Страсть или великое чувство

      Настало утро. Все как обычно встретились за завтраком. — Сегодня мы переезжаем, — сказала Соня.       Мариса обрадовалась. — Ура, наконец — то у меня будет своя комната и мне не придется терпеть это розовое безобразие! — А вечером мы собрались на вечеринку, — отпрашиваясь, говорила Мия. — Я не против, пусть дети развлекаются, — Соня, перевела взгляд на мужа. — Я тоже. — неожиданно для всех, сказал Франко.       После переезда все стали раскладывать вещи. Только одна Лухан не могла разобраться ни в новой одежде, ни в том, что произошло вчера, в бутике. — Неужели это был он? Этого не может быть! Наверное, мне просто показалось, после Мииных магазинов и не такое может показаться, — думала она.       В комнату постучал Маркос. — Лухан ты готова? — Нет, еще нет, я не могу, решить, что мне надеть. Позови девочек. — развела руками Линарес и уже через пару минут Мия и Мариса поспешили на помощь к сестре. — Что ты до сих пор не можешь разобраться какое платье одеть: розовое или розовое? — Марису не привлекал тот факт, что теперь обе ее сестры будут ходить как куклы, — Я тебя, между прочим, предупреждала. — Нет, просто я не представляю, как буду смотреться в этом. Не мой стиль. — Лухан, указала на вещи и плюхнулась на кровать. — Не волнуйся, я тебе помогу, - Мия, стала разбирать одежду, в поисках подходящего наряда.       Глядя на это Мариса, помотала головой и поспешила к Коллучи. — Я не позволю из моей лучше подруги сделать такую же Барби, как и ты. Дай мне посмотреть, что вы тут купили.       После пятнадцатиминутной перепалки девочки нашли подходящий наряд. Переодевшись, и выпрямив свои волосы, Лухан вышла к ребятам. Маркос открыв рот, смотрел на свою девушку. Она была в коротком платье, цвета апельсина, с не глубоким декольте, но открытой спиной. А на ногах красовались босоножки на высоком каблуке. — Лухан, ты красавица, — улыбаясь, сказала Мия, — я же говорила, что тебе пойдет это платье, а ты не хотела его брать! — В первый раз в жизни я согласна с Мией, — заметила Мариса, направившись к выходу. — мы уже опаздываем.       Франко и Соня тоже не теряли зря времени. Они поехали на шестичасовую прогулку на яхте.       В клубе ребята веселились о души, танцевали и даже позволили себе выпить шампанского. Однако кое-кто порядком перебрал. Маркосу хватило одного бокала, что бы оказаться пьянее всех и Мия с Мануэлем вызвались проводить его до дома. — Я тоже поеду с вами, — крикнула Лухан и выбежала вслед за ними. — Нет, оставайся тут, мы скоро будем! — сказали ребята, садясь в такси.       Лухан, уже было хотела пойти обратно в клуб к Марисе и Пабло, как вдруг неподалеку увидела до боли знакомого человека, который вышел из дорогой спортивной машины. Рядом никого не было. Она пошла к нему со спины, а когда он повернулся, Лухан, с удивлением произнесла: — Блас? — и упала в обморок. — Только не это! — Эредиа поймал падающую девушку, быстро посадил в машину, что бы его никто ни заметил и уехал.       Мия и Мануэль привезли Маркоса домой, и уложили спать. — Ну что теперь поехали обратно в клуб? — спросила Мия. — Лухан осталась с Пабло и Марисой, может, воспользуемся тем, что мы одни? — с улыбкой произнес Ману.       И Мия уже не чувствовала страха перед ним, она просто вошла с ним в свою комнату, медленно раздеваясь, затем они слились в поцелуе и их тела начали биться в одном ритме….       Принеся Лухан к себе домой, Блас прыснул ей в лицо холодной водой, и девушка очнулась. Открыв глаза, она не поверила своим глазам: — Я, что умерла и мы с тобой встретились на небесах? — Не говори ерунды Линарес, походу семейство Коллучи плохо на тебя влияют, — в своем стиле ответил Блас, а сам уставился на ее наряд — Надо же, Линарес в платье! Интересно, что заставило тебя, в обычный день, променять спортивный костюм, на платье от известного кутюрье? — Я проспорила Мии, — Лухан отвела глаза в сторону. Она до сих пор не могла поверить своим глазам. — Что вообще происходит, я лично видела, как ты лежал в гробу, как ты можешь быть жив? — Я знал, что ты будешь не рада, узнав, что я не погиб. — Да как ты можешь так говорить, я оплакивала тебя, я не могла прийти в себя, я каждый день навещала тебя в больнице, а ты … — Лухан заплакала, — просто бросил меня одну и уехал. — Я оставил тебя в покое, оставил тебе наследство и дал право самой выбрать опекуна. Чем ты не довольна? — прокричал Эредиа, махая руками перед девушкой. — Ты ни сколько не изменился, такой же грубый, нахальный и ненавидящий меня, и даже письмо, которое ты мне написал, оказалось ложью, — девушка, вытерла слезы с глаз.       Схватив ее за плечо и, посмотрев в глаза Блас, настойчиво сказал: — Ошибаешься, Линарес, я все о тебе знаю и слежу за тобой. Я продолжаю о тебе заботиться. Если бы ты подверглась опасности я бы спас тебя — Ты бы сам меня спас или твои люди? — убрав его руку, ехидно спросила Линарес. — Конечно мои люди, ведь я теперь живу в Мексике. Но это не важно. — он отвернулся от нее и сделал пару шагов. — Нет, важно! — Линарес выходила из себя — Что бы могло тебя заставить приехать и спасти меня лично? Если бы меня похитили, — девушка вышагивала по комнате, размахивая руками, — или если бы я оказалась в больнице? — опершись на стул, взглянула на него Лухан.       Эредиа еще будучи старостой ненавидел, когда она заставляла его отвечать на вопросы. — Нет, думаю, если бы ты вдруг стала вести аморальный образ жизни, тогда бы я лично приехал и выбил бы из тебя эту дурь, — с каждым словом злоба в голосе нарастала. — Значит, моя жизнь тебя не интересует! — выдохнув, сказала Линарес и направилась к выходу. — Опять мимо, — с ехидной улыбкой произнес Блас, а девушка застыла в дверях, в ожидании ответа, — я желаю тебе счастья, но знай одно, с Агиларом ты не останешься, я этого не допущу. — Что? — с удивлением произнесла Лухан и повернулась. — Да, да, я знаю, что ты снова его простила, а зря, он опять предаст тебя, — сказал Блас, почесывая подбородок. — Скажем, когда ему захочется чего-то большего, чем поцелуи, а ты не сможешь ему этого дать, — со смехом произнес он и увидел, как глаза девушки забегали то ли от страха, то ли от удивления. — Почему ты решил, что я не смогу ему дать ничего, кроме поцелуев? — Потому что я этого не допущу.       Лухан испугалась, но быстро опомнилась. Натянув улыбку, она вскинула брови: — А почему ты не думаешь о том, что это уже произошло?       Эредиа резко схватил ее за руку. — Значит, это было в первый и последний раз. Надеюсь, вы предохранялись? — Он отпустил ее руку и отвернулся, а в голове крутилось — «Что за дурочка, как только я исчез, она сразу же наделала глупостей».       Линарес заметила, что он занервничал, и с победной улыбкой ответила: — Да, я пью противозачаточные. — «Господи, зачем я это сказала, его ведь это уже не касается»— подумала она.       Их разговор прервал телефонный звонок, который заставил Лухан нервничать. — Да, Соня, Я …я…я.. у подруги, встретила давнюю знакомую и решила с ней пройтись, … да я знаю что уже утро, прости я больше так не буду, и скоро буду дома, — положив трубку она облегченно вздохнула. — Ты так и не научилась врать, думаешь, они тебе поверили? Или ты и вправду не сдашь меня?       Эта девушка знала все его секреты, которые он так хотел скрыть. Поэтому его интересовал этот вопрос. — Не сдам, но взамен, оставь меня и Маркоса в покое. Я люблю его и хочу быть с ним. — попросила Лухан. Потому что знала, что если Блас что-то задумал, он от своего не отступит — НИКОГДА, СЛЫШИШЬ, НИКОГДА ТЫ С НИМ НЕ БУДЕШЬ. Он тебя не достоин, — мужчина отмахнулся рукой от девушки. — можешь хоть сейчас бежать и все рассказывать своим новым родственникам.       Мысль о том, что эту сиротку может снова, кто-то обидеть не давала ему покоя, и ради того, что бы это не случилось, он мог пожертвовать даже своим положением. Простояв еще пару минут в тишине, девушка поняла, что этим она ничего не добьется, Лухан хотела уйти, но вспомнив, что она в не знакомом городе, и не знает, где она вообще находится, она повернулась обратно. — Как мне добраться до дома? — Поехали. — ответил Блас, взяв ключи от машины.       Почти подъехав к дому, он остановился. Схватив Лухан за руку, он прижал ее к себе и спросил: — Ну что, Лухан Линарес, ты расскажем обо мне или нет?       По телу девушки пробежались мурашки, ее дыхание стало учащаться, она чувствовала жар его тела: — Нет, я не расскажу, — быстро произнесла она и выдернула свою руку. — Молодец, девочка, — не успел сказать Блас, как Лухан выбежала из его машины и направилась к дому.       Эредиа простоял еще пару минут, смотря в след девушке, после чего сорвался смета и уехал прочь, оставляя за собой клубы дыма. — Лухан, доченька, пожалуйста, не делай так больше, мы перепугались до смерти за тебя! — подскочила Соня.       Все подбежали к Лухан с расспросами. — Где ты была? — Я встретила свою подругу из приюта, и мы зашли к ней домой, заболтались и не заметили, как время пролетело, простите. — Лухан опустила голову.       Ребята успокоились, и стали расходится по своим комнатам, только вот Маркос, как-то недоверчиво посмотрел на нее, а она, не смела поднять на него глаза. Соня посадила Лухан на кресло. — Милая моя девочка, прошу тебя, не заставляй больше нас так нервничать, ты же знаешь, как я беспокоюсь. Ты для меня родной человек, ты моя дочь. Я никогда тебя не брошу. Я полюбила тебя как родную и ни за что, не хочу тебя потерять.       У Лухан появились слезы на глазах, неожиданно для себя она сказала:  — Спасибо, мама.       В это момент вошел Франко. — Господи, слава богу, жива, и с тобой ничего не случилось, я уже обзвонил все больницы, полицию, морги, и собрался искать тебя с детективом. Не смей больше так пугать своих родителей! Они обнялись …       Все время Лухан не давала покоя мысль о том, что Блас жив, Но за все время он больше не объявился. До начала учебного года оставалось всего пару недель. Гости собрались уезжать обратно на родину. Всей семьей они пришли попрощаться с мамой Мануэля. — Концепсьен, мы очень рады были побывать у вас, спасибо вам за вашу заботу. — Сказал Франко. — И у нас есть для вас подарок, — перебила его Соня. — Да, надеюсь, вам понравится, — Франко передал документы на дом, в котором они жили. — Мы купили это дом для вас. — Но я не могу принять такой подарок! — возразила Концепсьен. — Это на ваш день рождения, на который мы, к сожалению, не попадем, — обняла ее Мия.       Тут влетел Мануэль, с большим букетов белых роз и двумя букетами поменьше. Он был одет в строгий костюм и заметно нервничал. — Что случилось? Мы что идем в театр? — съязвила Мариса. — Нет, это серьезней, — ответил Мануэль, подарив букет маме и Соне. — Мия, прости, что это не в ресторане или еще в каком-нибудь приличном месте, просто я хотел, чтобы мама была рядом.       Мия не понимая, что происходит, посмотрела на Мануэля. Агирре подошел к Франко и Соне. Встав на одно колено, достал коробочку и сказал: — Я прошу руки вашей дочери.       Соня и Франко стояли в шоке. Концепсьен одобряюще улыбалась.       Тут Мариса взяла инициативу в свои руки и подтолкнула Мию к Мануэлю. — Мия, любимая, ты согласна? — протянул букет роз Мануэль. — Конечно, дорогой, я ведь так тебя люблю!