Звезда по имени Лох

Дверь бережно и бесшумно закрылась, а я продолжал стоять с приоткрытым от растерянности ртом и всё с тем же Лохом в объятиях. — Не отпустишь? — раздалось угрожающе. — Неа, — я почему-то отрицательно качнул головой, всё также глядя на дверь. — Жить надоело? — блондин дёрнулся. — Вот сейчас как-то немного да, — промямлил. — Тебе-то что? — всё же вырвавшись из объятий, он повернулся ко мне, отряхиваясь. — Это у меня будут проблемы! Моя… — он мученически прикрыл глаза и облизал пересохшие губы. — Моя репутация… Из-за тебя! — толкнул меня в грудь обратно вглубь туалета. — Всё из-за тебя! Что если он сейчас всем растрындит? Да по-любому растрындит! — снова пихнул, а потом опять и опять. Я, не сопротивляясь, пятился назад, растерянно глядя на раскрасневшееся лицо блондина. — Как можно о таком и не рассказать! Что мне теперь делать? Что ты! Ты что собираешься делать?! — снова толкнул, и я впечатался в стену. — Ничего, — передёрнул плечами. — Ничего? Издеваешься?! – он, ухватив меня за края пиджака, приблизился так, что я мог рассмотреть своё отражение в его зрачках. Стало вдруг трудно дышать, а сердце загрохотало так, будто я пробежал километра два, не меньше. Обычно в такие моменты главные герои дорам хватаются за грудь, с недоумением задаваясь вопросом: «Почему же моё сердце так быстро бьётся?». Но я же не дебил, по крайней мере, если это не касается учёбы. — Эй! Оглох?! — Я думаю. Что, не видно по моему лицу какой серьезный умственный процесс происходит в моей голове? — я тряхнул головой, откидывая волосы с лица. — Ты? Думаешь? — недоверчиво коснулся пальцем моего лба. — Ну и как? Получается? — Честно говоря, не очень, — я улыбнулся. — Так что подумай сам, у тебя лучше выйдет, уверен. — Тебе пофиг, да? — Посмотри-ка, — я сощурился. — Догадливый! — Ясно, — он отпустил меня. — И всё? А как же поцелуй? Так страстно прижимался, а теперь… Прям обидка. — Что? Какой еще, к чёрту, поцелуй?! — Французский, — я мило захлопал глазкам. — У меня тут проблемы, а тебе лишь бы пошутить! — А кто шутит? Я серьёзно! — и я, схватив его за плечи, развернул на сто восемьдесят градусов, прижимая к стене, к которой минутой ранее был прижат сам. — Не смей, слышишь? — испуганно залепетал он вдруг, зажмурившись. — Не надо… Я не хочу… — он повернул голову в сторону, всё так же не открывая глаз. Мне прям даже стало как-то не по себе, будто я какой-то маньяк-насильник. — Да ладно тебе, — я отпустил его. — Пошутил я. Честно. Тот открыл глаза, но увидев, что я так и стаю практически вплотную к нему, вздрогнул. — Чего это ты такой дёрганый? — Не дёрганый я, просто шуточки у тебя дурацкие, - он, опустив взгляд, протиснулся между мной и стенкой к умывальникам. Умывшись, опёрся руками об умывальник. Вода стекала с его лица тонкими черными струйками. — Можешь поговорить с ним? — С кем? — не сразу понял я, уже и забыв о Чонине. — С тем парнем. Я… Я с ним не очень близок… — Ты вообще хоть с кем-нибудь близок? — Не твоё дело, — провёл рукой по лицу, оставляя на коже черные разводы. — Реально теперь выглядишь как лох, — оторвав кусок туалетной бумаги, хмыкнул я, и подойдя, провел ею по щеке блондина, вытирая растекшийся карандаш или подводку или что это там, не силен я в этом. — Не нужно, — отмахнулся он и, глянув в зеркало, поспешно прикрыл лицо руками. — Уже небось и сфоткать успел, да? — Недооцениваешь! Уже и разослал всем! — хохотнул я, глядя на то как он обессиленно опустил руки и отрешенно уставился в пол. — Всё? Уже сердечный приступ? Можно вызывать скорую? — я рассмеялся, снова коснувшись его щеки туалетной бумагой, сложенной в несколько раз и даже немного послюнявленной. — Ты испортил мне жизнь. — Как трагично! — Всё так и есть. Ты был прав… — Прав? Серьёзно? Когда это я так блеснул? — Когда говорил про ад… — Да ладно тебе, всё будет в порядке! — Я… Я так долго шёл к этому, а теперь… конец… — он так и смотрел в пол, даже не сопротивляясь моим усердным попыткам оттереть чёрные разводы на его лице. — Да ладно тебе. Прям так уж и конец, угу. Из-за каких-то фоток и зажимания в туалете? Бред! — Просто… убей меня. Можешь сделать это? — его голос казался совершенно безжизненным. — Зачем мне теперь жить? — Э! Лох! — я тряхнул его за плечо. — Прекрати уже! Приём! Тот лишь тяжело вздохнул. — Да не фоткал я тебя, когда бы я успел вообще? А еще умный… — я приобнял его за талию. — А с Чонини я договорюсь, если еще не поздно конечно. Но не думаю, что он из болтливых. А даже если и рассказал, чего такого? Скинешь на то, что это всё я, псих. Разве всё не прекрасно? Меня тоже раздражает эта ситуация. Думаешь, мне хочется, чтобы вся школа говорила о том, как я тут их любимую звёздушку в туалете зажимаю? Да ты хоть представляешь, что я потом получу от это злобного Кёнсу?? Да ничего хорошего, это уж точно. Хорошо, если жив останусь. Блондин поднял на меня растерянный взгляд, потом опустил его на мою руку у себя на талии. — Совсем обалдел?! — он отскочил. — Рука лишняя?! — Да ты ваще дёрганый, — я склонил голову на бок, глядя на него. — Пошли отсюда, — он было двинулся к двери, но я, схватив за шиворот, не дал ему сдвинуться с места. — В таком виде и пойдешь? — кивнул на зеркало. — Я конечно очень старался как мог, вытирая тебя, но думаю, умыться не помешает. После еще минут пятнадцати умываний и скорого нанесения новенького макияжа, мы наконец вышли за дверь с буквочкой «М», на которой кроме этой самой буквочки еще оказался и листок, с аккуратно выведенной на нем надписью «Временно не работает». — Это еще что? — блондин недоуменно уставился на него. — Думаю, — я хохотнул в кулак, — Чонин постарался, — не выдержав, я всё же залился смехом. — Чтобы нас не беспокоили. Губы Лоха дрогнули в лёгкой улыбке. — Что еще за бред? — сорвав листок, он скомкал его, так и бросив на пол. — А правда он молодец? — я увязался следом за блондином, не спешно шагающим по коридору. — Я б не додумался! — Ты не до чего б не додумался. — Ну, не скажи. Я не тупой. — Да ладно? — А ты куда? — я проводил взглядом, оставшуюся позади дверь нашего класса. — Всё равно урок уже идет. — А-а-а, — протянул я, хитро сощурившись. — Да ты тот еще прогульщик! — Исчезни. — Эй, не начинай, — я скривил губы, идя с ним рядом. — Мы ж уже вроде как подружились. — И вовсе нет. — А вот и да! — Мне не нужны друзья. Хватает фанатов. Мы вышли на школьный двор. — Ты ж говорил, я тоже твой фанат. — Ты сталкер. — Еще лучше! — Вообще-то хуже, — он остановился. — Просто поговори с Чонином, и я буду благодарен. — И в чём выразится твоя благодарность? — В чём захочешь. — А если я захочу слишком много?