Старший брат

Взлетев на второй этаж, я немного отдышался и нажал на звонок. За дверью послышались шаги. Замок щелкнул и предо мной стояла мама. Я взглянул на нее и замер. Как же она постарела за эти годы! Вдруг мне стало ужасно стыдно, что так редко виделся с собственной семьей, что вместо того, чтобы ехать в Ростов, я ехал на какой-нибудь курорт. Мама посмотрела на меня и на её глазах я увидел слезы. - Володя - лишь прошептала она. - Мама! Мамочка! Я приехал! - кинулся я к ней на шею. Сейчас я чувствовал себя не офицером разведки спецназа, а мальчиком, который только что вернулся от бабушки и очень соскучился по маме. Она была меня намного ниже, поэтому уткнулась в мое плечо и заплакала. - Мамочка, ты чего? Я же приехал! Не плачь, прошу. - Это слезы радости, сынок. Андрей! - закричала она в комнату - Андрей! Посмотри, кто приехал! Господи! А на стол я не накрыла-то! - запричитала мама. Из комнаты вышел отец. Я с изумлением посмотрел на него. Я был очень похож на папу. Он подошел ко мне и обнял. - Живой? - Живой. Вдруг дверь в другую комнату распахнулась и я отшатнулся, потеряв попутно дар речи. Предо мной стояло "чудо в перьях", в котором угадывались черты лица матери. Не нужно обладать логическим мышлением, чтобы понять, что это была моя сестра. Волосы её были окрашены в ядовито-зеленый цвет, с отдельными, не менее ядовитыми, розовыми прядками. В ушах находилось столько дырок, что через них можно было отбрасывать макароны. В носу был пирсинг. Одета сестренка была в коротенькую юбочку, которая еле прикрывала все женские прелести, и в топ, который, слава Богу, хоть грудь закрывал. Макияж имел сходство с боевым раскрасом девушек по вызову. Трудно было поверить, что когда-то это чудо лежало в кроватке и радостно улыбалось своими небесно-голубыми глазками. - Бать, че за ... ? Это кто? - выразилась Таня. Я получил очередной шок. Этот ребенок ещё и такие слова в лексиконе держит. - Татьяна! Что за выражения? - возмутился отец. - Это твой брат Володя. Ты его уже и не помнишь наверное? Чудо похлопало накрашенными глазами и выдало очередную фразу, которая на этот раз имела более приличное содержание. - Брат? Не помню, - нахмурилась она, а алые губки изогнулись в противной ухмылке. Глаза пробежались по мне оценивающим взглядом и, видимо не найдя ничего интересного, вернулись к моим глазам. - Иди, сестренка, обниму! - подавил я в себе желание придушить её. Она подошла ко мне и мы обнялись. На основе увиденного и услышанного сегодня, я сделал вывод, что сестру придется перевоспитывать и делать это срочно, ибо никто не сможет предугадать судьбу этой девочки, учитывая её образ жизни.