Взломаем Средиземье?

      — Господа, товарищи, лорды, сеньоры… Гендальф, конечно, предупредил меня, что охранники, которых он нанял для мистера Беггинса и Ко — странные, но я не ожидал, что настолько! Совести у вас нет. Вы хотя бы иногда думаете?       Бродяжник ворчал в этом ключе уже второй час. По его словам, назгулы крайне восприимчивы к громким звукам, и именно пение юных ассасинов привлекло их. А так же назгулы отлично чувствуют и воспринимают хорошее настроение, а Эцио и Дез на Заверти для поднятия боевого духа начали анекдоты травить, рассмешив хоббитов до неприличного в такой мрачной ситуации громкого хохота. Да что хоббитов — они умудрились развеселить до бешеного ржача Альтаира! «А я-то надеялся, что я оставляю четырёх хоббитов и двух детей под присмотром взрослого, умного мужчины!». Поэтому теперь Альтаир смущался, Эцио гордился собой, а Дезмонд скучал. Он просто понял, что Бродяжник жутко перепугался за них всех и теперь бессовестно срывает на них своё волнение, надеясь, что если они сейчас проникнутся — будут вести себя благоразумнее. «Аг-га, щас!» мысленно хмыкнул Дез и споткнулся от удивления — из воздуха прямо перед их носами сформировалась из воздуха красноволосая девушка и гигантская волчица. Девушка беззвучно вздохнула, улыбнулась им, показала большой палец и истаяла.       — Бррр! — помотал головой Следопыт. — Довели вы меня, уже мерещится невесть что!       Он отвесил укоризненный взгляд Эцио, уже шёпотом рассказывающему на ухо сдавленно хрюкающим Мерри и Пину очередной жутко смешной и неприличный анекдот. Покачал головой, пробормотал что-то вроде: «Горбатого могила исправит…». Дезмонд махнул на всех рукой и слинял в компанию к Коннору…       …И снова приятели шли по лесу, Коннор изображал спущенного с поводка песика, а Эцио и Дез, подменяя друг друга работали аниматорами. Хоббиты веселились, Альтаир пытался казаться серьёзным, а Странник… Сначала ассасины довели его до нервного срыва — приятели проходили по краю ОЧЕНЬ глубокого оврага, а Эцио (ему почему-то их проводник не нравился, хотелось разыграть) спорнул с Дезмондом, что ему не слабо спрыгнуть. Бродяжник, сначала смотрел на них, как на веселящихся детишек, но когда Эцио с воплем: «К богу!!!» сиганул с тридцатиметровой высоты, завопил не хуже его. А когда довольный, весь в сушёной листве, Эцио вылез к друзьям (Коннор успел научить приятелей лазать по скалам и деревьям, другое дело — они не любили пользоваться этим навыком), Странник хватал воздух ртом, держался за сердце и невнятно ругался. Эцио смутился, сообразив, что их суровый проводник успел привязаться к юным воинам, и стал извиняться. При этом вид у него был такой убито-смущённый, что Следопыт, поняв, что с придурком всё в порядке, пригрозил его убить и восстановил свой душевный покой. После этого Мистер Болван и Мистер Серьезность нашли консенсус. Бродяжник перестал занудствовать, Эцио перестал его пытаться разыграть. Он даже предложил в качестве извинения научить Следопыта прыжку веры. Но Альтаир покачал головой:       — Опасно для жизни.       В общем, когда на поляну на взмыленной лошади вылетела Арвен, всё было тихо-мирно — никаких раненных хоббитов и возмущённых назгулов — те уползли в тени и боялись нос показать оттуда, пока ассасины были в компании Хранителя.       Арвен даже с некоторым возмущением увидела такую сцену — Арагорн впереди что-то обсуждал с Альтаиром, кажется, араб объяснял выгоду скрытого клинка, и рассказывал про его устройство, Эцио, на спор поклявшийся весь день говорить только стихами, распевал в полголоса частушки умеренной пошлости, а Дезмонд шёпотом рассказывал на ухо Сэма отличный рецепт блинчиков, подслушанный в своем мире у Бекки…