absolute

не, ну чимин не такой. он правда не ведёт себя, как девочка. и его выносит оттого, что гетеросексуальные отношения - какая-то сраная указка, по которой все должны жить. окей, ты пидор. и встречаешься с пидором. но один из вас (ты, например) - типа стандартный комплекс феминных черт характера, а второй - маскулинных. чимин не хочет иметь отношение к якобы истинно правильным стандартам и проецировать их на себя. - а чё я должен быть снизу? - злится он. - потому что у меня голос высокий? вот же сука. где моя гендерная революция? - такой хорошенький, а материшься, как скотина, - ржёт хосок, и чимин уже хочет убить его. тот сбегает к друзьям, а хорошенький чимин застёгивает куртку и идёт в противоположную сторону. погода неплохая сегодня. и юнги написал в катоке: зовёт выпить. поэтому чимин быстро забывает об ублюдке хосоке и вообще о том, что все люди - ублюдки. и об имитации гетеросексуальности в гомосексуальных отношениях тоже забывает, когда юнги пишет ему сообщения. это очень волнует пак чимина. пак чимина волнует мин юнги. «красивый», - в ужасе подумал тогда чимин, впервые увидев его рядом с намджуном за партой. четыре месяца назад. намджун называет юнги не юнги, а шуга. юнги бледный как смерть. у него волосы жутко воняют сигаретами. он ест мало, спит мало. и из-за мыслей о нём чимин сам практически не спит. он вдыхает сырой воздух полной грудью, облизывается и закуривает. я не пью, дебил. - раздражённо набирает чимин и тычет в «отправить». юнги - новый дружок намджуна. намджун сказал чимину, кивая на юнги: «моё». и сам к нему подкатывает, вечно шлёпает по заднице, смеётся. типа такая охуенная шутка. и совсем не гейская. чимин молчит всегда, наблюдает за реакцией юнги, который тоже ржёт, шарахаясь от чужой ладони как от огня. чимин думает, что намджун написал converse high из-за юнги. наверное, он совсем ебанулся, бедняга. юнги ждёт чимина в баре, восседая на стуле, как император. у него это само собой выходит. он вообще ничего не делает для того, чтобы выглядеть круто. темнота съедает всех посетителей, музыка знакома чимину, и это немного успокаивает по дороге к юнги, которая кажется бесконечной из-за его пристального взгляда. он широко расставил ноги, положил локти на барную стойку и смотрит через плечо. пиздец. - второй стакан твой, - хрипло произносит юнги, когда чимин взбирается на соседний стул. - я же сказал, бля, что не пью. ох. ещё как пьёт. у него хронический алкоголизм. но намджун сказал моё, и поэтому чимин должен лишать себя удовольствия надраться с шугой в своём любимом баре с продолговатыми неоновыми лампами вдоль стен. здесь бутылки абсолют водки тоже неоновые. и у шуги в стакане плещется долбаная абсолют с малиной. аж херово. - ты серьёзно? хосок сказал, ты бухаешь здесь каждую субботу. - закажу водички. слушай, а намджун… - а ему мы не скажем, что ходили сюда. договорились? я не дебил. я прекрасно понимаю, что ему от меня нужно, - говорит юнги. чимин облегчённо вздыхает про себя. – и ты можешь больше не прикидываться. - в смысле, - чимин решает прикинуться тупым. юнги пододвигает к нему стакан одним движением руки и ждёт, когда чимин будет пить. теперь хочется отстраниться от шуги на пару километров, потому что этот ублюдок застал врасплох идиота намджуна и самого чимина, который вёл себя максимально осторожно: нихуя не делал. реально нихуя, он вообще старался не пересекаться с ним, но юнги каким-то образом догадался. может, он чувствует, когда на него мастурбируют, на расстоянии? один трек сменяет другой, чимин растерянно поправляет волосы, ловит любопытный взгляд бармена и пытается понять, где похерил всю уверенность в себе. ему безумно хочется обжечь глотку алкоголем, заново перепробовать все коктейли. и вообще перестать соображать, чтобы не думать о проницательности юнги и о том, как капитально он проебался с ним, считая, будто бы тот не понимает ничего. чимин жаждет пропустить пару стаканов и развязать себе язык. и было бы хорошо уйти прямо сейчас. он собирается слезть со стула, но юнги кладёт руку ему на плечи. - ты такой милый. пак чимин не хочет иметь отношение к якобы истинно правильным стандартам и проецировать их на себя. чимин берёт стакан с малиновой водкой, заливает её себе в рот и зло смотрит на юнги сквозь темноту, которую пронизывает неон. его вконец достала предвзятость, с которой к нему относятся. наверное, юнги тоже хочет потрахаться. - ещё одно слово - и я врежу тебе, - чимин обрастает иглами, спрыгивает со стула и увлекает шугу за собой. чужая ладонь холодная, сухая. пространство бара становится невыносимо тесным. неон, приторный запах вишни (в углу раскуривают кальян), яростно колотящие воздух биты: музыку сделали громче. чимин несётся в сторону туалета, таща юнги за руку. сейчас он покажет, какой он, блять, милый. чимин закрывает их в кабинке и нагло вторгается языком в рот юнги, навалившись на него всем телом. «готовь жопу, козёл», - коротко бросает чимин ещё у двери. и перед тем, как начать стаскивать с юнги джинсы, его пока трезвую голову посещает мысль, что ну нельзя путать желание с чувствами, а сейчас так трудно отделить одно от другого. и это, короче, пиздец. лишь спустя минуты полторы чимин замечает, что юнги вообще-то и не против. странно. он всё так же спокойно смотрит. хитро. тепло. от этого чимин приходит в ужас, и его пальцы дрожат. не получается расстегнуть ширинку. - послушай… - вдруг говорит юнги, нежно поглаживая руки чимина. - мне нужно ещё выпить. - эээ… - тянет чимин. «чё он такой не жёсткий?» шуга пулей вылетает за дверь. а чимин стоит над унитазом, как дебил. приходится ждать. всё, насрать уже, разрешает намджун или не разрешает - сейчас чимин не будет сдерживаться.