Игры Смерти

      Большой светлый зал, отделанный в золотых тонах в греческом стиле. Зал был полупустой, на полу не было ковров, которые бы скрывали его серебряный узор. В самом темном месте зала, далеко от окон и входа стоял постамент с голубым шаром. Напротив него стояла прекрасная сереброволосая девушка. Ее фиолетовый взгляд был устремлен на шар, который показывал ей то, что она хочет. В данный момент она наблюдала за реакциями детей на историю мира. По лицу было видно, что она довольна – ее глаза сверкали, а губы растянулись в улыбке. Но вот дети закончили смотреть «кино» и отправились в новые тела. - Фигуры на своих местах. Да начнется игра! Ахахаха, - она начала хохотать, запрокинув голову. - Опять твои игры, сестра? – в залу вошла золотоволосая девушка. Обе девушки были облачены в греческие белые тоги, которые не скрывали их прекрасных фигур. - О, Венера, только не говори, что тебе это не нравится. Ты же тоже любишь наблюдать и вмешиваться. - Ладно-ладно. Кто теперь? Опять взяла пару? - Ну, они еще не пара, но по их душам видно, что они половинки одного целого. - И ты опять разбросала их? - Они достаточно отдалены друг от друга. А найти друг друга будет не просто – так интересней. Но я почему-то не сомневаюсь, что ты им поможешь, - добро улыбнулась Смерть сестре. И они обе стали наблюдать за героями.

***

      Гарри очнулся и не мог понять, где он. Вокруг него кто-то бегал, суетился и охал-ахал. Парень не мог ничего разобрать – его зрение еще не сформировалась, тогда он прислушался. - Как он? - Он пережил смерть… сейчас уже лучше. Но не известно, как это повлияет на него.       Голоса отдалились, а парень задумался. Он так и не понял, в кого он попал. Но ясно было то, что его тело должно было умереть в младенчестве. Гарри был рад этому, потому что его никто не раскроет. Но в то же время, ему не очень нравилось это состояние. Правда, выбирать не приходилось.       Следующий месяц Гарри пребывал в неведении даже относительно своего имени. Возле него всегда суетилась какая-то женщина, которую Гарри возненавидел из-за ее сюсюканий, которые пугали бы парня, не будь он уже взрослым. Каждый день к нему приходил мужчина, которого Гарри определил как отца. Он всегда ласково качал его на руках, его мягкий немного хриплый баритон успокаивал и убаюкивал. Гарри любил моменты, когда его новый отец приходил к нему. И он был рад, что это случалось часто. По тому, что отец не был с ним большую часть времени и что матери у него не было, он стал догадываться, в кого попал.       Также парень беспокоился о подруге: найдут ли они друг друга, как узнают. Но постоянно отгонял эти мысли, решив разбираться во всем по порядку. Для начала надо было вырасти. Тихонько вздохнув, Гарри начал погружаться в дрему, убаюканный на руках у отца.       Потекли месяцы. Гарри убедился в своей догадке. Он теперь является принцем Артуром Пендрагоном. Он обрадовался этому – теперь он, зная о тайне Мерлина, судьбе Морганы, возможной своей судьбе, сможет без труда исправить все. Но пока он не вырос, он выполнял другую цель. Артур, (теперь он называл себя только так, чтобы не путаться), решил не дать сердцу отца огрубеть и возненавидеть магию.       Маленький Артур старался быть часто с отцом, не спать, когда тот приходит. Легче ему стало это делать, когда он научился ползать, а затем ходить. Он просто не отпускал от себя Утера, постоянно следуя за ним. Ему безумно нравилось играться с ним, нравилось, как тот поет ему или рассказывает о делах замка и государства. В последнее Артур старался вникнуть и понять, потому что это могло помочь ему в будущем и просто помогало держаться в курсе сейчас. Но детское тело и мышление давало о себе знать – мыслить «по-взрослому» и запоминать что-то сложное было трудно, но Артур старался.       Он помнил, как обрадовался отец, когда он сказал свое первое слово – «папа». После этого Артур чаще говорил и звал отца. Няньку ему нашли другую, потому что Утер заметил, как «слушался» и «любил» Артур старую. Новая оказалась намного приятней и лучше. Мальчик чувствовал, как от нее исходят любовь и нежность. Ее голос был нежным и мягким, а рыжие кучерявые волосы притягивали – Артур полюбил гладить их и зарываться в них лицом и руками.       Кроме всего прочего у Артура появились стихийные выбросы, которым парень порадовался – его магия осталась с ним. Но отец не был этому рад. Его лицо выражало ужас и смятение. Артур замер и испуганно посмотрел на отца. Он понимал, сейчас решалась судьба не только его, но и всех магов и магических существ. Если Король примет сына-мага, то против магии уже пойти не сможет.       Артур заворожено смотрел на отца, который, взмахнув красной накидкой, бросился прочь. Артур понял, что Утера не исправить, и из его глаз потекли слезы. Нянечка тоже понимала ту трудность выбора короля, и ей было жаль ребенка, который сейчас, возможно, потерял отца.       Утер очень обрадовался, когда зелье Владычицы Озера подействовало, и он постоянно ждал, что умрет. Но все обернулось не так, как он ожидал – умерла его любимая. У него в голове все время крутилось, что это магия, это она убила ее. Поначалу он гнал эти мысли, но они возвращались. И вот он уже искренне возненавидел магию и все, что с ней связано. Он начал готовить законы против магов и магических существ, но судьба вмешалась в их жизнь. Его сын - маг. - Гаюс, как это возможно? – король стремительно влетел в покои придворного лекаря. – Как мой сын может быть магом? - Сир, я предупреждал Вас тогда – путешествие на грань не пройдет для принца бесследно. Смерть просто так не отпускает своих жертв. Артура ждет великая судьба, но Вы ему нужны, сир. Не отворачивайтесь от сына – магия не всегда зло и смерть.       Король кивнул старому другу и пошел, не зная куда и зачем. В его голове крутились разные мысли, но он не мог понять, как ему относиться к сыну…