Ренридж

      Крис давно не чувствовала себя такой счастливой. Пусть будущее и было устрашающим, но, во время ее путешествия рядом с семьей и друзьями, все тревоги отпускали девушку, и она радостно забывалась. Порой даже казалось, что битва с Алдуином один из ее ночных кошмаров, которому не суждено сбыться. Эта иллюзия была немыслимо сладкой и безоблачной. И из-за этого тем тревожнее становилось на сердце у девушки, чем выше она поднималась по пути Семи Тысяч Ступеней.       Больнее всего било по ней веселье друзей, которым Крис так и не поведала о своем самоубийственном плане. Ее тянуло за душу чувство вины: вот сейчас ее друзья непринужденно о чем-то болтали, не подозревая о нависшей над ними опасности. Все же этот ком негативных ощущений копился пока не задавил своей тяжестью неуверенность Крис. Девушка решила не думать о том, как деликатнее сообщить приятелям о своей затее, а просто рассказать прямо.       Их небольшая группа путешествовала до форта Высокий Хротгар в компании Ульфрика Буревестника и его небольшого отряда, который неустанно следил за безопасностью своего ярла. Так добираться до места проведения совета было удобнее и для Довакина со спутниками. Но приобретая защищенность, пришлось пожертвовать уединенностью. Везде сновали норды, закутанные в синюю броню и изображениями медвежьей морды на щитах.       Каким-то чудом Крис получилось подловить момент, когда Цицерон и Эридор были отвлечены чем-то, и увести подальше своих друзей. Убедившись, что в округе никого, кто мог бы подслушать их, Крис невольно переступила с ноги на ногу. Под сапогами захрустел снег, скрывающий каменную площадку лестницы. До форта оставалось совсем немного – его серые стены уже можно было хорошо рассмотреть.       Девушка тряхнула головой, прогоняя лишние мысли. Где-то под броней звякнул бубенчик. Крис вздохнула и продолжала смотреть на свои сапоги. Она догадывалась, что сейчас лица у друзей выражают крайнюю степень удивления. В конце концов, они знали Ренриджа не первый день и понимали, что беспокойство наемника связано с чем-то серьезным.       - Не думаю, что стоит об этом говорить еще кому-либо… В общем, нам нужно Алдуина убить седьмого числа месяца Последнего Зерна, - на одном дыхании выпалил Ренридж, не поднимая головы.       Было слышно только жуткий свист ветра. Прекратилось шумное дыхание Фральда – норд забыл как дышать после такой новости.       - К чему такая спешность? – раздался мягкий голос Йона. – Нам нужно подготовиться к такой схватке. Да и вчетвером против Алдуина… Как бы сказать, это…       - …Самая тупая идея, которую я когда-либо слышал! А слышал их немало – я ж с тобой общаюсь! – Арсий был возмущен. Данмер явно не горел желанием геройствовать.       Крис вновь переступила с ноги на ногу. Непроизвольно ее рука провела по гладкой поверхности черной маски. Эридор пытался как-то отучить ее от привычки лохматить свои волосы из-за нерешительности, но все прошло безрезультатно. Ренридж вновь тряхнул головой. Ненужные в данный момент воспоминания отвлекали.       - Другого варианта нет. Это будет лучший момент, чтобы ударить, - наемник решил все растолковать в попытке переубедить собеседников. – Фральд же не учил еще ту’ум, который должен стать главным оружием против Алдуина?       Йон и Фральд подтвердили слова Ренриджа. Мужчины по приходу в форт получили записку от наемника, оставили массивный и неудобный Древний Свиток Седобородым и отправились в Виндхельм. Крис продолжала объяснения:       - Партурнакс предупредил… Он говорит, Алдуин почувствует, если Свиток будут использовать. Без этого выучить Драконобой не получится. Схватки не избежать. Мы должны быть готовы. Мой человек прибудет среди посланников со стороны Империи. Он привезет все необходимое.       Какое-то время никто не произносил ни слова. Мужчины обдумывали услышанное. Видя, что они не очень торопятся поддержать подобный план, Ренридж решил рассказать все до конца:       - Моя б воля – здесь была бы целая армия против Пожирателя Мира. Но армия на вершине горы не поместится. Да и кого мы убедим? Все заняты скучной политикой. Мы задействуем Седобородых. Они против насилия и все такое, но волю своего наставника-дракона должны выполнить.       - Неужели ты настолько сумел достать древнего дракона, что он на это согласился? – простонал Довакин.       - Партурнакс называет Алдуина умным, смелым и чуждым безрассудству, - Крис продолжала, не обращая внимания на слова брата по стае. – Он предполагает возможность побега из боя, если мы будем брать верх. Алдуин пожирает человеческие души, чтобы стать сильнее. Партурнакс считает возможным существование Совнгарда. Нам будет необходимо сразу после боя отправиться туда. Длительный перелет утомит Алдуина. Дополнительно ослабит. Нельзя дать ему отдышаться и стоит ударить, когда он совсем того не ждет.       - Я что-то не стремлюсь в Совнгард естественным путем… - задумчиво протянул Йон. – Но дракон Седобородых ничего не упоминал о каком-нибудь входе для живых? Как туда попадает сам Алдуин?       Ренридж неуверенно кивнул и поднял голову, взглянув на приятелей. Они были обеспокоены, но явно поддерживали идею Крис. Друзья уже обсуждали возможность попасть в Совнгард.       - У каждого дракона есть свое место, свои владения, - наемник решил высказать свою мысль. – Владения Пожирателя Мира называются Скулдафн. Когда времена поклонения драконам процветали, именно там был дом Алдуина. Сейчас, наверное, все превратилось в руины и прах. Грустно… Думаю, дверь в Совнгард именно там.       - Ладно, ничего поделать нельзя. Не думал, что узнаю именно так новость о своей скорой смерти. Но раз сражаться необходимо, будем сражаться, - выразил общую мысль Арсий. Смерив Ренриджа взглядом, добавил свое заключение. – Раньше я только подозревал, но теперь уверен наверняка. Ты точно поклоняешься Шеогорату.       Норды покивали и с мрачным выражением лиц пошли в сторону остального отряда вниз по ступеням. Крис было направилась следом, когда над ухом прозвучал тихие слова данмера: «Я тебе это припомню». Хлопнув наемника по плечу в даэдрическом наплечнике, Арсий ушел вслед за нордами. А Ренридж так и остался стоять на месте не в силах двинуться. Слова друга имели шутливый характер, и Крис это понимала. Вот только почему-то по спине пробежал холодок, а сердце сжалось от страха. Слишком много девушка думала об обещании мага взяться за Братство всерьез после устранения драконьей угрозы. В который раз проведя рукой по затылку, Крис поспешила к другим.       Оставшуюся дорогу до форта друзья больше не шутили и не смеялись. Лица их становились все угрюмее с каждым шагом. Окружающие сразу заметили неладное, но с расспросами не лезли. А вот настроение Крис разительно отличалось. Рассказав приятелям терзающую правду о ближайших событиях, девушка чувствовала легкость. Словно камень с души свалился. Она непринужденно шла в обществе Цицерона и Эридора позади всех остальных. Ступать по проложенной ногами солдат тропе было нетрудно в отличии от прошлых подъемов, когда ноги девушки застревали в глубоких сугробах, а где-то она проваливалась. Хоть частенько девушка спотыкалась, но от падения ее спасал Слышащий, привычным жестом ловя и удерживая ее за капюшон. Хранитель весело щебетал о чем-то несущественном, время от времени вставлял свое слово и неразговорчивый босмер.       Для Крис время в компании семьи пролетело незаметно. Всего за полдня они добрались до ворот форта. Из-за медленного шага их троица осталась далеко позади – Ульфрик с солдатами и друзьями девушки уже переступил порог жилища Седобородых. Поэтому представителей Темного Братства встретила тишина и эхо собственных шагов, раздававшихся по пустому коридору. Ренридж провел своих спутников к комнате, где раньше останавливался с друзьями. Именно там и находились Йон и Арсий. По всему было видно, что эти двое о чем-то спорили и кричали друг на друга. Увидев вошедших, мужчины сделали вид будто ничего не было.       - Цицерон не видит мальчишку-Предвестника. Где его потеряли? – осведомился Хранитель у двоих.       - Он… с Ульфриком Буревестником, - ответил Йон, неловко взглянув на Ренриджа. Данмер только фыркнул и скрестил руки на груди. Злость темного эльфа была почти осязаемой. Норд из Гильдии воров продолжил. – Они в общем зале. Для переговоров еще рано, но они что-то обсуждают. Вроде с кем-то знакомятся. Я прослушал.       - Как? Любитель слухов прослушал? – ахнул Цицерон. – И что же заставило…       - А Элисиф Прекрасная тут? – встрял в разговор наемник. – Давно с ней не виделись.       Все уставились на Ренриджа. Если Эридор только хмурился, то Йон потерял дар речи. Арсий, к удивлению Крис, сменил гнев на спокойствие и кивнул, быстро сообщив, где искать покои ярла Солитьюда. Узнав волнующую наемника информацию, Ренридж радостно убежал в указанном направлении, не замечая ошарашенного взгляда Йона.       Девушка быстро выбросила из головы непонятную ссору Йона и Арсия. Ее мысли волновало лишь скорая встреча с одним из темных братьев. Вместе с Элисиф должен был прибыть и Айкантар. Крис сильно привязалась к альтмеру за пару лет, прожитых под одной крышей. Он разделял ее одержимость техникой и существенно помогал в исследованиях. К тому же делился немалыми познаниями о технологии двемеров, информацию о которых девушка собирала по крупицам из скудных на щедрость трудов других ученых, ревностно охранявших свой опыт.       Заодно девушка надеялась, что вместе с ними прибудет и Дар’мар. Крис настолько привыкла засыпать и просыпаться вместе с ворчливым каджитом, что чувствовала себя неуютно в его отсутствие. Порой она хотела что-то сказать ему, привычно оглядывалась, но не находила верного альфика рядом. Крис ломала голову, пытаясь понять, почему же Дар’мар не возвращался самостоятельно. Он знал несложные заклинания телепортации и мог быстро переместиться назад. Девушка уверяла себя, что ничего не могло произойти – никто не станет подозревать в белом коте шпиона Братства. Да и каджита нельзя было назвать беззащитным. Поэтому Крис бежала по коридору форта и составляла речь, в которой будет много самых разных эпитетов, чтобы пристыдить друга.       Не останавливаясь перед хлипкой старой деревянной дверью, Ренридж со всей силы оборотня потянул на себя железную ручку. Последнюю спасло то, что замок не был заперт, и дверь легко открылась. По-спартански обставленную комнату делила ярл Солитьюда вместе со своим личным охранником-магом Айкантаром из-за отсутствия большого количества обжитых помещений в Высоком Хротгаре. В небольшой комнате у противоположных стен стояли две узкие кровати, разделенными не только небольшим расстоянием, но и ширмой, которая была сложена новыми жильцами и сдвинута подальше. Высокая стройная нордка Элисиф стояла боком к двери и поглядывала в узкое окно, стекло которого явно никогда не знало ни воды, ни тряпки. На руках у женщины сидел белый кот, прислонившись к ее груди, и тихо мурлыкал в полудреме. Она вздрогнула из-за топота торопящихся шагов и сразу последовавшего за ним резкого болезненного скрипа двери. Айкантар, сидевший на кровати, умудрялся вести записи в своем дневнике, используя вместо стола свои колени. Изучение двемеров и время, проведенное в их катакомбах, сделало альтмера менее зависимым от таких мелочей как стол, уют, удобство. А также наделило быстрой реакцией на странные и громкие звуки. Особенно на железный лязг. Эльф сразу подскочил, откинул дневник подальше и приготовил в руке заклинание молнии.       Ренридж влетел в комнату, споткнулся на пороге, еле устоял на ногах и совсем не обратил внимания на обстановку или реакцию обитателей комнаты. Всем вниманием наемника завладел белый кот. Из головы вылетели все обиды, и с криком «Мар!» Ренридж схватил альфика, мгновением назад счастливо дремавшим. Сжав в объятиях вредного каджита, Крис чуть не удушила его от счастья.       - Айкантар!       Следующей жертвой стал несчастный альтмер, наивно полагавший, что от наставника ждать опасности не стоит, и убравший атакующее заклинание. Ренридж, громыхая доспехами, кинулся на шею эльфу. Не ожидавший подобного и не выдержавший вес наемника в тяжелой броне мужчина повалился на спину. Спасло от болезненного падения лишь наличие кровати за спиной. Айкантар и сам был рад видеть своего мэтра. Вот только радость быстро улетучилась. Ренридж продолжал одной рукой прижимать к себе Дар’мара, оказавшегося сейчас между двух тел. Недовольный каджит решил неразумным царапать металлический нагрудник и вцепился в мягкую ткань колдовской робы эльфа. Когти дошли до изнеженной кожи альтмера, взвывшего от неожиданной боли. Спохватившись, наемник слез. Точнее сполз на пол. Отдышавшись, Айкантар сел на кровати и отодрал от мантии кота.       Элисиф Прекрасная тихо смеялась над нелепостью ситуации, но потом быстро остановилась и приняла спокойный вид, подобающий ярлу. Пока Айкантар ползал по постели в поисках своего дневника, брошенного в неизвестном направлении, Ренридж вальяжно расселся на полу, облокотившись спиной о кровать. Наемник невозмутимо помахал рукой женщине.       - Привет, Элисиф! – фамильярно приветствовал наемник будущую королеву Скайрима. Однако подобное сошло тому с рук.       - И вам добрый вечер, - сдержанно, но искренне улыбнулась красивая нордка. – У вас очень милый кот. Такой ласковый. Не отходил от меня ни на шаг. Даже спал в моей постели, прижавшись ко мне.       Крис помнила, как однажды каджит решил присутствовать в комнате, где она переодевалась. Пытавшего просочиться в зазор между дверью и полом альфика застал Эридор. Слышащий поступил настолько мягко насколько ему позволял характер: выволок кота за хвост, отплыл на лодке от берега Данстара как можно дальше и пинком отправил альфика в ледяные воды Моря Призраков. Больше подобного Дар’мар вытворять с подопечной жестокосердного босмера не пытался.       Девушка хотела предупредить об этом Элисиф, но передумала. Смыла в этом не было. Она все равно забирала Дар’мара, а портить счастливые воспоминания о «милом коте» не стоило. Хотя все равно ничего сказать у Ренриджа не вышло бы – Элисиф внезапно переменилась в лице.       - Как же из головы вылетело! – голос молодой нордки был тревожен. – Император узнал об этом собрании! И приехал не один, а с рыцарем! Знаменитым охотником на Темное Братство!       - Не стоит поспешно реагировать, - из-за спины наемника раздался голос Айкантара. – Слухи бывают преувеличены. Стоит не торопиться и разобраться в ситуации со спокойной головой. Однако, как оказалось новый император весьма любопытен. Только ярл сообщила о переговорах генералу Туллию, как пришло известие от его величества с желанием явиться на эту встречу. Видимо, в Солитьюде у него есть свои уши.       - Да, но рыцарь! – возразила Элисиф. Женщина в панике заметалась по комнате, чудом не наступив на Ренриджа. – Я наслышана о нем. Это сэр Калвус Сеньян! Великий герой. Говорят, он уже долгие годы выслеживает Темное Братство. Какая-то личная причина. Вроде спас девушку от троллей, а ее украл один из ваших.       Имя рыцаря пробрало Крис до костей. Оно было ей хорошо знакомо. Это был первый человек, с который с ней заговорил в этом мире. Именно он тогда забрался в пещеру, где Крис проживала со старой троллихой. Снежинка была небольшой для тролля, а от старости еще и горбилась. Если быть до конца честной, Крис точно не знала, что являлось причиной смерти Снежинки: удар меча в сердце спящего зверя или смерть от старости во сне. За второй вариант говорило и то, что тролллиха так и не очнулась после нападения рыцаря Колючки и впервые громогласно не храпела в тот момент. Однако девушке долго снились кошмары, будто на дороге ей так и не встретился Цицерон, а она все плетется за Сеньяном и слушает его нудные речи.       - Вот видите, мой ярл, - заметил Айкантар, нашедший свой дневник и поудобнее устроившийся на кровати. – Долгие годы выслеживает, и все безрезультатно.       Но Крис не слушала альтмера. Она вспомнила одну важную вещь. Рыцарь Колючки знал Цицерона в лицо. Нельзя было допустить их встречу!       Ренридж, не замечая ничего в округ, сорвался с места и, ураганом недавно ворвавшимся в комнату, понесся по всему форту, открывая каждую дверь. Особенно хлипкие молодому оборотню получилось нечаянно вырвать. Переломав инвентарь в подсобке, заглянув в несколько кладовых и пустых комнат, забитых хламом, паутиной и вековой пылью, наемник нашел нужную. За огромными дверями обнаружился зал с монументальным каменным столом. Возможно именно здесь когда-то собирались великие мудрецы древности, обсуждали грандиозные планы, делились своим познанием вселенной. Этот зал знал немало значимых для всего мира бесед. Но сейчас именно здесь развивались далеко не высокоморальные дебаты.       С одного края стояла группа людей, беззастенчиво орущих друг на друга и готовых сцепиться в любую секунду. Это был Ульфрик Буревестник, кричавший на Туллия. У обоих оппонентов уже давно закончились аргументы в их споре, и они перешли на личные оскорбления. Поначалу изощренные колкости довольно скоро превратились в брань, которую постыдился бы упоминать и самый отъявленный бандит. Драку не давали начать солдаты, которых было по четверо с каждой стороны. Хотя Братья Бури были заняты больше – их задачей было удержать собственного взбесившегося военачальника Галмара. Огромный норд ревел похлеще, чем когда-то это делал медведь, отныне украшавший доспехи воина. Галмар похоже совсем забыл всю человеческую речь, не до конца осознавал, где находится, и просто хотел крушить все своими огромными кулачищами. Посреди всего этого хаоса стояла фигура молодого человека. Имперец, по виду ему еще не исполнилось и двадцати, но уже весь его вид выражал какую-то силу и уверенность. Прямая твердая осанка, скрещенные руки на груди, сдвинутые брови. Иногда он спокойно говорил что-то спорящим, те слушали, но вновь начинали спор. Неуверенность выдавало лишь редкое подергивание пальцами строчки дорого меха на рукаве императорской мантии да зеленые глаза, в которых мелькало безмерное страдание. Юноша явно не привык к подобным «дискуссиям».       С другого края была самая большая головная боль Крис – сэр Калвус Сеньян. К несчастью рыцарь Колючки говорил именно с Цицероном. Ледяная рука страха сжала сердце девушки. Казалось, оно перестало биться вовсе. Девушка взглянула на лица стоящих рядом людей: Седобородые, с упоением слушающих рассказ, и Эридора, как обычно невозмутимого. Крис подумалось, что все не так плохо, как могло бы быть. Приблизившись, она услышала и голос рыцаря, который вовсе не обращал внимания на спорящих в другой стороне и даже позабывший о своих обязанностях охранять молодого императора.       - И вот, стою я… Вокруг тела этих ужасных чудовищ! Со снежными троллями их роднил только белый цвет шерсти. Но я сразил эту орду пятиметровых чудовищ! – громогласно ораторствовал суровый рыцарь. – Все, все ради нее! О свет очей моих! Прекрасней девы мне видеть не доводилось. Яркие глаза, милое личико, длинные волосы до земли струились словно шелк. Принцесса, что словно водопад в пустыне!       Мечтательное выражение лица Калвуса сменилось на чудовищную душевную боль. Мужчина схватился за голову, вцепился в свои темные волосы. Голос его затих, заставляя людей придвинуться поближе.       - Но ее забрали у меня… - просипел рыцарь. Он отнял руки от лица и посмотрел на слушателей. – Когда мы остановились на ночлег у дороги, к нам присоединился самый ужасный человек в мире! Один из Темного Братства! Огромный детина, что зашибет одной рукой целого кабана, а по скорости сравним с пумой, обитающей в лесах Сиродила.       - Неужели прославленный рыцарь столкнулся с таким злодеем? – картинно ахнул невысокий Хранитель, закрывая рот ладонью в шутовской перчатке. – Цицерону интересно, а как звали того злодея?       - Ах, имя его так ужасно, что боюсь тебе называть, маленький шут, - покачал головой Калвус. - Цицерон благодарит за заботу храброго рыцаря и восхищается его стойкостью! – Хранитель прижал ладони к груди, где находилось сердце. – Но что дальше? Прекрасная дева ответила взаимностью смелому рыцарю?       - Она пела мне, дала ласковое прозвище, признавалась в любви и согласилась стать моей навеки, - Сеньян печально прикрыл глаза, горестно вздохнул и продолжил. – Но этому позавидовал жестокий ассасин. Зная, что не сможет победить меня в честном бою, он обманул меня. Под дружеской улыбкой он заставил меня выпить яд! Но боги не позволили мне умереть. Я поклялся найти свою похищенную принцессу и освободить из лап гнусных убийц!       Девушка под маской скривилась. Когда она оглядывалась назад и вспоминала тот день, то жену фермера называла про себя святой. На просьбу Крис дать ей что-нибудь для крепкого сна, женщина понятливо закивала и вложила в руки девушки медовые соты, попутно объяснив какое успокоительное сама частенько варит своему мужу. Крис, конечно, перестаралась, увеличив дозу в разы, но до яда все равно было далеко. Если бы ничего не вышло, у Крис был запасной план: ударить по голове Сеньяна чем-нибудь тяжелым. За сотрясение мозга мужчины девушка не переживала. Она сильно сомневалась вообще в наличии подобного органа у данного типа.       - До чего грустная история! – Цицерон вытер поступившие на глазах слезы, затем взял двумя руками ладонь Калвуса в латной перчатке и усиленно потряс, смотря в глаза. – Цицерон желает отважному рыцарю найти того злодея и спасти свою принцессу!       - Спасибо тебе, добрый человек, - глаза Сеньяна заблестели, голос дрогнул. Мужчина сам еле сдерживал слезы.       Хранитель заметил стоящую неподалеку Крис и приветливо заулыбался.       - Ренридж! – Цицерон позвал звонким смеющимся голосом. – Подойди сюда, этот благородный человек расскажет такую печальную историю!       У Крис не было желания слушать все это вновь, хотя Калвусу нравилось ее постоянно пересказывать. Однако реакция рыцаря Колючки не понравилась девушке.       - Ренридж! – воскликнул имперец, отпустил руки шута и подошел в плотную к наемнику. – Я тебя знаю!       Крис стало нехорошо. Неужели он что-то знает? Но как? Она не допускала оплошностей! Или этот чудак видит сквозь маску? Пока рой догадок бушевал в ее голове, высокий имперец извлек из поясной сумки какую-то книгу и торжественно вручил наемнику. Крис взглянула на записку оставленную на обложке. К счастью, девушка не умела читать и не поняла сказанного там.       - Я знаю, что ты мой поклонник, поэтому дарю тебе свою автобиографию с подписью и пожеланиями - покровительственно начал сэр Калвус Сеньян. – Архимаг Филармо, которому как-то выпало счастье воспользоваться моими услугами во время путешествия по Сиродилу пару лет назад, рассказал об этом. Твой друг, да? Ах, как он похлопотал для тебя! Еще когда только стало известно о переговорах, он послал письмо мне с объяснениями и просьбой встретиться с моим поклонником и письмо императору, рекомендующее меня в телохранители.       Ренридж, хлопая глазами, уставился на рыцаря Колючки. В голове быстро щелкнуло – вспомнились недавние слова Айкантара об информаторе императора при дворе в Солитьюде. Она хмыкнула, прикидывая масштабы работы архимага. Узнать необходимую информацию в другом холде и оперативно передать императору. Вот только ради чего? Ради собственной выгоды или из-за желания насолить ей? Наверное, все вместе. Хотя что-то должно быть больше. Крис улыбнулась под маской. Все равно от Калвус о ней быстро позабудет и займется другими делами.       - И знаешь, архимаг такой хороший друг для тебя, не смотря на то, что альтмер, - самозабвенно продолжал болтать Сеньян. – Он даже уговорил меня пробыть с тобой все свое время! А дел тут у меня немного. Представляешь, мы будем вместе целыми днями! Ты и твой кумир! Я тебя чему-нибудь научу. Боевым движениям разным! Слушай внимательно и может быть станешь как я!       - Да… Филармо такой хороший… - процедил сквозь зубы Ренридж. – Я ему обязательно отплачу.