Big Bad Wolf

Блейн вообще-то был неплохим парнем. Благодаря жизни с Куртом и его любви он даже мог сказать, что он был хорошим. Он умел любить, это точно. И он был добрым… во всяком случае, если дело касалось Курта и тех людей, что не пытались сделать больно ему и его возлюбленному. Он даже бывал веселым… Но вот это уже точно доставалось только Курту и только наедине. Потому что, наверное, Блейн все еще не слишком доверял людям, чтобы смеяться на улице и вести себя более открыто. И тем не менее, он правда был неплохим, немало расслабился за последнее время, уже не так сильно напоминал злобного волка, а скорее все-таки молодого паппи. Но, как ни крути, он все еще был не слишком общительным, особенно на первых порах с человеком. И не был уверен, что после всего с ним случившегося, когда-нибудь снова сможет стать. То есть нет, конечно, он мог натянуть какую-то дежурную улыбку, если это было необходимо, но это было тяжело для него и не всегда получалось даже подумать об этом. Зачастую он сначала хмурился, а уже потом пытался выровнять выражение лица. И даже если это был мистер Хаммел, отец его любимого человека, который ничего плохого ему не сделал, просто так в один миг расслабиться Блейн перед ним не мог. Это Курт уже смог заслужить доверие. Не за один день, не одним поступком. Но все-таки смог. А Берт был незнакомцем и Блейн автоматически ощущал недоверие. Что, если тот скажет что-то обидное? А если сделает? Если посмотрит на него, как на мусор? Или попросит не приближаться больше к его сыну? Блейн не мог расслабиться весь полет, а когда он не мог расслабиться, то превращался обратно в хмурого, обозленного на жизнь волка, который своим внешним видом передавал посыл вроде «Я убью тебя и всю твою семью». Ну хотя как сказать всю семью. Семьей-то его как раз был Курт, за которого он мог убить кого угодно. — Блейн, милый, успокойся. Мой папа очень ждет встречи с тобой. Он уже вышел из того периода, когда «обидишь его — и я тебя убью». Ну или это я уже из него вышел, если быть точным, потому что последние пару лет папа уже смирился, что зятя в ближайшее время не увидит. И я знаю, что я еще достаточно молод, просто он вообще не видел парней рядом со мной и, наверное, начал думать, что со мной что-то не так. Ну и он видел, что я грущу и что я одинок. А теперь я самый счастливый парень на свете и папа очень рад, что ты рядом, потому что я счастлив именно благодаря тебе, — прошептал Курт в ухо Блейна, пока они ждал свой багаж на ленте. Тот уже начал выезжать, а значит, до встречи с отцом Курта оставались считанные минуты. И ему действительно пора было взять себя в руки. — Мистер Хаммел заберет нас сам? — Да, Кэрол и Рейчел накрывают на стол, а Финн им помогает. Они ведь прилетели еще вчера. Курт послушно дал Блейну самому забрать чемодан, еще раз чмокнул его в щеку, совсем не стесняясь взглядов, и подхватил гибрида под руку, направляясь к двери, за которой находились встречающие. Берта Блейн узнал сразу. И не только потому, что видел его фото. И не из-за бейсболки, о которой постоянно говорил Курт. Но потому, что как только они вышли, глаза этого мужчины засветились счастьем и он рванул вперед, уже через секунду прижимая сына к крепкой груди. Понять и осознать эти чувства Блейну было очень сложно. Его забрали от матери совсем маленьким, а отец, конечно же, присутствовал только на вязке. Или как там его зачали. Через пробирку? Блейн даже ощутил укол ревности, потому что кто-то обнимал Курта так крепко и кто-то любил его так сильно. Почти как Блейн! — Блейн? — Мистер Хаммел, — ответил Блейн и собирался протянуть руку мужчине, но тот, неожиданно, обнял и его тоже, крепко прижимая к себе. Курт испуганно распахнул глаза, зная отношения Блейна с близким контактом с людьми, но гибрид на удивление легко расслабился и даже обнял мужчину в ответ, тут же отводя глаза в сторону, когда тот отстранился, чтобы скрыть свои эмоции. — Просто Берт. Я так рад, что вы добрались до нас, наконец! Блейн коротко кивнул и коротко выдохнул, когда почувствовал, как Курт взял его за свободную от чемодана руку. Курт же сел с ним сзади, несмотря на то, что Блейн не против был, чтобы тот сел с отцом и пообщался. Но общались они в итоге все вместе. То есть мистер Хаммел задавал вопросы сразу им обоим. И даже если отвечал, в основном, Курт, а Блейн только молча кивал головой, качал или отвечал односложно, ему все равно было очень приятно такое отношение. И еще ему хотелось плакать из-за того, что он правда никогда не видел подобного и не испытывал. И потому что ему некуда было ехать так до того, как он познакомился с Куртом. Который сразу стал и любимым, и семьей, и домом. Курт чувствовал это, так что всю дорогу не выпускал руки Блейна из своей и время от времени гладил по спине. Исключительная ситуация, где это он был сильным и Блейн ничего не имел против. К счастью, с Рейчел и Финном Блейн успел познакомиться еще в Нью-Йорке и даже подружился с ними. Нет, он пока не мог доверять им полностью, но отметка приблизилась к ближайшему возможному максимуму. Такой был у всех людей, кроме Курта. Что-то вроде шкалы, на которой размещались все знакомые. И хорошие люди попадали ближе всего к хорошему краю, а плохие оставались на конце, у плохого. Вот Финн и Рейчел были хорошие. Блейн не боялся оставаться с ними наедине, говорить, улыбаться и даже шутить, но они все равно не были Куртом и не могли им стать. В целом, Блейну не казалось, что так уж плохо будет прожить жизнь, понимая, что по ту сторону так и остался один только Курт, которому Блейн может довериться целиком и полностью. Рейчел была болтливой, а еще она не постеснялась уже через полчаса попросить почесать его за ушком, сказав, что он слишком милый, чтобы делать вид, что она не хочет его потрогать. Финн, конечно, Блейна не трогал, зато он тоже был милым, взял телефон Блейна и даже позвал его в бар на просмотр матча. И самое главное, что это было весело! Друзья Финна были отличными ребятами. Хотя бы потому, что они просто поздоровались с Блейном, пожали ему руку, а затем продолжили пить свое пиво, орать после каждого гола и вскакивать, не отрывая взгляда от экрана. О да, там Блейн быстро почувствовал себя своим и потом еще несколько дней рассказывал Курту все детали. Тот был безмерно рад, что Блейн немного проветрился отдельно от него, пока сам Курт вместе с Рейчел посещал салон красоты и делал что-то с прической. Блейн не сразу понял, что именно, но Курт стал еще красивее, хотя казалось, что красивее уже просто некуда! Кэрол оказалась тоже чудесной женщиной. Она была мягче Берта и тоже обняла его, нежно погладив по волосам. Блейн был почти уверен, что Курт никому не рассказывал детали прошлого Блейна, которыми тот поделился с ним, и, тем не менее, она словно чувствовала его боль, потому что в ее глазах была поддержка и сочувствие. Это было мило, но Блейну от этого было как-то жутко неуютно и хотелось скрыться. Встречу с Рейчел и Финном он еще стоически пережил, а после этого был очень рад, когда их отпустили в комнату разложить вещи и попросили спуститься к обеду через полчаса. Получаса в компании Курта было достаточно, чтобы немного успокоить нервы. И главное, что Блейн даже не совсем понимал, что именно так сильно выбивало его из колеи. Обилие людей. Или какая-то белая зависть к Курту, что у него есть хотя бы один родитель. Или просто недоверие людям. Или то, что чем больше вокруг было людей, тем острее он ощущал свою неполноценность? Вот у них у всех школы позади, образование, работа, друзья и родители. Истории из детства, воспоминания, планы на будущее. А Блейн? Он просто питомец. Разумный пес, живший собачью жизнь. Собаки-проститутки или что-то такое. Ему было стыдно. Стыдно за себя. И за Курта, что он связался с этой жалкой человекоподобной шавкой. — Я не хочу есть, — тихо признался Блейн, как только они оказались в комнате. Он готовил себя к тому, что это дом Курта, что он посмотрит на его комнату, старые фото, что станет частью семьи и покажет Берту, что Курт счастлив с ним и что он сделает все, чтобы это не менялось. А что в итоге? Какой же он волк, если просто трусливый щенок? — Блейн? Курт знал его настолько хорошо, что ему даже не нужно было ничего объяснять. — Да нет, ну правда, ты давно не видел отца и наверняка по нему скучаешь. А вот на ужин уже спустимся вместе. — Блейн. Курт сел на кровать и притянул Блейна к себе, ласково беря его руки в свои и переплетая их пальцы. — Конечно, я не буду заставлять тебя есть, если ты не хочешь. И заставлять тебя спускаться, если ты не хочешь, я тоже не стану. Но, подумай немного обо мне… Я ведь хочу похвастаться. У Финна есть Рейчел, у папы есть Кэрол. Или наоборот. Они есть друг у друга, а я постоянно чувствовал себя лишним на этом празднике любви. А теперь у меня есть ты, самый прекрасный мужчина на свете, и ты хочешь, чтобы я снова сидел там один? Блейн удивленно приподнял ушки и наклонил голову. — Ты серьезно? — Ну сколько раз я должен говорить, что ты просто не можешь посмотреть на себя моими глазами и увидеть, как же сильно я люблю тебя, как сильно ты нравишься мне, какой ты красивый для меня, умный и добрый. Ты самый замечательный на всем белом свете. Самый сильный и храбрый, а еще очень горячий, но об этом мне не стоит думать, пока мы в доме моего детства, — Курт тихо хихикнул и потянулся вперед, прижимаясь губами к губам Блейна. О, этот коварный юноша знал, как отвлечь Блейна от всего на свете и заставить чувствовать себя намного лучше. Разве он мог сказать о своих глупых страхах теперь, когда Курт сказал, что он самый храбрый? — Я очень сильно люблю тебя, — прошептал Блейн в ответ и нежно лизнул щеку Курта, а затем сам же ее и вытер. Он просто не всегда мог контролировать это желание, а Курт никогда не вытирался, чтобы не обидеть его, наверное. Ну или ему нравилась мокрая щека. — Ну и еще я думаю, что уже немного голоден. На самом деле, — добавил Блейн, заставляя Курта радостно рассмеяться. Они спустились к столу через обещанные полчаса, успев принять вместе душ и переодеться в домашнюю одежду. Блейн расслабился наедине с Куртом и не переставал улыбаться и смеяться, когда они вошли в столовую, где Рейчел и Кэрол заканчивали последние приготовления. Берт, повернувший к ним голову, тоже счастливо улыбнулся, видя, какой же радостный Курт, как крепко он держит Блейна за руку и словно всем телом постоянно льнет к нему, не желая отстраняться. Конечно, ему непросто было видеть, как его маленький мальчик взрослеет на глазах, становясь счастливым рядом с другим мужчиной. Более того, гибридом, что означало лишь определенное наличие сложностей для них обоих. И тем не менее, он всегда хотел для Курта счастья, а этот парень, определенно, делал его сына счастливым. Блейн помог Кэрол вынести несколько блюд с кухни, Курт достал бокалы для вина, и через пару минут все сели за стол. Вопреки страхам Блейна, все было совершенно нормально. Все говорили со всеми, все ели, смеялись и шутили. Никто не «пытался делать вид, что он нормальный», все, кажется, правда считали его равным. Он все еще не мог перестать думать о том, что встреча с Куртом была самым счастливым событием его жизни, а его семья и ближайшие друзья тоже оказались хорошими людьми, с которыми Блейн не чувствовал себя отвратительно. Они тактично не задавали каких-то вопросов, но в целом темы были скорее общими и Блейн с удовольствием обсуждал фильмы, книги и музыку, которую любил. Он расслабился, по-настоящему расслабился, разговаривая со всеми за столом, а еще он наелся и сытый желудок всегда делал его более добрым и умиротворенным. — Вы слышали, что на Аляске летом открывают прием документов в тот колледж для гибридов? — поинтересовалась Кэрол, а Блейн коротко вздохнул. Ну вот и первая осечка. Конечно, он знал. Читал об этом в интернете, хотя полноценная информация начала появляться только недавно, а анкету обещали опубликовать только в январе. А вот Курт, судя по всему, не знал. — Что? — удивленно спросил Курт, вскидывая брови и переводя взгляд с Кэрол на Блейна. Врать он совсем не умел, так что пришлось опустить глаза. — Ты знал? — Ну я слышал об этом. Но это все ерунда, там даже анкеты только зимой появятся. Не факт, что вся эта история не закроется. К тому же, первый набор будет проходить много тестов. И ты же знаешь… Блейн не мог сказать, что крутилось у него на языке «ты же знаешь, что я не пройду». Потому что он псих, потому что его несколько раз должны были усыпить, потому что от него отказывались и вообще у него не все в порядке с головой. — И они обещают трудоустройство выпускникам. А что еще лучше, они собираются выдавать им документы! То есть паспорта! Конечно, Кэрол никто не винил, она действительно была вдохновлена и хотела лучшего, но для Блейна это было серьезным ударом. То, что теперь придется обсуждать это с Куртом. И понимать, что этого не случится. Курт заканчивает учебу в этом году и они могли бы уехать, вот только это Анкоридж, долбанный край света, и Блейн никогда не попросит Курта уехать туда из Нью-Йорка. Да и боже, никто его никуда не возьмет. Блейн настроился быть рядом с Куртом, работать в магазине. Может быть, однажды у них были бы дети. А так будут только пустые надежды, что разобьются вдребезги и ранят его. — Обязательно почитаем об этом побольше, — с улыбкой закивал Курт, начиная другую тему, вот только Блейна было не провести: он слишком хорошо знал Курта и понимал, что уж для них эта тема только-только начинается…