Shit! Shirt!

Последние дни сентября — самые любимые дни для него. В воздухе еще витает аромат жаркого августа, и в то же время, неслабый ветерок холодит нежную загорелую кожу, подразумевая тем самым предстоящую морозную зиму. Он бы любил зиму, если бы только у него были детки. Как было бы здорово, если после долгой прогулки, где маленькие пальчики лепили снеговичков, семейство возвращалось бы домой с красными, словно лампочки на новогодней гирлянде, что не покидает их дом круглогодично, носами, и заваливалось на кухню пить горячий шоколад. Он бы сам готовил его для своих ангелочков, чьи имена еще с подросткового возраста хранит в своей голове, не разрешая никому оспорить его выбор. Дарси — его гордость. Он заплетает ей косички по утрам, и каждые выходные покупает игрушечных единорогов для ее коллекции, к сожалению, лишь в своей голове. Но однажды, это все обязательно станет реальностью. Однажды. Может, через пару лет?.. Кудрявая голова в который раз прослушивает поручение начальника, замечтавшись о своем чудесном будущем, в котором он, возможно, решится на покупку той пекарни за углом и станет сам стоять у печи. Он всего лишь мечтает о будущем; совсем недавно ступивший на дорогу взрослой жизни, он примеряет на себе множество образов и… Боится, что ничего не выйдет. Зачем было кричать на него? Зачем было заставлять кудрявого юношу выслушивать все то дерьмо, которое весь день копилось в глупой голове заносчивого босса? Зачем многие начали хихикать за его спиной? Зачем он носит такую неудобную одежду?.. После неудачного совещания, Гарри предпочел душному лифту прохладные лестничные пролеты, дабы вытащить дурацкую приталенную рубашку цвета хакки из гребаных офисных штанов, так, чтобы никто его не осудил. Пара пуговиц сверху потеряла свою серьезность и скромность, теперь сексуально расстегнувшись, показывая парочку черных птиц чуть ниже ключиц. Он снял резинку с волос, и теперь аккуратная шишечка на голове превратилась в струящийся водопад шоколадных кудряшек, каскадами спускающийся на изящные, широкие плечи. С каждый быстрым шагом пружинясь и поднимая до безобразия опущенное настроения парня. Да кому нужен этот кожаный портфель? За ним ведь нужно было зайти и забрать из кабинета, где сейчас копошатся его коллеги, что хихикали над ним несколько мгновений ранее. Надо будет — он купит новый. А сейчас, он не хочет забивать голову еще и этим. Он просто хочет расслабиться. Лучший способ отдохнуть, как известно — шоппинг. А для мужчин… Да не знает он, что для мужчин значит отдых! Он привык стирать носки кожаным ботинкам, обхаживая всевозможные бутики одежды в поисках очередного пиджака, огромной футболки, пестрого платка, пары узких брюк или же просторных рубашек. Да плевать ему, что так поступают только люди женского пола. Он просто любил это дело, никогда не задумываясь, как выглядит со стороны. Сегодня как раз тот день и то самое настроение, которое обязательно станет лучше. Обязательно. Вероятно. Точно. Это не то, это не сидит. Гребаные джинсы, еще немного и он бы расквасил свой нос, если бы вовремя не выпутался из них. Он что потолстел? Да быть не может! Тогда почему S даже не налазит? Отлично! Настроение только лишь ухудшилось! Черт возьми!! Последняя попытка на сегодня. Если он ничего не купит в своем любимом магазине, который был оставлен на десерт, он просто придет домой, обнимет свою подушку, представляя, как малышка Дарси сбежала от своего крикливого младшего братика, и просто… Он просто хочет купить что-то… YSL. Часы работы… Ой, да пока двери открыты — клиент всегда прав. Гарри толкает от себя дверь и уверенно проходит внутрь. Его совсем не волнует, который сейчас час. Его совсем не волнует, почему это он один в магазине. Его совсем не волнует какой-то парень, что вот уже несколько секунд наблюдает за его действиями за его спиной, надеясь на зрительный контакт. — Эм… — теплая ладонь хватает плечики, на которых висит свободная оранжевая рубашка с пальмами, и прижимает ее к груди. — Извините, — зеленые глаза находят среди вещей и пустынного зала того самого наглого консультанта, — не могли бы Вы принести на два размера больше?.. В кудрявой голове уже теплилась мысль о том, чтобы не меря купить эту вещь и, наконец, пойти домой, но, видимо, этому парню не хотелось закрываться. Да, он совершенно не хотел идти домой к любимым сестрам и целовать их лобики перед сном. А если бы хотел — принес бы этот чертов XL и не подавал свой тонкий голосок: — Мы уже закрыты, пожалуйста, покиньте помещение и… — Прошу Вас, это не займет много времени, — кудрявый проигнорировал продавца и, схватив еще одну рубашку, добавил: — И эту тоже, пожалуйста. — Так, мистер, — шатен решил переходить в наступление, ибо «гребаный богач может обойтись и без очередной дорогущей вещички», — покиньте пожалуйста… — Да-да, как только, так… — Гарри оборачивается к подошедшему к нему сзади продавцу и перестает говорить, когда осознает, что разница в их росте больше десяти сантиметров минус высокая подошва новеньких вансов… — Да-да, я хочу домой. У меня тоже есть личная жизнь. Парень, не глупи… — шатен кладет свою ледяную руку на ладонь кудрявого и пытается забрать у того рубашки, чтобы можно было выпроводить его и закрыть магазин; пойти домой. — Но ведь, — Гарри смотрит на наручные часы и понимает, что малыши в его голове давно сопят в своих маленьких кроватках, — я всего лишь хочу купить одну из этих, — он прицепил к двум выбранным еще одну, — этих… — Так, нет, — Луи, так было написано на бейджике консультанта, не дал ему этого сделать, — я уже закрыл кассу, так что… — Что мешает тебе снова ее открыть? — Так мы уже на "ты" перешли? — голубые глаза сверкнули, а по широкой спине парня напротив пробежали мурашки. — Ты загородил мне свет, я не вижу, сколько она стоит, — длинные пальцы теребили ценник, и, если бы еще немного злости, оторвали бы его в конец. Тогда бы точно пришлось покупать… — Все-таки на "ты". Слушай, кудряшка, ты ничего здесь не купишь сегодня. Потому что, — продавец сделал глубокий вдох, мысленно успокоившись, — потому что я закрыл… — А тебе говорю, что обязательно куплю здесь рубашку, потому что… — Не вынуждай меня вызывать охрану… — огромная челка была сдвинута со лба, и почему-то этот жест не заставил Гарри содрогаться перед этим парнем ростом метр с кепкой. — Ты сам со мной не справишься? — Гарри устремил взгляд на черную футболку консультанта и остановился на небольшом животике, который показался ему тогда слишком милым, особенно после того, как Луи его втянул. — Нет, я не к тому, что… — Я так и думал, — хитрая улыбочка +1. — Зато я не ношу безвкусное тряпье и не выбрасываю кучу денег на все это, — серые глазки сравняли счет. — Зато у меня нет привычки забывать посещать душ, — как же низко, мистер Стайлс! — Еще вот эту. — Хм, неплохой выбор, — Луи выхватил выбранную вещицу из рук кудрявого покупателя и направился к гребаной кассе, добавляя чуть тише: — Для гея. — Прости что? — ох, в душе Луи словно ребенок прыгает до потолка, осознавая, что, кажется, задел парня за живое. Или прочитал его изнутри?.. — Ну, — Томлинсон зашел за кассу, — я говорю, будь я геем, тоже носил бы такое, — ох, черт возьми, да ты хорош, парень! — Розовая в горох… Как раз то, что нужно, — еле сдерживая смех протороторил голубоглазый. — Я не гей, и… Не тебе меня учить, что мне носить, — и почему щеки стали такого же яркого цвета, что и рубашка в крохотных лапках?.. — Не гей… Ну, что ж, тогда я тебе ее даже пробью, — Томлинсон взял считыватель и через мгновенье оба услышали тихий писк, — давай деньги, это ограбление по-американски. — Шуточки у тебя плоские, — хитрая улыбочка, и он вновь вспомнил о той обтягивающей черной футболке и втянутом животике. Ох, если бы не отвратительное настроение, он бы не сказал следующее: — В отличие от твоего живота. Томлинсон заметно погрустнел, но все же достал ключ из кармана и открыл жестяную банку, под названием касса. Какого черта он прикопался к его фигуре? Да он блять видел его задницу? Она просто слишком шикарная. Какого черта он ее не заметил?! — Большое спасибо, — обстрел холодными взглядами, и Гарри принял пакет из миниатюрных рук продавца. — Сдачи не надо, — купюры полетели на стол. Нет уж, просто так, с такой легкой победой он не уйдет отсюда. Только не в смену Луи. Пара шагов кудрявого и он будет на улице, что будет значить — Томмо проиграл. Впервые в жизни. Черт! Нужно что-то предпринять. Сейчас же! — Ты сейчас домой? — Гарри останавливается, а Луи понимает, что рыбка заглотила наживку. — Или в гей-клуб? Суровый взгляд. Зеленые глаза приближаются. Янтарный свет затмевает темнота расширяющихся зрачков. Хищник подлетел к парню за прилавком, оттягивая несчастную футболку, и прижал его к стене, так что пятки оторвались от земли. — Я тебе повторяю, что никакой я не гей! — на сильных руках выступили венки, а мозг вовсе не отдавал себе отчет, зачем все это. Ах да, какой-то умник решил с ним поиграть! Да какого черта!? — Ну, в гей-клубы можно ходить и не за знакомствами… — Еще одно слово… — И что? Докажешь мне, какой ты не гей?.. — холодные руки легли на кисти кудрявого, пытаясь оттолкнуть того от себя, но вскоре забыли зачем делали это. Слишком сладкий, нежный, в меру развязный и невероятно настойчивый поцелуй, каких Луи еще не приходилось получать... Еще немного и он перерос бы в нечто большее в черных джинсах консультанта. Ох, погодите… — Кто из нас двоих еще и гей?.. — Гарри провел рукой по выпуклости на обтягивающих штанишках выскочки-продавца, заставляя парня сексуально зашипеть. Кудрявый нахал определенно в выигрыше сегодня. Ну и черт с ним. Покупатель всегда прав! — Заткнись и поцелуй меня еще, — холодные пальчики зарылись в мягких кудряшках и притянули длинноногого к себе ближе. — Мог бы и не просить…

♣

— Зачем она? — маленькая ручка залезла в огромную и переплела с ней пальцы; голова опустилась на грудь, а тонкие губы подарили ей легкий поцелуй. — Тебя позлить, зачем же еще, — теперь и Гарри взглянул на новенькую вещицу, что Томмо держал во второй руке. — Я думал, это был намек. — На что? — На то, что ты… — пухлые губы заткнули говорящего, вырывая из его рук хлопковую рубашку в горошек. — Так… — после затяжного, наполненного любовью поцелуя, Томмо вновь продолжил: — Почему она розовая?.. — У меня к тебе встречный вопрос, малыш. — Не зови так… — Малыш, почему ты такой красивый?.. Смущенная улыбка на лице шатена, и Гарри почувствовал, как в его шею уткнулся носик его нового… Парня? Ох, он был бы счастлив, если бы они начали встречаться. Он бы никогда не упустил эту кучку счастья с упругой попкой, в объятьях с которой ему невероятно уютно и тепло. Как же он хочет, чтобы его сынишка и дочурка, которые, по идее, уже давно не спят из-за криков их папочки, были похожи на этого парня. Хотя бы немного. Хотя бы личиком. Как бы он хотел, чтобы с той зимней прогулки они возвращались вместе с ним. Как бы он хотел, чтобы Луи хвалил его за его горячий шоколад и… Быть может, таскал его вещи и выглядел бы в них слишком милым. Маленькая ложечка… Он был бы слишком мил рядом с ним… — Хей, ты будешь давать мне ее поносить? — Конечно, милый. — Как думаешь, я не буду выглядеть в ней как самый настоящий гей? — Томмо улыбнулся и поцеловал выступившую ямку на щеке кудрявого. — Я думаю, тебе пойдет что-то мешковатое, маленький животик, — Гарри заключил Луи в объятия и принялся целовать искусанную за ночь нежную кожу на шее. — Заткнись, рубашечка. Улыбка, улыбка, поцелуй — этот танец не будет прекращаться никогда. Розовая "простыня" в горох на полу, любопытная пара наивных глаз и завтрак в постель — это будущее слишком прекрасно для обоих. Страстные вдохи и выдохи, тепло в груди и чувство любви — их личная бесконечность. Бесконечность в горошек.