Дикая сказка из прошлого +86

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Ориджиналы

Пэйринг или персонажи:
м / м
Рейтинг:
R
Жанры:
Повседневность, ER (Established Relationship), Занавесочная история
Размер:
Мини, 4 страницы, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
...в эту пятницу Пётр Николаевич серьёзно задержался на работе. Но тут сыграла свою роль не столько загруженность, сколько нежелание возвращаться в пустую квартиру...

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Просто пришла эта история, ниоткуда. Так бывает, что герои заявляют о себе и требуют своей жизни.
История попала в моб у Моти, так как она меня вдохновила на написание этого рассказа. http://zosiapupkina.diary.ru/p205426303.htm

Арт от Моти http://static.diary.ru/userdir/3/0/0/7/3007495/83268417.jpg
21 августа 2015, 22:52
Пётр Николаевич вышел из здания, набрал полную грудь свежего вечернего воздуха и чуть замер на крыльце. Аромат прелой листвы смешивался с чуть горьковатым дымком – признаки осени не давали забывать о грустной поре увядания. И всё же прекрасной, если бы не проблемы на семейном фронте. Пётр Николаевич, строгий начальник отдела снабжения, страдал уже неделю от вынужденной холостяцкой жизни. И кто придумал эти командировки? Например, Петру никогда не приходилось ездить в другие города. На базы, на склады, в ближайшие фирмы – да, сколько угодно, но не на сутки, тем более не на долгий срок! Да и век информационных технологий не требовал личного присутствия. Для решения всех проблем был инет и прочее. Как бы то ни сложилось, но с одиноким вечером нужно было что-то решать. Стаж семейной жизни у Петра Николаевича насчитывался солидный, почти двадцать пять лет. Но за такой период, к стыду сказать, он не научился заботиться о себе и готовить. Поэтому в тот момент с грустью осознавал, что в холодильнике – шаром покати.
Можно было поехать в супермаркет и набрать изысканного и готового. Но всеми этими деликатесами Пётр Николаевич питался почти семь дней. Надоели! Хотелось жареной картошки, домашней, ароматной, с хрустящей корочкой. И к ней просто салат из огурцов. Или… Мужчина замечтался, представляя себе хороший семейный ужин на уютной кухне. Чтобы включен был только бабушкин старый торшер с помутневшим абажуром, создающим почти интимную мглу. Чтобы негромкая медленная музыка создавала соответствующий звуковой фон. Чтобы в воздухе витал запах вкусной, хоть и не очень полезной пищи. А на столе – скатерть в красную клетку и на ней белые тарелки с золотистыми аппетитными кусочками, от которых идёт пар. К ним – хорошая, настоящая котлета, сочная, румяная. Рядом – мисочка с зелёными кругляшами – дисками, от которых тянет свежестью последних осенних огурцов, да с мелко нарезанным укропчиком, под оливковым маслом. И бутылочка вина, любимого, в котором, похоже, растворился солнечный свет далёкой южной страны. Это ли не сказка?
Сказка, потому что несбыточная. Так что, кажется, нужно решить, куда податься. Пётр Николаевич тяжело вздохнул и почти торжественно поплыл к верной боевой подруге – машине, поражающей окружающих своей красотой и хищным видом. Просто с невероятной любовью огладил мужчина капот, коснулся дверцы и нажал на кнопку пульта. Машина преданно гукнула и поморгала хозяину очами – фарами. Да уж, пара была – просто загляденье: чёрная иномарка с идеальной фигурой, отполированной до блеска поверхностью, тонированными задними стёклами. Ничего лишнего, всё именно так, чтобы подтвердить статус своего хозяина, пусть не заоблачный, но вполне достойный. Сам же Пётр Николаевич часто ловил взгляды шикарных дам, обещающих ему неземные наслаждения. Ведь был он мужчиной видным, солидным. Блондин от природы, к своим почти пятидесяти он стал обладателем шикарной седины, которая ничуть его не портила, добавляя лишь шарма к облику. Родители и сильная генетика одарили его хорошей фигурой, которую Петр, тем не менее, поддерживал частыми тренировками. Так что кубики пресса могли привести представительниц противоположного пола почти в священный экстаз. Впрочем, широкие плечи, узкая талия, правильные пропорции позволяли выглядеть шикарно и сексуально в любой одежде. А уж привычка носить классические костюмы на работу просто не давала никаких шансов его соперникам по очарованию женщин.
Правда, будучи строгим начальником, Пётр Николаевич часто хмурился и строжился. Но стоило улыбнуться, как его лицо озарялось, и наблюдателям становилось понятно, что перед ними очень добрый человек. Правда, доброта сия не распространялась на лентяев и дилетантов, которых мужчина терпеть не мог. Таких он доставал не только строгими распоряжениями, но и особым занудством, в коем был тоже спецом. Именно Пётр Николаевич мог рассмотреть поставленное на завод сырьё или оборудование так тщательно, что никакой мелкий дефект не мог скрыться от пытливого взора. Если возникала такая необходимость, то занудство начальника отдела снабжения возрастало в разы, и поставщики, зная его характер, готовы были пойти на многие уступки. В деловых кругах способности и профессионализм Петра Николаевича не являлись секретом, а его положительная оценка качества товара становилась шикарной рекламой для изготовителя.
Такое признание пришло не сразу. Понятное дело, для этого приходилось постоянно пропадать на работе. Вот и в эту пятницу Пётр Николаевич серьёзно задержался. Но тут сыграла свою роль не столько загруженность, сколько нежелание возвращаться в пустую квартиру. Потому хозяин не торопился садиться в водительское кресло, одаряя вниманием, да лаской свою ласточку. Но и тянуть дальше было бы смешно. А потому после тяжёлого вздоха Пётр занял место водителя, осторожно прикрыл дверцу, произвёл все необходимые манипуляции, которые для неопытного наблюдателя напомнили бы шаманские пляски, и всё же повернул ключ зажигания, наслаждаясь приятным тихим рокотом пробуждающегося мотора. Ещё пара выверенных движений, и машина с негромким шорохом покатила по дороге. Пётр Николаевич любил водить автомобиль, получая от этого процесса кучу приятных эмоций. Особенно, если в пути не обнаруживалось серьёзных помех и пробок. Вечерний город в пятницу, конечно, был наполнен движением. Казалось, что именно в этот момент на улицы выкатили свои железяки все самые бестолковые водилы, что не могло не раздражать. Да ещё эта неопределённость. Пётр до сего момента ещё сомневался, стоит ли ему искать развлечений, или всё же отправиться в пустое жилище. На одном из перекрёстков его машина попала в немалую пробку. Хотелось с досадой стукнуть по рулю, но это не было бы похоже на Петра, внешне сдержанного и терпеливого. Потому он просто опустил руки на колени и на несколько мгновений устало прикрыл глаза. В этот момент прозвучал сигнал сотового. СМСка не была неожиданностью, но сам резкий звук заставил хозяина машины вздрогнуть. Он излишне торопливо достал телефон и глянул на светящийся экран. «Приезжай. Я тебя жду», - гласило послание от абонента под кодовым названием Анне Чума. Пётр Николаевич довольно улыбнулся. Вечер прекращал быть занудным и обещал кучу приятных сюрпризов.
Вырвавшись таки из пробки, водитель чёрного хищника уверенно направил свой автомобиль навстречу приключениям.

Зарулив в уютный двор новой многоэтажки и порадовавшись свободному месту у нужного подъезда, Пётр стремительно покинул свою любимицу, не забыв включить противоугонную сигнализацию. Машина прощально мигнула ему фарами и замерла в вечерней полумгле. Мужчина запрокинул голову и отыскал нужное окно на пятнадцатом этаже, призывно светящее ему. Больше Пётр уже не медлил. Лифт уверенно вознёс его на нужную высоту, и седой красавец остановился перед входной дверью. В глаза бросилась новая наклейка с забытой фразой «Нeavy metal» и соответствующим рисунком. Мужчина замер на несколько мгновений, стараясь унять зашедшееся в бешеном ритме сердце, сделал пару глубоких вздохов и нажал на кнопку звонка. Кажется, за дверью его поджидали, так как она открылась практически одновременно с дребезжащей мелодией. В проёме появилось лохматое чудище, его рука с многочисленными металлическими браслетами стремительно выдвинулась вперёд, словно некий механический захват, ловко зацепила гостя за галстук и втянула в недра квартиры. Путь к отступлению отрезала хлопнувшая дверь.
Внутри царил полумрак, лишь мигание неоновых лампочек в комнате на мгновения чуть озаряло коридор через дверной проём. Эта световая пульсация совпадала с тактом быстрой музыки. Чудовище, похоже, пожалело нервы соседей, а потому динамики не надрывались. Но всё же казалось, что ударники били прямо по ушам, заставляя дуреть от таких музыкальных изысков. Пётр Николаевич вдруг превратился в Петю, заулыбался и сделал несколько знакомых движений, имитируя игру на гитаре. Чудовище с визгом подпрыгнуло на месте, подняв вверх руки и обозначая себя давним поклонником музыкального направления «металл». Потом кинулось к Петру, обняло его за шею и смачно чмокнуло в губы. Пётр Николаевич, а теперь уже Петя, опешил лишь на секунду, но потом с удовольствием включился в происходящее действо. Он обхватил друга за талию, крепко прижал к себе, постарался превратить беглый поцелуй в длительный и страстный. Чудовище оттолкнул нетерпеливого любовника, отступил на шаг, изображая игру на барабанах. Петя подыграл ему на воображаемой гитаре. Оба балбеса довольно улыбались. Со стороны зрелище было то ещё. Седовласый красавчик в классическом костюме и лохматый мужчина с диким макияжем пытались изобразить действо, создаваемое рок группой на сцене. Да уж, им не хватало зрителей, но те рисковали бы получить инфаркт.
Всё же Петя не выдержал и щёлкнул выключателем, включил бра в коридоре, желая разглядеть лохматого красавчика во всех подробностях. О, он был вполне колоритным! Неизвестно, где мужчина раздобыл этот костюм, но металлисты восьмидесятых удавились бы от зависти, увидев чёрные кожаные штаны с множеством блестящих наклёпок и такую же жилетку. Образ дополняли килограммы толстых цепей на шее, которые позвякивали с каждым движением. Странная причёска, напоминающая дикобраза, вполне гармонировала с тёмной подводкой глаз, выделенными краской скулами и чёрной помадой на губах. Серьги и перстни с черепами завершали картину. Немного сбивали с толку босые ноги, но Пете было уже наплевать. Потому что чудовище протянуло ему гитару, новую, но являющуюся точной копией той, что была когда-то у гитариста местной рок группы Пети Красса. Да, да, именно так называл себя когда-то Пётр Николаевич.
- Чума, ты – гений! Я тебя обожаю! – воскликнул бывший Красс и с наслаждением ударил по струнам.
Инструмент отозвался. Петя вдохновлённо сыграл окончание звучавшей музыки и с восторгом уставился на гитару.
- Настроить нужно, а так – сказка, - вздохнул он.
- Сказка из прошлого, правда? – отозвалось чудовище и улыбнулось.
Петя осторожно отставил в сторону инструмент, заворожённый диким взглядом Чумы. А тот медленно, словно пантера двинулся вперёд, вдруг резко подскочил и распахнул пиджак на Крассе.
- Обожаю тебя, - простонал он, снова втягивая Петра в поцелуй.
Тот был только рад такому напору, нетерпеливо оглаживая тело любовника, забираясь под кожаную жилетку. Но тут же ойкнул, оцарапавшись о металлическую заклёпку. Это заставило его изменить тактику. Теперь Пётр стремился лишить своего любовника колючей брони, стянул с него жилетку и принялся воевать с застёжками на штанах. Чума не оставался безучастным, лихо разделываясь с одеждой Красса. Их движения были наполнены жаждой, звериным желанием, похотью. Мужчины не стонали – рычали, освобождая желанные тела от оболочки цивилизации. Вскоре эта парочка, не прекращая своеобразной борьбы за первенство и обладание любовником, переместилась в комнату и рухнула на диван, который в ответ только жалостно крякнул, призывая к спокойствию. Тщетно, никто его не слышал. В комнате проистекало действо, достойное кинематографа. Битва двух хищников, страсть, дикий танец – все эти фразы не отражают и десятой доли происходящего. И в тот момент для этой прекрасной пары не существовало ничего, были лишь они в мире, наполненном огненной любовью и музыкой.

Пётр ещё пребывал в сладких грёзах, когда его нос уловил божественный аромат жареной картошки. Мужчина пошарил рядом с собой, ожидаемо не обнаружив Чуму. Или правильнее сказать Германа Оттовича, Герку, Герасика – так он называл своего любимого, своего партнёра, своего верного мужа. Тот словно услышал немой призыв и появился в комнате, присел рядом, осторожно стянул с Петра покрывало, наслаждаясь великолепным видом обнажённого тела. Петя не возражал, лишь улыбнулся и демонстративно потянулся, являя себя во всей красе. Гера охнул, закусил губу и вернул покрывало на место, опасаясь, что быстро потеряет голову, а на второй заход неплохо было бы накопить силы.
- Ты давно приехал? – Пётр хмыкнул, прекрасно понимая все сложности супруга, ибо и сам страдал от того же.
- Утром сегодня, решил тебе сюрприз сделать, - Герман поднялся и кинул на диван халат, - одевайся, пойдём ужинать.
- Ага, - хитрая улыбка Петра стала ещё шире, чеширский кот обзавидовался бы, - сюрприз удался на славу.
В этот момент в комнату вбежал ещё один член семьи.
- О, и Ревна тут, – удивился Пётр Николаевич, протягивая псине руку, которую та с удовольствием облизала, - когда её-то забрал?
- Игорь ещё вчера с выставки приехал, но тебя беспокоить не стал, зная, что обязательно забудешь погулять с ней и накормить.
- Да, да, милая наша девочка, - повинился Петя, - я совершенно никудышный хозяин, и только твой великолепный Герман способен понять тонкую душу венгерской выжлы.
- Да, именно, а ещё и охотничью страсть, - строго добавил Гера, - между прочим, на её счету десяток вальдшнепов.
- Героиня, - согласился Пётр и тут же вспомнил о своей мечте, - мясца бы сейчас.
- Так нечего разлёживаться, всё готово, марш в кухню, - скомандовал Герман.
Осталось подчиниться. Правда, не забыл Петя и про ванную, которую всё же стоило посетить перед желанным ужином. Зато потом его ждал сюрприз, всё как он мечтал: скатерть, тарелки с картошкой и котлетами, салат и вино. Мягкий свет торшера создавал ту самую уютную атмосферу, ценную именно своими спокойствием, надёжностью. За столом уже сидел любимый, который давно избавился от глупого парика, украшений и макияжа. Теперь же он снова стал самым дорогим и любимым Германом, которого с таким нетерпением ждал Петя.
- Что это было за представление? – вспомнил о невысказанном вопросе Пётр, уплетая шикарную стряпню мужа.
- Ну, решил внести разнообразие в нашу жизнь и тряхнуть стариной. Что-то стал сдавать и испугался, что ты во мне разочаруешься, - Герман не стал юлить, мужчины давно договорились говорить обо всём достаточно откровенно, чтобы не рождать недомолвок и сомнений.
- Дурашка, ты для меня всегда самый лучший, - покачал головой Пётр, - но мне представление понравилось. Можно будет попозже повторить. Много позже. Через годик – другой.
- Ну-ну, - усмехнулся Герман, - и гитару до того момента спрятать?
- Нет, за такой подарок я готов повторить эту ролевую игру прямо сейчас. Впрочем, для тебя я готов играть в любые игры, если тебе такое нравится. Потому что ты – моя жизнь, даже и не сомневайся больше. И знаешь… - Пётр затянул театральную паузу, заставляя чуть напрячься улыбающегося Германа, - спасибо тебе за прекрасную дикую сказку из прошлого!
Ответом стал ещё один жаркий поцелуй. Мужчины удалились в спальню, а в кухне так и остался гореть бабушкин торшер, освещая рамку со старыми фотографиями молодых рокеров из восьмидесятых.