным. Шампанское подходило к концу, пирожными он Курта накормил, и тот стал совсем податливым и расслабленным. Смотрел на Блейна большими глазами, словно ожидая чего-то. И Блейн сдался. Он подхватил Курта на руки, а тот обнял его за шею руками и не сказал ничего против, когда Блейн отнес его в спальню и уложил на кровать. Он хотел бороться. Действительно. Возможно, стоило просто раздеть Курта, накрыть одеялом и уйти спать. А когда завтра Курт проснется, то обсудить с ним все и даже секс, как бы сильно это ни смущало Курта. Сначала Блейн снял с Курта рубашку, причем тот уже был настолько пьян, что не сопротивлялся этому, хотя и не слишком помогал. Блейн развязал платок и отложил его на тумбочку. Следом расстегнул брюки и потащил их вниз, с удивлением понимая, что на Курте не боксеры, как, например, на нем самом, а скорее простые и милые белые хлопковые… Трусики? Иначе их Блейн не мог назвать. Курт попытался прикрыться, но его откровенно вырубало, так что надолго его не хватило и уже через минуту Блейн снял с него штаны, оставляя в белых носках. Подумав, Блейн снял и их. Курт протянул руку, нежно погладил Блейна по волосам и мечтательно улыбнулся, приоткрывая глаза и снова их закрывая. И Блейн действительно собирался уже было накрыть Курта одеялом и уйти, но тот согнул ноги в коленях, а затем развел их и у Блейна на миг перехватило дыхание, потому что его взгляд, разумеется, скользнул между ног Курта и он понял, что именно имел в виду Курт, когда повторял, что он не такой, как все и что ни один парень-гей не захочет быть с ним. — Ох, Курт… Тот, кажется, не слышал его, то ли засыпая, то ли просто игнорируя, а Блейн уже не знал, сможет ли себя сдержать. Он осторожно забрался на кровать, нависая над Куртом, и прижался губами к его шее, плавными мазками языка спускаясь вниз по груди. Ответом ему служило лишь тихое хныканье и попытки то сжать колени, то развести их сильнее. И, наверное, Курт просто не понимал, что это происходит в реальности. Наверное думал, что это сон, а Блейну не хотелось разубеждать его. Запах Курта, его голос, его нежная кожа и тяжелое дыхание сводили Блейна с ума. Он никогда еще в жизни никого не хотел, а теперь хотел Курта сильнее всего на свете. Спустившись поцелуями-мазками языка до самого низа живота, он нежно развел длинные ноги Курта, согнутые в коленях, в стороны, и провел носом прямо вдоль киски, тихо заскулив от нетерпения. Курт вздрогнул в его руках, сжал на мгновение простынь под ладонью и попытался свести ноги, но безуспешно: Блейн удерживал их. Следом за носом он нежно провел вдоль киски губами, а затем лизнул ее, прямо через ткань белья. И еще раз. И снова и снова, пока ткань не промокла насквозь. Блейн отвел ее в сторону пальцами, задыхаясь от увиденного. Курт был там таким влажным, нежно-розовым, таким же невинным и прекрасным, как и весь он. Блейн обдал чувствительную кожу горячим дыханием и скользнул шершавым языком вдоль входа, проникая внутрь кончиком и слизывая смазку, что активно выделялась прямо оттуда. Курт вздрогнул, вскинул бедра и высоко застонал, чем раззадорил Блейна только сильнее. Он издал низкое рычание, отвел ткань трусиков сильнее в сторону и принялся лизать усерднее, то двигаясь широко мазками, то уделяя внимание лишь набухшему клитору, от чего Курт заметался по кровати, уже не сдерживая громких и чуточку жалобных стонов. Блейну было непросто удерживать мальчика на месте, потому что все его тело дрожало, ноги то и дело рисковали сжать голову Блейна, а пальцы до бела сжимали простынь. Но Блейн был практически уверен, что Курт спал и совсем не понимал, что это происходит в реальности. Уже не выдерживая, Блейн скользнул рукой вниз по своему животу, сжимая твердый, истекающий от смазки член, и вновь впился губами в киску Курта, когда тот закинул ногу на его плечо и скользнул ступней вдоль спины, поджимая пальчики и в следующий миг разводя ноги еще сильнее. Блейн надавил на клитор Курта кончиком языка и осторожно скользнул средним пальцем прямо в его киску, такую горячую, мокрую, истекающую соками. Курт громко застонал, изгибаясь на кровати так сильно, что прижатыми остались лишь его лопатки, и начал сокращаться прямо вокруг пальца Блейна, кончая. Блейн кончил мгновенно, даже не двигая рукой, а наоборот стараясь закрыть член, чтобы не испачкать все вокруг спермой. Курт все еще постанывал и хныкал, но опал обратно на кровать, разведя ноги максимально широко и лишь вздрагивал все то время, что Блейн тщательно вылизывал его киску, очищая от соков каждую нежную складочку. Если бы Блейн мог, он бы повторил это сразу же снова, но понимал, что Курту нужен отдых. Осторожно поправив белье на все еще мокрой и теперь ярко-розовой киске, он сам сел на кровать между ногами Курта потянулся за салфеткой и вытер себя. руку в сперме, живот и бедра Курта, что блестели от его слюны и смазки. Спрятав салфетку, словно вор, он собирался было накрыть Курта одеялом и сбежать, надеясь, что с утра тот ничего не вспомнит, но стоило ему приподняться, как Курт схватил его за руку, упрямо притягивая к себе. — Останься, — хрипло попросил он, даже не просыпаясь, и Блейн понял, что просто не может отказать ему. Это было прекрасно. Восхитительно. Лучше, чем когда-либо в его жизни. И если завтра придется извиняться перед Куртом за то, что он сорвался, то Блейн сделает это без сожаления. Кивнув, даже если Курт того не видел, Блейн осторожно лег рядом и накрыл их обоих одеялом, широко улыбаясь, когда Курт тут же прижался к нему всем телом и закинул ногу на его бедра, вжимаясь носиком в грудь и издавая тихое сонное ворчание.